Безоблачно

Поздняя осень в Токио того года навевала лишь тоску. Пасмурный ноябрь отметился затяжными дождями, и даже любимый сезон красных кленов не спасал ситуацию. Смотреть на цветастый вихрь умытых росой листьев было по-своему прекрасно, но куда приятнее — во время прогулки, а не из окна. Однако дождь лил так, что об этом оставалось только мечтать. Или, устроившись поудобнее на кровати, лениво разглядывать лист настенного календаря, будто от одного взгляда желанная дата могла приблизиться. Осеннюю ярмарку додзинси уже столько раз переносили из-за непогоды, что Хаяка устала считать. Лишь каждый раз вздыхала и прятала уже сотню раз выглаженный костюм в шкаф, осуждающе глядя на непрекращающийся дождь в окне. Поправлять тщательно уложенный парик на манекене так и вовсе уже устала. Сама судьба словно была против того, чтобы она всё-таки заявилась на ярмарку в косплее любимой Шоколы Мейер*. Однако сегодня, 13 ноября 2005 года, в районе Шибуя должно было наконец случиться чудо. – …Эти румяна стоили мне всего ничего, ты представляешь? – щебетал голос Рэй из телефона. – В торговом центре сегодня такая распродажа, с руками и ногами всё разбирают! Я думала ещё юбку подыскать, когда-… Хаяка, ты меня вообще слушаешь? Злополучная родинка над губой всё никак не хотела выходить ровной. Полностью сосредоточившись на отражении в зеркале, Хаяка и правда не особо вслушивалась в болтовню подруги. Хотелось уже закончить с завершающим штрихом, но рука как назло дрожала и снова всё вышло криво. Какая-то неудавшаяся татуировка чайки, а не родинка, честное слово. – Мм. – промычала девушка, а затем цокнула языком, снова берясь за ватный диск. – А долго будет распродажа длится? С динамика послышалось лишь какое-то непонятное шуршание. Рэй выдержала паузу, заставляя подругу задаться вопросом, обиделась она или нет. Хаяка уже было открыла рот, чтобы извиниться, как тут же услышала: – Ты сама-то действительно хочешь с ним пойти? Рука с подводкой на мгновение застыла. Девушка медленно моргнула и перевела взгляд на телефон, словно ожидая, что сейчас увидит на маленьком экранчике подозрительное лицо подруги. Но, конечно же, ничего такого там не было. И, тем не менее, попала своим вопросом она прямо в точку. – Ну… –  Хаяка поджала губы, разглядывая своё отражение некоторое время. А затем вздохнула: – Я обещала, ты же знаешь. Она точно знала, что Рэй закатила глаза. С друзьями детства всегда было так, ей ли не знать. Ведь Хаяка и Даичи-кун знали друг друга чуть ли не всю свою жизнь, всегда ошивались вместе во дворе и влипали во всякие неприятности. Веселились, делились секретами, вместе играли с соседской собакой. Пока в один прекрасный момент на него не снизошло, что Хаяка не просто друг, а ещё и девушка. – Вообще-то ты сказала что-то вроде «Мм?», –  бессовестно парировала Рэй. – Совсем не похоже на: «Да, Даичи-кун! Я буду рада пойти с тобой на осеннюю ярмарку, жду не дождусь нашего свидания!» – Ну ты уж не перегибай. – рассмеялась Хаяка, прерывая попытки подруги имитировать её. Мелькнувшая в голосе неуверенность выдавала её с головой. Саму волновало, почему же она так сомневается. Ведь на ярмарку планировала сходить ещё с августа, а здесь такой случай удобный подвернулся. Разве было о чём переживать? Мотнув головой, Хаяка прогнала странные мысли прочь, и только после вспомнила, что подруга все ещё напряженно молчала. Однако не зря они так долго были знакомы. Спустя мгновение Рэй вздохнула и будто сама решила не давить. Вместо этого завела разговор о новой серии «Наны», вернувшись к своему обычному беззаботному тону. Затем часы пробили полдень, и Хаяка наконец-то отложила подводку в сторону, всё же отказавшись от идеи с родинкой. Образ и так был вполне себе ничего, осталось лишь дополнить его фирменными туфлями Шоколы, которые любезная Ами согласилась одолжить. Размер, правда, был немного не её, но один день же можно потерпеть?

* * *

Ярмарка пахла солнцем, колючим ветром и жареными каштанами. Атмосфера праздника неуловимо витала в воздухе и пряталась в шуме оживлённой толпы. Величественный храм Мусаши оброс ларьками и палатками, щедро украшенными бумажными гирляндами. Шаловливый ветер то и дело унести с собой геройские плащи или же стащить ведьмовские шляпы, и порой ему это всё же удавалось. Слыша очередной недовольный визг, Хаяка невольно вцепилась руками в свою. От разношёрстности толпы разбегались глаза. **Симпатичные ведьмочки — те самые похитительницы сердец — кокетливо подмигивали каждому, кто задерживал на них взгляд. Идеальные старшеклассники, будто сошедшие со страниц манги и способные в моменты сильного волнения превращаться в животных, выглядели так, словно пришли сюда с совершенно очевидной целью. А начинающие певицы, делившие одно имя на двоих, уверенно обращались с инструментами — если, конечно, их как следует попросить. Чувствовать себя частью чего-то такого большого было очень волнующе. Несмотря на утреннее смятение, сейчас Хаяка в предвкушении улыбнулась, уловив аромат ещё горячих жаренных каштанов. Если постарается, то успеет даже за новеллой по «Корзинке Фруктов» забежать! — Ух ты, какая красивая девочка! — внезапно послышалось сзади. — Не хочешь сфотографироваться с ведьмочкой, Юки? Хаяка поспешила обернуться. Её недоумение сменилось доброжелательной улыбкой, как только она заметила неподалёку компанию из двух девочек. Младшая из них явно смутилась, как только поймала на себе её взгляд. — Тише! — шикнула Юки, дёрнув сестру за подол юбки. — Ты что, не видишь? Это не просто ведьмочка, это же Шокола Мейер. Услышав это, Хаяка невольно горделиво расправила плечи. Всё же не зря она корпела над образом так долго! Не было ничего лучше для начинающего косплеера, чем узнаваемость. Уже захотелось самой подойти и предложить фотографию, как тут вдруг Юки вздёрнула носа и фыркнула. — Мне больше ***Ванилла нравится. И ушла, потянув смущённую сестру за собой. Хаяка же лишь неловко рассмеялась, сжав сумочку в руках. Что ж, перед некоторыми вещами она бессильна. Оставалось лишь надеяться, что сам Даичи не против был прогуляться с рыжей ведьмочкой сегодня. В голове словно что-то щёлкнуло. Точно, Даичи! Где его вообще носит? Нащупав в кармане мобильный, девушка тут же проверила входящие, но… ничего. Вообще ничего. Лишь её вчерашнее напоминание не опаздывать, которое так и осталось висеть в их чате, причем не прочитанное. Подумав, что он, возможно, снова спит до обеда, она решила позвонить. Голос из динамика тут же сообщил, что данный номер находится вне зоны доступа. И вот теперь это выглядело странно. Сам позвал — и сам же не пришёл? Нет, конечно, Хаяка знала, что красивые девушки всегда опаздывают, но… ситуация как-то не располагала к шуткам. Ярмарка была в самом разгаре, и сейчас ждать Даичи казалось глупостью. Ну опоздает он, ну не возьмёт автограф лично у автора «Наны»… ну и что? На голодный желудок нервы на прочность проверять вот вообще не стоит. Время как-то незаметно утекало, а рука то и дело тянулась к телефону. Она уже и разозлилась, и первая написала, и позвонила. Вот только абонент так и оставался вне зоны доступа, как и заветный ларёк с жареными каштанами, возле которого очередь росла в геометрической прогрессии. На втором часу ожидания Хаяка уже плюнула на вежливость. Сняла надоевшую шляпку и, затаив дыхание, подошла к продавцу сама. И урвала у судьбы счастливый билет, ведь последний пакетик ей всё-таки достался. Сияя от предвкушения, она осмотрелась в поиске свободной лавки, но тут уже дело было гиблое. Ничего не поделать, придётся снова занять облюбованное место на мосту. «Зато отсюда видно всю ярмарку», — снисходительно подметила она, шурша бумагой. «Если надо будет – найдёт. Хотя это ему и так повезло, что я вообще осталась». И сама себе запретила хандрить. К чему волноваться, когда вокруг царила самая настоящая осенняя сказка? Окружающие, видимо, считали также. Чего только стоило целое столпотворение из влюблённых парочек у фонтанов. Периодически то и дело можно было услышать радостный визг очередной девушки, отыскавшей свою пару в этой толпе. Пару, да? Мысль о том, что и они с Даичи могли вести себя так друг с другом весь вечер, заставила желудок свернуться. Хрустя жареным каштаном, Хаяка не могла не представить, как парень неловко и в своей привычной манере просит её разрешить покормить себя. А потом его палец случайно коснётся её губ… а потом он неосознанно подойдёт ещё ближе… и ещё сто различных сценариев, от которых был мороз по коже. Рэй всё-таки была права. Ей и правда не по себе. Но почему она и сама не могла понять. Хаяка не первый раз была на свидании, не впервой ей было и ожидать от парней признаков внимания. Обычно это было довольно приятно, иногда неожиданно. Однако именно участие Даичи во всём этом делало привычные вещи такими… неприятными? Отвратительными? Или просто… нежелательными? Чувство вины появилось внезапно, но царапнуло болезненно. Ещё час — и Хаяка начала думать, что именно из-за её сомнений Даичи так и не пришёл. В её сумке уже покоилась новелла вместе с автографом, бумажный пакетик из-под каштанов лежал на дне мусорки, солнце медленно уплывало за горизонт. А его телефон всё также молчал. Делать было нечего — становилось холоднее. Поёжившись, Хаяка вытянула из сумку кофту и, накинув на себя, ещё раз оглянулась. Ярмарка шумела уже не так завлекающе, а скорее уютно. Толпа поредела и попряталась в укрытых тенями уголках возле фонтана, где было много лавочек. Находиться одной среди воркующих пар было как-то неправильно, поэтому девушка поспешила удалиться.

* * *

Стоило только оказаться вдали от праздника, как сразу же насели мрачные мысли. Ветер всё крепчал, продолжая спутывать рыжие пряди парика. От вечерней прохлады тонкая кофта не спасала, и девушка то и дело ёжилась, потирая ладони. Её дом был не так уж и далеко, если сократить через шоссе, обычно безлюдное в такое время. Однако на каблуках ходила она не настолько часто, чтобы сейчас чувствовать себя комфортно, лавируя между тонким бордюром и гладкой дорогой. Невольно в голове всплыл тот самый день. Тогда, сразу после окончания физкультуры, Даичи привычно встретил её и девочек возле входа в школу. Они, как всегда, шли домой вместе. И тут он решился; притянул её к себе ближе, несмело прочистил горло и выпалил: «Сходишь со мной на ярмарку вместе? Ты мне, это… нравишься, типа». Серьёзно, а что ей ещё было делать, кроме как не сконфуженно согласиться? К тому же её подруги, также изумлённо переглянувшись, стали внимательно следить за происходящим. Не подталкивали, не давили. Но лишь одного их присутствия было достаточно для того, чтобы Хаяка несмело улыбнулась и кивнула. Почему же тогда сейчас она рада тому, что он не пришёл? За саму себя даже как-то стыдно стало. Хмурясь, Хаяка прибавила шагу. Шла, не особо задумываясь куда, пока вдруг не раздался звук хруста. Не сразу даже стало понятно, что именно произошло. Каблук подломился — резко, с каким-то сухим, неправильным щелчком. Нога ушла в сторону, и земля будто на мгновение исчезла из-под неё. Колено встретилось с асфальтом жёстко, почти оглушающе, и до красных кругов перед глазами больно. Но что девушка ощутила особенно остро, так это жгучее чувство вины перед Ами. — Вот чёрт…! Даже и не заметив, что сидит практически на самой дороге, девушка попыталась хотя бы встать. Ушибленное колено саднило, ноги не слушались. Милые бантики на туфлях тоже решили отлететь в самый неподходящий момент. Ситуации хуже и не придумаешь. Проехавшая в этот момент сзади машина засигналила, словно вторив её словам. На обочине лучше бы не задерживаться надолго, если только она не хочет ещё больших проблем на свою голову. Поэтому, взяв себя в руки, Хаяка максимально осторожно встала на ноги, стараясь не опираться на левую. Но куда пойти? До дома оставалось ещё каких-то минут двадцать, но не появляться же в таком виде. Мама занервничает, после вообще никуда не отпустит. Да и при каждой попытке сделать шаг колено саднило, заставляя буквально балансировать на правой ноге, ещё и с туфлями в руке. Ещё и никаких лавочек или автобусных остановок в округе, ну прямо джекпот. Хаяка глубоко вздохнула. Взгляд метнулся в сторону леса, которого с дорогой соединял небольшой травянистый склон. Тут часто могли играть дети, оставшиеся без присмотра родителей. Хозяйничала здесь лишь невысокая трава и редкие полевые цветы. Пара солнечных пятен скрашивала прохладу вечера, и даже смотреть на то, как ласковые лучи греют лужайку, было успокаивающе. Довольно неплохое место, к тому же – безлюдное. Так Хаяка решила сначала. Ведь каков вообще был шанс наткнуться на кого-то здесь, да ещё и в такое время? Ну, как оказалось, совсем не нулевой. – Ээ…? Незнакомую фигуру она разглядела ещё издалека. Там, где было самое идеальное место, чтобы погреться, кто-то лежал. Заметить с такого расстояния можно было разве что слепящих солнечных зайчиков и пушистую блондинистую макушку, удобно лежащую на сложенной чёрной куртке. Очередной не самый приятный сюрприз. Вряд-ли кто-то вроде него подвернул ногу или сломал каблук, чтобы тоже прийти сюда. О другой причине думать не получалось. Но и раздумывать долго над тем, остаться или уйти, Хаяка не стала. В конце концов, она вполне может объяснить ситуацию. К тому же, разве она вообще может помешать? – Ох. Честно сказать, она даже не сразу поняла, что произошло. Просто в какой-то момент вместо травы под стопой оказалось что-то мягкое, чужеродно скользкое — не ткань, не земля. Нога чуть поехала, и только когда это «что-то» потянулось вслед за движением, до неё дошло, что это… волосы. Волосы? — Кхм… У судьбы довольно странное чувство юмора. Иначе объяснить сложившую ситуацию у Хаяки не получалось. Да и в принципе сложно представить нечто более нелепое, ведь под её ногами вместо травы действительно оказались шикарные белокурые локоны. Мягкие на ощупь, если так можно было сказать. Однако ещё больше сбивала с толку реакция их обладателя. Более невозмутимое лицо девушка, наверное, вообще никогда не видела. Абсолютно безразличный ко всему происходящему, незнакомый парень словно и не заметил её присутствия. Он будто бы находился в каком-то трансе, пытаясь рассмотреть в плывущих по небу облаках что-то, ведомое только ему самому. И даже бровью не повёл, когда Хаяка прокашлялась ещё раз. — Извините. Совсем не подумала, что здесь уже занято, —  пробормотала она, чувствуя себя глупо. Занято? Они что, в очереди в кинотеатре? Но никакой реакции не последовало. Лишь на мгновение показалось, что она услышала тихое мычание в ответ. Ногу с волос, разумеется, убрала. Но куда себя деть идей не было никаких. Не гоже просто так стоять над человеком, но и уходить не хотелось. Солнце и так постепенно уплывало за горизонт, унося с собой последние крохи тепла. — Но места же много, да? — добавила она, внимательно всматриваясь в его лицо. — Значит, я могу сесть? Даже бровью не повёл. На самом деле в этом раз Хаяка и не ждала. Просто сняла с себя кофту и, бросив на землю, кое-как уместилась на ней. Кряхтела она при этом словно старик, придерживая проклятую ногу. Хотя бы неприятное ощущение усталости перестало терзать и так измученное долгим днём тело. Наконец-то можно было выдохнуть. Тёплые лучи приласкали озябшее тело, заставляя поёжится. Девушка невольно обхватила плечи руками и растёрла их, чувствуя приятное покалывание. Мысли об ушедшем лете совсем не радовали. Вместе с ними вернулся и ворох пережитых эмоций, как и внезапно охватившее смущение за собственную бестактность. – Я бы не спускалась прямо сюда, если бы не каблуки, – начала объясняться она, хозяйничая на своём небольшом месте для отдыха. – Одолжила у подруги, но совсем не проверила перед выходом… придётся теперь возвращаться босиком. Последние слова она произнесла с тихим смешком. Однако со стороны невольного слушателя не донеслось ни звука. По-хорошему было бы замолчать, да вот только делать этого совсем не хотелось. Поджав губы, Хаяка невольно заёрзала. Рука сама тянулась написать кому-то из подруг, чтобы выговориться, да вот только она сама себя останавливала. Знала, что отреагируют бурно. Только прикрыв глаза, она уже представляла эту ситуацию. Рэй придётся отговаривать от идеи пойти искать парня, чтобы допросить; Ами нужно будет заверить раз сто, что она в порядке; Минако же раздует целую драму, а после будет вспоминать Даичи не лучшими словами каждый день. Нет, так не пойдёт. Она обязательно расскажет им, но точно не сегодня. К тому же тихий шелест ветра и так успокаивал. Хаяка невольно приоткрыла глаза. Смотреть на то, как лёгкий порыв ветра кружит в вихре с опавшими листьями оказалось довольно завораживающим. Пока она не услышала тихое фырканье. Или ей показалось, что услышала. – А что? – сразу же отозвалась она, повернув голову к источнику звука. Неужели и правда ветер? – Разве у тебя такого не было? Осознание пришло не сразу, но когда пришло, захотелось нервно хихикнуть. Ну да, парень точно выглядел так, будто не раз ломал каблуки на обуви подруги. – Нет, я имею ввиду… вот эти вот недомолвки, – сказала она, глядя на небо. А облака и правда отвлекали. – Между друзьями. Вот почему так постоянно выходит: дружите вы, общаетесь, а потом вдруг! Внезапное осознание приходит. «Надо же, моя подруга ведь не просто друг, а… девушка!». А потом как занесёт… Хаяка сама не понимала, что делает. Кажется, занесло здесь только её. И спохватится не успела, как уже рассказывала незнакомцу в подробностях всё о своей личной жизни. О том, как познакомилась с Даичи ещё в детском саду; как он нелепо ухаживал за ней в младшей школе и как наконец решился признаться в средней. И как нелогично решил закончить свои попытки ухаживать в день первого же свидания. — …Но тем не менее, я не злюсь. — продолжала щебетать девушка, наконец избавившись от парика. Найдя в сумочке своеобразную аптечку первой помощи, она старательно стирала кровь с коленки влажной салфеткой. — Как я могу? В жизни ведь надо пробовать всё, даже если это может закончиться чем-то таким вот неловким. К тому же-… Запнулась Хаяка только тогда, когда солнце висело уже достаточно низко. Колючий холод вдруг начал щипать за плечи, и о решении использовать тёплую кофту как подстилку тут же пришлось пожалеть. Колено больше не саднило так сильно, да и запасной комплект носков нашёлся. Жизнь продолжалась, и выговорится незнакомцу на склоне недалеко от шоссе теперь не казалось такой уж странной затеей. Абсолютно уверенная в том, что её всё же слушали, девушка перевела взгляд на лицо парня и… непонимающе выгнула бровь. Глаза того на этот раз были закрыты, словно он уснул где-то на начале её увлекательного монолога. Что ж, а на что она, собственно, надеялась? Пожав плечами, Хаяка засуетилась, собирая вещи обратно в сумочку. На мгновение её кольнуло сомнение — может, стоило хотя бы разбудить его? Вдруг простудиться ещё. Однако почему-то она была точно уверена в том, что он пришёл сюда сам, и никак не заблудился. По какой причине — уже не её дело. До дома оставалось всего ничего. На душе было на удивление легко, словно она исписала страницу личного дневника своими переживаниями. Стоило ли благодарить за это странную встречу вроде этой? — Спасибо. Вряд ли её услышали, но Хаяка была уверена, что должна была это сказать. Слегка улыбнувшись, она всё же накинула многострадальную кофту на плечи и поплелась в сторону своего дома, все ещё немного прихрамывая. И совсем не могла видеть, как парень в то же мгновение открыл глаза.

* * *

Прогноз погоды в этом году точно сходил с ума. Ближе к декабрю холод поселился даже в самых тёплых уголках, заставляя побыстрее бежать домой после школы. Ещё с вечера был абсолютный штиль, разве что порой ветер шумел в кронах деревьев Кусачие морозы были обычно не свойственные Японии, но неугомонная природная стихия этой зимой взбунтовалась, и украсила окна ледяными узорами. Однако в этот понедельник уж точно должно было быть потеплее… Так Хаяка думала, приготовив себе на утро лёгкий кардиган в дополнении к привычной школьной форме. И особенно сильно разочаровалась, когда утром увидела пушистые снежинки, первые в этом году. Любоваться зрелищем времени точно не было. Пришлось полностью поменять планы и запереться в ванной, чтобы хотя бы кое-как накрутить непослушные локоны с помощью плойки. Так что она уже второй раз обещала папе освободиться через пять минут и лихорадочно пыталась одновременно и краситься, и делать укладку. Получалось не очень, к тому же спать хотелось ужасно. Наверное, не стоило говорить с Минако всю ночь по телефону. — …вернулся вчера так поздно! Мамин голос зазвенел эхом в коридоре совершенно внезапно. — Не отвечаешь на звонки, пропускаешь занятия в школе, приходишь весь побитый! — в её тоне зазвенела сталь. — Ты это назло делаешь, а, Масару? Хаяка невольно сжала ручку плойки в руках покрепче. Взглянула в зеркало, ещё раз проверила, ровными ли получились стрелки. Часы уже буквально кричали о том, как она опоздает, если не выйдет из этой комнаты сейчас же. — О, так вот как ты с матерью разговариваешь! Ну, конечно. Я всегда плохая. Но выходить не хотелось. Хаяка глубоко вздохнула и зажмурилась. Перед глазами заплясали разноцветные пятна, исходящее от плойки тепло обжигало ухо. Сейчас в голове творился полнейший бардак, день в очередной раз начался неудачно, и даже первый снег не радовал. Но всё же нужно было закончить собираться, захватить с собой тост и выбежать на улицу. Иначе никак. Поэтому она открыла глаза и решительно улыбнулась своему отражению. Оставила в покое кудри, когда привела их в более-менее человеческий вид и открыла дверь. Извинилась перед отцом, пожала плечами в ответ на его бормотание об истериках с самого утра. И после столкнулась в коридоре с угрюмым долговязым подростком, тащившим с собой потрёпанный портфель. — Чего вылупилась? — огрызнулся брат, тряхнув волосами. Хаяка привычно нахмурилась. С Масару всегда стоило говорить вдумчиво, особенно по утрам. И особенно если на кухне ещё была мама, не успевшая уехать на работу. — Хотела спросить, закончились ли тосты. — хмыкнула девушка, заправляя выпавшую прядь волос за ухо. Сразу же заметила, как Масару сморщился. — Ну давай, что сегодня ты скажешь насчёт моих духов? — Воняют. — Оригинально. Не выдержав того, как сестра настойчиво сверлит его взглядом, Масару сдался. Фыркнул, закинул портфель на плечо и поспешил удалиться прежде, чем она снова начнёт пытаться с ним поговорить. Подростковый возраст проходил для него особенно бурно. Тосты на кухне всё же остались. — Нет, ну это просто невыносимо! — возмущалась мама, возясь у плиты. — Разве он не понимает, что я делаю это ему же во благо? Чем он вообще думает… да его отец в его возрасте! Хаяка рассеянно кивала в ответ на мамины гневные высказывания в сторону брата, пока сама поспешно запихала в себя завтрак. Вчера Масару вернулся не просто побитый, так ещё и пьяный, чем привёл её в ярость. Поэтому, кажется, в ближайшее время мама не собиралась спускать с него глаз. — Я обязательно постараюсь поговорить с ним, мам. — на автомате сказала Хаяка, закончив с завтраком. Сообщение Ами о том, что она опоздает, было успешно отправлено, но больше провоцировать судьбу не хотелось. — Только не злись, хорошо? Мамино лицо на мгновение смягчилось. — Золотой ты ребёнок, милая. — вздохнула она, ласково пригладив растрепавшиеся пряди волос на её голове. — Беги. И не задерживайся после школы, хорошо?

* * *

Снег напоминал растаявшее мороженое. Белый и мягкий, словно пломбир под июньским солнцем, он налипал на окна домов, будто пчелы на улей. Улицы казались размазанными, приглушёнными, как если бы кто-то провёл по ним широкой кистью, стирая чёткость линий и звуков. Под ногами он не скрипел — вздыхал. Каждый шаг утопал в вязкой тишине, оставляя следы, которые тут же теряли форму, расплываясь и исчезая. Фонари светили мутно, их свет растворялся в этой белой густоте, как сахар в тёплом молоке. Несмотря на отрезвляющую прохладу, было по-своему уютно. Декабрь всегда был мягок, хоть эта зима и обещала быть более суровой. Хаяка любила такую погоду по-своему. Однако сегодня в голове роилось столько мыслей, что сосредоточиться на чем-то получалось с трудом. Она шла, опустив голову вниз и приковав взгляд к экрану телефона. Часы на экране блокировке показывали, что у неё осталось совсем мало времени, и пешком успеть на первое занятие вряд ли выйдет. А значит, придётся идти на автобус, хотя этого хотелось избежать всеми силами. Девушка невольно ускорила шаг, стараясь сглотнуть ком в горле. Но вдруг словила себя на мысли, что её шаги звучат слишком громко, слишком отчётливо, словно их кто-то считает. Потом появилось ощущение взгляда. Не конкретного, не направленного из определённой точки — скорее рассеянного, как тень, которая не отстаёт. Моргнув, Хаяка дёрнула плечом, словно стараясь сбросить с себя странное наваждение. Вокруг ни души – кому бы вообще понадобилось следить за ней? Решив, что это всё лишь глупые игры воображения, она резко обернулась, и… никого не увидела. Лишь пустующую улицу и парочку машин, промчавшихся по шоссе. Ну, а что она, собственно, ожидала? Разговаривать всю ночь напролёт с Минако и толком не поспать явно было не лучшей идеей. Подтаявшие снежинки холодными каплями коснулись её кожи, заставляя Хаяку невольно поёжиться. Сразу же вспомнилось приятное летнее тепло, лёгкое колыхание зелёных веток и ласковый ветерок. По лету тосковать ещё долго, нынче даже солнце пряталось за тучи. Глаза девушки словно сами метнулись в сторону небольшой поляны между населённым районом и лесом. Даже здесь не осталось места для солнца. Хаяка прищурилась, словно всматриваясь внимательнее. На губах заиграла улыбка, как только в голове промелькнул образ запутавшихся в белокурых волосах солнечных зайчиках. Сейчас то самое место пустовало, но девушка точно знала, что встретит его там снова. Потому что уже не первый раз, возвращаясь домой, замечала знакомую фигуру, наблюдающую за облаками. Сначала это было просто случайность, потом – совпадение. А затем стало закономерностью. Хотелось даже надеяться, что странный парень специально приходит, зная, что она его заметит. Но верилось с трудом, ведь за этот месяц он так и не сказал ни слова, в то время как сама девушка только и делала, что говорила. Изначально ей просто хотелось проверить, насколько его хватит. Но сейчас она поняла, что это бесполезно. Как-то даже спрашивала, не немой ли он часом, но в ответ получила лишь привычное хмыканье. Конечно, она рассказала о произошедшем подругам. И было довольно удивительно, что ей не очень-то и верили. Незнакомец, который частенько останавливается неподалёку от твоего дома и только и ждёт, пока ты придёшь? Хаяка до сих пор помнит, как Рэй саркастично предложила ей позвонить в полицию и сообщить о сталкере. Ну что за чушь! Если бы Хаяка и обратилась в полицию, то только чтобы донести на саму себя. Ведь с каждым днём встречи она ждала всё больше и больше. И после каждого такого совпадения она понимала, что злится. Раздражается, потому что до сих пор даже имени блондина не знала, в то время как он знал о ней уже вообще всё. Разве это справедливо? Что это у него за привычка такая – людей игнорировать? Звяк! Мимо пронёсся велосипед и заставил Хаяку вынырнуть из своих мыслей. Она рефлекторно вздрогнула, отступив в сторону, и чуть не поскользнулась на мокрой подушке из снега. Но в последний момент взяла себя в руки и хлопнула саму себя руками по щекам: повторять случай с эффектно сломанным каблуком уж точно не хотелось. «Как и догонять автобус», — уныло пронеслось в голове.

* * *

— Ха-чан, ну наконец-то! — оживлённый голос Минако прозвучал звонко и прямо над ухом. Хаяка и рот открыть не успела, как тут же оказалась в объятьях подруги и в окружении знакомых цветочных духов. — Ами-чан сказала, что пешком ты не успеешь, и… милая, ты в порядке? Хаяке казалось, что её рука так и осталась сжата в кулак в том же положении, в котором она держалась за поручень. Ехать было недалеко, но каждый раз мутило после таких поездок жутко. Вот и сейчас, уже в школьном дворе, голова продолжала кружится. Но, проглотив вставший в горле ком, Хаяка улыбнулась подруге в ответ и кивнула. — Ха-ха, не волнуйся. Всего лишь не позавтракала, — пожала плечами она, выпуская Минако из объятий. — Я ведь вовремя, да? — А то! Рэй вынырнула из-за угла, притащив с собой и смущённую Ами. Здороваясь с последней, Хаяка невольно вспомнила про инцидент с туфлями. Как же повезло, что Ами была святейшим человеком на земле и сама рассыпалась в извинениях, как только узнала о произошедшем. — Ты ведь не задержалась из-за своего сталкера, не так ли? — не упустила возможность подколоть Рэй, лукаво прищурив глаза. — Ха-чан, мы же ревновать будем. — Ой, ещё как будем! — защебетала Минако, приобняв Хаяку за плечи. — Скажешь тоже, Рэй-чан. Это же так романтично…! — Да уж, Минако. Романтичнее – только похищение. Звонкий смех подруг, шум торопящихся школьников и знакомые хлопки шкафчиков окончательно помогли расслабиться. Хаяка лишь покачала головой в ответ на подколы подруг, понимая, что те лишь дурачатся. Она шагала по коридору, то и дело здороваясь со всеми. Как и всегда, наобещала всем всё, что только можно было: заменить на тренировке с волейбола, помочь с проектом, спланировать украшение школы к Новому Году… и только и сделала, что дошла до своего шкафчика. — Ты, как обычно, нарасхват. — хмыкнула Рэй, рассматривая свою сменную обувь. — Новые нужно купить, что-ли… — Это ты зря сказала. — улыбнулась Хаяка, глядя в сторону Минако. — Сейчас тебя ждёт целый час лекции о новинках-… — Эй, бритоголовый! Грубый мужской голос вклинился в их непринуждённую болтовню совсем уж нагло. Девушки переглянулись, так и замерев со сменной обувью в руках. Рэй и Минако брезгливо поморщились. Ами же тревожно схватила Хаяку за руку. — Ха-чан, не надо… — пробормотала она, заметив, как подруга нахмурилась. — Он ведь-… Обычно всегда тихая и неприметная, Ами всегда оставалась заботливой по отношению ко всем с их небольшой компании. Вот и сейчас она умоляющими глазами глядела на Хаяку, прекрасно зная, что у неё на уме. Однако девушка лишь покачала головой и аккуратно вырвалась из хватки подруги, настроенная, как всегда, решительно. — Ямамото! — громко позвала Хаяка, отойдя от шкафчиков. — Снова задираешь первокурсников? Среди моря перепуганных лиц этот выделялся сразу. Высокий, широкоплечий, и невыносимо тупой третьекурсник, мозолящий Хаяке глаза ещё с младшей школы. Ямамото Ичиро был сильным, и на этом всё, чем он в этой жизни гордился, заканчивалось. Первым его хобби было сдирать с наивных первокурсников карманные деньги… а вторым — действовать на нервы самой популярной девушке в школе. — А? — Ямамото потратил целую минуту для того, чтобы переварить произошедшее, прежде чем повернулся. Заметив хмурую Хаяку, он криво улыбнулся и опустил перепуганного первокурсника на пол, пусть и продолжал сжимать ворот его рубашки. — …О. Надо же. Снова ты, ****Ха-я-ба-ка? Хаяка фыркнула, демонстративно отбросив челку с лица. Дурацкое прозвище, придуманное Ямамото ещё в младшей школе, казалось смешным только ему и горке его друзей, но тем не менее приклеилось оно к ней уже, казалось, навсегда. Не обратив никакого внимания на кривую ухмылку на его лице, девушка решительно подошла ближе, твердо настроенная выручить первокурсника. Но держала дистанцию, понимая, что физически превзойти эту гору мышц не смогла бы даже в самых странных снах. — Балаган разводишь с самого утра, как тебе только не стыдно, — вздёрнула бровь Хаяка, сложив руки на груди. Приходилось задирать голову, чтобы смотреть ему в глаза, но это вообще не заставило её дрогнуть. — Ты же знаешь, что кабинет студсовета вон там, за углом? Ямамото скривил губы, и Хаяка невольно почувствовала удовлетворение. Пока за её спиной были подруги, ударить в грязь лицом уж точно нельзя было. И она совсем не собиралась отступать. — Это ты мне угрожать так решила, мелюзга? — сузил глаза Ямамото, и оторвался наконец от воротника первокурсника. Этого Хаяка и добивалась, но сейчас уйти уже так просто не выйдет, ведь хулиган переключил всё свое внимание на неё. — Да ты своими короткими ножками даже со школы выбежать не успеешь, когда я-… Хаяка не боялась хулиганов. Точнее, уверенно делала вид, что нет, скрывая появившуюся в ногах дрожь. Рассчитывать на студсовет можно было, но Ямамото впервые в своей жизни был прав – туда нужно было ещё добежать. Вернулся с колонии для несовершеннолетних всего-то месяц назад, а мозгов, кажется, так и не прибавилось. И тем не менее, Хаяка была готова пререкаться с ним до конца. Пока вдруг не заметила, как сам Ямамото побледнел и начал… запинаться? Удивлённо моргнув, девушка наблюдала за тем, как он заламывал пальцы и начал бормотать извинения. Вот только просил прощения он будто бы не у неё, а у кого-то за ней. — …Э? Ты чего это- — У-Увидимся позже! Секунда – и только пятки засверкали. Хаяка даже глаза протёрла, явно решив, что ей это снится. Первый раз она видела Ямамото таким перепуганным, а надеяться на то, что за ночь она накачалась и подросла уж точно не стоило. С недоумённым видом она развернулась на каблуках… …и тут же столкнулась с кем-то носами. Невысокий белокурый блондин тут же схватил её за запястье, предотвращая очередное падение. Хаяка и опомниться не успела, как уже рассматривала такое знакомое хмурое лицо. Бездонные чёрные глаза глядели на неё с таким же интересом в ответ, и почему-то возникло такое ощущение, что чувствовала она их на себе чуть ли не каждый день. Вытянувшиеся лица подруг, спрятавшихся за дверцами шкафчиков, она и вовсе не заметила. — Извини. Хаяка моргнула, ошарашенно смотря в ответ. Его голос был таким спокойным, а извинения брошены с такой небрежностью, будто он сам не понимал, за что просит прощения. Лишь неохотно отпустил её руку, спрятав свою собственную в карман широких штанов. А после вдруг улыбнулся, прикрыв тёмные глаза, совсем по-детски. — Придёшь сегодня?