Двойное свидание

В один очередной день, Субон решил вступить в клуб. Не в какой-то конкретный – он хотел вступить во все сразу. – Это называется «networking», – объяснял он, размахивая стопкой анкет. — Я буду везде! Меня будут знать! I will become a legend! Представьте: Танос из клуба астрономии. Танос из клуба кулинарии. Танос из клуба... – Танос из клуба «вылети-отсюда-пока-не-поздно», – перебила Сэми. – Ты хоть одну анкету заполнил нормально? Или везде написал «Танос» в графе «имя»? – Это мой бренд! – Это твой диагноз, лечись. Но Субона было не остановить. Он заразил своей идеей всех. Даже тех, кто не хотел заражаться. Ёнми подписалась на кружок рисования. Просто потому что там было тихо, пахло красками и никто не заставлял разговаривать. Она приходила, садилась в угол, доставала альбом и рисовала. Иногда пейзажи, иногда лица. Однажды она нарисовала Намгю. Он случайно увидел и сказал: – Уши кривые. – Это не уши, это тень. – ответила она. Он усмехнулся и ушел. Но на следующий день принёс ей новый набор карандашей, без повода. Просто положил на парту и ушёл. Намгю ни в какой клуб вступать не собирался. Его записала Сэми – просто назло. Вписала его имя в анкету кружка кулинарии и забыла. Вспомнила, только когда Нам пришёл в столовую с перевязанным пальцем и ледяным выражением лица. – Кто. Меня. Записал. В кулинарию. – Я, – гордо ответила Сэми. – Ты же говорил, что умеешь обращаться с ножом. – Я говорил про другое! – А какая разница? Нож – он и есть нож. – Я порезался о тёрку! О ТЁРКУ, СЭМИ! – Ну... Значит, ты универсален. Сэми сама записалась в кружок журналистики, потому что там можно было печатать на старой пишущей машинке и чувствовать себя героиней нуарного фильма. На первом же собрании она предложила вести колонку школьных сплетен под названием «Кто, с кем и почём». Её идею отклонили, но она всё равно вела колонку – устно, на переменах. Дэхо выбрал кружок садоводства. Ему нравилось копаться в земле. – Садоводство это так круто! Меня это успокаивает! – Ты просто любишь грязь, – говорила Сэми Дэхо не спорил – он действительно любил грязь. На втором собрании он умудрился перепутать семена и посадил тыкву вместо редиски. Тыква проросла быстрее, чем ожидалось, заняла весь подоконник и была торжественно названа «Викторией». – Почему Викторией? – спросила Ёнми. – Потому что это победа! – ответил Хо. – Я впервые что-то вырастил, и оно не умерло. – Пока, – добавила Сэми. – Оно живое, только пока я за ним не пришла. – Ты не посмеешь! – Я пошутила! Расслабься! Тыкву я не трону, а вот тебя – могу. Минсу вступил в клуб статистики. Он был там единственным участником, его это полностью устраивало. – У нас сегодня собрание, – сообщил он как-то за обедом. – И сколько человек пришло? – спросил Намгю. – Один, тоесть, я. – И как прошло? – Продуктивно. Я подсчитал, что явка составила 100%. Это лучший показатель в школе. – Ну... Поздравляю, чтоли. – Спасибо! Я записал это в протокол. Генсу вступил в кружок видеосъёмки. Он ходил по школе с камерой, снимал всё подряд и комментировал происходящее в стиле документального кино. Впринципе, ничего не изменилось, он был таким и раньше. Иногда его выгоняли из классов, иногда из туалетов. Один раз его выгнали из учительской, куда он пробрался в поисках «эксклюзивного материала». Эксклюзивным материалом оказался завуч, который ел бутерброд и смотрел видео с котами. Катастрофа случилась в четверг. В один день, в один час, в одном месте. Кружок кулинарии должен был готовить десерт для школьной ярмарки. Кружок садоводства отвечал за украшение зала. Кружок журналистики взялся освещать событие. Кружок видеосъёмки – снимать процесс. Рисования – рисовать афишу. А Субон, который числился во всех кружках одновременно, решил, что он – координатор. – Я буду координировать! – объявил он, входя в актовый зал с планшетом. – У меня есть четкий, структурированный и подробный план. – У тебя на планшете играет клип, –заметила Сэми. – Это не важно! Кан Мина, высокая девушка с фигурой модели и длинными волосами завязанными в высокий хвост, была из параллельного класса вместе с Таносом, и была ответственной за ярмарку. Она раздала указания, оглядела собравшихся и сказала: – Мне нужно, чтобы всё прошло идеально. Без сюрпризов и без фокусов. Еще без Субона. Субон прижал руку к груди: – Почему сразу «без Субона»?! I am responsible! I can do it! – Именно поэтому. Началось всё с пустяка. Намгю должен был приготовить шоколадный мусс – другие участники клуба оставили его одного, мол, сам справится, это всего лишь шоколадный мусс. Он следовал рецепту, который ему дали. – Там соль с сахаром перепутаны. – выкрикнула Сэми, проходя мимо. Намгю принял ее слова в серьез и продолжил готовить, потом мусс был представлен На. – Это что? – спросила Мина, попробовав маленькой ложечкой. Её лицо застыло где-то между ужасом и любопытством. – Мусс, – ответил Намгю. – Шоколадный. – Почему он солёный? – Соленый!? Он не может быть солёным! Сэми, ты стерва! – Я пошутила! – крикнула Сэми из другого конца зала. – Откуда я знала, что ты поверишь?! – Ты сказала это с каменным лицом! – У меня всегда каменное лицо! Пока они спорили, Дэхо украшал зал тыквами. Он принёс Викторию и ещё несколько её «сестёр», которых вырастил за последние недели. Тыквы были красивые, оранжевые, пузатые, он расставил их по всему залу. Проблема была в том, что он также принёс удобрения. И оставил их в открытом пакете. Генсу, пятясь с камерой, споткнулся об одну из тыкв, уронил камеру, попытался её поймать, опрокинул пакет с удобрениями и рухнул в кучу земли, тыкв и шоколадного мусса. Всё смешалось – запах стоял такой, что окна запотели. – Я это смонтирую! – кричал Генсу, лёжа на полу. – Это будет мой шедевр! – Это будет твоя эпитафия, – мрачно ответила Сэми. – Прекрати, либо я заберу у тебя эту камеру! – Не надо камеру... У меня итак травма от прошлого охранника. Субон пытался всех организовать. Он бегал по залу, размахивал планшетом и кричал: – Спокойствие! Только спокойствие! Я всё улажу! – потом врезался в Минсу, который вёл подсчёт пострадавших тыкв. У Су выпал блокнот и рассыпались листы с расчётами. – Ты сбил мою статистику! – возмутился он тихо, но с чувством. – У меня там были графики! Месячные отчёты! – Sorry, bro! Я не хотел! – Субон попытался собрать листы, но перепутал порядок. Минсу тихо застонал. Ёнми пыталась нарисовать афишу в другом конце зала, подальше от эпицентра. Она сидела за мольбертом и старалась не обращать внимания на крики и грохот. Намгю подошёл к ней и сел рядом. – Там хаос, – сказал он. – Я слышу, ты в порядке? – она кивнула на его перевязанный палец. – Это ерунда, тёрка. Я всё ещё зол на Сэми. – Я вижу. Посиди со мной, тут тихо. Он сел, Ми продолжила рисовать. Через минуту он сказал: – Уши всё ещё кривые. – Это тень, – ответила она, не оборачиваясь. – Ага, конечно. Так подожди, а ты не должна была рисовать афишу для ярмарки? Ёнми резко перестала рисовать, медленно повернулась к Намгю: – Блин... Когда всё закончилось, Кан Мина обвела взглядом зал: заляпанный шоколадом угол с перевёрнутыми тыквами и Субона, который пытался протолкнуть тыкву в мусорное ведро, и сказала: – Вы все исключены, из всех кружков. Навсегда. До свидания. – Это самый счастливый день в моей жизни, – сказал Намгю, и впервые за долгое время он почти улыбнулся. А в коридоре Субон уговаривал Мина позволить ему вступить в кружок драмы: – Я могу играть всё! Даже тыкву! – Тыквы исключены, как и ты.