Тихая Бездна, Мятежный Рассвет.

Тишину раннего утра на вилле разорвал не крик чаек, а сдавленный, полный муки стон, за которым последовал грохот упавшей прикроватной лампы. Вэнд, обладавший реакцией тренированного хищника, подскочил на кровати в ту же секунду. Его рука инстинктивно нырнула под подушку к пистолету, но он замер, увидев рядом Рэя. Рэй лежал в неестественной позе, вцепившись пальцами в простыни так, что костяшки побелели. Его лицо было бледным, на лбу выступила испарина, а челка прилипла к мокрым вискам. — Рэй? Что случилось? Засада? — Вэнд быстро окинул комнату взглядом, но всё было тихо. — Биг... — прохрипел Рэй, и в его голосе не было привычного озорства, только голая боль. — Поясница... я не могу... не могу пошевелить ногами. Рэй попытался дернуться, но тут же вскрикнул, закусив губу до крови. Стоило ему чуть расслабить мышцы, как в нижнюю часть позвоночника словно вонзали раскаленный арматурный штырь. Вчерашняя «энергичность» после зачистки маяка, помноженная на жесткую страсть Вэнда на дубовом столе и в спальне, дала о себе знать. Тело маньяка, которое годами терпело перегрузки и травмы, наконец заявило о своем пределе. Вэнд мгновенно отбросил оружие и пересел ближе, его лицо превратилось в маску тревоги. Он осторожно коснулся спины Рэя, и тот снова зашипел от боли. — Тише, мой лев, тише... — Вэнд аккуратно провел ладонью по его волосам, пытаясь успокоить. — Это защемление. Мы вчера... переборщили. — Ты... ты меня сломал, Хозяин, — попытался пошутить Рэй, но вместо смеха получился рваный вздох. — Кажется, твой инструмент... заклинило. Руки слушаются, а всё, что ниже... будто не моё. Рэй попробовал опереться на руки, чтобы приподняться, но новый прострел боли заставил его рухнуть обратно в подушки. Он выглядел абсолютно беспомощным, и это зрелище резало Вэнда без ножа. Глава мафии, который привык видеть своего льва неуязвимым, сейчас чувствовал острую вину. — Лежи смирно. Я сейчас позову Марка, у него есть армейские блокаторы, — Вэнд быстро накинул халат. — Нет! — Рэй схватил его за руку, сжимая запястье до синяков. — Не зови никого... не хочу, чтобы они видели меня таким. Пусть думают, что я просто... сплю после бурной ночи. Просто помоги мне... перевернуться. Вэнд посмотрел на него с бесконечной нежностью и тяжестью в сердце. Он понимал, что для гордого Рэя эта немощность — хуже любой пытки Маркуса. Вэнд аккуратно убрал руку Рэя от своего запястья и мягко прижал его ладонь к подушке. Его взгляд был непреклонен. — Никто не войдет сюда без моего разрешения, Рэй. Но я не позволю тебе мучиться. Вэнд принес горячие полотенца, пропитанные эфирными маслами, и начал прикладывать их к пояснице Рэя. Рэй вздрагивал, когда тепло касалось воспаленных мышц, но постепенно его дыхание стало ровнее. Вэнд опустился на кровать и начал медленно, миллиметр за миллиметром, разминать зажатые мышцы своего льва. Его сильные пальцы, привыкшие к оружию, сейчас были удивительно чуткими. — Прости меня, — прошептал Вэнд, наклонившись к самому уху Рэя. — Я забыл, что даже у тебя есть предел. — Не извиняйся, Биг... — выдохнул Рэй, вжимаясь лицом в подушку. — Это была лучшая... «поломка» в моей жизни. Просто донеси меня до ванной... я чувствую себя бесполезным куском мяса. Вэнд молча подхватил его на руки — легко, как пушинку, несмотря на внушительный рост Рэя. Он бережно опустил его в теплую воду джакузи, поддерживая за плечи. Рэй прикрыл глаза, чувствуя, как невесомость воды чуть облегчает боль, но стоило ему попытаться пошевелить ногой, как лицо снова исказила гримаса. Через два часа, видя, что обычные компрессы не помогают и Рэй всё еще не может контролировать нижнюю часть тела, Вэнд принял волевое решение. — Всё, Рэй. Игры в «я справлюсь сам» закончились. Вэнд вызвал доктора Арно — личного врача их семьи, который умел хранить секреты лучше, чем сейфы в Швейцарии. Когда доктор вошел в спальню, Рэй встретил его таким яростным оскалом, что старик невольно поправил очки. — Если ты... хоть слово... кому-то скажешь... — прорычал Рэй, вцепляясь в край одеяла, пока врач осматривал его позвоночник. — Успокойтесь, молодой человек, — сухо ответил Арно. — У вас классический острый радикулит на фоне застарелых травм и экстремальных... кхм... физических нагрузок. Пара уколов, неделя покоя и никаких «прыжков с маяков». Когда врач сделал инъекцию блокады, Рэй почувствовал, как боль медленно отступает, сменяясь приятным онемением. Но вместе с болью пришло и осознание: он прикован к постели. — Неделя?! — взвыл Рэй, как только дверь за доктором закрылась. — Хозяин, ты слышал? Он сказал «неделя»! А как же наши дела? Как же Снежок и Ари? Они же разнесут виллу без моего присмотра! Вэнд сел рядом, поправляя одеяло на груди Рэя и касаясь его золотого чокера. — Виллу они не разнесут. А ты проведешь эту неделю здесь. Под моим личным надзором. Будешь пить бульоны, смотреть море и... подчиняться моему режиму. Рэй обиженно надул губы, отворачиваясь к окну. — Ты просто пользуешься моей беспомощностью, чтобы запереть меня, — буркнул он, но тут же хитро скосил глаза на Вэнда. — Но раз я теперь твой «больной», ты ведь будешь выполнять любые мои капризы? Я, например, очень хочу, чтобы ты почитал мне отчеты из порта... вслух... своим самым сексуальным голосом. Постельный режим Рэя превратился в настоящее испытание для всей виллы. Рэй, чей характер в моменты слабости становился просто невыносимым, чувствовал себя королем в изгнании. Часть первая: Диверсия мелких. Ари и Снежок не могли смириться с тем, что «Ма» заперт за закрытыми дверями. К обеду они предприняли первую попытку штурма. — Биг, там это... в порту сервер полетел! — кричал Снежок через закрытую дверь, пока Ари пытался подсунуть под дверную щель зеркальце на палке, чтобы увидеть, что происходит в комнате. — Мне нужен совет Рэя! Он единственный знает пароль от... э-э... секретных камер! — Врет он всё, Биг! — раздался изнутри приглушенный, но всё такой же бодрый голос Рэя. — Пароль — дата его первой двойки по математике! Уходите, мелочь, пока я не встал и не надрал вам уши... ну, или пока Вэнд вам их не открутил! Вэнд, сидевший в кресле у кровати с книгой, лишь холодно взглянул на дверь, и за ней тут же послышалось поспешное топотанье уходящих ног. Часть вторая: Визит старого друга. Ближе к вечеру, когда Рэй уже начал выть от скуки, дверь осторожно приоткрылась, и в комнату вошел Марк. Он выглядел непривычно серьезным, в руках у него была небольшая коробочка. — Зашел проверить, не сдох ли ты тут от нежности Хозяина, — буркнул Марк, присаживаясь на край стула подальше от кровати. Рэй, обложенный подушками, как султан, хищно оскалился. — Не дождешься, Маркуша! Я просто коплю силы, чтобы потом снова заставлять тебя краснеть. Что принес? Надеюсь, это не учебник по анатомии позвоночника? — Это масло для мышц, армейское, — Марк поставил коробку на тумбочку. — Лукас сказал, что тебе нужно «витаминное внимание», но сам зайти побоялся. Думает, ты на него набросишься, даже лежа. Рэй захохотал, и тут же схватился за поясницу, сморщившись. — Передай очкарику, что я ценю его заботу. И скажи... Марк, — Рэй понизил голос, хитро прищурившись, — каково это — быть единственным дееспособным мужиком в этом доме, пока я тут косплею спящую красавицу? Небось, уже присматриваешь себе моё место на тренировочном полигоне? Марк встал, поправляя кобуру, и на его лице промелькнула редкая, едва заметная тень улыбки. — Твоё место на полигоне — это куча гильз и пятна крови, Рэй. Никто, кроме тебя, не умеет устраивать такой бардак. Выздоравливай. Без твоих воплей на вилле слишком тихо... даже Лукас начал скучать по твоим пошлым шуточкам. Когда Марк вышел, Рэй довольно откинулся на подушки. — Слышал, Биг? Они без меня чахнут. Я — душа этой компании. Вэнд отложил книгу, подошел к кровати и мягко накрыл ладонью лоб Рэя. — Ты — головная боль этой компании, Рэй. Но Марк прав: в доме слишком тихо. Давай, отдыхай. Завтра Арно разрешил тебе немного посидеть на террасе. — Только если ты вынесешь меня туда на руках, — промурлыкал Рэй, ловя руку Вэнда и целуя его ладонь. — И если ты наденешь ту белую рубашку, которая мне так нравится... Вэнд действительно сдался. Смотря на то, как Рэй, даже будучи прикованным к постели, умудряется строить глазки Марку и доводить Лукаса до икоты через интерком, Глава мафии понял: его «льва» не исправит ни время, ни пули, ни сорванная поясница. Это была константа его жизни, такая же неизменная, как стальной блеск глаз Рэя. — Ладно, — тихо выдохнул Вэнд, закрывая очередную папку с отчетами. — Если ты хочешь «ласково и тихо», ты это получишь. Но только попробуй выкинуть фокус с прыжками с балкона. Всю следующую неделю вилла погрузилась в атмосферу, которую Снежок назвал «сахарным апокалипсисом». Вэнд, обычно холодный и властный, превратился в само воплощение спокойствия и заботы. Он двигался бесшумно, говорил вкрадчивым полушепотом и выполнял любую просьбу Рэя еще до того, как тот успевал её озвучить. Полдень. Терраса, залитая мягким солнцем. Вэнд, как и обещал, вынес Рэя на руках. Он уложил его на широкий мягкий шезлонг, обложенный шелковыми подушками. На Вэнде была та самая белая рубашка — тонкая, почти прозрачная на солнце, с закатанными рукавами. — Хозяин... — Рэй потянулся, насколько позволяла спина, и довольно зажмурился. — Ты сегодня такой тихий, что я начинаю сомневаться: не подменил ли тебя Снежок на андроида? Где твоё фирменное «Рэй, молчи» или «Рэй, застегни рубашку»? Вэнд проигнорировал подколку. Он сел на край шезлонга и начал медленно очищать для Рэя виноград, по одной ягодке отправляя ему в рот. — Ты просил нежности, Рэй. Я просто следую протоколу. Ешь и молчи, пока я не передумал. Рэй прожевал виноградину, хитро поглядывая на Вэнда. — Ой, как мы официально заговорили. «Протоколу» он следует... Знаешь, Биг, когда ты такой ласковый, мне еще больше хочется тебя довести. Вот скажи, тебе не кажется, что Марк и Лукас там внизу слишком подозрительно притихли в бассейне? Может, пойдешь и проверишь, не утопил ли наш суровый охранник своего очкарика в порыве страсти? Вэнд даже не повел бровью. Он взял салфетку и аккуратно вытер сок с подбородка Рэя, задержав пальцы на его губах чуть дольше, чем нужно. — Марк — взрослый мальчик. А Лукас — живучий. Меня сейчас волнует только то, что ты не допил свой витаминный сок. Рэй фыркнул, но в глазах его светилось абсолютное, бездонное счастье. Он перехватил руку Вэнда и прижал её к своей щеке, прямо к шраму. — Ты невыносим в своей доброте, Биг. Я чувствую себя как фарфоровая ваза. Но мне чертовски нравится, как ты на меня смотришь, когда думаешь, что я не вижу. В твоих глазах сейчас столько сахара, что у меня зубы сводит. Вэнд наконец усмехнулся — той самой редкой, теплой улыбкой, которую видел только Рэй. — Это не сахар, Рэй. Это терпение. 11 лет тренировок. Весь вечер они провели вдвоем, глядя на море. Ари и Снежок, видя такую идиллию, даже перестали спорить из-за игровых приставок и просто сидели на песке внизу, запуская светящихся дронов в небо. Это был идеальный, «стерильный» от крови отдых. Братья-Навэры, Эдриан и Джулиан, наблюдая за этой картиной с бокалами вина, окончательно поняли: мафия мафией, а сердца у этой парочки бьются в один такт. Первое утро, когда Рэй официально получил разрешение встать с кровати, началось с его грандиозного плана. Он уже представлял, как эффектно выйдет на тренировочную площадку, крутанет нож и заставит Марка признать, что «лев» вернулся в строй еще более опасным. Но стоило Рэю только натянуть штаны, как в дверях материализовался Вэнд. Глава мафии был в своей неизменной черной рубашке, скрестив руки на груди, и взгляд его не обещал никакой «свободы действий». — И куда это мы намылились, Рэй? — вкрадчиво спросил Вэнд. — Биг, ну душа горит! — Рэй попытался придать лицу самый боевой вид, поправляя платиновый наруч. — Пойду, разомну кости. Марк там небось уже решил, что я на пенсию ушел. Надо парню напомнить, кто тут главный аттракцион. — Единственное, что ты сейчас будешь разминать — это дорожку до бассейна, — отрезал Вэнд, подходя ближе и собственнически обхватывая Рэя за талию, чтобы тот не вздумал делать резких движений. — Я иду с тобой. И если я увижу, что ты поднял что-то тяжелее стакана воды, ты вернешься в спальню в тот же миг. Тренировочная площадка у бассейна. Марк уже вовсю гонял Ари и Снежка по периметру. Увидев Рэя, Марк остановился и выжидающе прищурился, явно готовясь к какой-нибудь выходке напарника. Лукас, сидевший рядом с ноутбуком, тоже оживился. Рэй, чувствуя на себе стальной взгляд Вэнда, идущего в полушаге позади, страдальчески вздохнул. Он подошел к стойке с холодным оружием, но стоило его руке потянуться к массивному мачете, как за спиной раздалось сухое: — Рэй. Положи. Рэй замер, картинно закатив глаза. — Хозяин, ну это же просто нож! Он весит меньше, чем твой виски! — Положи, — повторил Вэнд, подходя вплотную и перехватывая его руку. — Твой врач сказал: никакой осевой нагрузки. Хочешь выпендриться — иди поплавай. Спокойно. Рэй обернулся к Марку, который едва сдерживал ухмылку, глядя на это «укрощение строптивого». — Слышь, Маркуша! — прокричал Рэй, демонстративно беря в руки самый маленький резиновый нож для новичков. — Видишь, в какого домашнего котика меня превратили? Твой босс — настоящий тиран. Я даже не могу бросить в тебя этот кусок латекса, потому что мне запретили «резкие махи»! — Тебе идет роль послушного мальчика, Рэй, — хмыкнул Марк, возвращаясь к тренировке. — По крайней мере, на вилле стало меньше битой посуды. Весь час, пока шла тренировка, Вэнд не отходил от Рэя ни на шаг. Он сидел на бортике бассейна, пока Рэй медленно плавал, и следил за каждым его движением. Когда Рэй пытался ускориться, Вэнд просто стучал пальцем по своим часам, заставляя маньяка замедляться и ворчать под нос про «излишнюю опеку». — Ты невыносим, — прошептал Рэй, выбираясь из воды и позволяя Вэнду накинуть на себя полотенце. — Я чувствую себя как драгоценная ваза в музее. — Ты и есть драгоценность, — Вэнд притянул его за чокер и нежно поцеловал в нос. — Просто эта ваза слишком часто пытается разбиться об головы врагов. Рэй, стоя в кольце рук Вэнда и чувствуя на своих плечах уютное тепло полотенца, нагло ухмыльнулся. В его глазах вспыхнул тот самый бесёнок, которого не могли укротить ни врачи, ни блокаторы. Он подался вперед, прижимаясь мокрым телом к сухой рубашке Хозяина, и прошептал достаточно громко, чтобы Марк и Лукас точно услышали: — Ну, раз я такая «драгоценная ваза», Биг, то учти — этой вазе очень нравится биться задом о твой чле... Он не успел закончить. Вэнд, чьи рефлексы были отточены годами жизни с этим сумасшедшим, молниеносно вскинул руку и плотно прижал ладонь к губам Рэя, заглушая финальный аккорд фразы. Рэй лишь весело сощурился и попытался лизнуть ладонь Хозяина, довольно мыча в руку. — Ты неисправим, — выдохнул Вэнд, чувствуя, как по его собственной шее ползет жар, а в глазах Марка, стоявшего неподалеку, читается смесь шока и немого вопроса «как ты это терпишь?». — В этом доме дети, Рэй. И твои братья, которые и так еще не до конца оправились после «Элизиума». Если ты сейчас же не замолчишь, я верну тебя на постельный режим, но на этот раз — со связанными руками. Рэй примирительно поднял ладони, и когда Вэнд наконец убрал руку, маньяк лишь сладко облизнулся. — Всё-всё, молчу, Хозяин. Просто констатирую факты. Твоя терапия — самая эффективная в мире. Марк на заднем плане громко кашлянул, а Лукас уткнулся в планшет так глубоко, что его нос почти коснулся экрана. Ари, проходивший мимо с гантелями, лишь покачал головой: — Ма, ты когда-нибудь научишься фильтровать базар? Дядя Эдриан после твоих шуток вчера полчаса пытался вспомнить параграф о моральном ущербе. — Пусть учит, пригодится! — хохотнул Рэй, закидывая руку на плечо Вэнда. — Ладно, раз уж мы тут все такие приличные... Биг, Снежок там что-то говорил про дом. Мы возвращаемся? Вэнд кивнул, постепенно приходя в норму после выходки своего льва. — Да. Особняк полностью восстановлен и укреплен. Пора возвращаться в город. Наш отпуск затянулся, а бизнес не любит тишины. Кортеж Нерцев покинул Ривьеру на рассвете. Рэй, вопреки ожиданиям Вэнда, не запрыгнул в привычный лимузин к Хозяину, а с хитрым оскалом ввалился в машину к Эдриану и Джулиану. — Ну что, законники, скучали? — Рэй развалился на заднем сиденье, закинув ноги в массивных ботинках на кожаный подлокотник. — Вэнд сказал, что мне нужно «социализироваться» с семьей. Так что ближайшие несколько часов я весь ваш. Братья переглянулись. Эдриан, сидевший за рулем, поправил зеркало заднего вида, а Джулиан, сжимавший в руках ноутбук, решился задать вопрос, который мучил их с самой первой встречи в «Элизиуме». — Рэй, — начал Джулиан, — мы много слышали о «льве Нерца» из криминальных сводок. Но... как вы на самом деле познакомились? Родители говорили, что ты просто исчез, а потом появился уже как правая рука Вэнда. Рэй на мгновение затих. Его стальные глаза наполнились какой-то особой, тяжелой глубиной, а пальцы невольно коснулись золотого чокера. — Это не была встреча в баре с коктейлями, — хрипло усмехнулся Рэй. — 11 лет назад я был личным псом Маркуса. Он выставлял меня на подпольных боях, как гладиатора. Я был весь в шрамах, крови и ярости. В тот вечер Маркус привел меня на встречу с «молодым и дерзким» Вэндом Нерцем. Вэнд тогда только начинал подминать под себя город. Рэй прикрыл глаза, будто снова видел ту сцену. — Маркус хотел припугнуть Вэнда моей силой. Он приказал мне убить одного из людей Нерца прямо на месте. А я... я посмотрел в глаза Вэнду. В них не было страха, только лед и что-то еще... уважение, что ли? И я впервые в жизни не выполнил приказ. — И что сделал Вэнд? — Эдриан даже притормозил от напряжения. — Он выстрелил Маркусу в плечо, перерезал мою цепь и сказал: «Этот зверь заслуживает лучшего хозяина». Мы пробивались из того здания вдвоем, спина к спине. В ту ночь я впервые спал не на цепи, а в его постели. Он не просто забрал меня, он дал мне имя и смысл. Братья молчали. История о том, как их брошенный родителями брат нашел спасение в руках самого опасного человека города, звучала как мрачная сказка. — Так что, — Рэй снова оскалился, возвращаясь в привычное состояние, — если вы думаете, что я просто «приживалка», то знайте: я готов сжечь этот мир, если Вэнд просто кивнет головой. И он знает это. Джулиан посмотрел на старшего брата с нескрываемым восхищением. — Теперь понятно, почему ты так липнешь к нему. Вы буквально выкованы в одном огне. Рэй вдруг резко выпрямился и громко, заливисто расхохотался, хлопая себя по колену. Братья вздрогнули от неожиданности. — Ладно, — выдохнул Рэй, вытирая выступившую слезу. — Забудьте ту пафосную чушь про цепи и Маркуса. Это я для пацанов придумал, чтобы образ не портить. Хотите настоящую историю? Настоящую жесть? Он хитро прищурился, и в его глазах заплясали чертенята. — 11 лет назад я был завсегдатаем одного сомнительного бара на окраине. Тогда я уже вовсю «работал» на улицах, и вид у меня был такой, что люди переходили на другую сторону дороги. Но там, за стойкой, стоял... — Рэй мечтательно прикрыл глаза, — ...самый милый бармен, которого я когда-либо видел. Белая рубашечка, аккуратный фартук и улыбка, от которой у меня внутри всё переворачивалось. Это был Вэнд. Братья синхронно вытаращили глаза. — Вэнд?! Бармен?! — Джулиан чуть не выпустил руль. — Ага, — Рэй довольно оскалился. — Он тогда подрабатывал, скрываясь от своего прошлого. Он был таким мягким, таким вежливым... настоящий ангел. Единственный человек, который искренне улыбался маньяку. Я ходил туда каждый вечер просто чтобы посмотреть, как он протирает стаканы. Но я не был бы собой, если бы просто пригласил его на свидание. Рэй понизил голос, и Эдриан с Джулианом невольно придвинулись ближе. — В один прекрасный вечер я дождался, пока он закончит смену. Он шел домой, такой беззащитный и красивый. Он заметил меня, я заболтал его, завел в темный переулок и... — Рэй сделал характерный жест рукой. — Одним точным ударом вырубил его к чертям. Потом закинул на плечо и притащил на свой чердак. Я просто хотел, чтобы этот «ангел» принадлежал только мне, понимаете? Братья сидели в гробовой тишине, не зная, как реагировать. — А вот то, что случилось на том чердаке дальше... — Рэй загадочно улыбнулся и постучал пальцем по губам. — Эту историю вам лучше послушать от лица самого Вэнда. О том, как мой «милый бармен» за пару месяцев превратился в холодного Главу мафии и почему он в итоге не пристрелил меня, а надел на меня ошейник. Рэй откинулся на сиденье, наслаждаясь произведенным эффектом. Братья Навэр выглядели так, будто их мир только что вывернули наизнанку и встряхнули. Вечером того же дня, когда особняк наполнился привычным запахом чистоты и свежего кофе, семья собралась в малой гостиной. Эдриан весь вечер не находил себе места. Рассказ Рэя в машине не давал ему покоя: образ ледяного Вэнда Нерца в фартуке бармена, которого похитил собственный будущий «лев», просто не укладывался в голове. Когда Рэй, довольно щурясь, устроился на полу у ног Вэнда, адвокат всё-таки не выдержал. — Вэнд... — Эдриан кашлянул, привлекая внимание. — Рэй сегодня рассказал нам... начало. О том, как вы познакомились. О том переулке и чердаке. Это правда? Рэй хихикнул, прикусив губу, и преданно посмотрел на Хозяина снизу вверх. Вэнд медленно отставил бокал с виски и на мгновение прикрыл глаза, словно возвращаясь на одиннадцать лет назад. На его губах появилась редкая, едва заметная усмешка. — Ха... — Вэнд покачал головой. — Значит, он всё-таки разболтал. Братья замерли. Даже Ари и Снежок затихли, вытянув шеи. — Да, — спокойно подтвердил Вэнд. — Я очнулся на старом, но на удивление мягком матрасе. Помню, на чердаке было дико холодно, светила лишь одна тусклая лампочка под потолком. Руки были свободны, но дверь заперта снаружи на амбарный замок. Рядом с матрасом стоял табурет, а на нем — тарелка с горячей едой и стакан воды. И записка, написанная этим его корявым почерком: «Ешь». Рэй довольно заурчал, вспоминая, как старательно он тогда выводил буквы. — Ну, я съел, — продолжил Вэнд, скользнув взглядом по Рэю. — Кстати, должен признать: ваш братец уже тогда прекрасно готовил. Это было лучшее рагу в моей жизни. Я сделал глоток воды, решив, что это мой шанс набраться сил и выбить дверь... и тут же вырубился. В воду он подмешал такую дозу снотворного, которой хватило бы, чтобы уложить слона. Это была моя первая ночь на чердаке. Проснулся я только через сутки, уже прикованный к кровати. В комнате повисла тишина. Лукас шокировано поправил очки, а Джулиан едва не выронил свой девайс. — Ма... — Ари посмотрел на Рэя с новым уровнем уважения. — Ты реально похитил Бига и опоил его? Ты же маньяк! — Я был влюбленным маньяком! — Рэй вскочил и победно вскинул руки. — И, как видите, мой план сработал на все сто! Вэнд притянул Рэя к себе за талию, возвращая на место. — Сработал. Но только потому, что когда я проснулся во второй раз и увидел его лицо в свете той лампочки... я понял, что в этом безумном парне тьмы не больше, чем во мне самом. Рэй, раззадоренный воспоминаниями, подался вперед, положив подбородок на колено Вэнда. Его стальные глаза сверкнули первобытным азартом, а голос стал тихим и хриплым, наполненным интимным знанием. — А помнишь, как на следующий день ты пытался ускользнуть? — Рэй хитро прищурился, глядя на Хозяина. — Ты ведь думал, что я просто уличный дурачок, который заснул на посту. Ты почти открыл замок той ржавой проволокой... Вэнд тяжело вздохнул, и в этом вздохе было больше нежности, чем раздражения. Он медленно расстегнул запонку и начал закатывать рукав своей безупречной рубашки. Все присутствующие — братья, дети, Марк и Лукас — подались вперед. На предплечье Вэнда, почти от локтя до запястья, тянулся старый, глубокий и длинный шрам. Он выглядел как рваная молния, навсегда впечатанная в кожу Глaвы мафии. — Это я оставил, — прошептал Рэй, и его голос внезапно стал опасно низким, вибрирующим. Он медленно провел кончиком языка по своим губам, не сводя взгляда с Вэнда. — Помнишь, сладкий?.. Слово «сладкий» Рэй произнес с такой нескрываемой, густой сексуальностью, что в гостиной, казалось, мгновенно выкачали весь воздух. Это был не просто вопрос, это было признание в той первобытной страсти, которая связала их 11 лет назад через боль и кровь. Вэнд замер. Его пальцы, лежавшие на волосах Рэя, непроизвольно сжались. Он вспомнил: тусклый свет, холодную сталь в руках безумного мальчишки и то, как Рэй плакал, нанося этот удар, потому что боялся, что его единственный «ангел» уйдет. — Помню, — негромко ответил Вэнд, глядя прямо в глаза Рэю. — Это был момент, когда я понял: ты скорее убьешь меня, чем отпустишь. И именно тогда я решил, что мне не нужно убегать. Братья-Навэр сидели как громом пораженные. Для них, привыкших к законам и порядку, эта история была за гранью понимания. — Вы... вы сумасшедшие, — выдавил из себя Джулиан, глядя на шрам. — Оба. Рэй внезапно сорвался с места и в одно мгновение оказался на коленях у Вэнда, обхватывая его лицо ладонями. — Мы легендарные, Джулиан! — Рэй впился в губы Вэнда коротким, но властным поцелуем, а затем обернулся к братьям. — И этот шрам — самая красивая подпись, которую я когда-либо ставил. Вэнд медленно поднялся, не разрывая зрительного контакта с Рэем. Тишина в гостиной стала настолько плотной, что слышно было, как потрескивает лед в бокалах. Эдриан и Джулиан тактично отвели взгляды — они уже поняли, что после таких воспоминаний Главе мафии нужно «усмирить» своего льва. — На сегодня уроков истории достаточно, — негромко произнес Вэнд. — Идем. Он не стал дожидаться ответа. Вэнд подхватил Рэя на руки — бережно, помня о его травмированной пояснице, и понес вверх по лестнице. Рэй, чей взгляд всё еще горел тем самым безумием с чердака, прижался к нему, вдыхая запах Хозяина. В спальне Вэнд опустил его на край кровати. Рэй попытался было дернуться, чтобы по привычке оседлать бедра Вэнда, но резкая вспышка боли в спине заставила его зашипеть и бессильно откинуться на подушки. — Тише, — осадил его Вэнд, присаживаясь напротив. — Ты забываешься. Твоё тело сегодня не принадлежит тебе для игр, Рэй. Вэнд медленно расстегнул ремень и сел в глубокое кресло прямо перед кроватью, так, чтобы Рэй, лежа на краю, оказался прямо перед ним. Глава мафии небрежно откинулся на спинку, его взгляд стал тяжелым и властным. Рэй всё понял без слов. Он медленно, превозмогая ноющую боль, сполз с кровати на колени. Его платиновые наручи негромко звякнули о паркет. Он посмотрел на Вэнда снизу вверх — в этих стальных глазах сейчас не было маньяка, там был только преданный, жаждущий ласки пес, готовый на всё ради своего Бога. — Ты хотел «сладкого», Рэй? — вкрадчиво спросил Вэнд, запуская пальцы в его пушистые волосы и заставляя Рэя податься вперед. — Служи. Покажи мне, что за эти одиннадцать лет ты научился не только кусаться. Рэй издал тихий, гортанный звук удовольствия. Он медленно, с благоговением, принялся за дело. Его губы и язык работали с той же страстью и точностью, с которой он владел ножами. Это был акт абсолютного подчинения — самый смертоносный человек города стоял на коленях, отдавая всего себя Хозяину, пока Вэнд, прикрыв глаза, наслаждался своей безграничной властью. В комнате слышалось только тяжелое дыхание и мерный шум ночного города за окном. Вэнд сжимал волосы Рэя, направляя его движения, и в этот момент старый шрам на его руке словно пульсировал в такт их общей страсти.