Девиации: доминирование

      Бредфорд заверил Тобиаса, что прибытие гостей пройдет быстро и незаметно, что, безусловно, было правдой.       Либо Бредфорд безошибочно рассчитал время, и прибытие нескольких машин пришлось на то время, пока Тобиас держал Ноя в «безопасной» комнате, либо еще никого не было. Точно сказать было невозможно, так как все машины должны были находиться на противоположной стороне сарая. Он узнает это, когда поведет Ноя туда, после того как оденет его.       Он знал, что Бредфорд планирует поручить Фантому показывать всем конюшни, по сути, занимая всех до тех пор, пока не придёт время вывести Ноя. Это, конечно, было сделано исключительно для того, чтобы Фан был занят и хорошо проводил время. Это могло привести к катастрофическим последствиям, но Тобиас подозревал, что Фан сделает все, что в его силах, к тому же саб все равно знал почти каждый дюйм в этих конюшнях, за исключением новых игрушек, которые Тобиас купил для Ноя.       Однако он не мог не чувствовать лёгкого волнения. Это был важный день, как для него, так и для Ноя. Он услышал, как Ной закончил принимать душ, и выпрямился, глядя на себя в зеркало. Это был день пышных церемоний, и он готовил Ноя к нему, начав сразу после прибытия Ноя накануне вечером. Вечер был полон фантазий и глубокого подчинения, за которым следовала тяжелая сцена бондажа утром; Ной был глубоко погружен в сабспейс, и Тобиас планировал удерживать его там.       Он надел обтягивающие кожаные штаны и простую черную рубашку, единственной его уступкой было то, что рубашка была шелковой, а не хлопковой. Ной был обнажен, если не считать стального кольца на члене, хотя он пойдет по заснеженному двору в плаще.       - Помоги мне с сапогами, - сказал он, когда Ной вошел в «безопасную» комнату. Он говорил тихо и спокойно. Авторитетно.       Ной молчал. Он был погружен в себя так долго, что Тобиасу не нужно было давать ему указания молчать, он просто делал это интуитивно. Ной подошел к шкафу, чтобы вытащить крючок для обуви. С помощью Ноя Тобиас надел сначала один сапог, затем другой, а после того, как Ной вернул крючок на место, так же молча опустился перед Тобиасом на колени.       - Пора прогуляться, мальчик. - Тобиас положил руку Ною на голову, не то чтобы погладил, но и не просто прикоснулся. - Здесь холодно. Обувь стоит у двери. Ты наденешь плащ, который висит на спинке кресла. Пойдем.       Тобиас медленно направился к двери, слыша, как Ной встает и набрасывает на плечи тяжелый плащ. Плащ был длинный, волочился по полу, и можно было не опасаться, что Ной замерзнет по дороге в конюшню. Он направился к лестнице, спустился по ней, а затем остановился, надевая ботинки.       Глаза были опущены, все тело расслаблено и спокойно.        Тобиас молчал, пока они шли по дорожке, опустив глаза, он высматривал следы. Он ничего не увидел, а это означало, что он все еще понятия не имел, все ли в порядке с планами или они провалились.       Он подошел к двери и обнаружил, что она не заперта. Вот и ответ на вопрос. Он скрыл этот факт от Ноя и открыл тяжелую дверь.       - Оставайся со мной, - сказал он, немного увеличив температуру и взяв у Ноя плащ. Он включил освещение на ринге и в центральном проходе, оставив все остальное в темноте. - Обувь.       Голый и босой Ной прошел за ним по проходу и вышел на ринг.       - Приветствую вас, друзья, - сказал Тобиас, выходя на середину ринга и усаживаясь в свое кресло.       Ной остановился, повернувшись лицом к креслу Тобиаса, и на мгновение растерялся, но его выучка быстро взяла верх, и он послушно опустился на колени рядом с креслом Тобиаса, у его ног. Его поза была безупречной, а глаза опущены.       - Бредфорд, надеюсь, все в порядке?       Бредфорд вышел из темной кабинки и кивнул Тобиасу. За ним выстроилась вереница мужчин, в основном, Домов и их сабов, которые двинулись по проходу и заняли места за пределами ринга.       - Мы все здесь, Тобиас, - сказал Бредфорд, занимая свое место на краю ринга. Фан, выглядевший довольно хорошо, молча опустился на колени у его ног.       - Замечательно. Спасибо вам всем, что пришли, - спокойно произнес Тобиас. Он внимательно посмотрел на каждого Дома, оставив за собой право кивка Бредфорду, Логану и Бретту. - Всем вам, - сказал он мягко.       Встав, он взглянул на стол и увидел черную коробку, которую Бредфорд был так любезен принести для него, и улыбнулся про себя.       - Сегодня особенный день, - сказал он.       Жестом он показал Ною, чтобы тот оставался на месте, и перешел к сундуку со своими кнутами. Все крупные предметы были перемещены, отодвинуты в сторону арены, за исключением кресла, стола и Андреевского креста.       - Сегодня, - продолжил он, открывая сундук, - сегодня я покажу вам моего мальчика. Чему он научился. Как далеко он продвинулся и какой замечательный подарок мне преподнес. - Он наклонился и поднял кнут, позволив его кольцам упасть на пол. - Ной. К кресту, пожалуйста. Повернись лицом к нему. Руки над головой, ноги расставлены. Логан, будь так любезен, не мог бы ты надеть на него поясной ремень?       - С удовольствием. - Логан улыбнулся и подошел к кресту, ожидая Ноя.       Ной медленно встал и размеренным шагом направился к кресту.       Тобиас видел мурашки на руках, когда тот проходил мимо, и Ной возбудился от одного только взгляда на кнут и осознания, что у них есть зрители. Он занял свою позицию на кресте, расставив ноги и подняв руки над головой, пока Логан застегивал пояс безопасности. Закончив, Логан кивнул Тобиасу и вернулся к краю ринга.       - Спасибо, Логан. - Сказал Тобиас, снова наклоняя голову. - Ной, ты предпочитаешь держаться за кольца или хочешь, чтобы тебя заковали в наручники? Будет три удара, и предупреждаю, будет больно.        Ной на мгновение задумался, затем попробовал кольца.       - Если вам угодно, господин, я бы предпочел держаться за кольца.       Тобиас кивнул.       - Да, угодно. Возьмись за них и подыши, мы начнем через минуту. - Он рассеянно свернул кнут и подождал, пока Ной успокоится.       На ринге не было слышно ни звука, собравшиеся мужчины молча стояли в полный рост или на коленях, воздух был насыщен предвкушением.       Ной неторопливо поиграл кольцами в пальцах, в конце концов, выбрав удобное для каждой руки положение. Он сделал глубокий вдох, его спина и плечи расправились, затем снова медленно напряглись на выдохе. Он наклонил голову, глубоко вдохнул, затем снова поднял ее и уставился перед собой.       В его теле не было и следа напряжения; плечи, спина, задница были гладкими и расслабленными, а ноги твердо стояли на своих местах.       Три удара он запланировал, три обещал; по одному на каждое плечо, один ниже на правом плече, закрывая шрам, оставшийся на коже его мальчика. Подняв кнут, Тобиас сделал глубокий вдох, успокаиваясь, и ударил - звук был слишком резким и громким, чтобы затеряться на ринге, и слишком живым, чтобы его заглушила звукоизоляция.       Ной вскрикнул от боли, громкий вскрик, такой же чистый и резкий, как щелчок кнута Тобиаса.       - Господин! Спасибо, сэр. - В его голосе слышался стон.       Он приподнялся на цыпочки, его плечи напряглись; каждый мускул на них был напряжен и четко очерчен, но через пару быстрых, неглубоких вдохов он взял себя в руки.       - Как ожог, сэр, - сказал он Тобиасу. Он все еще тяжело дышал, несмотря на боль, но его голос приобрел тот низкий, мягкий тембр, как всегда, когда он находился глубоко в сабспейсе. Очень глубоко. - По всей руке. У меня покалывает пальцы.        Тобиас знал, что Ной не жаловался, он просто говорил ради Тобиаса, давая ему понять, что он чувствует. Он был далек от своих стоп-слов.       Сделав еще один вдох, Тобиас снова отвел руку назад и хлестнул Ноя по другому плечу, и красный рубец идеально сочетался с предыдущим.       Часть сознания Тобиаса отметила, что у него встал; когда он вел Ноя к рингу, этого не было, но его возбуждение быстро нарастало.       - О, Боже, - простонал Ной. - О, Боже, Боже... - На этот раз крика не последовало, но его тело напряглось так же, как и раньше. - Спасибо, господин, - всхлипнул Ной. - О, господин, господин... вы так добры, так добры ко мне, - бормотал он, с трудом переводя дыхание. Дыхание было прерывистым, и хотя Ной явно пытался расслабиться, на этот раз ему потребовалось гораздо больше времени, чтобы успокоиться. Когда он, наконец, это сделал, казалось, он слегка повис на кольцах.       - Еще один, малыш, - спокойно сказал Тобиас. – Прими его. Ради меня.       Как только Ной успокоился, Тобиас щелкнул кнутом, и кончик его аккуратно прошелся по шраму, оставленному Дэвидом на теле его мальчика.       - Мой, - громко произнес он, и его голос рассек воздух так же сильно, как и щелчок кнута.       - Ах! Ваш, господин, ваш. Спасибо, спасибо вам. - Ной начал всхлипывать. Он наклонился вперед и оперся грудью о перекладину креста, чтобы не упасть, повернул голову и уткнулся лицом в левый бицепс. Его колени, казалось, немного ослабли, но упорно поддерживали его. Костяшки пальцев, сжимавших кольца, побелели. - Господин.       Тобиас подошел к нему, не торопясь. Каждый шаг звучал громко, он на ходу собирал свой кнут, свивая его, как змею, в ладонь.       - Молодец, мальчик, - тихо сказал он. Не прикасаясь к Ною, он осмотрел рубцы и кивнул. - Ты хорошо принял их. Я горжусь тобой.       Повернувшись, он обратился к собравшимся мужчинам.       - Ной - мой мальчик. Вы видели, как он растет, видели, как покоряется. И теперь я боюсь, что кто-нибудь из вас попытается увести его. - Он ухмыльнулся, когда остальные рассмеялись. - Для этого я надеваю на него ошейник. Он это заслужил, и он этого заслуживает.       Тобиас подошел к столу и открыл коробку.       - Ной, подойди сюда и встань на колени, пожалуйста.       Ной глубоко вздохнул и отодвинулся от креста.       Он вытер глаза и поднял голову, а когда обернулся, то улыбался, его член все еще был твердым. Он медленно направился к Тобиасу, словно немного неуверенно держится на ногах, но не было никаких сомнений, что он доберется до цели. Радость по поводу обещанного ошейника была очевидна по выражению его лица и по тому, как он расправил плечи.       Он аккуратно опустился на колени лицом к Тобиасу и лишь слегка поморщился от напряжения в спине, когда принял позу «показа».       Тобиас улыбнулся ему и вынул ошейник из коробки. Массивное серебряное кольцо было тяжелым в его руке, металл уже нагревался от прикосновения. Изящный кельтский узор, выгравированный на внешней стороне, привлекал внимание и слегка поблескивал на свету; имена на внутренней стороне не должны были быть видны.       - Посмотри на него хорошенько, мальчик. Как только ты его наденешь, уже не снимешь, если только мы не расстанемся. Я позаботился о том, чтобы он был достаточно незаметным и ты мог носить его на работу, и он застегивается на винты. Ты не сможешь снять его.       Глаза Ноя широко распахнулись, когда он протянул руку и провел пальцем по замысловатому кельтскому узлу. Узкий серебряный круг отражал свет, и гравировка, должно быть, привлекла его внимание, потому что он немного наклонился, легко наклонив руку Тобиаса, чтобы прочитать ее. Улыбка Ноя стала шире и сентиментальнее, и он тихонько рассмеялся, довольный. Он ласково провел пальцами по запястью Тобиаса, а затем убрал руки за спину.       - Я горжусь тобой, - сказал Тобиас. - Этот ошейник - знак признания и символ твоего подчинения мне. Ты заслужил его, и знаю, ты будешь работать, чтобы сохранить его. Этот ошейник говорит о том, что ты мой. Я буду продолжать работать, чтобы оставаться достойным этого.       Тобиас надел изящный ошейник на шею Ноя, и его член затрепетал от этого зрелища. Он изящно лежал на ключицах, ниже, чем обычно для игр, но комфортно для повседневной носки. Он закрутил два винта, наблюдая, как член Ноя твердеет еще больше.       - Встань, - хрипло сказал он.       Когда Ной поднялся на ноги, Тобиас развернул его лицом к остальным. Он встал позади него и сказал:       - Мой сабмиссив. Мой окольцованный сабмиссив. Если у кого-то есть претензии к Ною или по поводу него, они будут иметь дело со мной.       На мгновение повисла звенящая тишина, и Тобиас обхватил член Ноя рукой, стараясь не дать ему откинуться назад и задеть рубцы.       - Примерно через полчаса, - прошептал он, - я трахну тебя так сильно, что тебе не захочется садиться на лошадь до самого Дня Святого Валентина.       Ной громко и бесстыдно застонал, улыбка все еще не сходила с его губ. Бредфорд и Логан рассмеялись в ответ и зааплодировали.       - Троекратное ура Тобиасу и Ною! - Бредфорд прокричал первое приветствие сам. Ринг наполнился искренними аплодисментами и одобрительными возгласами, как от Домов, так и от сабов.       Тобиас ухмыльнулся и отпустил член Ноя.       - Хорошо, малыш. Иди, похвастайся друзьям, я скоро тебя найду.       Он подождал, пока Ной перестанет дуться, прежде чем поцеловать его.       - Я люблю тебя. Иди, поиграй.       Ной, наконец, тронулся с места, Фантом и Брайан почти бегом бросились к нему, а Тобиас подошел к Бредфорду и протянул руку.       - Спасибо, друг мой. Твоя помощь бесценна.       - Поздравляю! Думаю, он был удивлен, не так ли? Возможно, мне придется показать твоего мальчика и твой кнут на моей вечеринке в честь Дня святого Валентина; это было сделано мастерски, и он прекрасно держался, - сказал Бредфорд с широкой улыбкой. - Интересно, когда бы он произнес стоп-слово, если бы ты не сказал ему, что ударов будет только три.       Справа от них Ной был окружен сабмиссивами, чьи Мастера позволили им свободно его поздравить. Тобиас слегка улыбнулся.       - Еще один такой, или два, если бы я был помягче, - сказал он с абсолютной уверенностью. - Ошейник получился превосходным, да?       - Он прекрасен. Признаюсь, я заглянул в коробку, не хотел получить его и обнаружить, что это не то, что ты просил. Интересно, как он будет воспринят в раздевалке на работе? - Бредфорд ухмыльнулся. - Не то чтобы это имело значение, Ной выглядит таким гордым, что готов лопнуть от радости. Он, наверное, рассказал бы своим приятелям-полицейским, если бы они спросили его прямо.       Логан подошел и протянул руку.       - Поздравляю, старина, очень завидую твоей руке. Ты даже не вспотел.       Тобиас пожал Логану руку и улыбнулся.       - Проведи немного времени с Бредфордом, и твоя рука станет такой же. Хотя я бы опасался за его спину. - Тобиас снова посмотрел на Ноя и почувствовал, как его улыбка становится шире. - Лучше ему не лопаться, это мое.       Логан рассмеялся.       - Еда уже готова в одной из кабинок; куда ты хочешь её поставить? Мы можем попросить мальчиков всё подготовить. Я думаю, всем не терпится поиграть. - Бредфорд подмигнул, глядя на Ноя. - Он выглядит счастливым, Тобиас, ты очень везучий человек.       - Я знаю. Правда, - тихо сказал Тобиас. Прочистив горло, он указал на библиотечный стол. - Я думаю, вон там. Хотя любому, кого застанут сидящим в моем кресле, придется столкнуться с моей рукой.       Мужчины рассмеялись, и Логан отошел, чтобы позвать нескольких сабов, принести еду. Все еще улыбаясь, Тобиас повернулся к Бретту.       - Спасибо, что пришли. Я знаю, это очень много значит для Ноя, и хочу, чтобы ты знал, что я ценю это.       - Для меня было честью быть приглашенным. Я был удивлен, поскольку фактически покинул тему, но это действительно самый важный день в жизни Ноя, и я рад, что могу поддержать его. И Эндрю был молодцом. Это не совсем его стиль, но, похоже, они с Ноем хорошо ладят. - Бретт указал туда, где они оживленно беседовали. Бретт оглянулся на Тобиаса. - Помимо того, что ты просто… потрясающе делаешь свою работу, - сказал он с улыбкой, - ты должен знать, что Ной очень высокого мнения о тебе, Тобиас. Он очень гордится тобой, говорит, что чувствует себя в полной безопасности, и все видят, что он тебя очень любит. Я, правда, рад за вас обоих.       - Спасибо. - Тобиас уже начал сомневаться, перестанет ли он вообще улыбаться. - Эндрю, похоже, понравился ошейник, - отметил он. - И у него определенно нет проблем с разговором с обнаженным мужчиной. - Он засмеялся и подмигнул Бретту. - Может, он и не придерживается такого образа жизни, но уверен, у него есть несколько забавных наклонностей.       Бретт рассмеялся и подмигнул в ответ.       - О, скажем так, он далеко не «ванильный».       Бредфорд ласково погладил Фантома, когда тот вернулся к нему.       - Привет, питомец, как дела?       - Хорошо, сэр. Спасибо, - сказал Фантом. Тобиасу тоже показалось, что он в порядке, и в его голосе не было и следа той боли, что он испытывал всего несколько дней назад. - Логан попросил меня помочь с едой. - Он улыбнулся Тобиасу, стараясь не поднимать глаз. - Ошейник Ноя прекрасен, сэр. Поздравляю.       - Спасибо, Фантом, - тихо сказал Тобиас. – Это означает... очень много для меня, знаешь ли. - Он на мгновение взглянул на Бредфорда. - Могу я поговорить с ним пару минут, прежде чем он отправится помогать Логану?       - О, да, конечно, не торопитесь, у Логана много помощников. - Бредфорд взял Бретта за руку. - Ты должен представить меня своему кавалеру, Бретт, - попросил он, плавно оставляя Фана и Тобиаса наедине.       Тобиас погладил Фана по руке.       - Как ты держишься?       - Я в порядке. Правда. - На его лице появилась искренняя улыбка. - Бредфорд предоставил мне отдельную комнату, и не возражает, если мне снятся кошмары. Ну, во всяком случае, пока. Доктор Брюер говорит, что некоторые из них вызваны приемом лекарств, и со временем все наладится.       Тобиас кивнул.       - Чем она тебя накачала?       Фан фыркнул.       - Боже, я не смогу произнести. Что-то от тревоги и стабилизатор настроения. Она говорит, что с перепадами настроения всё кратковременно, что терапия поможет. Сейчас я хожу к ней каждый день.       - Она тебе нравится?       Фан кивнул и снова улыбнулся.       - Она очень милая. Приятно, что мне не нужно учить её этому образу жизни - все врачи, к которым меня отправляли родители, пытались исправить мои странности.       - Я знаю. - Он знал. Он пришел в ярость из-за этого, и это было основной причиной, по которой он настоял на визите к доктору Брюер. - Тебе что-нибудь нужно?       Фан снова улыбнулся.       - Нет, сэр. Но могу я спросить?       - Конечно, спрашивай.       - Могу я поблагодарить Ноя, прежде чем мы уйдем? Он, правда, отлично поработал с вами, почти вернул вас в строй.       Тобиас запрокинул голову и рассмеялся.       - Сопляк!       - Нет, серьезно! - запротестовал Фан, тоже смеясь. - На самом деле, - его голос понизился, и он перестал смеяться. - Пару недель назад я выбрался из дома. Перед Новым годом. Твоя репутация на южной стороне будет на высоте еще несколько лет.        Тобиас замер.       - О?       Фан кивнул.       - Какой-то парень по имени Адам ввел меня в курс дела. Я полагаю, Ной не в курсе?       - Нет.       - Хорошо. Просто подумал, что тебе будет приятно узнать, что там, в трущобах, ты ебаный герой.       Тобиас кивнул сам себе.       - Я подумаю об этом позже. А теперь кыш отсюда. Помоги Логану. - Меньше всего Тобиасу хотелось думать о Дэвиде и о том, что произошло, когда он пошел за этим человеком. Не тогда, когда он должен был поздравлять Ноя и их совместную жизнь.       Фан услужливо отмахнулся, вероятно, прекрасно понимая, о чем думает Тобиас.       - Угощайтесь, друзья мои, - громко сказал Тобиас. - А когда у вас появится настроение, отправляйтесь в конюшню. В каждой кабинке есть необходимые припасы, медикаменты и вода в самом конце. Если вам что-нибудь понадобится, нужно только попросить. - Он улыбнулся, услышав радостные возгласы. - Ной. Подойди ко мне, пожалуйста.       Группа, собравшаяся вокруг стола, расступилась, и из нее вышел Ной, который направился прямо к Тобиасу и опустился на колени у его ног.       - Сэр, господин, я... Я не знаю, что сказать. - Ной обдумывал свои слова. - Я совсем не ожидал этого. Я так... польщен. У меня просто нет нужных слов, чтобы поблагодарить вас.       - Ты заслужил его, малыш, - мягко сказал Тобиас. - Он твой только по этой причине. Ты оказываешь мне честь, нося его.       - Я очень горжусь тем, что ношу его, сэр, - сказал ему Ной. - И он прекрасен.       - Знаешь, это может перерасти во взаимные комплименты. Честно говоря, я бы предпочел воспользоваться тобой.       - Я с нетерпением жду вашего обещания, сэр, - игриво сказал Ной. - У вас есть на примете стойло? Или вы планировали наклонить меня над закусками?       Тобиас ухмыльнулся и попросил Ноя встать.       - Разве, малыш? Стал бы я так делать? - спросил он, направляя своего мальчика обратно к столу, и они оба счастливо улыбнулись.