Реинкарнация

Юджи мог себе признаться, что его жизнь превратилась в однотипное ничто просто потому что он прекратил стареть. Если бы он был обычным магом все было бы гораздо проще, но в свои 83 он выглядит на лет тридцать и то с натяжкой, если он долго живет на одном месте ему приходиться придумывать правдоподобную ложь или же, что чаще всего происходит он покидает свое место жительства. Последние двадцать лет он обитает на окраине Японии, где у него есть свой дом и отсутствие соседей. Чего еще можно желать, покой, природа, тишина, которую временами разбавляет появление демонов, которых он методично уничтожает. В мире магов его знают, как сильнейшего к которому можно обратится с просьбой, которая касается демонов и прочего, что с этим связанно. За свои года Итадори заработал достаточно денег, чтобы уже сейчас сидеть и просто жить в свое удовольствие, но он понимает, что не может так. Вся его прошлая жизнь буквально преследует его, сны, от которых он просто не может избавиться. Смерть его учителя, которая ударила по нем сильнее всего, смерть Мегуми, который просто не смог пережить того, что случилось. Он до конца своей жизни винил себя в том, что это именно он убил своего приемного отца и сколько бы его не переубеждали все было без толку. У Юджи осталась только Нобара, которая часто его навещает и приписывает мотивирующих лещей, когда Итадори совсем загоняется. Он благодарен подруге, что та его не бросила и когда он сказал ей об этом Нобара его неплохо так побила. А еще был Сукуна, который оказался его дядей, бред в который сложно было поверить, но все оказалось гораздо сложнее. Итадори оказался реинкарнацией его близнеца, которого тот убил еще даже не родившись. После этого Юджи просто не мог смотреть на Сукуну как-то по-другому, древний демон оказался его родственником, который его люто ненавидел. Итадори пытался к нему достучаться, но как это обычно бывает злодеи истории совсем не слышат или не хотят слышать о чем им говорят. Сукуна всегда ненавидел Юджи и тому тоже пришлось соответствовать. Он потерял многих, после войны с Кэндзяку с остальными он даже не общался. С Ютой он особо не ладил, Итадори только знал, что тот женился на Маки и после этого связь с ними как-то пропала, но он и не искал, не за чем было. Иногда Юджи посещает такая тоска, что впору на стену лезть, Тодо со своей женой живут в другом городе и иногда друг шлет ему открытки и письма в которых спрашивает как у него дела. Но в такие вечера, как сегодняшний ему снова захотелось буквально удавиться от одиночества. Он никогда не признается ни Нобаре, ни Тодо, что ему хочется банально с кем-то поговорить, но из-за того, кем он был и что пережил он не смог банально ни с кем встречаться. Душевная боль захлестнула его слишком сильно, но Юджи держит ее в себе и никому не показывает, разве что Нобара могла ее заметить, но молчать просто потому что сама прекрасно его понимает. Она хоть и живет одна, но ей удалось не упасть на то дно, которое окружает самого Юджи. Она помогает по-своему, приносит сладости, часто звонит, заходит в гости, они оба могут смотреть фильмы по ночах и есть мороженное, могут обсуждать абсолютно все, что их душе угодно. Она не дает ему пробить это дно и оставаться на одном месте, сам Итадори просто не хочет оттуда выходить, у нее своя жизнь, зачем ей нянчится с мужиком, который разменял уже девятый десяток? Итадори периодически получает за это по голове за свои глупые мысли, но он слишком упертый, чтобы сделать то, что просит Нобара. Очередной вечер был ничем не примечательным, все та же комната, все тот же телевизор по которому транслировали новости. С тех времен, с Сибуи и с миграции практически ничего не изменилось, кроме того, что самые смертоносные демоны были повержены. Теперь же по стабильности, как и всегда наводили шороху самые обычные черти, которых может победить шаман первого уровня. На улице лил дождь и явно бушевала гроза, на часах за полночь, но Юджи не спит, ему часто снятся кошмары. Ему снится смерть Сатору, которого он не смог спасти, ему снится Сукуна, который в его снах предстает перед ним действительно в роли его родственника, который о нем заботиться. После таких снова он не может уснуть вовсе, ему кажется, что если бы он тогда не проглотил тот палец все могло сложить совершенно по-другому. Но нет, он не мог не просто потому что Кэндзяку все спланировал заранее. Этот сукин сын испортил ему жизнь из-за договоренности с Двуликим в прошлом и за все это дерьмо теперь расплачивается сам Юджи. Голова болела, сон не шел, Юджи сел на постели и провел руками по лицу, его изрядно достало все вот это, ему даже снотворное не помогает из-за того, кем он является. Откинув одеяло в сторону он решил прогуляться и плевать, что на улице паршивая погода, как раз под стать настроению Итадори. Одевшись он покинул дом, как он и думал дождь лил как из ведра, но самому Юджи это было нужно иначе в четырех стенах он просто сойдет с ума. К городу было недалеко пешком и прогулка в такую нелетную погоду помогала разгрузить ему мозг, а свежий воздух давал возможность дышать свободнее. Людей практически не было, только время от времени ему попадались одиночки, которые тоже бродили в одиночестве или очень редко парочки, которые резвились под дождем. Круглосуточные магазины работали и их посещали ночные гости, в один из таких сам Итадори и решил зайти, чаще всего он ходил в него, чтобы приобрести чай, который ему нравился. Из-за Нобары он стал часто покупать разные сорта, чтобы оценить, ведь та привезла несколько разных пачек с Индии и Бразилии и сам Юджи как-то не заметил, как подсел на эту белиберду. Кугисаки смеялась и называла друга наркоманом, но потом вместе с ним садилась пить чай, чтобы оценить тот или иной. Он прошел пару метров, как заметил какое-то движение в переулке, он бы не обратил на это внимание, если бы не незнакомый голос. — Какая прелесть тут попалась, — протянул мужской голос, второй мерзко заржал. — Они идеально подойдут, ты посмотри на них, с возрастом превратятся в таких красавчиков, за хорошую цену удастся продать на рынке. Кровь в жилах Юджи застыла, это ж каким дерьмом нужно быть, чтобы продавать людей и судя по всему он понял, что те говорят не о взрослых людях. Раздались детские крики, которые в миг вернули Итадори на землю. Мужчины снова начали говорить какой у них хороший улов удался, но Юджи уже не слушал, одному он свернул шею, а второго хорошенько приложил об стену, все же надо кое-что разузнать. То, что увидел Итадори заставило его на несколько секунд потерять дар речи, ведь это просто было невозможно. Дети лет шести на вид жались друг к другу и плакали, но это было еще не все. По внешности они напоминали детские копии Сукуны и его сенсея Годжо, Юджи решил, что это какая-то шутка, ведь такого просто не бывает. Тело сбоку застонало и он снова обратил внимание на похитителя, дети вроде убегать не собирались поэтому Юджи решил поговорить с мужиком. — Ты кто такой, мать твою? — болезненно протянул он глядя на Итадори. — Тебе не понравится ответ, — равнодушно заявил мужчина, — А вот от того, что ты ответишь мне зависит твоя жизнь. — Катись отсюда, — он достал пистолет из кармана пиджака и Юджи благосклонно ему это позволил, чтобы в следующую секунду сломать ему руку и снова вызвать крик, но уже не детский совершенно, — Блять, завыл он. — Расскажи мне о вашем боссе, если он есть конечно, кто за всем этим стоит, — мужик глумливо рассмеялся. — Ты так самоуверен? Ты вообще знаешь кто мы? — Итадори был в капюшоне поэтому бандит не смог разглядеть его лица, но он специально присел на корточки, чтобы тот смог увидеть его, — Да над тобой судьба и так поиздевалась, — снова раздался хруст и крик, Юджи бросил взгляд на детей, они молчаливо за всем этим наблюдали. По-хорошему им бы не видеть всего этого, но все же ему нужно выпытать все как можно скорее. — У тебя есть шанс уйти отсюда хотя бы с одной целой ногой, но ты поговори еще и я с радостью отрежу тебе голову, — мужик сжал губы, лицо Итадори хоть и было равнодушным, но судя по тому, что он видел тот убьет его и глазом не моргнет. — Ладно, псих, я расскажу тебе на кого мы работаем, — он посмотрел в сторону мертвого напарника и поморщился, — Это мафия этого района, наш начальник якудза, его зовут Ито Хаим, ты-то должен он нем слышать. Итаори не слышал да ему и плевать было, но кажется сейчас придется поднапрячься и узнать об этом дерьме. — Адрес, — снова бросил Юджи, мужчина, кряхтя, достал телефон и напечатал на нем показывая ему, — Молодец, — бандит не успел ничего сказать, Итадори просто махнул пальцем и голова вмиг отделилась от тела. Шаман снова посмотрел на молчащий детей, черт возьми, ели бы не знал, то подумал, что него галлюцинации. Один паренёк был точной копией Сукуны, но в шестилетнем возрасте или сколько ему на самом деле сейчас, а второй имел белые-белые как снег волосы и синие глаза. У Сатору глаза были тоже синие, но с бирюзовым отливом, но что это меняет, совершенно ничего, на душе у Юджи плохое предчувствие. — Как вас зовут? — спросил он у детей, те переглянулись между собой, один из них шмыгнул носом и тихо ответил: — Рёмен, — глаза Итадори расширились. — А я Сатору, — мир схлопнулся над головой у Юджи, он открыл рот от понимания того, что произошло. Но как это возможно? Шаман прикрыл лицо ладонью, что же ему делать? Нельзя их так оставлять, если о них прознают магический мир снова встряхнет не хуже, чем шестьдесят шесть лет назад. Единственным выходом было забрать их с собой, а там уже думать, что предпринимать. — Пойдете со мной? — спросил Итадори у детей, — Я вас защищу и вы не будете больше боятся. Те снова переглянулись, Юджи показалось, что между ними какая-то особая связь, они не просто так оказались вместе, да еще и на улице. Где клан Годжо, где чертов Юта, который теперь за него отвечает и где, черт возьми, родители Сукуны, он же не с неба упал. — У тебя красивое лицо, — произнес маленький Сатору чуть улыбнувшись, Рёмен же напротив нахмурился. — Это не значит, что ему можно верить, — что ж, они умные, по крайней мере Сукуна защищает Годжо. — Он помог нам, — возразил Сатору, — Эти дяди были плохими, — тот только цыкнул все еще враждебно глядя на Юджи. — Он прав, — сказал Итадори чуть улыбнувшись, — Нельзя верить незнакомым людям, я могу как-то доказать, что мне можно верить? — Как тебя зовут? — спросил Рёмен. — Итадори Юджи. — Сукуна, — повторил Рёмен. — На улице сыро и идет дождь, я вас не обижу, пойдемте со мной, если вам будет спокойнее я позвоню своей подруге. Было ясно, что дети никому не доверяют, но конкретно Сатору был готов ему поверить, но с Сукуной все было сложнее, он был слишком настороже. Но винить его за это Итадори не имел права, кто знает что они уже пережили. — Ладно, — прогудел Рёмен, — Но если ты обидишь нас тебе не поздоровиться, ты понял? — Конечно, конечно, — хохотнул Юджи. Было странно, что они не реагировали на кровь, которая текла из трупа, все было странным в этой ситуации и то, что они не испугались всего, что произошло наводит Юджи на совсем не хорошие мысли. Возможно из-за того, что переулок темный и те просто не увидели кровь, но одно он понимает точно, что им нужно сваливать отсюда и как можно скорее. — Идем, — взяв за руку Сатору, тот в свою очередь не отпускал руки Рёмена и повел их к себе домой. Когда они оказались в тепле мальчишек чуть разморило, но у Итадори не было детских вещей, но тут ему пришлось звонить Нобаре, хоть и понимал, что отхватит за поздний звонок, но выбора у него не было. Он дал детям по мягкому полотенцу, хорошо бы им принять горячую ванну, но сейчас ему срочно нужно поговорить с Кугисаки. Та подняла телефон и ожидаемо недовольно проговорила: — Я надеюсь апокалипсис заставил тебя мне позвонить в два часа ночи, — Итадори вздохнул. — Я бы так не сказал, но это пока, — серьезный голос Юджи тут же насторожил Нобару. — Во что ты опять влез? — Я никуда не влазил, просто встретил кое-кого и сейчас слегка в шоке нахожусь. У тебя случайно нет вещей на детей шести-семи лет? Мазины сейчас закрыты, мне недостать. — Бля, да что происходит? — выкрикнула Кугисаки. — Просто приходи, — после этих слова Итадори сбросил звонок, ему сейчас бы с детьми разобраться, надо их сначала помыть. Что ж это будет то еще приключение. Как он и ожидал, загнать детей в горячую воду было просто, но только потом те двое чуть не утопили и его. Кажется они давно такого не ощущали и теперь резвились как могли, даже Сукуна слегка оттаял и стал меньше хмуриться. Глядя на то, как они улыбаются Юджи захотелось плакать просто потому, что он вспоминал через что они прошли. Как он рыдал после извести того, что Сатору умер и что ощущал в тот момент, когда узнал кем Сукуна на самом деле ему приходится. Судьба решила с ним или поиграть, или сделать подарок другого варианта у него не было. Кроме разве очередного испытания которое он уже сам не переживает, если что-то пойдет не так. Дети резвились в ванне, использовали полбанки пенки и теперь сам Итадори не знает куда деваться. В дверь позвонили и ему пришлось их оставить и открыть. Нобара стояла с двумя пакетами и со слишком хмурым лицом. — Какого хрена, Итадори? — проговорила она заходя в дом, тот неловко улыбнулся, а сама Кугисаки пораженно на него смотрела, Юджи давно не улыбался, даже мимолетная улыбка у него редко когда проскальзывала. — Ты сама все увидишь, — с ванной послышался шум и Юджи поспешил обратно, конечно же Нобара пошла за ним. Сложно сказать, что она ощутила, шок? Да. Неверие? Да, но как это было возможно? — Это же… — Ага, — ответил шаман подбирая бутыльки, что упали от активности детей. Она смотрела на то, как Юджи заворачивает и одного, и второго в махровые полотенца и как улыбается маленький Сатору Годжо, а Сукуна надув губы завернулся в полотенце с головой. На секунду у нее сперло дыхание, когда Нобара узнала о смерти сенсея она чувствовала себя не на порядок лучше, чем Итадори. Она действительно скучала по нему пусть и прошло уже столько лет. — Я там вещи принесла, ты же просил, — бросила она. — Где ты их достала в такое время? — поинтересовался Юджи. — Какая разница, просто одень уже их, — фыркнула она. Юджи не стал отпираться и принялся одевать детей, те спокойно дали напялить на себя одежду, а поскольку скоро уже было утро, а они все еще даже не ложились, то конечно Итадори погнал их спать. Положив Сукуну и Сатору в гостевой комнате, но те уснули сразу и было даже не удивительно, Юджи вернулся к Нобаре. — Ты можешь лечь в моей комнате, я в зале прилягу, — предложил он. — Нет уж, на тебя больно смотреть, ты теперь должен высыпаться, ведь с тобой теперь живет не абы кто, — она чуть улыбнулась, — Не проблема, я на диване лягу, он удобный. — Но… — Иди, Юджи, одеяло и подушка есть, я знаю где оно лежит можешь не переживать. Итадори действительно устал, поэтому махнув рукой он пошел в свою комнату, давно он так не выматывался и это просто дети. Ну, не просто, но все же они все равно требуют ухода, поэтому Юджи придется как-то так все провернуть, чтобы Сукуну и Сатору у него не отобрали, их же нужно в школу отдать и при том для людей. Отдавать их в магический колледж он не собирался по крайней мене до пятнадцати лет, Юджи вообще не хотелось, чтобы кто-то узнал о том, что произошло. Даже если предположить, что это просто имена и ничего больше, но что-то подсказывает Итадори, что не каждый день в мире появляется по одному Сукуне и Сатору. В магическом мире да и вообще во всем мире что-то пошло не так, если через шесть десятков лет Юджи встречает копию Двуликого только в шестилетнем возрасте и такую же копию своего учителя. Теперь постает вопрос, а только ли они есть или где-то там еще кто-то ходит из их прошлого? Исключать ничего нельзя, тем боле после того, что случилось и вообще то в каком мире они живут. На улице уже светало, но сам Итадори только собирался уснуть. *** Минимум до двух часов дня дом оставался тихим, все просто спали, но раньше всех проснулась Нобара, которая с хмурым лицом мешала себе кофе. Диван удобный споров нет, она не раз там засыпала, но от всех событий с ночи просто разболелась голова. За ее жизнь казалось, что она видела все, но нет, ей указали на то, что еще не все ей пришлось увидеть. Сенсей жив и это прекрасно, пусть даже это просто мальчик, который на него похож и с его именем и ничего более. Но второй Двуликий ее вот уж никак не радовал просто потому, что если это действительно он просто переродился, то тогда вопрос времени, когда он снова попытается поиметь их всех. Очень не хотелось в это верить, но дети с татуировками на все тело просто не рождаются. Хоть он и милый, даже Кугисаки не стала спорить, Сукуна ребенок вызывал только улыбку, но потом она вспоминает, что он творил и теперь малыш милый совсем не казался. И все это снова свалилось на голову Юджи. Что теперь тот делать будет она совсем не представляет, но Нобара знает одно, что Итадори не бросит их, просто не сможет. Тем более она знала кем Сукуна приходится Юджи, но в прошлом его это совсем не остановило. Кугисаки потерла глаза, ей хорошо бы домой вернутся, у Итадори конечно хорошо, но у нее и своя работа есть. Юджи вошел на кухню не в лучшем виде, он все еще досыпал, вернее хотел, но продрал глаза. — Хотел бы я сказать утро доброе, — проговорил он доставая чашку. — Почему нет? Пока еще ничего не произошло, — проговорила она зевнув. — Вот именно, что пока. — Делать-то ты дальше, что будешь? — Юджи сел напротив подруги. — Ничего. Определю их в школу и дело с концом, не отдавать же их куда-то, одно то, что у них имена как из прошлого уже приманит демонов сюда. — Но они явно ничего не помнят, — вздохнула она, — Это же хорошо? — Шутишь, что-ли? Если бы кто-то из них помнил свою прошлую жизнь я сомневаюсь, что они бы так спокойно жались друг к другу. — Ты так и не сказал как встретил их, — Итадори поморщился, самая мерзкая сцена в его жизни. — Двое уродов пытались их похитить, чтобы потом продать, — брови Нобары взлетели вверх. — Какого хрена? — Я сам удивился, хотя не должен был, — шаман почесал голову, — Дерьма и без демонов хватает. — У них слишком громкие имена, даже из обычной школы они могут просочиться. — И что ты предлагаешь? Надеть на Сукуну другую кожу, а Сатору очки и парик? — он фыркнул, — Это не сработает, там не будет продолжаться постоянно. — Тогда что? После того как Юта стал главой клана Годжо сам клан уже не сосуществовал, как ты объяснишь то, что парень, который очень похож на того самого Сатору Годжо не является им, а просто софамилец? Таких, как он рождалось на одной руке можно пересчитать. — Предлагаешь их бросить? Я нашел их в подворотне напуганными, что они там делали и как там оказались? Я еще не спрашивал, не до того было, но ты мне скажи? Кугисаки пождала губы, Итадори был прав, кому еще можно доверить этих двоих детей? Если это и правда они, то сила, которой они обладают никому не подчиниться и даже сам Юджи не известно справиться ли. — Если что-то пойдет не так и они вдруг каким-то образом смогут вспомнить свою прошлую жизнь я не смогу их остановить, — он только что озвучил то, о чем она думала, но легче от этого не стало, — Сукуна всегда меня ненавидел и если он снова начнет творить то же самое Годжо снова придется с ним сражаться. Я вообще не хочу с ним сражаться, мне 83 года, я уже стар для этого дерьма. Кугисаки улыбнулась, таких стариков еще поискать нужно, ее друг до сих пор разбивал сердца рандомным девушкам просто потому что прошел мимо. — Мы попытаемся поступать по мере проблем, пока они просто дети, значит надо сделать так, что если они вспомнят прошлое, то Сукуна не захотел тебя убивать. Сенсей, я уверена, тебе еще спасибо скажет. Юджи понимал, что если что-то пойдет не так, тогда уже придется вмешаться и шиноби, которые были скрыты настолько, что Итадори за свою жизнь видел только единицы и то издалека. Мир магов и шиноби никогда не пересекались и обе стороны никогда друг другу не помогали просто потому что у каждой стороны были свои проблемы. Юджи помнил только новости о том, что шиноби сражались с какими-то сильными противниками, которые угрожали миру, но они справились с этим сами. Они никогда не просили о помощи друг друга, да и ходили слухи, что стороны не особо ладят, но вот почему это было загадкой. Юджи всегда хотелось познакомиться с шиноби, они были ему интересны, как личности и было интересно с ними пообщаться. Но ему пока не повезло, но сейчас ему нужно думать не об этом, у него в доме на втором этаже спит Двуликий и Сильнейший и что делать дальше Итадори знает с трудом. Для начала он даст им свою фамилию, он конечно тоже известен в мире магии, но не настолько, как клан Годжо или же Рёмен. В школе для обычных детей это должно прокатить и даже если что-то будут спрашивать всегда можно сказать, что они просто однофамильцы. Отмазка так себе, но уже кое-что. Люди всеми ими не интересовались поэтому был шанс, что все пройдет лучше, чем Юджи надеется, но и казусы тоже не стоит исключать. Пока дети спят Итадори решил, что им нужно приготовить еду, Нобара засобиралась домой. — Я буду навещать тебя и привозить что нужно, — проговорила она. — Ты не обязана, — покачал головой Юджи, — Я и так тебя напряг. — Дурак ты, — фыркнула она, — Думаешь справляться тебе одному со всем этим будет лучше? Нет, не думаю. Моя личная жизнь увы не удалась, но зато я теперь могу хоть как-то себя развлечь. — Дурацкие у тебя понятия об развлечениях, — почесал он макушку. — Это уже как посмотреть, пока, Юджи, звони, если что. Он проводил Кугисаки и закрыл дверь, ему очень повезло, что он остался не совсем один, если бы не она Итадори давно бы свел счеты с жизнью и то не факт, что получилось бы, ведь он был тем еще кадром. Он залез в холодильник, он умел готовить и даже представлял, что едят дети шести лет, но по сути они могут есть ту же еду, что и взрослые, просто поменьше приправ, острого и соленого. Включив на фоне телевизор Юджи принялся за готовку, топот со второго этажа дал понять, что кто-то уже проснулся. Он только успел поймать тело в руки, как на нем повисли. — Привет, Юджи, — прекрасные глаза смотрели на Итадори, а улыбчивое лицо насильно делало его день еще лучше. — Привет, ты выспался? — Да, было очень тепло и удобно, спасибо, — почему-то захотелось рыдать, ведь эти дети пережили что-то очень нехорошее, раз оба оказались на улице и уже чуть не стали жертвами похитителей и торговцем людьми, но пока ворошить эту тему он не будет, — А что ты делаешь? — Я пытался приготовить вам еду, что ты любишь? Маленький Сатору чуть сник, что не понравилось Итадори. — Не знаю, в приюте давали кашу, но ее я не люблю. — Вы были в приюте? — тихо спросил Юджи. — Я и Сукуна, его сразу отдали потому что у него черные полосы на теле, а меня бросили из-за того, что у меня чего-то нет. Какой-то техники вроде. Юджи от услышанного приоткрыл рот, то есть их бросили из-за татуировок Сукуны и из-за того, что у Сатору нет какой-то техники? Что это, черт возьми, значит? От клана Годжо ничего не осталось, да и Юта хрен знает где. Ходили слухи, что его сын унаследовал эту технику, но то были только слухи. — Тебя бросили родители? — Они сказали я бесполезный, — задумчиво сказал мальчик, — Клан Годжо меня прогнал. Итадори совсем запутался и ничего не понимал, может в процессе он выяснит больше. — Выходи уже, — улыбнулся он и из-за угла показалась розовая макушка, — Подслушиваешь? — шутливо спросил Юджи, Сукуна надул губы и сложил руки на груди, вызывая у Итадори смешок, — Идите пока телевизор посмотрите, а я что-нибудь приготовлю. Сатору спрыгнул с рук Юджи и взяв руку Рёмена потащил на диван. Мысли у Итадори были далеко не радужные, нужно было навести справки о клане Годжо, которого в принципе, как не должно существовать, но Сатору говорит совершенно обратное. Да и Сукуну как-то к себе расположить, а то пацан слишком хмуро на него смотрит.