Девиации: доминирование

      В понедельник вечером Тобиас, даже не сняв пальто, взял телефонную трубку и позвонил Бредфорду. В субботу и воскресенье он подвергал Ноя испытаниям и держал его в сабспейсе, и ему это неплохо удавалось; боль и запрет оргазма после пятничной ночи, похоже, сработали. Но сам он не мог полностью отпустить то, что Ной рассказал ему в «безопасной» комнате, Тобиасу нужно было узнать больше.        Он прошелся по квартире, направляясь к бару с напитками, когда услышал в ухе ответ.       Одним из преимуществ звонка Бредфорду было то, что почти всегда можно было рассчитывать, что он снимет трубку.       - Алло? - последовал знакомый ответ.       - Это я. Есть минутка? - Зажав телефон между ухом и плечом, он перевернул один из граненых бокалов и потянулся за скотчем.       - О-о-о. У меня всегда найдется для тебя минутка, но, судя по голосу, тебе нужно нечто большее. Жги.       Тобиас плеснул себе в стакан виски на пару пальцев.       - В пятницу я разговаривал с Ноем - ну, он говорил, а я слушал. Мне нужна кое-какая информация.       - Хм. - Бредфорд, казалось, обдумывал это. - Подожди, я перейду в свой кабинет, - сказал он, и в трубке на несколько мгновений воцарилась тишина. Раздался тихий щелчок, и Бредфорд вернулся. - Ладно, друг, теперь мы наедине; о чем я могу тебе рассказать?       - Дэвид. Насколько успешно прошли твои попытки внести его в чёрный список, и где я могу его найти? - Тобиас не стал возиться со льдом, просто сделал большой глоток и налил еще.       - Черные списки действуют только в респектабельном сообществе, Тобиас, ты же знаешь, - со вздохом сказал Бредфорд. - Можешь поверить, он не вращается в респектабельных кругах, поэтому, к сожалению, это ему не мешает. На самом деле, как бы ни казалось отвратительным, в некоторых местах внесение в чёрный список считается признаком авторитета. Однако я не рекомендую объяснять эту проблему Ною. - Тобиас услышал звон бутылки и стакана и понял, что не единственный, кто решил, что нужно выпить. - Что касается того, где найти Дэвида, ты, наверное, шутишь. Я тебе этого не скажу.       Тобиас фыркнул.       - Я серьезно. И Ной считает, что этот больной ублюдок никому не причиняет вреда, так что оставь это. Скажи мне, Бредфорд. Я все равно его найду.       - Тобиас, ты что, с ума сошел? - резко бросил в трубку Бредфорд. - Ты не поможешь Ною, выслеживая его.       Тобиас надолго замолчал. Он отхлебнул виски и подождал, пока Бредфорд успокоится.       Наконец, тишину нарушил страдальческий вздох.       - Хорошо. Скажи, почему ты хочешь это знать.       Тобиас холодно улыбнулся.       - Я просто хочу проверить. Посмотрю, чем он занимается. Обещаю, я его не убью, если тебя это беспокоит.       - Честно говоря, друг мой, не уверен, о чем мне следует беспокоиться. Убить его было бы очень плохой идеей, но и разговаривать с ним тоже будет плохой идеей. Так что, видишь ли, у меня серьезные опасения по поводу того, стоит ли вообще тебе что-либо рассказывать.       Тобиас подождал, пока Бредфорд сделает глоток своего напитка.       - Насколько я знаю, он фанат клубов южной стороны. Он завсегдатай «Стинга»; это бар Сэма Уайта, помнишь его?       - Смутно. Разве он не был близок к тому, чтобы тоже попасть в черный список? Любитель твинков и кнута? - Тобиас занял свое обычное место у окна. - Почему бы мне не поговорить с ним, Бредфорд? Он чуть не убил моего мальчика. Он уебок, и его нужно остановить.       - Ной просил тебя поговорить с ним? - Прямо спросил Бредфорд.       - Боже мой, нет. - Ему с трудом удалось сдержать смех. - Ной, кажется, думает, что ты прилетел и спас положение, что Дэвид больше никому не доставляет проблем. Я бы хотел, чтобы так и оставалось.       - Я бы тоже так поступил, - согласился Бредфорд. - Послушай, не пойми меня неправильно, Тобиас, но если Ной не просил разыскать его, то какое тебе дело до Дэвида? И ты, правда, собираешься найти его, отчитать за Ноя, а потом не рассказывать об этом мальчику? Как это поможет вашему партнерству? - Тобиас услышал, как Бредфорд отпил из своего бокала и снова сделал глоток. - Все, что я хочу сказать, Тобиас, не позволяй своей горячей голове управлять тобой. Я не говорю тебе не делать того, что ты должен сделать. Просто сначала подумай.       - Ты не хуже меня знаешь, что иногда кому-то нужно вмешаться. Скорее всего, я даже не буду разговаривать с Дэвидом. Но мне нужно кое-что сделать.       Последовало еще одно долгое молчание, которое Тобиас терпеливо выждал.       - Ладно, Тобиас, - неохотно согласился Бредфорд. - Фамилия Дэвида - Рунгрен. Поищи Сэма, я уверен, он укажет тебе на Дэвида. Сэм, может, и мерзкий извращенец, но играет по правилам. Он не такой уж плохой парень. Возникнут проблемы, звони, и я тебе помогу, хорошо?       - Да, хорошо, - сказал Тобиас почти рассеянно. Он осушил свой бокал и поставил его на стол, его мысли уже путались в противоречивом водовороте того, что он хотел и что должен был сделать - и как мужчина, и как Дом. - Спасибо, Бредфорд. Скоро поговорим.       

* * * *

       Это был не совсем уж захудалый бар, но уж точно не тот, к которому привык Тобиас, и это хорошо, потому что ему было легче произвести впечатление. Он переоделся в свой лучший костюм, темно-серый, с безупречно белой рубашкой и темным галстуком, и добавил шелковый шарф к пальто. Он стоял прямо в дверях «Стинга» и оглядывался по сторонам, сохраняя бесстрастное выражение лица.       Вокруг было больше людей, чем он ожидал, учитывая, что был вечер понедельника. Несколько столиков возле двери были заняты, а у стойки бара толпились мужчины; многие из них стояли на коленях рядом со своими «хозяевами», а у одной стены стояла группа мальчиков - на первый взгляд Тобиас определил их средний возраст как двадцать один год, а несовершеннолетние стояли посередине.       Стоя там, он заметил, как в зале постепенно воцарялась тишина. В зале никогда не становилось совсем тихо, но он почти видел, как передаются слова. Это было очевидно по настороженным взглядам Домов, которых он никогда не встречал, и откровенной враждебности у тех немногих, кого он знал. Он удостоился пары кивков и одного взгляда, полного искреннего уважения, от Волчка, которого помогал тренировать, а затем рядом с ним раздался тихий голос.       - Могу я угостить вас выпивкой, сэр?       Он оглянулся, а затем посмотрел вниз на мальчика, одного из парнишек у стены. Тот был худощавым, почти таким же маленьким, как Фан, но каким-то недокормленным, а не таким, каким тот был от природы, миниатюрным и подтянутым.       - Спасибо, но нет, - вежливо ответил Тобиас.       - Могу я что-нибудь для вас сделать, сэр? Хоть что-нибудь? - В голосе мальчика звучали надежда и благоговение, его взгляд скользнул от пола к подбородку Тобиаса. - Пожалуйста?       - Прости. Я здесь ненадолго. - Тобиас шагнул вперед и, наконец, направился к бару.        - Беги, мальчик, - раздался спокойный голос рядом с Тобиасом, и высокий мужчина с каштановыми волосами и большими глазами отослал паренька прочь. - Ищешь что-то конкретное? Можешь спросить Сэма, он тебе подкинет.       - Не хочу играть, - сказал Тобиас.       - Жаль, все мальчики уже шепчутся о тебе.       Тобиас пожал плечами.       - Я к этому привык.       - Полагаю, да. Я Адам, - представился мужчина, протягивая руку и следуя за Тобиасом к бару.       Он пожал Адаму руку.       - Тобиас, - тихо произнес он, наблюдая за реакцией.       - Тобиас? Тобиас Винсент? Чёрт, это не твой район. - Адам отодвинул для него стул у стойки бара.       - Нет. Нет, не мой, - согласился Тобиас. - Но приятно осознавать, что моя репутация говорит сама за себя - это экономит время.       - Репутация? Ты, блядь, легенда.       - Кто, блядь, легенда, Адам? - спросил один из мужчин за стойкой. С суровым лицом, в кожаном жилете, расстегнутом до пояса, и кожаных штанах. Его руки были настолько покрыты татуировками, что Тобиас едва мог разглядеть хоть какой-то кусочек кожи. В заднем кармане у него была рукоятка кожаного флоггера, а на бедре висел кнут. - Этот парень?       Адам ухмыльнулся.       - Тобиас Винсент, познакомься с Сэмом Уайтом, владельцем.        Тобиас встретил взгляд мужчины и ждал, не отводя глаз и не бросая откровенного вызова. Он не собирался драться или трахаться; он ничего этому человеку не был должен. Тот факт, что вкусы Сэма Уайта показались ему немного неприятными, не повлиял на его выражении лица - некоторые из его собственных пристрастий были немного необычными, и он не слышал, чтобы Уайт причинял кому-либо серьезный вред. В отличие от Дэвида Рунгрена.       - Правда? - протянул Сэм. - Тот самый Тобиас Винсент? Я должен был догадаться по шикарному пальто и искусно повязанному шарфу. Вы что, опустились до низшего звена? Что ж, извините, мистер Винсент, у нас за барной стойкой нет ничего элитного, но если хотите зайти ко мне в кабинет, то есть хороший бренди, который вы могли бы попробовать, пока мы обсудим кое-какие дела.       - И какие именно дела? - Холодно спросил Тобиас. Он скользнул взглядом вниз по телу Сэма и обратно, демонстрируя некоторое отвращение.       Сэм приподнял бровь, заметив этот взгляд.       - Почему бы вам не сказать мне, что вы ищете, мистер Винсент?       - Он здесь не для игр, Сэм.       - Заткнись, Адам, и оставь нас в покое, - огрызнулся Сэм. Адам фыркнул, но ушел, как его просили. - Итак, скажите мне, мистер Винсент, что вы ищете такого, чего Бредфорд не может вам предоставить? Молодых? - он указал на скромников, которых Тобиас видел ранее. - Или, - продолжил он, указывая на двух мужчин примерно возраста Ноя с торчащими волосами и густо подведенными глазами. - Может, вы можете кого-нибудь отметить?       Тобиас даже не взглянул.       - Нет, спасибо. У меня есть все, что нужно. Я пришел за информацией.       - Могу я предложить вам выпить? - Спросил Сэм, игнорируя его.        - Бутылку воды. - Тобиас протянул ему двадцатку. - Несколько лет назад на сцене появилось... существо, которое вело себя грубо и притворялось, что это не так. Он причинил некоторый ущерб.       Сэм довольно легко взял деньги и поставил бутылку воды на стойку.       - Это описывает значительную часть моей клиентуры, мистер Винсент, может, уточните?       - Дэвид Рунгрен.       Сэм приподнял бровь и кивнул.       - А что с ним?       Он положил двадцатку Тобиаса в карман и даже не попытался дать сдачу.       - Вы мне скажите. - Тобиас не стал убирать бумажник обратно в карман.       - Он иногда заходит, - сказал Сэм. - Он по-прежнему играет грубо и время от времени наносит урон. Он мудак, но платит по счету, и у меня не так много жалоб.       Тобиас сжал челюсти.       - Не так много. Прекрасно. А он все еще пьет, когда играет? Игнорирует стоп-слова?       - Почему вы спрашиваете?       - Как я уже сказал, он причинил некоторый вред. Тот, кому он сделал больно, теперь мой, и я хочу знать. Вы собираетесь поделиться тем, что знаете, или мне придется просмотреть список ваших клиентов?       - За пятьдесят баксов я расскажу вам все, что хотите, - сказал Сэм, открывая для Тобиаса бутылку воды.       Тобиас не обратил внимания на воду и протянул Сэму еще тридцать долларов. Вот в чем принципиальная разница между ними, подумал он.       Сэм посмотрел на наличные, затем снова на Тобиаса.       - Хорошо, тогда тридцать. - Он взял деньги и добавил их к двадцатке, лежавшей в кармане. - Он никогда здесь не пьет. Его счет состоит из газированных напитков и воды в бутылках. Насколько я знаю, он в завязке. - Сказал Сэм. - Что касается стоп-слов, я их требую, но у меня было несколько жалоб на то, что он раз или два выходил за их рамки. Заметьте, он бывает здесь четыре ночи из семи уже два года, и у меня было всего около дюжины жалоб подобного рода.       - Господи Иисусе. - Тобиас уставился на него. - По меньшей мере, дюжину раз он заставлял людей использовать стоп-слова, не говоря уже о том, что игнорировал их, и вы считаете это приемлемым?       - Я не знаю ни одного саба, что отказался бы от второго раунда с ним, с жалобами или без. И, да, то, что мы здесь делаем, вынуждает людей использовать стоп-слово. Это не похоже на ваш шикарный мужской клуб, мистер Винсент. У этого места другая репутация, вы согласны со мной? Никого не заставляют входить в эту дверь.       Тобиас приподнял бровь.       - И теперь я понимаю, почему бездарные халтурщики оказываются здесь. Спасибо за информацию.       - Не нужно оскорблений, мистер Винсент, я ответил на ваши вопросы. Я был бы признателен, если бы вы говорили потише.       - О, простите. Как вы думаете, кто-нибудь из ваших клиентов будет удивлен, узнав, что они могут получить то, что им нужно, проявив немного уважения? Что не нужно унижать, чтобы они страдали и истекали кровью?       - Неужели вам не приходило в голову, что, возможно, именно за унижением или кровотечением они сюда и приходят, мистер Винсент? - Сэм посмотрел ему в глаза. - Разве нет? Не все живут в вашем идеальном мире. Теперь вы уйдете или собираетесь стоять здесь и продолжать оскорблять моих клиентов?       - Не ваших клиентов, Сэм. Вас. Я мог бы взять любого из этих мальчиков и удовлетворить любые его потребности. Однако у меня есть то, что нужно, и то, за чем я пришел. Возможно, вам стоит дать понять Дэвиду, что он не совсем пропал с радаров.       - Это угроза, мистер Винсент? Может, вы захотите высказать ему лично. Он только что вошел.       В парадную дверь вошел крупный светловолосый мужчина в темных очках. У него были широкие плечи и бедра; все в нем было широким. Он весил, должно быть, фунтов триста. Рядом с ним, согнутый в поясе и почти в буквальном смысле тащимый за шиворот, стоял темноволосый мальчик в кожаных шортах, запястья которого были связаны спереди. Мужчина обменялся приветствиями и кивками почти со всеми. Он подошел к бару, медленно оглядел Тобиаса с головы до ног, фыркнул и продолжил свой путь.       Желчь подступила к горлу при мысли о том, что этот человек когда-либо прикасался к Ною. Образ этого существа, хлещущего его мальчика, причиняющего ему боль… кладущего на него руку то ли в гневе, то ли от удовольствия, вызывал у Тобиаса тошноту.       - Мистер Рунгрен, - услышал он свой голос, жесткий и ледяной. В баре, наконец, воцарилась тишина, мальчики у стены придвинулись ближе, а затем отступили, словно живая волна.       Мужчина остановился и повернулся, чтобы посмотреть на Тобиаса.       - Да?        - Меня зовут Тобиас Винсент. - В одном из углов послышался приглушенный шепот, затем на них снова зашикали те, кто больше хотел слушать, чем говорить.       Тобиас проигнорировал их и переместился в середину зала, встав лицом к Рунгрену. Он стоял прямо, расправив плечи и сложив руки за спиной.       Дэвид нервно взглянул на Сэма за стойкой, который в ответ пожал плечами.       - Чего вы хотите? – наконец, спросил он, когда его мальчик опустился на колени рядом с ним.       - Только прояснить одну вещь. - Тобиас не двигался и мгновенно оценил акустику бара. Публика внимательно его слушала, что было приятно; это заставляло его чувствовать себя как дома, если бы в доме водились змеи. - Если то, что случилось с Ноем Доланом, повторится с кем-нибудь еще, вы пожалеете об этом. Если мальчику у ваших ног придется избить вас до полусмерти, чтобы получить медицинскую помощь, вы пожалеете об этом. Если вы когда-нибудь оставите кого-нибудь в клетке на несколько дней, вы пожалеете об этом. Я узнаю и заставлю тебя страдать. Понял?       Дэвид с трудом сглотнул, и хотя его губы шевельнулись, с них не сорвалось ни звука. Он внезапно облизал их и пару раз покачал головой, бросив на Тобиаса недоверчивый взгляд, но, в конце концов, мужчина кивнул и опустил глаза в пол.       - Хороший мальчик. - Тобиас повернулся и направился к выходу из бара, надеясь успеть уйти до того, как кто-нибудь из молодняка попытается к нему прицепиться. Если повезло, кто-нибудь из них увидел то, что ему нужно - Мастера, способного захватить помещение и победить одной лишь силой воли.