Храм на Чеспи

Темнота. Космическая чернота, без конца и края. Здесь не было ни звуков, ни запахов, ни вкусов, ни ощущений. Само существование казалось странным, невозможным, поглощённым этой тьмой. Вечность пролетала за одно мгновение, а секунда тянулась многие тысячелетия. Не было ни тепла, ни холода, ни радости, ни страха, ни печали, ни гнева. Ни покоя, ни движения... Искра. Едва уловимый и одновременно такой яркий всполох света. Крошечный фейерверк ослепил и растворился во тьме. И когда можно было уже подумать, что он привиделся, он возник вновь. Больше, ярче прежнего, и за ним последовали другие. Ещё и ещё. Всё больше, всё насыщеннее, постепенно заполоняя собой всю черноту, они превращались в звёзды, в туманности, в планеты и кометы, окрашивали пространство в поражающие воображение цвета. Поток чистой энергии, яркой и сокрушающей, мощной, вернулся в этот мир. Вернее, вернулась способность вновь его чувствовать. Её чувствовать. Сила. Звёздным дождём она неслась через время и космос, обрушивалась на планеты, ливнем наполняя океаны. Её реки растекались по сухой почве, прорастали стеблями растений, струились в кровеносных системах животных. Каждая клеточка, каждая пылинка этой вселенной была наполнена ею. Всё живое и неживое, всё материальное и духовное. Всё было единым. Всё было Живой Силой... Фимор медленно открыл глаза. Звуки и ощущения постепенно возвращались в тело, зрение неспешно прояснилось, а душу наполнили спокойствие и знакомое тепло Силы. Никакой опасности рядом не было, так что он позволил себе не торопясь сориентироваться. Согревая не только душу, но и тело, далеко сверху на него падали лучи солнца. От лёгких потоков ветра шелестела редкая растительность, а по уходящим ввысь каменным стенам с забавным писком карабкались какие-то чешуйчатые зверушки. Мышцы затекли, поэтому контроль над телом возвращался с небольшой задержкой. Фимор покрутил головой из стороны в сторону: в импровизированной подстилке под ним лежал один плащ, другой же играл роль подушки, положенной под голову. Если не считать звуков природы, то вокруг стояла умиротворяющая тишина. Всё болело как после изнурительной тренировки. Морщась, Фимор приподнялся на локтях и смог осторожно перевернуться на бок. Вновь огляделся и увидел в нескольких метрах Квай-Гона. Мастер сидел скрестив ноги и закрыв глаза, явно пребывая в глубокой медитации. Падаван потянулся к Силе, едва ощутимо коснувшись нитей связи и, к своему удивлению, почти сразу получил отклик: Джинн неспешно, но уверенно вынырнул из глубин сознания, открывая глаза. Рыцарь встретился взглядом с пришедшим в себя учеником, радостно и мягко улыбнувшись. - С возвращением, – джедай поднялся, подошёл к нему и опустился на колени, положив руку на плечо мальчику, придерживая его. – Не делай резких движений, тебе здорово досталось. Последние события память отдавала с большой неохотой, так что падаван Дерэра пребывал в некоторой дезориентации относительно причины своего состояния. Он понимал, что они на задании, что находятся в руинах джедайского Храма, но почему и как оказался без сознания, совершенно не мог вспомнить. Если бы не спокойствие в Силе и учитель рядом, он бы даже немного испугался такого провала. Квай-Гон наблюдал за его мыслями через опущенные щиты. В конце концов Фим смог сформулировать первый вопрос: - Как... долго меня не было? – во рту пересохло, и слова наждачкой прошлись по горлу. Падаван поморщился. Джинн тут же протянул ему флягу с водой. - Двое суток. - В смысле?!.. – сквозь кашель выдавил подавившийся ученик. Мастер хлопнул его по спине. - Спокойно, дыши. Поверь, это очень хороший показатель в твоём случае, – Квай-Гон провёл рукой по его плечу и тихо добавил: – Я боялся, что потерял тебя. Фим замер от неожиданного признания. Память по-прежнему не желала занимать положенное место, и сейчас падаван начинал чувствовать нервозность от того, что не понимает происходящего. - Мастер, я... - Как ты себя чувствуешь? – мягко перебил Квай-Гон. - Как будто полдня убил на спарринг с Вами, – честно ответил ученик, не зная, уместна ли будет попытка разрядить обстановку. – Всё болит, но не сильно... Только не помню ничего. Точнее, понимаю, где и зачем мы, но последние несколько часов... Даже близко вспомнить не могу. Думаю, оно временно, но по голове вроде не получил, отчего амнезия такая... - Получил, – уверил Квай-Гон. Фимор нахмурился. – Но не физически. Ты подвергся очень сильной ментальной атаке, причём несколько раз. Мне следует благодарить Силу, что ты выжил после двух столкновений с Безымянным. - Безы... что? - Я всё объясню, когда ты восстановишься. Пока что отдыхай. Времени у нас полно, задание никуда не денется. - Хорошо... – согласился Фимор. - Кстати, не хочешь Тале привет передать? Она грозилась, что если ты не придёшь в себя, сама прилетит на Чеспи и лично свернёт мне шею, – виновато усмехается Квай-Гон. Через пару минут на экране датапада высветилась обеспокоенная, взвинченная нурийка. - Только попробуй сейчас сказать, что ему стало хуже! Я тебя, ублюдок, голыми руками!.. – не дав Квай-Гону и рта раскрыть, гневно указала на него Тала. Джинн даже отбиваться от нападок не стал, а лишь быстро развернул экран на ученика. – Да чтоб!.. Фим! Солнце моё! Ну Слава Силе, живой! - На, сам с ней разговаривай, – сунул датапад в руки ученику джедай. Фимор улыбнулся женщине: - Здравствуй, Тала. - Я б Квая на месте прибила, честное слово. Как ты себя чувствуешь, золотце? - Вроде нормально... - У него пока амнезия, он столкновения не помнит, – вставил Квай-Гон. - Ты там вообще лучше молчи! – рыкнула Тала. – Вернётесь, я тебе устрою! Джинн закатил глаза, что-то красноречиво ответив одними губами. По связи оно, конечно, звучало куда ярче, но Фим не торопился сдавать мастера. Тала тем временем пристально оглядывала парня через камеру. - Солнце, я всю информацию этой сволочи скинула, он тебе объяснит, что к чему. И, если что, мне звони, я на связи. - Ты Совету сообщила? – рискуя вновь отхватить, спросил Квай-Гон. - Я что, на дуру похожа? Обойдутся. Сам думай, что им плести будете, – отмахнулась Тала, – Ты, кстати, сказал уже, что читы применил? - Нет, он только пять минут как в себя пришёл. Фимор посмотрел на учителя со смесью удивления и восхищения. Читы – было в их узком кругу кодовым словом, обозначающим Тёмную Сторону. Фимору нечасто доводилось видеть как учитель настолько выходил из себя, что открывался Тьме. Каждый раз это было пугающе и завораживающе одновременно. Сам падаван не боялся Тёмной Стороны, рационально относясь к ней как к возможной, но крайней мере. Мастер объяснял ему принципы её раскрутки и даже позволил немного потренироваться, исходя из разумного: что лучше сейчас при нём и под его контролем, нежели мальчик попытается сам и его поймают. - Всё настолько плохо было? - По-другому нам... мне было не вырваться, – твёрдо сказал учитель. - Я бы на твоём месте руку на пульсе держала, – едко заметила Тала. – А то по-нормальному у тебя херово выходит. Фимор ощутил перемену в Силе и через пару секунд, с благоговейным трепетом, смотрел на обращённый на нурийку взгляд жёлтых глаз. - Во-во! – женщина даже бровью не повела. – Так и ходи. Толку явно побольше будет! Ладно, мальчики, развлекайтесь. Я на связи... Джинн, угробишь парня – убью. Нурийка отключилась. Сетуя на то, с кем ему только угораздило связаться, Квай-Гон забрал датапад у Фима. Последнему же ничего не оставалось, кроме как вновь растянуться на устроенной лежанке, подставив лицо под солнечный свет. Делать нечего – придётся ждать пока сознание прояснится. *** Информации было не то чтобы совсем мало, но вполне достаточно, чтобы у падавана волосы встали дыбом. Когда он был юнлингом, воспитатели иногда рассказывали им страшилки про чудовищ, которые питаются Живой Силой: с красными глазами, уродливыми мордами и телами, что одним своим присутствием лишают джедаев чувствительности к Силе. Естественно многие считали это всего лишь сказками, к которым воспитатели прибегали, чтобы угомонить непослушных детей. Конечно в каждой сказке есть доля правды, но кто ж знал, что настолько. Безымянные, Шрии-ка-рей, пожиратели Силы... Фимор в смятении и отвращении смотрел на примерно составленные изображения чудовищ. Они были похожи на результат чьего-то больного, несуразного эксперимента: нескладные туловища, длинные передние лапы с мощными когтями, плоские морды со свисающими щупальцами-отростками. Твари взаправду из детских кошмаров. Но беспокойство вызывал не их внешний вид, а способности. Родом с планеты Софрос, "Планеты Икс", из Дикого Пространства. Фимора-то Внешнее Кольцо напрягало, а тут... настоящая чёрная дыра, куда в здравом уме и трезвой памяти никто из центральных миров не сунется, даже за миллионы кредитов. В Архивах хранился лишь перечень известных звёздных систем из того сектора с краткими характеристиками. Шрии-ка-рей питались Живой Силой и представляли смертельную опасность для любого чувствительного к ней. Фимор неверяще читал список погибших по их вине джедаев. Имена каждого навсегда заняли своё место в истории галактики и Ордена, Дерэра видел их на страницах дактатов по истории, слышал от преподавателей. Почему он никогда не задумывался, что на самом деле унесло их жизни? Горло сдавило тошнотой: зачем он только открыл материалы статьи?! Пустые, каменные оболочки, которые рассыпались от малейшего прикосновения. От некоторых джедаев остались лишь лохмотья. Как будто из трупов выкачали все соки, а затем на сутки оставили под палящим солнцем. Галлюцинации, потеря связи с Силой, контроль разума, смерть... Нет. Это было куда хуже обычной смерти. - Но здесь написано, что последние представители исчезли несколько столетий назад... – парень не узнал собственный голос, настолько тот был сиплый и жалкий. Учитель печально вздохнул, коснувшись связи успокаивающей волной. Фимору потребовалось несколько часов, чтобы полностью оклематься и с помощью мастера выстроить цепочку событий. - Очевидно, Совету было проще признать, что они исчезли как вид, нежели исчезли из поля зрения Ордена. Возможно, этот – один из последних выживших, уже старый и слабый. - Откуда такая уверенность? - Иначе мы бы сейчас разговаривали не в физическом воплощении, а как части Силы. Ты бы погиб при первом же столкновении с ним, а моя Тёмная Сторона мало бы чем помогла. Тем не менее, он по-прежнему очень опасен – сохранять контроль над собой и своим сознанием мне ещё много часов после помогала лишь Тьма... Ты... – Джинн сжал его предплечье, – Пульс прощупывался с трудом, сигнатура в Силе была едва заметна, а твоя кожа стала холодной и сухой. Когда я рассказал об этом Тале и когда выяснилось, с чем мы столкнулись, я... испугался, что тебе уже не помочь. И что ты разделишь судьбу павших джедаев, только медленнее и мучительнее. Фимор положил ладонь поверх руки мастера. - Простите. Я должен был быть сильнее... - Ещё раз так скажешь – отработку полного цикла устрою. Ты смог восстановиться, положившись просто на свой организм и на время. Мне же пришлось прибегнуть к Тёмной Стороне. Ты намного сильнее меня, падаван. - Вы мне льстите, – но спору нет, было приятно. Затем ученик сменил тему: – Что теперь? Мы же, по сути, выполнили задание? Безымянный и был причиной волнений среди местных. Очевидно, он рыскал по руинам Храма, впитывая оставшиеся крупицы Силы, а после забрался в его недра, где концентрация должна быть несколько больше. - Мы должны решить его судьбу, – оглянулся вглубь Храма Квай-Гон. – Можем обо всём доложить на ближайший действующий аванпост, и пусть уже они разбираются с этим созданием. А можем... - Устранить его, – закончил Фимор. М-да, ситуация двоякая: с одной стороны – это не совсем их профиль, и формально они уже завершили миссию; с другой – Фим скользнул взглядом по открытой на датападе статье... глаз зацепился за снимок одного из погибших... Они были чьими-то друзьями, наставниками, учениками. Погибли, даже не понимая от чего и за что. Они даже не стали едиными с Силой. У них забрали Силу, оставив лишь пустые оболочки, с которыми даже проститься не представлялось возможным. А если сюда придут другие? Фимору было легко представить такого же страстного до знаний джедая, что захочет изучить эту часть их истории, прикоснуться к руинам. И погибнет в агонии. А если это будет падаван, что совсем недавно вышел из юнлингов?.. Квай-Гон всегда был невозмутимым и морально сильным человеком, – Дерэра равнялся на него – но даже его подкосило. Нет, это уже слишком. - Мы должны убедиться, что как минимум этот Шрии-ка-рей больше не убьёт никого из Ордена, – взгляд Фимора загорелся уверенностью. Квай-Гон пристально посмотрел в ответ. - Фим, я тебя не заставляю. - Я знаю. А ещё знаю, что Ваше чувство долга тоже это так просто не оставит. Я не могу допустить, чтобы всё веселье досталось Вам. Джинн улыбнулся: - Твоя наглость растёт в геометрической прогрессии, падаван. Хорошо. Тала меня так и так угандошит, поэтому терять нечего. Но сейчас мы возвращаемся на корабль: Шрии-ка-рей никуда уже не денется, а вот физическое истощение нам вряд ли нужно. Придём сюда наутро.