Он (не) любит помидоры

Она перестала считать дни после расставания год назад, но всё ещё продолжала ловить себя на мыслях о Нём. Девушка даже вывела статистику, как часто такие мысли посещали её дурную голову — в среднем раз в несколько дней. Но сегодня Он буквально преследовал её. Девушка вышла на улицу с работы в ужаснейшем настроении — из-за коллеги, просрочившего дедлайн, ей придётся сегодня поработать дома сверхурочно, потому что начальник переложил часть его задач на неё. Поднять настроение не смог даже снег, который легко кружился в свете фонарей, завораживая своей красотой всех, кроме неё. Нет, она любит снег, но сейчас ей нет до него никакого дела — хочется поскорее домой. Она влилась в толпу людей, идущих к метро, и вдруг заметила впереди яркую жёлтую куртку. Сердце пропустило удар. У Него была такая куртка. Точно эта — она из тысячи её узнает. Но разве это может быть Он? Он уехал в другой город, и, наверняка, уже давно счастлив с кем-то, да и незачем Ему находиться здесь — прямо возле её работы. Но ноги понесли её вперёд. Она готова была уже окликнуть обладателя яркой куртки или положить руку на его плечо, но тот снял капюшон и немного повернул голову вбок. Нет, это не Он. Этот немного ниже, волосы вообще другого цвета, да и нос не тот. Обозналась. В кармане завибрировал телефон. Девушка полезла за ним, и ей пришлось предпринять несколько попыток ответить на звонок, ведь сенсор экрана не слушался замёрзших без перчаток пальцев. — Ты уже освободилась? — раздался тёплый голос в динамике. — Я через полчаса тоже заканчиваю. Я тут подумал, может, сегодня сходим в тот японский ресторан недалеко от дома? Помню, ты говорила, что хочешь сходить в подобное место. — Нет, давай лучше дома поедим. — Но ты же любишь эту кухню, — недоумевал парень. — Да, но давай не сегодня. Я что-нибудь приготовлю, поужинаем дома. — Хорошо, давай так. Скоро увидимся. Целую. Он сбросил. А она так и сжимала в руке телефон до белеющих костяшек — то ли от холода, то ли от напряжения. Да, парень прав: девушка очень любила японскую кухню, и много раз говорила, что хотела бы поесть в каком-нибудь заведении. Но именно в этот ресторан она хотела пойти с Ним. Они так и не сходили — сначала не было денег, потом — времени, а затем Он ушёл. Пойти сейчас в это место с кем-то другим было бы сродни предательству. Нет, точно не в этот ресторан. Любой другой, но не этот. Она спустилась в метро, где в переходе часто играли музыканты. Сегодняшний день тоже не был исключением — молоденький парнишка стоял с гитарой в руках и быстро бренчал по струнам, проверяя, настроена ли гитара. А потом он начал играть. Девушка узнала эту песню с первых же нот и замерла, как вкопанная, прямо на ступеньке, из-за чего в неё чуть не влетел мужчина, идущий прямо за ней. Она ненавидела эту песню настолько же сильно, насколько любила. Раньше она была самой прослушиваемой в её плейлисте, но девушка уже давно её удалила и больше никогда не слушала. А всё потому, что эта песня ассоциировалась с Ним. Она услышала её впервые в далёкий летний вечер, когда они сидели на скамейке на набережной и встречали закат. Он протянул ей наушник, который уже еле дышал, но всё ещё работал, и в нём играла эта песня. С хрипами ломающегося наушника, но звучащая так красиво — она сразу стала её любимой. Они слушали эту песню постоянно, часто пели её вместе, и она настолько приросла и к ним, и к Нему в частности, что было больно отрывать этот трек от себя, навсегда стирая с телефона. Но оказалось, что удалить песню из плейлиста легко, а вот из памяти — невозможно. Настолько невозможно, что с первого же аккорда к горлу девушки подкатилась тошнота, и она как можно быстрее побежала на перрон, туда, где она не услышит звуки гитары. Она пришла в себя только тогда, когда уже доехала до нужной станции и направилась в магазин возле дома. Нужно было купить что-то для ужина. Поразмыслив, что бы приготовить, девушка решила сделать запеканку и отправилась вдоль полок супермаркета, чтобы купить всё необходимое. Прошлась в голове строго по рецепту, которому её ещё очень давно научила мама. — Так, всё взяла, остались только помидоры, — подумала она и уже почти тянулась к ним, но тут же мысленно споткнулась и одёрнула руку. — Стоп, какие помидоры? Он же не любит помидоры. Она вышла из овощного отдела и снова споткнулась, только уже физически, и замерла. Нет, это Он не любит помидоры. А вот её парень просто обожает. Да и сама она тоже их ест. Снова перепутала. Девушка вернулась в отдел, схватила помидоры с прилавка, бросила в корзину и быстро направилась на кассу. Какой же абсурд — помнить предпочтения и привычки того, кого в твоей жизни уже нет. Давно пора забыть. На выходе из магазина её встретил только что подошедший — хотя, скорее, подбежавший — парень. Серое пальто нараспашку, волосы немного торчали из-под криво надетой шапки — похоже, очень торопился. Он улыбнулся и забрал всё из её рук. Парень всегда так делает, не позволяя девушке носить ничего тяжелее прекрасных букетов, которые он ей часто дарит. — Милая, как ты? Сложный день? — Да, очень устала. Парень знал, что в такие моменты её лучше не расспрашивать лишний раз. Ей сначала нужно немного отдохнуть и успокоиться, а потом она сама с ним всем поделится. Поэтому он решил отвлечь её, рассказав забавную ситуацию, которая произошла сегодня на работе. У девушки впервые за день на лице появилась лёгкая улыбка. Она наконец ожила и куда более увлечённо присоединилась к диалогу, расспрашивая парня о том, что же там в итоге с проектом, который не даёт покоя сотрудникам отдела уже неделю. Они проходили мимо красиво украшенной арки входной группы парка. Город во всю готовился к приближающимся праздникам — холодную ажурную сталь обвила гирлянда с лампочками-шишками, а сверху на них опустились еловые ветки. — Смотри, как красиво. Хочешь, я тебя сфоткаю? — парень уже готов был лезть в карман за телефоном. — Нет, не нужно. Я не люблю фотографироваться. Но, и правда, красиво. Он удивился, но возражать не стал. Они немного постояли, любуясь украшениями парка, а потом пошли домой. Но девушка мыслями была уже вообще в другом месте. Она врала. Она очень любила фотографироваться, но это всё осталось где-то в далёком прошлом. Её галерея была полна фотографий, сделанных Им. Девушка обожала позировать на камеру, но ещё больше она любила, когда Он ловил случайные кадры, на которых она нравилась себе даже больше, чем на запланированных. Он запечатлевал её улыбки, скорченные рожи, прилипшие от дождя волосы к лицу. И везде она была прекрасной и счастливой. Сейчас этих фотографий не осталось. Нет, она не удалила их сама — рука бы не поднялась. Зато рука подруги поднялась. Да так хорошо, что она не только удалила все совместные фото, но и стёрла переписки, заблокировала номера, удалила всё, что с Ним связано, выбросила все подарки и даже личные вещи, которые Он то ли случайно, то ли нарочно оставил в её квартире, когда съезжал. Девушка тогда кричала, швыряла в подругу подушки, рыдала. Но сейчас она ей благодарна за эту помощь, ведь ей со временем и правда стало немного легче. Если бы эти фото всё ещё были в её телефоне, она бы просматривала их каждый день, и она это прекрасно понимала. Хорошо, что подруга ничего не оставила. Пара готовила себе ужин на маленькой, тесной кухне, но такой уютной оттого, что они делали это вдвоём. Он занимался фаршем, пока девушка мыла и нарезала овощи. — Солнышко, подай мне соль, — буднично попросил парень. Она даже дёрнулась — будто бы её ударило током. — Не называй меня так, — сказала она сухо, даже слишком, чем ещё больше ошарашила парня, и торопливо передала ему солонку. — Почему? Ты же любишь милые обращения. «Котик», «зайчик». — «Солнышко» — не надо. Звучит как-то глупо и по-детски. — Хорошо, — растерянно произнёс парень, не понимая, в чём причина такой несвойственной ей резкости, но донимать вопросами не стал. «Солнышком» её всегда называл Он. Слышать это обращение от кого-то ещё — невыносимо. После ужина девушке пришлось сесть за компьютер, чтобы продолжить работать. Парень подошёл со спины, наклонился к ней, легонько поцеловал в щёку и, напевая что-то себе под нос, пошёл выгружать бельё из стиральной машины. Она всегда любила тактильность и нежность, и такие внезапные поцелуи тоже. Но больше всего ей нравилось, когда её целовали в лоб. Он всегда так делал. Но просить своего парня об этом она бы точно не стала. Каждый раз, чувствуя на коже чужие губы, девушка будет закрывать глаза и представлять Его. Будет обманывать и себя, и парня. Это настолько нечестно, что даже противно, и она не может себе этого простить. Парень развесил бельё на сушилку и уселся рядом с девушкой. — Слушай, я тут договорился с коллегой — мы махнулись графиками, так что теперь у нас с тобой совпадают отпуска. Я запланировал небольшое путешествие. Уже посмотрел билеты и гостиницу. Угадай, куда мы едем? — М, не знаю. Может, в город к твоим родителям? — девушка подняла на него уставший взгляд и потёрла глаза. — Нет. Только ты и я. В городе твоей мечты. — Да ладно. Ты шутишь? — Разве я шучу о подобном? — он смотрел на неё такими сияющими глазами, словно это его мечта будет исполнена, а не её. — Вау. Это... круто. Я даже подумать о подобном не могла. Спасибо, — они переплели пальцы. — Надо будет составить список мест, которые мы хотим посетить. Я слышал, там есть большая картинная галерея — её я уже добавил. — Но ты не любишь картины. — А ты любишь. И мне нравится, когда ты довольна. Она улыбнулась уже второй раз за вечер. Но на душе было гнусно и липко. Девушка и правда мечтала поехать в этот город, и уже однажды планировала это путешествие, только вот делала она это не с ним, а с Ним. Они усердно выбирали музеи, в которые пойдут, улицы, по которым собираются гулять, и представляли, как будут там вместе. Они расстались за неделю до предполагаемой поездки. А теперь эта мечта будет исполнена не с Ним, а с другим. Но она чувствует, что всё равно будет думать всю поездку о Нём. И от этого осознания девушке больно так, что хочется вырвать сердце и выкинуть его куда подальше, лишь бы оно не мешало нормально жить. Ей даже тошно от самой себя. Рядом такой хороший, заботливый парень, который любит её всей душой, а она до сих пор живёт с призраком, не выходящим из её головы. Пожалуй, стоит наконец отпустить и не жить Им. Но получится ли забыть, если Он — твоя первая любовь?