Последнее испытание

Энди знала, точно знала, что Миранда так просто не сдастся. Искры в ее глазах сразу пробудили ото сна, и все, что могла дать взамен Энди — сделать свою работу. Довести дело до конца и обеспечить триумф. Андреа не помнила, чтоб когда-то была такой настойчивой и пронырливой за телефонными переговорами. Ей плевать, что в Нью-Йорке сейчас глубокая ночь. Ее нервы железные, и ничего, кроме цели, Энди не видела. Ситуация пробудила в ней второе дыхание. Она уговаривала, настаивала, подбирала нужные слова. Но, стоит отметить, что невозможно не восхититься Мирандой: ее собранностью, подбором нужных контактов в кратчайшие сроки. Энди была уверена, что они разыгрывают удачную карту. Это сработало. С Сашей Барнс все было договорено, остается вернуться в Америку и подтвердить все с глазу на глаз за чашечкой чая. Энди готова была визжать от радости и прыгать на кровати. Давно она не испытывала такой радости. Но расслабляться рано. Нужно отчитаться перед Мирандой, поехать за ней и как можно скорее встретиться с мисс Барнс. Гудки. Миранда не взяла трубку. В легком недоумении Энди набрала еще раз. Никто не отвечал и в последующие три раза, что уже заставляло волноваться. Миранда стопроцентно ждала ее звонка — сделка была ключевым звеном, необходимым шансом, который нельзя упускать. Энди почувствовала подвох, но решила действовать здраво. Например, позвонить Найджелу, а заодно привести себя в порядок. Найджел почему-то тоже не отвечал, а с ним и Амари. Теперь она реально переживала. Что за чертовщина? Энди собиралась наспех, и только в машине она пришла в себя, когда таксист спросил адрес. В такси Андреа не могла сидеть сложа руки. Чутье подсказывало, что она рано радовалась и ей предстоит столкнуться с чем-то…необъяснимым. Если это чувство возьмет над Энди верх, то все — пиши пропало. Тогда к Энди пришла идея набрать еще один номер. Стюарт. Относительно новый верный спутник Миранды. Андреа видела его вчера, и, о боже, почему она раньше ему не позвонила? — Алло? — послышался бодрый голос. — О, здравствуйте, — Энди нервно сжала телефон, — это Андреа Сакс, я работаю на Миранду Пристли… — Да-да, я Вас помню, Андреа, — спокойно перебил мужчина, — что-то случилось? На несколько секунд Энди растерялась. Действительно: что произошло? Может, она себя заранее накрутила и подготовилась к худшему сценарию. — Миранда случайно не с Вами? Это дело жизни и смерти! — Нет, не со мной, — Стюарт потрудился объяснить: — Последний раз я ее видел вчера вечером, после того, как прилетел из Копенгагена. Вот попадос, думается. Чутье все же не подвело. Энди до боли закусила губу, стараясь не завыть от досады. Теперь ей нужно было мягко уклониться от Стюарта. — Андреа? — Если встретите ее, то передайте, что я ей звонила. Пожалуйста. Это срочно. — Разумеется. При первой возможности я сообщу Миранде. — Спасибо. До свидания, — она быстро сбросила трубку, чтобы Стюарт не успел ничего спросить. Миранда решила ее “по-дружески” разыграть в самый неподходящий момент? Энди заскулила: — Боже! Это было бы похоже на ее начальницу. Миранда сильно изменилась…теперь ее было еще сложнее предугадать. Привкус чего-то давно забытого возвращался на кончик языка. Тем временем машина подъехала к месту провождению показа. Энди вбежала в здание, ища взглядом знакомые лица. Помещение напоминало рой насекомых. Подготовки, репетиции, вечно отлынивающие модели, стойки с костюмами — все как всегда. Энди влилась в поток, как можно быстрее передвигаясь на каблуках. — Найджел! — она заметила лысую голову и сразу метнулась к нему, — Найджел, слава богу! Он повернулся к Энди, двинулся навстречу. Его лицо было необычайно бледным и уж никак не сияло от радости их встречи. — Хорошо, что ты тут, — они отошли в сторону. Найджел продолжил: — Она извинилась передо мной. — Что? — Энди не поверила в услышанное. На лицо полезла глупая улыбка, — Наконец-то! — она похлопала его по плечу и спросила: — Но где она? — Ушла. Уехала. — ЧТО?! Миранда и уехать с важнейшего в сезоне мероприятия? В голове не укладывается. Энди ощущала, что не переживет эти эмоциональные американские горки. Возможно, это объясняет, почему Миранда не отвечает, но все же она не собралась в путь в один конец? — Ты думаешь все так просто? — Стой, — Энди тяжело вздохнула, пытаясь рассуждать холодным умом. — Что случилось? — Она пришла сама не своя. Подошла ко мне и извинилась. За все. За все года. Я стоял в шоке,— Найджел запнулся, перевел дыхание, — Конечно, все ее слова были продуманы! Она попросила меня провести показ без нее. Сказала, что я справлюсь, что речь, как никак, написал я и многое другое… — Погоди. Миранда не объяснила причину? — Ты же знаешь. Она так не делает. И я был обескуражен, чтобы вытащить лишнее слово. Мимо пробежала Амари, учтиво кивнув в их сторону. — Она сказала, что мы со всем справимся и что ей нужно отправиться в небольшое путешествие. Она вернется, но… Голова Энди закипала. То есть получается, что Миранда ни с того ни с сего переложила ответственность за сегодняшний вечер на Найджела, а сама ушла неизвестно куда? Нет. “Ни с того ни с сего” — это не про Миранду. — Что еще? — ее утренние новости отошли на второй план. Найджел фыркнул. — Нужно справляться с организационными вопросами. Нельзя упасть в грязь лицом и подвести ее. В другой ситуации Энди бы очень воодушевилась, но сейчас ее мозг был занят бесчисленными вопросами о Миранде. Как бы это безумное не звучало, Андреа твердо решила: — Я найду ее. Найджел придержал девушку за локоть, не позволяя взлететь на поиски. — Энди, ты серьезно? — Сначала я позвоню в отель, узнаю, не возвращалась ли Миранда за вещами… — Ты, должно быть, рехнулась. Это как искать иголку в стоге сена! Андреа осознавала факт того, что масштабы “небольшого путешествия” Миранды — понятие растяжимое. Точно за пределами Милана. Они тут видели каждый камушек и арку. А дальше? Она вообще в Италии или уже на границе со Швейцарией? — Я нужна ей, Найджел, — Энди стояла на своем и как никогда прежде была уверена в правдивости своих слов, — разве ты за нее не волнуешься? Найджел промолчал. Отвернулся, давая указания помощникам. Между тем из отеля любезно сообщили, что Миранду Пристли последний раз видели еще ранним утром. Ситуация зашла в тупик. — Куда она могла поехать? — Кто ее собирается искать: ты или я? — нервно подметил Найджел. — Хорошо. Зайдем с другого конца. Может, есть места, в которых она бы хотела побывать? — Если такие и есть, то она давно их посетила. Энди закатила глаза. Она вынимала из памяти все предпочтения бывшей начальницы: кофе, стейк, сумочки и пальто…но никак не любимые города! — Ну, не знаю, к примеру, если рассматривать Италию. Рим, Неаполь, Венеция, Флоренция, Болонья? — Воу, ты решила блеснуть географическими познаниями? — Найджел заметно напрягся, а потом его лицо просияло, — Я, кажется, догадываюсь… Энди с надеждой посмотрела на него, сгорая от любопытства. — Флоренция. — Правда? — мысленно Энди проносилась по своим знаниям об этом городе, — у нее там живут родственники? — Нет. Она говорила, что всякий раз, когда прилетала в Италию, ей не удавалось в полной мере посетить именно Флоренцию. Ага. Игра по прежнему была рискованной. Какова вероятность, что Миранда поехала именно туда? Что не развернулась на полпути или специально дурачила Найджела для таких случаев? Андреа хотела верить, что он не ошибся. Каждая минута была на счету. — Ты лучший! — воскликнула Энди и быстро развернулась к выходу, — Удачи! Найджел прикрикнул: — Возвращайся вместе с ней! *** Миранда Пристли точно не оставит ее в покое. Никогда. Энди действовала оперативно, а потому в последний момент втиснулась в скоростной поезд Милан–Флоренция. Господи. Ни двадцать лет, ни месяц или неделю назад Энди бы не подумала, что Миранда создаст такой переполох и ей придется ее искать в Европе. Она возвращалась к старому мышлению, которое улавливало мотивы “дьявола в юбке”. Миранда боялась расставаться с работой — частью себя. Она, очевидно, тоже много думала, взвешивала все “за” и “против”. Затем, Энди не сомневалась, в ней проснулся огонь. Миранда разработала стратегию и сунула Энди едва не на блюдце список конкретных человек, которых она успешно обзвонила. Оставался один шаг. Тогда почему Миранда развернулась и уехала в другом направлении? Проблема даже заключалась не в том, что она сбежала, а в том, что не стала ждать новостей. Что побудило ее уехать? — над этим Андреа ломала голову больше всего. Андреа закрыла глаза, представляя Миранду. Прошло два десятилетия. Внешне та почти не изменилась. Тяжело признать, главное не сболтнуть вслух, но Миранда Пристли не могла скрыть все морщины. Это, по крайней мере, делало ее живой женщиной, а не дьяволом. Что касалось ее поведения — без комментариев. Словно другой человек…мягче, что ли? С Мирандой стало чуточку проще общаться, она не казалась такой высокомерной сукой. Только всего. За все года Энди ни за одним мужчиной так не бегала, как за ней: сначала приносила кофе, теперь разыскивала по Италии. Самоирония переполняла Энди. Видимо, Миранда настолько ее прокляла, что больше у Андреа Сакс не складывались серьезные отношения — это шутка, не более. В проблемах на личном фронте виновата только Энди, и, признаться честно, от горя из-за этого она не ломалась. В поездке Энди успела перекусить и еще раз в голове пройтись по недавним событиям. Хорошо, предположим, она будет во Флоренции — это было бы замечательно. Но где именно? Андреа попробовала не просто просчитать всевозможные варианты, а примерить на себя мышление Миранды. “Куда бы я пошла, если бы была Мирандой?” Вопрос резонный. Очевидно, что не в бутики. У Миранды не было знакомых во Флоренции, что также сужало круг поиска. Рестораны? Стала бы Миранда ехать так далеко ради еды? Не захочет ли она отправиться на отшиб города и меланхолично сидеть на лавочке? Сложно. Теперь это могло смахивать на правду. Но Миранда никогда не стоит на одной точке — сложившаяся ситуация тому подтверждение. Хорошо, остаются достопримечательности. Которые, как признала Энди, нереально обойти за день. Мест много. Википедия выдала необъятный список соборов, базилик, дворцов, музеев и площадей. Это, наверное, и за неделю не посмотришь! Может, Миранда захочет пройтись по Понте Веккьо или Санта-Тринита, насладиться видом на реку Арно? Нет. Андреа Сакс неосознанно переключилась на свои предпочтения, а не рассуждала как Миранда Пристли. Миранда была загадкой ее жизни. Неуловимая, прихотливая, на своей волне. Когда-то она сделала невозможное, приблизившись к пониманию этой женщины, но вовремя отдалилась. Неделя моды в Париже…холодок пробежал по спине. Энди ни о чем не жалела. Она сделала правильный выбор. Пробила свой путь самостоятельно, построила карьеру успешной журналистки. Годами Энди не вспомнила паскудный опыт работы на Миранду Пристли. Если бы не огромное “но”. Западня или зловещая судьба свела их спустя двадцать лет — число, которое страшно осознавать и которое теперь никак не ощущалось. Будто столько времени не прошло и все могло быть иначе. Энди ужаснулась. Миранда “заставляет” думать типичным «Что, если бы…» Она нырнула в прошлое с каменной тяжестью в груди. Живописные пейзажи за окном до конца поездки оставались размытым фоном. *** Энди находилась в историческом центре Флоренции. Туристы неспешно бродили по улочкам, разглядывали старинные сооружения, фотографировались. Здесь красиво. Но Энди так паршиво, что нет сил замечать прекрасное вокруг себя. В душе как-то тревожно. Андреа облажалась? Она чувствовала себя последней дурой, бросившейся невесть куда, неизвестно зачем и непонятно ради чего. Как опрометчиво и наивно! Она могла бы быть в Милане, слоняться по магазинам и наматывать на вилку пасту… Никакого удовольствия, конечно. Устроиться обратно, чтобы наступить на те же грабли! Только теперь, вместо звонков в любой час, с Мирандой вообще не свяжешься. Злоба на саму себя ощущалась на физическом уровне. Миранда, по всей видимости, опустила руки, но имела ли на это право Андреа? Энди разочарованно подняла голову. Что ей остается: плакать, кричать, поехать в аэропорт и улететь домой? Также развернуться от цели? Энди сфокусировала взгляд на роскошном здании перед ней. Она стояла возле картинной галереей. Уффици, насколько ей известно. Сердце застучало в висках, посылая сигнал. — Неужели? — пробормотала Энди самой себе, — Да ладно… Голова закружилась, уверенность под кожей подкреплялась к ощущениям-догадкам. Это был знак. Больше ждать нечего; Андреа побежала ко входу. Перед глазами проплывали посетители, охранники, экскурсоводы — мелькающие образы, не играющие роль. И тот яркий случай, когда Миранда дала понять две вещи: намек на предательство и любовь к высокому творчеству. Они и “Тайная Вечеря”. Тогда Андреа едва не разрыдалась от переизбытка эмоций. Миранда правда сравнивала Энди с Иудой, а себя с Иисусом? Невероятно. Она ведь знала, что Энди-добрая-душа выпустит из внимания важную деталь? Что больше не бросит в ответственный момент? Миранда сама была произведением искусства — чего только стоили ее наряды. При жизни увековечила свое имя как одна из влиятельных женщин в индустрии моды. Живая легенда, которую встречают овациями на красных дорожках. Про таких говорят “одна неповторимая на все века” — и Андреа полностью согласна. Ценители искусства, как Миранда, находят умиротворение среди мировых шедевров. Как она сразу не догадалась? Ответ, казалось, лежал на поверхности. Энди усмехнулась своим мыслям. Андреа шла как можно быстрее, не обращая внимание на картины. Миранда уже выразила восхищение Леонардо да Винчи. Возле чьей работы она сейчас? Кто ее любимый художник? Рафаэль, Караваджо? Или она здесь ради “Рождения Венеры”? Точно: Сандро Боттичелли. Ему посвящено аж пять залов, и Миранда, Энди готова поклясться, где-то в одном из них. Интуиция подсказывала, что она делает все правильно, что Миранда рядом. Энди точно сошла с ума, раз ей мерещилась женщина в белом пиджаке с неизменной короткой прической. Это была Миранда. Ее невозможно не узнать. Энди моргнула, но фигура не исчезла. Миранда. Она сидела на скамейке — как Энди и предполага: меланхолично в гордом одиночестве — с идеальной осанкой перед картиной кисти Боттичелли. Никого, кроме них, в зале не было. Реально Миранда. Это не галлюцинации. Энди могла в голове хоть сто раз повторить ее имя, до сих пор не веря своим глазам. Эмоции, мысли, отрепетированные фразы остались позади. Скамейка предназначалась для двоих человек. Андреа пересилила себя, шагнув вперед. Миранда даже не обернулась на звук. Она смотрела на “Весну”, кажется, не моргая. Или куда-то далеко за пределы музея. Абсолютное спокойствие читалось на ее лице — и теперь Энди могла без стыда ее рассмотреть; никаких солнцезащитных очков, скрывающих пол лица, а свои обычные Миранда крутила в пальцах. Она по прежнему была совершенна. Миранда посмотрела на Энди с блеском — от слез? — в глазах. Энди по старой памяти была экспертом во взглядах своего босса: зачастую это лед, пронизывающий холод до костей; когда Энди из гадкого утенка превратилась в лебедя в брендовых вещах — пятисекундное одобрение; опасные искры метались, когда Миранда оправдывала прозвище леди-дракон и что-то хищное мелькало от предвкушения победы; Энди видела морально уставшую Миранду без макияжа, но даже так она оставалась сильной и красивой; в Париже…это было больше, чем одобрение — наставление, мимолетная гордость за “подрастающую копию себя”; даже подвыпившую, как тогда, в пригородном доме, с веселыми глазами и пьяной ухмылкой — Энди и с такой Мирандой была знакома. Но сейчас Энди не могла опознать за когда-то выученными критериями. Она всматривалась в это “новое”, в подобие мягкой улыбки и выбившуюся из укладки прядь. Миранда смотрела в испуганные глаза, как у олененка, потом на приоткрытый от удивления рот. Они сидели на одной скамейке даже не соприкасаясь плечами, но, впервые за столько лет, душами. Ни приветствий, ни оскорблений — взаимное изучение друг друга, после которого Энди уставилась на картину, а Миранда в пространство между ними. — Даже если бы я видела тебя каждый день, — тихий голос Миранды равномерно разливался по залу, — этот момент запомнился бы мне лучше всего. Энди машинально, не резко, повернула голову. Миранда по прежнему слабо улыбалась. Такие простые слова, но с огромным значением. Упущенные сквозь пальцы года, потерянные без возврата возможности…это было признание? Энди ничего не могла добавить. Она могла бы сказать, что согласна, что ее журналистский опыт не стоит рядом с этим моментом, что ее до краев переполняют чувства. Вместо этого она произнесла: — Я нашла вас, — хотя, скорее, звучало как вопрос. Может, Андреа Сакс в 2006 году попала в кому и только сейчас очнулась? Происходящее постепенно укладывалось в голове. — Ты, несомненно, нашла меня, — подтвердила Миранда, — Кто бы еще это сделал? Энди задумалась. С каких пор Миранда с ней говорит обычным сарказмом без вступительного унижения, да еще и настолько двусмысленными загадками? До Энди начал доходить изначальный посыл. Ведь в тот плане — про успехи которого она обязана позже рассказать — была посвящена только Энди. Больше никто. Никто, кроме Энди, не подталкивал Миранду сражаться. Даже Найджел был готов уйти на пенсию, оставив судьбу моды в ненадежных руках. Миранда доверила Энди, возложив большую ответственность. Она знала, что та справится и что, в случае чего, последует за ней куда угодно. — Вы знали, что я приду, — сколько бы Андреа не пыталась сосредоточиться на “Весне”, она все равно украдкой глазела на изящный профиль Миранды. — Ровно так же, как и то, что ты найдешь меня, — она дополнила со своей стороны предложение Энди. Душа Андреа трепетала, как крылышки колибри. Рядом с Мирандой невозможное становилось реальным. Вспомнить ту же рукопись “Гарри Поттера”, которую ей нужно было раздобыть. Какая была нервотрепка… Своими требованиями Миранда научила Энди выгрызать это “невозможное”. Как и сейчас, рискнув всем, Андреа вышла на ее след. Она разгадала Миранду Пристли. После продолжительной паузы та спросила: — Как тебе Уффици? Энди опустила голову. И что тут ответить: “я так бежала, что ничего не видела” или “я не особо фанатею от живописи, но это определенно круто”? Она проглотила эти слова, сказав: — Довольно впечатляющее место…в хорошем смысле, — Энди заметила, как Миранда подняла бровь, — Атмосферное. Не знаю, сколько нужно ходить по галерее, чтобы насладиться и понять глубину всех экспонатов. Судя по сдержанной реакции, Миранда раскусила Энди, но вместо осуждения поделилась своими переживаниями: — Этот город всегда обходил меня стороной, сколько бы раз я не была в Италии и как бы страстно не хотела посетить его, — значит Найджел был прав, — Всегда что-то препятствовало. Однако…галерея заслуживает той щедрой похвалы и восторга. Шедевры на то есть шедевры, и их лицезреть — для меня это особенный опыт. Энди заинтересованно склонила голову набок. Миранда посетила сотни музеев, соборов, театров. Повидала всевозможную роскошь. Андреа тоже побывала во многих исторических местах разных стран. Это так круто, когда есть с чем сравнивать… Неужели этот будет для нее фаворитом? Их взгляды пересеклись. Окруженные искусством они продолжали смотреть друг на друга. Сквозь пропасть статусов, лет, разногласий — просто смотреть. Интересно, что разглядела Миранда? Небось спутавшиеся волосы, не самое шикарное платье и глупую улыбку. “Для меня это особенный опыт” — повторилось у Энди в голове. Для нее, бесспорно, тоже. — Получается, сбылась мечта? — Мечта — не самое подходящее определение, но в некотором смысле да. Энди позволила себе хихикнуть; Миранда опять была Мирандой, что поделать…не могла же она мечтать вновь встретиться со своей никудышней ассистенткой? Они просидели в тишине с полминуты, сравнимых с вечностью — невозможно наверстать упущенные двадцать лет, но в один разговор можно вложить куда больше смысла. Энди чувствовала, что близка к очередной глупости со своей стороны и что другого шанса больше не будет…Миранда прервала эту цепочку одним вопросом: — Напомни, почему ты пришла? Особый момент или, может, его иллюзия, был развеян. Сердце заскрипело, но Энди была благодарна, что именно Миранда вернула их к деловому общению. — Да, точно, — был ли смысл говорить, что Андреа ей звонила? — Миранда, у нас вышло. Тишина. Было слышно, как кто-то ходил в соседнем зале. — Поздравляю, — сказала Энди, не выдержав, — Я…я так счастлива. Нужно вернуться и все обсудить с… — Вот как? — она перебила, между тем глядя на наручные часы, — Тогда пошли. — А? Куда? — Миранда своей решительностью сбила ее с толку. Энди в ту же секунду пожалела, что открыла рот. — Куда ты там планировала сходить? — будто она ей говорила, а уж тем более строила планы, — У нас есть время. Только без сувенирных лавок. Энди расплылась в улыбке. — Мост Понте Веккьо. — Хорошо. Понте Веккьо, — Миранда стремительно прошла два метра и остановилась, встретив удивленный взгляд, — Ты так и будешь сидеть, пока тебя не закроют в музее? — и ушла. — Подождите, — Энди вскочила на ноги, догоняя, — Мирандааа! Одна мысль, что Энди может прогуляться со своей начальницей под руку в культурном городе приводила в детский восторг. Как приятно разрешились все проблемы!