Трансформеры: Рыцари из легенд

Гараж пах густой смесью машинного масла, бензина и дешёвых сигарет. Этот запах въелся в стены, в старый бетонный пол, в одежду и кожу — казалось, он жил здесь своей жизнью. Под потолком лениво скрипел старый вентилятор, гоняя по мастерской тяжёлый, нагретый за день воздух. Где-то в углу на пыльной полке хрипел старый радиоприёмник, из которого доносилась приглушённая рок-станция, время от времени теряющая сигнал и шипящая помехами. Марк лежал под старым пикапом, вытянувшись на потёртой тележке для ремонта. Металл над его лицом был покрыт слоем грязи и старой ржавчины. Он с силой стучал гаечным ключом по упрямому болту, который, казалось, прирос к детали намертво. — «Да открутись ты уже, кусок металлолома…» — пробормотал он сквозь зубы, раздражённо вытирая грязную руку о и без того чёрную от масла майку. Болт даже не дрогнул. Марк тяжело выдохнул и, упершись пятками в пол, медленно выполз из-под пикапа. Его спина тихо хрустнула, когда он поднялся на ноги. Он бросил ключ на верстак — тот звякнул о металлическую поверхность и прокатился среди разбросанных болтов, тряпок и инструментов. Подойдя к краю стола, Марк взял помятую пластиковую бутылку воды. Пальцы всё ещё были в масле, и бутылка скользнула в ладони, прежде чем он смог нормально открутить крышку. Сделав несколько жадных глотков, он вытер рот тыльной стороной руки и тяжело вздохнул, глядя куда-то в пустоту гаража. Сколько он себя помнил, ему всегда нравилось копаться в машинах. Сначала это были старые мопеды, потом мотоциклы соседских парней, а позже — настоящие автомобили. Ему нравилось понимать, как всё устроено внутри, нравилось разбирать механизмы до последнего болта и собирать их обратно. Но со временем одно стало ясно. Быть автомехаником — дерьмовая работа. Особенно здесь. Гараж стоял почти на самом краю города, у старой дороги, по которой теперь ездили редко. Вокруг были только заброшенные склады, заросший пустырь и ржавая сетка забора. Клиенты появлялись нечасто — в основном те, у кого машина уже почти умерла и кто надеялся воскресить её за копейки. Тишину мастерской нарушал только вентилятор, шипение радио и редкое постукивание металла о металл. Иногда Марку казалось, что если он однажды закроет ворота и просто уйдёт, то никто даже не заметит. Он снова посмотрел на старый пикап, стоящий посреди гаража, и устало провёл рукой по лицу, оставив на щеке тёмный след машинного масла. — «Ладно…» — тихо сказал он сам себе. — «Попробуем ещё раз.» И снова потянулся за ключом. — «Ты ещё жив, Марк~!» — раздался крик со стороны входа. В ту же секунду в мастерскую вошла женщина. Высокая, стройная, с загорелой кожей и короткими тёмными волосами, чуть растрёпанными после дороги. Белая майка на ней была грязной а поверх — потёртая кожаная куртка с царапинами на рукавах, будто пережившая не одну драку или долгие ночные поездки. Тёмные джинсы плотно сидели по фигуре, а тяжёлые армейские берцы уверенно стучали по бетонному полу, поднимая едва заметную пыль. Она остановилась в проходе, оглядывая гараж с видом человека, который давно здесь не был, но прекрасно помнит каждую трещину в стенах. Марк медленно выпрямился из полуповорота, бросив на неё усталый взгляд. — «Клэр… я уже почти поверил, что ты спилась где-нибудь под мостом…» — с ленивым раздражением протянул он. Клэр скривилась так, будто он только что сказал что-то особенно мерзкое, и без лишних слов показала ему средний палец. — «Иди ты нахуй, Марк…» — хрипло бросила она. Голос у неё был чуть осевший, словно после долгой дороги или бессонной ночи. — «Мне сейчас не до твоих тупых шуток.» Она прошла внутрь мастерской, и вместе с ней в помещение будто вполз свежий воздух улицы — прохладный, с запахом асфальта и бензина из её одежды. — «Короче,» — продолжила она, понизив голос, — «я по дешёвке взяла тачку. Надо, чтобы ты посмотрел её и сказал, есть ли смысл вообще с ней возиться или проще сразу в утиль.» Марк прищурился. В его взгляде на секунду мелькнул интерес — тот самый, который появлялся у него только при виде действительно проблемных машин. Клэр кивнула в сторону выхода, не добавляя лишних слов. Он тяжело вздохнул, будто уже заранее знал, что отдых снова отменяется, и, закатив глаза, направился за ней. Вентилятор за спиной продолжал лениво гнать горячий воздух, а радио всё так же шипело, будто само гаражное пространство не хотело отпускать его наружу. Стоило Марку увидеть машину, как он невольно остановился посреди двора мастерской. Его взгляд на секунду застыл, а затем он тихо, протяжно присвистнул. Перед гаражом стояла Subaru WRX — старая, но всё ещё узнаваемая даже с первого взгляда. Синий кузов, когда-то, вероятно, блестевший на солнце, теперь выглядел уставшим от жизни. Краска в нескольких местах была стёрта до грунта, по крыльям тянулись тонкие царапины, а на переднем бампере виднелась трещина, будто машина однажды не слишком удачно встретилась с бордюром или чьим-то забором. На капоте, чуть сбоку, была приклеена маленькая красная эмблема — выцветшая, с облезшими краями. Похоже, она осталась от прежнего владельца, какого-нибудь фаната тюнинга или уличных гонок. Марк медленно подошёл ближе, словно перед ним стояла не груда металла, а что-то куда более ценное. Он обошёл машину вокруг, иногда наклоняясь, чтобы рассмотреть зазоры между деталями, иногда проводя пальцами по царапинам на кузове. Его шаги тихо отдавались по растрескавшемуся асфальту. Клэр стояла в стороне, прислонившись плечом к воротам мастерской и наблюдая за ним. В её взгляде читалось нетерпение. — «Ну и?» — наконец спросила она. — «Есть смысл отдавать тебе кучу денег ради этой развалины, или лучше сразу продать её кому-нибудь на запчасти?» Марк ничего не ответил. Он лишь коротко кивнул, будто услышал её вполуха, и подошёл к передней части машины. Пальцы легли на край капота, и через секунду металлическая защёлка щёлкнула. Капот медленно поднялся. Марк замер. Под ним находился двигатель — старый оппозитник, весь в пыли и потёках масла, но, на удивление, целый. Проводка была местами перерезана, нескольких деталей явно не хватало: отсутствовали свечи, кое-где не хватало шлангов, а один из датчиков был просто выдернут из крепления. Но сам блок… сам блок выглядел живым. Он провёл рукой по металлической крышке, стирая слой пыли. — «Подожди…» — пробормотал он. — «А как ты вообще сюда доехала?» Он поднял голову и посмотрел на Клэр. — «Двигатель хоть и цел, но тут половины деталей нет…» Клэр ответила ему таким взглядом, будто он только что задал самый глупый вопрос на свете. Затем она медленно закатила глаза. — «Марк…» — устало протянула она. — «Ты знаешь значение слова "эвакуатор"?» Марк скривился, будто ему только что ткнули пальцем в очевидное. — «Ага…» — буркнул он. Он осторожно опустил капот, металл глухо щёлкнул, закрываясь. Несколько секунд Марк молча смотрел на машину, скрестив руки на груди. Его взгляд медленно скользил по кузову — от поцарапанного бампера к выцветшему капоту, потом к колёсам и обратно. Теперь он смотрел на неё уже совсем иначе. Не как на развалину. А как на проблему. Интересную проблему. — «Слушай…» — наконец сказал он, не отрывая взгляда от машины. — «А за сколько ты её вообще взяла?» В его голосе впервые за долгое время прозвучала искра настоящего интереса. — «Пять тысяч…» — спокойно сказала Клэр. — «Хотя я уверена, что, продав её на запчасти, получу больше, чем потратила. Итак… я не слышу сумму ремонта.» Марк кивнул и на несколько секунд задумался, прикидывая в уме возможные расходы: детали, время, работу. Его взгляд снова скользнул по машине. — «Тебе нужен полный ремонт?» — наконец спросил он. — «Или просто починить двигатель и всё?» — «Полностью.» Ответ был коротким и без колебаний. Марк снова кивнул. Он провёл пальцем по странной эмблеме на капоте машины, будто машинально, затем медленно заговорил: — «Смотри… полный ремонт — примерно три тысячи. Хотя я ещё не знаю, что творится под самой машиной. Если говорить только про двигатель — где-то тысяча.» Услышав это, Клэр цокнула языком и устало вздохнула. — «Хрен с тобой…» — пробормотала она. — «Чини всё. Чёрт знает, что у неё снизу творится, так что я рассчитываю, что ты сделаешь её как надо.» Она фыркнула, достала из кармана куртки пачку сигарет и вытащила одну. Щёлкнула зажигалка, и через секунду тонкая струйка дыма поднялась в тёплый вечерний воздух. Клэр протянула пачку Марку. Он молча кивнул, взял сигарету и прикурил от её зажигалки. Марк и Клэр вместе затолкали машину в мастерскую. Тяжёлые ворота со скрипом опустились, отрезая двор от улицы. Металл глухо лязгнул, и в помещении снова воцарилась привычная полутемнота, освещённая лишь несколькими лампами под потолком. — «Завтра заеду одать деньги» — бросила Клэр на ходу. Она не стала ждать ответа. Дверь хлопнула, и через секунду её шаги уже стихли где-то снаружи, растворившись в вечерней тишине. Марк остался один. В мастерской снова зазвучал старый радиоприёмник, хрипло играющий рок, а вентилятор под потолком лениво гонял тёплый воздух, пахнущий маслом и металлом. Несколько секунд Марк просто стоял, глядя на стоящую посреди мастерской Subaru WRX. Теперь, когда вокруг стало тихо, машина будто выглядела иначе. Не просто дешёвая покупка Клэр — в ней было что-то, что цепляло взгляд. — «Ладно… посмотрим, что у тебя внутри…» — пробормотал он. Он подкатил старую тележку на колёсиках, лёг на неё спиной и, оттолкнувшись пятками от пола, медленно заехал под машину. Снизу пахло холодным металлом, резиной и застарелой дорожной пылью. Марк включил фонарик и направил луч света на днище. И тут он неожиданно замер. Он ожидал увидеть привычную картину: ржавчину, подтеки масла, погнутые элементы подвески — обычный набор для машины, купленной «по дешёвке». Но вместо этого перед ним было почти идеальное днище. Металл выглядел чистым, крепления не заржавели, болты не закисли. Подвеска выглядела так, будто её совсем недавно перебрали. Только пара неглубоких царапин на защите двигателя и небольшая вмятина у выхлопной системы напоминали, что машина всё-таки ездила по дорогам. — «Странно…» — тихо пробормотал Марк. Он провёл пальцем по металлической детали — на коже осталась лишь тонкая полоска пыли. Хмыкнув, он оттолкнулся от пола и выкатился из-под машины. Поднявшись на ноги, Марк ещё раз внимательно посмотрел на автомобиль, затем подошёл к водительской двери. Ручка тихо щёлкнула, и дверь со скрипом открылась. Из салона потянуло запахом старой ткани, пыли и чем-то резким, металлическим. Марк наклонился внутрь, опершись рукой о крышу, и начал осматривать салон. Потёртые сиденья, треснувшая панель приборов, на полу валялась пустая пластиковая бутылка и несколько смятых бумажек. Ничего необычного… пока его взгляд не опустился ниже. Марк замер. На коврике у пассажирского сиденья лежали гильзы. Много гильз. Он медленно наклонился и поднял одну. Металл тускло блеснул в свете лампы. Гильза была слишком большой для обычного пистолета или автомата — тяжёлая, толстостенная. Марк перевёл взгляд на пол салона. Там их было десятки: некоторые закатились под сиденье, другие застряли в складках коврика. Он медленно выдохнул, вертя гильзу в пальцах. — «Ну и во что ты вляпалась, Клэр…» — тихо пробормотал он. В мастерской снова остались только шипение радио и ленивый скрип вентилятора под потолком. А стоящая посреди гаража Subaru WRX теперь казалась уже совсем другой машиной. Марк тяжело вздохнул, взглянул на часы и цокнул языком — был уже час ночи. Он бросил гильзу в мусорное ведро и запер машину. После этого начал закрываться: сначала гаражные ворота, потом дверь мастерской. Напоследок он выключил свет. В полутьме Марк ещё раз посмотрел на машину, стоявшую посреди мастерской — Subaru WRX. Он снова вздохнул, затем развернулся и направился к лестнице. Поднявшись на второй этаж, где находилась его небольшая жилая комната, Марк открыл дверь и вошёл внутрь. Машина стояла в полной темноте, пока вдруг не загорелась приборная панель, и радио, издающее помехи, не начало работать. В салоне тихо затрещал динамик. — «Всем!... Автоботам!...» — раздался прерывающийся голос сквозь помехи.