Сборник историй по СпамТеннам

Раннее утро. Солнышко потихоньку пробуждается ото сна, пуская солнечные зайчики. Вот они кружат на полу, перебирая клеточный ковролин. Вот несколько из них отбились от стаи, начав резвиться на бухгалтерских документах на столе. А самые любопытные из них начали идти по следу из одежды. вот один ботинок. за ним сразу же следует второй, по какой-то неизвестной причине застрявший в одной из белоснежных штанин. Следом за скомканными штанами жёлтый тканевый галстук, словно ужик, растянулся под утренним светом на помятой белой рубашке и дотянулся аж до фирменного пледа «Те-Ле Час!» в черно-красных тонах. Плед оказался весьма огромен, однако любопытные отпрыски весьма успешные сыщики и им не составило труда отыскать в нем пернатое тельце, нежно сопящее на такой же огромной подушке. «Просыпайся!» — просили теплые лучники. Но белоснежная птичка лишь щурилась и переворачивалась на другой бок, укрываясь пледиком с головой и тихонечко сопя, ловя последние минутки своего сна перед очередным рабочим днём. Провалится в свое десятое сновидение не вышло: будильник в форме гоночной тачки, что стоял на тумбочке рядом, начал активно работать турбинами, поднимая свой знаменитый рёв. — Ещё пять минуточек… — сонно пробубнила птичка, похлопав по крыше автомобильчика. Машинка заглохла, ожидая, когда можно будет снова пробудить своего хозяина. Пернатый птиц принялся заново моститься на уютном диване, пытаясь найти ещё более удобную позу. Обхватив свою огромную подушку руками, тот уложил на нее свое лицо и, угнездив свою задницу, начал тихонечко посапывать, занимая у утра его несколько драгоценных минут. Но вскоре тот почувствовал что-то неладное внутри своего организма. Что-то весьма резко и неприятно кольнуло внизу живота. Оперение начало пушится, жар поднимался по спине к голове, кружился там какое-то время, а позже осел в области паха. Голова пошла кругом. «А вот и похмелье подкралось» — подумалось мужчине, когда неожиданно пришло осознание того, что вчера он был абсолютно трезв. Да и когда жар от похмелья спускался в пах? Спамтон резко вскочил и начал похлопывать по себе руками, словно старался найти в своем оперении бумажник или зажигалку. Симптомы сходятся, всё как и несколько лет назад, однако верить в то, что это действительно то, о чём он думает жуть как не хотелось. Пиарщик подскочил к своему зеркалу и стал ощупывать себя более подробно. Дыхание сбивалось от волнения, ноги подкашивались. Нет, это действительно произошло с ним на самом деле. Он действительно залетел. Точнее, его тело за него решило, что сейчас самое благоприятное время для откладки яиц. — Чёрт-чёрт-чёрт-чёрт! — суетился на месте пернатый. Когтистые лапы впились в мазутную шевелюру, — Да как так то?! Я уже месяц нормально не трахался, всё закончилось жалким петтингом в последний раз! — истерил тот, вырывая из своей башки несколько слабых перьев. — Ай! — взвыл тот и, словно по закону ситкома, позади него снова раздался машинный рёв, заставивший подскочить на месте и зацепится за спинку кресла, словно кот. Переведя дух, тот отключил будильник и забился в кресло в одних труханах. Когтистые ладошки нащупали в густой темной шевелюре драгоценную самокрутку, припасенную для особо сложного случая. Таким, к большому сожалению, оказался сегодняшний. Спамтон дрожащей рукой еле как смог добиться от старой зажигалки огонька и сделал глубокую затяжку. В голове крутится лишь один вопрос. — Как?! Почему? Отчего? — кряхтел Спам. Ладно, вопросов было несколько. Спамтон начал размышлять, пытаясь найти причину всего того, что с ним происходит сейчас. С его первого дня в телестудии прошло два года. До этого он был не самым успешным пиарщиком и был своего рода «мальчиком на побегушках» для остальной части стаи. Подай-принеси-примерь-покажи-не мешай-покрутись-попробуй и другие увлекательные указания составляли практически всё его расписание. Более того, торговый район - это натуральный Колизей, где постоянно шла борьба за внимание каждого юзера. И если Спамтону (тогдашнему Вайту) доводилось побывать на «охоте», чтобы заиметь хоть немного независимости от своих сородичей — это всегда был огромный стресс. А если учесть тот факт, что торговал он в районе агрессивной рекламы (где, в прочем, и проживал), то драки были неизбежны. Что сказать, в мире интернета агрессивный маркетинг - это настоящее гетто, где либо съедят тебя, либо ты съешь всех. Местные рекламщики были весьма темными личностями. Многие из них имели работёнку «на стороне». Днём агрессивно рекомендуют купить [[ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ НОСКИ SUPREME™ ОГРАНИЧЕННАЯ СЕРИЯ! КОЛЛАБОРАЦИЯ С САМЫМ ЛУЧШИМ РЕПЕРОМ. КУПИ ПАРУ ВСЕГО ЗА $49.99 И ПОЛУЧИ ШАНС ПРОВЕСТИ ОДИН ДЕНЬ СО СНУП ДОГГОМ. СОМНЕВАЕШСЯ??!! КУПИ ДВЕ ПАРЫ И УВЕЛИЧЬ ШАНСЫ НА ПОБЕДУ! ЭТА ТРАВКА САМА СЕБЯ НЕ СКУРИТ, ЧУВАААК!]] или любой другой товар, но как только основной поток простофиль нагнал им дневную норму продаж - они переходят на более узкую аудиторию, и простые баннеры сменяются фишинговыми. Торговля данными пользователей, кража игровых аккаунтов на сайтах с «бесплатными скинами», размещение рекламы на сайтах для взрослых, ведущая на сайты с кучей вирусов и многие другие сливки собирались в самых темных недрах района агрессивной рекламы. Честная прибыль мешалась с грязной и, пожалуй, не для кого не секрет, что грязная приносила гораздо больше. Более того, все её ветви давно были распределены среди местной мафии. Да-да, не удивляйтесь. Здесь это обычное дело. Что оставалось делать тем, кому повезло меньше? Очевидно, драться с такими же бедняками за место под солнцем. И Спамтон отдавал себя этому делу на все сто пятьдесят процентов. Из-за своего низкого для Аддисонов размера тот научился использовать этот навык себе в плюс, мастерски навешивая люлей любому, кто по своей глупости решил, что, если даркнер поменьше ростом, значит и отобрать у него торговую точку не составит труда. Оо, ещё как составит! К сожалению, не каждая драка заканчивалась успехом, и уж тем более обеспечивала Спамтона корочкой дополнительного CD бублика. Стоит сказать, что из-за такого ритма жизни питался он черти как: полноценные приемы пищи в компании стаи были довольно редки, поэтому тот частенько подворовывал, если продажи совсем не шли. Конечно, его сородичи делились с ним пропитанием, чтобы тот не скрючился от голода, но не больше. Короче говоря, всё это время он жил в суровых спартанских условиях. Он редко ощущал себя в безопасности несмотря на то, что не все среди его стаи относились к нему с холодом и строгостью. Яйца из-за такого образа жизни получалось откладывать редко. Из-за постоянного стресса желток никак не мог полноценно сформироваться, а если что-то и получалось, то они были чуть больше перепелиного. В последние годы от перманентного стресса его тело вообще перестало формировать яйца. На какой-то момент он даже забыл, что мог их откладывать… Пока не попал в ТВ мир и на студию к Тенне в частности. За эти два года он возвел вокруг себя максимально комфортную среду. Спамтон стал гораздо лучше и больше есть, пить вкусный алкоголь, смолить премиальные сигареты. Даже умудрился вставить себе коронки заместо выбитых зубов. Световой день в ТВ мире продолжался большую часть года. Опасность встретить других «хищников» сошла на нет. Стресс стал редкостью: его постоянно окружали теплом и заботой. Если что-то было нужно - достаточно обратиться к Тенне или любому другому сотруднику студии и любая, даже самая глупая мелочь, была в его когтистых лапках. Даже если он и получал по шапке за свои косяки - ситуацию быстро сглаживали, редко доводя до серьезных наказаний или увечий. И к тому же за это время Спамтон успел очень хорошо сблизится с владыкой экранов. Притом во всех аспектах, и эмоционально и психологически и, чего греха таить, интимно тоже. Ну и вишенкой на торте стала, естественно, весна, а вместе с ней и брачный период. Был отдан приказ - пора создавать потомство и плевать, было ли зачатие или нет. От природы никуда не деться. Спамтон докуривал самокрутку, собирая в голове единую картину. Вскоре бычок погрузился в пепельницу, а сам пернатый продавец соскочил с кресла и выгнулся в спине, стоя перед зеркалом. Пиарщик выдохнул. — Так, ладно, приятель. Мы уже проходили через это: три недели и ты будешь свободен… на какой-то срок. Радуйся хотя-бы тому, что они точно будут пустыми — на одну проблему меньше ахехехе! — переходя на истеричный возглас, подмечал тот и сразу же давал себе отрезвляющую пощечину. — Отставить. Соберись, тряпка! Ты сам себя до этого довел, так что кончай сопли на кулак наматывать! — ругался тот на своё отражение. — Ыыывв ну это же трындец! И как меня только угораздило? Ну почему именно сегодня именно сейчас, когда я вообще не готов?! — хныкал тот и снова ударял себя по лицу, приводя в чувства. — Ты же Аддисон! Где твоя знаменитая смекалистость? Эта обеспеченная жизнь тебя совсем разбаловала! Расслабь булки, наверняка это опять яйца чуть больше перепелиных, никто и не заметит. — А что если яйцо окажется больше обычного? Я читал недавно, что оно может увеличится, если погрузиться на долгое время в максимально безопасную среду… Вот [б*&@ь]! Живот по-моему уже набухает. Это не хорошо, это совсем не хорошо! А что если все заметят? Мне конец… — Так, ну-ка затянул клоаку. Если ты и дальше будешь продолжать вести себя как истеричка, то тогда все точно узнают о том, в каком ты положении. Так что заткни свою пищалку и иди работать! — Да. Да, знаешь, ты прав. Пока первая неделя точно ничего не будет заметно. Едва ли там что-то сможет сформироваться, а после… А после я что-нибудь обязательно придумаю. Я же Спамтон Джи, [с#&а], Спамтон! Гениальный пиарщик! Обвести всех вокруг пальца - вот мой самый главный навык. [ШОУ ДОЛЖНО ПРОДОЛЖАТЬСЯ]! Мужчина оторвался от диалога со своим отражением и посмотрел на часы. Пока он советовался с самым гениальным даркнером тв мира, прошло достаточное количество времени, чтобы тот начал серьёзно опаздывать. — Твою мать! — ругнулся тот и начал судорожно собирать свои шмотки по всему кабинету. Быстрая чистка перьев в специальной ванночке с песочком, чистка зубов, зализывание своей пернатой шевелюры, принятие пилюли «Адблок», рубашка, штаны, галстук, ремень, пиджак, обувь, несколько пшиков одеколона и пиарщик уже выбегает из своего кабинета. Его, как обычно, уже ожидал Тенна, стоя непосредственно напротив двери. Это происходило ежедневно и было своего рода ритуалом, к которому Спамтон уже привык. — Слушай, приятель, я помню, что обещал подкорректировать твои идеи к будущим шоу к сегодня, — мужчина копошился в кармане, ища свои ключи, — Но мне надо было снова поработать над бухгалтерией и тщательно всё перепроверить, чтобы дебет с кредитом точно сошёлся для всеобщего спокойствия, — ключи нашлись и дверь, как обычно, заперли на три оборота, — Так что к сегодня у меня не вышло это сделать но я обещаю, что- Стоило Спамтону обернутся к Тенне, как тот столкнулся взглядом не со своим боссом, а со стаканчиком кофе, протянутым ему. — Это... это чего? — Это твой утренний кофе. Я заметил, что ты задерживаешься и решил сделать тебе кофе так, как ты всегда просишь. — Да ну? И даже не напортачил с рецептом? — беря в руки огромный стаканчик, уточнял тот, открывая крышку и нюхая аромат крепкого кофе. — Да! Всё так, как ты любишь: десять шотов эспрессо в одном стакане и, так как сегодня среда, на каждый шот по одной капле молока. Я сам отсчитывал с пипетки. Это было, пожалуй, самой волнительной частью. Спамтон закрыл стаканчик крышкой и сделал первый глубокий глоток. — Ну, как? — перебирая пальцами, интересовался Тенна. — Хм. Бодряще, крепко, вкус молока практически не отсвечивает. пожалуй, это идеальная [реплика со скидкой 50%]! — Фух! А то я уже начал было волноваться, что что-то напутал! — Ну-с, до оригинала тебе ещё далеко, — ехидно улыбаясь, добавлял соведущий. — Эй! — легонько стукая в плечо своего напарника, отвечал Тенна с улыбкой. — Ладно-ладно, ты отлично справился. Всё-таки не каждому дано запомнить такие мелкие детали, как с тем же молоком по средам. — Так-то лучше! — давая планшетку своему напарнику, говорил шоумен. — Итак, что у нас по планам на сегодня? Съемки, совещания, пересчет сотрудников? — идя по коридору, спрашивал Спамтон, делая пометки на бумаге. — Сегодня относительно спокойный день. Начнем с монтажной, я хочу услышать твоё мнение насчёт того, какой звуковой эффект лучше всего подойдёт к тому моменту, где я падаю лицом в огромный пирог. — А, тот самый спешл на первое апреля? Было липко. А что после? — Потом будет дегустация новых напитков и блюд у Рамба. Я настоятельно попросил его взять во внимание твои советы по поводу его напитков, и он обещал прислушаться. — Что ж, допустим. — Ещё надо будет разобрать письма от фанатов! Их накопилось достаточно много. Почтовое отделение уже не на шутку распирает, так что большую часть времени придется разбираться с ними. — Оох, это будет непросто. — Ну, не зря же у меня в найме столько Пиппинсов! Достаточно просто продиктовать ответ, а они сами запишут, упакуют и отправят. — Не знаю, а если там будет какой-то серьезный вопрос, над которым надо серьезно подумать? — остановившись, размышлял Спамтон. — Тогда мы отложим его и после отдельно вместе придумаем, и запишем, — подходя и присаживаясь на уровень своего напарника, отвечал Тенна, — Сколько бы я не любил всех фанатов «Те-ле Часа», чаще всего их вопросы повторяются. Но, если попадается особое письмо, я уделяю ему гораздо больше времени. К тому же вместе с письмом каждому, кто прислал, пойдут наши фирменные подписи на плакате, которые мы всегда оставляем вручную. Так что, если ты переживаешь о том, что мы недостаточно качественно уделяем время фанатам — не беспокойся. Нашей 💗ЛЮБВИ💗 хватит на всех! — Гм. Ты прав, да. Сам не знаю, что на меня нашло, раньше меня это уж точно не беспокоило. Всё это глупо. — Со всяким случается. Прошу на борт! — открывая дверь монтажной, приглашал Тенна. Спамтон послушно прошел в монтажную. Поставив стакан с кофе на стол, тот уселся в кресло и ожидал начала показа. Вскоре Тенна сел рядом и вывел на монитор фрагмент из выпуска. — Итак, смотри. Есть три варианта: первый, второй и, наконец, третий. — демонстрировал Тенна своему товарищу. — И я никак не могу определиться, какой лучше всего подойдёт. — Хм. Ну, первый определенно классика, его сейчас используют везде, и не мудрено, всё-таки этот взят из распространенной бесплатной библиотеки звуков. Так что, если хочется стабильности, я бы посоветовал его. — А что бы выбрал ты? — Я? Ох, ну... я не обладаю таким прям профессиональным слухом, но. вот третий вариант я вообще слышу впервые. Откуда он? — Этот? — проиграл на мониторе Тенна, — Его мы сделали внутри студии. Долго перебирали варианты, но решили остановиться на этом. — Вот он самый живой из всех! Такой липкий, тягучий и неловкий и, самое главное, действительно пробивает на хи-хи. Если бы мне хотелось чем-то привлечь зрителя — я бы выбрал именно его. — Тогда решено! Выбираем последний вариант. — И почему вы постоянно прибегаете к библиотеке звуков, если у вас есть возможность записывать свои? — Скажем так, сейчас приоритеты больше на скорость, да и вдохновения на создать что-то своё не всегда хватает. Спамтон вздохнул и перевёл взгляд на коробку, полную огрызков проводов. Глаза расширились и заискрились. — А... что это за коробка там, в углу? — Мусор всякий, — барабаня пальцами по столу, отвечал Тенна, — Старые провода, совсем испорченные кассеты ну и всё в таком духе. Пернатый соскочил со стула и начал копаться в коробке. Будто не в себе, он копошился среди облезлых и пыльных проводов и кассетных лент, запихивая по карманам всё, что подходило ему. Спам не сразу очнулся, только когда к нему обратились трижды. — Земля вызывает Спамтона! — щелкал пальцами шоумен, — Дружище, всё в порядке? Спамтон встрепенулся и проморгался. — Аэ. Д-да, всё супер! Я просто ам. прочитал недавно о такой вещи, как подделки из мусора. Говорят, очень хорошо помогает развивать воображение и играть с ракурсом и тенью вот я и подумал начать. собирать материал. — О! А это интересно. И какую инсталляцию собираешься сделать? Спамтон посмотрел на кучку черных кассетных лент, что держал в руке. — Я ещё не придумал. Но, думаю, что скоро соображу, что к чему. — Тогда буду ждать твоего шедевра. И кстати о них, давай на всякий случай проверим ещё несколько клипов. Всё-таки спешл должен быть идеален! Когда все варианты звуков, в которых сомневался Тенна были отобраны, пришло время дегустации у Рамба. Она прошла неплохо. Какие-то позиции были хороши на вкус, какие-то отвратительны, но было видно, что работа над ошибками была проведена. Больше всего Спамтону понравился коктейль «Тенн-а-рита», который подавался в забавных бокалах с лицом шоумена. На вкус он был средний, но исполнение - полный восторг. Наевшись и напившись вдоволь, пришло время заниматься самым долгим и выматывающим занятием - разборкой писем от фанатов. Прогнозы Тенны оказались верны, и большая часть вопросов в письмах повторялись друг с другом, поэтому их сразу отсеивали в кучку с «вложить базовый ответ» и шли дальше. Однако нашлись и те письма, над ответом к которым действительно надо было думать. Отобрав их, Тенна и Спам уединились в кабинете первого. — Итак. Первый вопрос из сложных предоставляю тебе, — протягивали письмо напротив сидящему. — Хм. От. Эми? И адресовано только мне? — изучал конверт тот, прежде чем его развернуть. — Что ж, посмотрим. «Дорогой Спамтон Джи.Спамтон, меня зовут Эми, я учусь в третьем классе. Каждый день после школы я смотрю твоё научпоп шоу, где ты объясняешь, как что устроенно в мире. Мне нравится твоя харизма и твоя подача из выпуска в выпуск.» Ну что ж, что есть, того не отнять! — отшучивался Спамтон, но продолжал читать вслух. — «Твой пример вдохновляет меня быть смелее и пробовать новое. Мой папа обожает смотреть спортивные матчи с твоим комментированием и говорит, что "даже когда эти идиоты позорно продувают сосункам из соседнего штата, комментарии Джи.Спамтона хотя-бы могут рассмешить в отличие от этих клоунов"». Ох, как это мило, Ант, погляди, моя карьера телеведущего сближает семью. Так трогательно. Я сейчас расплачусь, — всхлипывая, продолжал пиарщик. — «Но есть одна проблема: мама и папа уже давно не живут вместе и скоро собираются развестись. Мне предстоит принять непростое решение: нужно выбрать, с кем я хочу остаться жить. И сделать это очень нелегко, потому что своих родителей я люблю одинаково. Они оба крутые и заботливые и мне весело с ними обоими. Но я боюсь обидеть кого-то из них своим выбором и мне сейчас очень-очень непросто. Ты самый уверенный и умный из всех, кого я знаю. Как бы ты поступил в такой ситуации?» Спамтон дрожаще выдохнул и прикрыл глаза рукой. — Хей, ты чего? Письмо так сильно растрогало? — суетился со своим напарником здоровяк, подъезжая к нему в своём кресле на колёсиках. — Ант, она написала это письмо восковыми мелками! И нарисовала внизу милую грустную пчёлку! Посмотри на неё! — мужчина тыкал коготком в рисунок, шмыгая носом, срываясь на истеричный крик, — Над ней гребенная дождевая тучка! Дело очень серьёзное! Пернатый разбрызгивался своими соплями направо и налево. Пришлось подать ему платок, чтобы тот прочистил свой островатый нос и просушил мокрую моську. Тенна нежно похлопывал его по спинке. — Ну-ну, всё в порядке. Иди сюда! Крепкие те-ле руки осторожно обняли его, обдав успокаивающим теплом. Рука с лаской похлопывала пернатого по спинке. — Прости, я веду себя глупо, — извинялся Спамтон, вжимаясь в плечо пиджака зомбоящика. — Всё в порядке, Спамтон. — Нет! — отрываясь от плеча, отвечал Спамтон, вытирая слёзы рукавом своего пиджака. — Я всегда держал себя в руках, а сейчас у меня глаза на мокром месте! Я слишком разнежился! И это глупо! — А как по мне — это здорово. Ты прекрасен, даже когда в слезах. — Слыш, фрик, завязывай с этим! — хихикая, говорил пиарщик. Тенна улыбнулся. Если его приятеля что-то смогло рассмешить в такую секунду, значит, не всё потеряно. — Это я-то ФРИК? — строил кокетливую моську шоумен. — О каком 😏ФРИКЕ😏 ты говоришь? Не имею и малейшего понятия, о чём ты! На носу Тенны нежно вскочил бутон самого красивого розового цветочка, который, раскрывшись и задев лепестками пернатое лицо, излучал тепло и сверкал своей сердцевинкой. Спамтон прыснул. — Тенна! — Что? Не нравятся то, как 🌟ПЕСТРИТ🌟 мой экран? Ауч! Спамтон оторвал нежный цветок с чувствительного носа и вдел в свою шевелюру. Улыбка вновь сменилась меланхоличной моськой. Мужчина вздохнул и съежился на своём кресле, поджав под себя ноги. — Нет, с экраном всё в порядке. Просто… Бедняжка переживает такое будучи крохой! Это полный отстой. — Да уж, приятного мало. Между коллегами повисло молчание. — Переживаешь за неё, м? — интересовался шоумен. — Ещё как! Бедный ребёнок. — Хей.. Ты всё ещё можешь ей помочь, ответив на письмо. — Я знаю, но... Тенна, что если я наоборот сделаю хуже? У меня никогда не было родителей, меня растили в стае и я понятия не имею, что делать в таком случае. — Я обычно пишу всё, что идёт из сердца. Даже если ты не сможешь решить её проблему, она хотя-бы не останется один на один с ней и будет помнить, что за ней всегда стоит самый лучший телеведущий Спамтон Джи.Спамтон, готовый помочь! — Что ж... попробовать можно. — Нужно! Вот тебе ручка- — А знаешь что... у тебя не найдется восковых мелков? — Всегда найдется! — Тенна оттянул рукав своего пиджака вниз и высыпал восемь восковых мелков разного цвета.

***

Глубокий вечер. С переменным успехом напарникам удалось разобрать большую часть вопросов, отвлекаясь на небольшие перерывы. Спамтон еле перебирал ногами, добираясь до своего кабинета. Тенна сопровождал пернатого до двери, молча следуя за ним хвостиком. Встав напротив двери, пиарщик полез в карман в поисках ключей. От усталости тот никак не мог попасть в личинку замка. Будто сильно пьяный, тот жестоко промахивался мимо. Тенна уже начал было протягивать руку, чтобы помочь, но по ней весьма больно хлопнули, издав птичий недовольный взвизг. Вскоре ключ всё-таки вошёл вовнутрь замка и дверь отворилась. — Выглядишь сильно измотанным. Раньше такой темп работы не доводил тебя до такого состояния. Всё в порядке? — стоя перед открытой дверью, спрашивал теле головый. Однако Спамтон был настолько измотан, что вместо ответа просто улыбнулся, показал палец вверх и хлопнул дверью прямо перед носом Тенны. В кабинете было темно, лишь свет луны из окна слегка освещал помещение. Спамтон грузными шагами поплёлся к дивану, по дороге теряя обувь. Он слишком устал, чтобы раздеваться или чистить зубы. Рука потянулась к цветочку и бросила его на рабочий стол. Пернатое тело упало на мягкий диван и свернулось в позу эмбриона. Однако что-то не давало ему улечься. Спамтон, хныкая, сел на диван и начал ощупывать себя… Пока не обнаружил причину в доверху набитыми различным мусором карманах пиджака. Он не помнил, как собирал всё это и разбираться с этим у него не было никаких сил. Мужчина подошёл к столу, открыл самый нижний ящик, вытряхнул туда всё содержимое карманов, после чего швырнул в открытый ящик пиджак и вновь плюхнулся в свою «постель». Вскоре птаха забылась во сне, тихонько воркуя.

***

Вся первая неделя вынашивания яйца была сумасшедшей. Спамтон, сам того не замечая, начал подворовывать различный хлам. Бывало, оторвёт от пиджака Тенны лишнюю ниточку, или стащит салфетку из бара, или сопрёт из-под носа Пиппинсов бумажки для папье-маше. Много бумажек. Кроме того, со временем Спамтон начал испытывать сонливость и провалы в памяти. Уже на середине первой недели тот начал косячить. Проваливался в себя во время интервью с гостем или путал слова в вопросах. Случилось и так, что тот перепутал декорации для очередного выпуска Те-ле часа: приказал готовится к выпуску про Францию и в срочном порядке возводить декорации, сочинять тематическую перебивку, прорабатывать шутки для эфира. Когда проработка визуала оказалась на середине, Баттат пришел проверить, как идут дела, так как оставались сутки до съемок, а от господина Спамтона ни привета, ни минета. — Вот, во всю гоняю их задницы по павильону, — отвечал Спамтон на вопрос о том, как продвигается работа, — Первая группа у меня работает с папье-маше, вторая — с визуалом и анимационными вставками, ну а третья. старается придумать актуальные шутки. Пока получается слабо, я больше ставлю на вторую команду, у них очень хорошо получилось обыграть коллажи на тему Франции. Багеты, круасаны… Ээ. Эйфелева башня! Я даже сценарий накатал за обедом, вот, можешь взглянуть. На планшет Баттату упала стопка сценария. Тот ознакомился пролётом с некоторыми страницами. — Это всё, конечно, замечательно. Но я не могу понять: причем тут Франция? — Как причем? Мне сказали - делай выпуск про Францию. Я усердно делаю. — Вообще-то на планёрке поднимали, что тема выпуска - Италия. И притом не один раз. Франция должна начать сниматься только через месяц. Ты был на планёрке? — …был. — Тогда что это всё? Спамтон несколько раз ударил свою голову планшеткой и начал хныкать. — Ыыыв ну все, теперь я умру в нищите на мусорке со стеклянной бутылкой в заднице! А ведь мама говорила идти работать на королеву! — Ты же говорил, что у тебя нет родителей? — вставлял свои пять копеек мимо проходящий Тенна, подавая Спамтону кофе. — О ГОСПОДИ! — провизжала птаха на весь павильон, сжимая стаканчик кофе и запуская его фонтаном прямо в лицо и на одежду Тенне. — У МЕНЯ ДАЖЕ НЕТ МАТЕРИ! Я совершенно один в этом злом и беспощадном мире!!! Моя жизнь не задалась с самого начала, и я точно умру в нищете! — рыдал пиарщик. Спамтон протянул свою руку и высморкался в край галстука Тенны. Тенна и Баттат переглянулись. Баттат смотрел на своего босса очень презрительным, уставшим и неодобрительным взглядом. Босс лишь разводил руками и неловко улыбался. Невероятная чувствительность и плаксивость, а вместе с ними и перепады настроения: всё это присоединилось к нему с первого дня созревания желтка. Спамтон стал больше сомневаться в себе и в своих действиях, мог пустить слёзы по абсолютно любому поводу. — Я.... очень рад, что до тебя снизошло озарение насчёт твоей жизни, — устало отвечал Баттат, — Но нам нужна Италия. Так что... — Спамтона прихлопали трижды по плечу, — ..приложи все усилия к тому, чтобы познакомить детей с Да Винчи, колизеем и болоньезе. — А что произошло? — вытирая с экрана кофе, интересовался Тенна. — Он всё перепутал и теперь готовит всю съемочную группу к эпизоду про Францию. — Ты ЧТО?! Спамтон, мы же несколько раз обговаривали этот момент на планёрке, ты сидел буквально в первых рядах, как ты мог забыть?! — Я. Ант, слушай, ты не поверишь, но я вообще не помню, что был там в это утро. — Сначала ты путаешь слова в вопросах, смущая этим наших гостей, потом затягиваешь с хронометражем рекламы в эфире, сбивая показ, а теперь срываешь сроки целого нового эпизода! А дальше что? Сорвешь прямой эфир? Спамтон, в шоу-бизнесе важна концентрация. Мы обещали им Италию на прошлой неделе - мы должны дать им Италию. Всё. Должно быть. И-ДЕ-АЛЬ-НО. Надеюсь, это тебе не составит труда запомнить? Пиарщик посмотрел на своего начальника снизу вверх и вздохнул. Этот период вынашивания яйца вставлял огромные палки в колёса. — Нет не составит, — отвечал Спамтон, щупая в руках край своего пиджака, — Ты прав, это мой косяк и я должен его решить, как действительно авторитетный руководитель. Мужчина отошёл на небольшое расстояние от Тенны и Баттата и настроил рупор, в который начал вещать о том, насколько глубоко они в заднице. И пока руководитель пытался мотивировать свою команду не увольняться, Тенна и Баттат перешептывались. — Что это с ним в последнее время? Постоянно в слезах ходит, раньше я за ним такого не замечал, он показывал себя как профессионал своего дела. — Надо быть с ним понежнее. Всё-таки ему недавно пришло известие о том, что его «собака» умерла, а он из-за работы не успел с ней грамотно попрощаться. Бедняга изо всех сил старается держать лицо, но получается не очень. — Гм. Не то, чтобы мне было интересно услышать ответ, но, если скорбь по питомцу даст ему огромный толчок переделать всё в срок — пусть хоть весь павильон зарыдает. — И где мой чертов кофе? С самого утра его жду! — кричал пернатый в рупор. Тенна спохватился. Бежать за новым займёт ещё больше времени, а его коллеге необходима доза кофеина прямо сейчас. Не придумав ничего лучше, тот выжал из своей мокрой от кофе одежды напиток и подал Спаму. — Наконец-то… — сказал тот и отхлебнул. — Фе, он холодный. Но на вкус очень даже ничего. Работать можно. Естественно, Спамтон никому не рассказывал о реальной причине своей плаксивости. Каждому, кто спрашивал, он давал разные версии событий, которые подходили под ситуацию. Пиарщика очень беспокоило то, что он не мог справляться с горой задач так, как раньше. А если справлялся, то гораздо медленнее. Из-за этого он большую часть времени ходил понурым. Его прежняя харизма и активность начала стремительно пропадать. Это очень бросалось в глаза. Тенна это приметил и поспешил приободрить своего коллегу, выдав ему сценарий к субботнему вечернему шоу. Это действительно взбодрило Аддисона. Он дал слово, что к этому сроку у него всё будет от зубов отлетать. И не обманул! Он выучил сценарий так хорошо, как не учил никогда. К концу недели пернатый начал уставать ещё сильнее. Яйцо начинало формировать вокруг себя оболочку, из-за чего внизу живота начал образовываться небольшой бугорок. Это начало привлекать внимание, но Спамтон оправдывался тем, что просто набрал пару лишних килограмм. И это было правдой: всю неделю тот постоянно что-то жевал. Жор накрыл его конкретно, и он не мог адекватно работать, если во рту отсутствовала пища. Поэтому в карманах у него теперь был целый склад орехов, сухариков, печенья и прочих снеков. Когда же начался прямой эфир, Спамтон, хоть и с небольшим волнением из-за страха сказать что-нибудь не то в прямом эфире, начал работать. Поначалу шоу действительно пошло хорошо. Спамтон на пару с Тенной опрашивал гостя и вставлял свои смешные комментарии, иногда импровизируя. Однако на середине эфира тот снова начал чувствовать дискомфорт. На этот раз по части желудка. По спине пробежался холодок, перья вздернулись. Он чувствовал, что его вот-вот стошнит прямо на стол, но понимал, что если сейчас позволит этому произойти - он точно подведёт всех. Пиарщик посмотрел на часы: до перерыва на рекламу оставалось три минуты. Рот сжался в длинной, до ушей улыбке, взгляд устремился в объектив камеры. Дыхание замедлилось, а сам пернатый замер в сидячем положении. Спамтон осознавал: если сделает сейчас лишнее резкое движение — его обеденный перекус смогут разделить все присутствующие. Две минуты. Спамтон молился всем богам, которых знал, чтобы те позволили ему дотянуть до перерыва. Ему повезло с тем, что Тенна обожает перетягивать внимание на себя, а значит можно не волноваться насчёт того, что о нём кто-нибудь вспомнит. Минута до перерыва. — А что ты об этом думаешь, Спам? Стоит ли мистеру Коричке сменить имидж на более вульгарный? Твою мать. Спамтон занервничал. Открывать рот категорически нельзя. Улыбка начала сыпаться, но тот быстро собрался и показал палец вверх в объектив камеры. — Что же, похоже мой товарищ согласен с тем, что подравнивание висков вам бы не повредило. Увидимся после небольшой рекламы, ребятки! Драгоценный звонок на перерыв прозвенел. Тенна повернулся к Спамтону и хотел было что-то сказать, но пернатый сразу же сорвался с места и побежал в общую гримерную, прикрывая рот. Ворвавшись в помещение и напугав немногих, кто был в гримерке, тот припал к ближайшему мусорному ведру и благополучно прочистил желудок, содрогаясь. По спине пробежался холодок, оперение снова нахохлилось. Как только даркнер выблевал всё, что мог, тот откинулся на пол, чувствуя озноб. Тяжело дыша, тот не находил в себе сил подняться. «Джи.Спамтон, у тебя эфир через три минуты» — раздалось в микронаушнике. К Аддисону подошла воздушная тень. Это была Эльнина. — Спам, ты в порядке? — с тревогой в голосе спросила она. Мужчина собрал в себе последние силы и начал приподниматься. — Д-да, всё в норме просто. душно там, на площадке вот я и- — Давай помогу, — отозвалась девушка, помогая бедняге подняться и усадила его в кресло. — Вот, держи, — Спамтону подали стакан воды. — Выглядишь плоховато. Уверен, что сможешь продолжать шоу? Мистер Ант.Тенна сможет завершить и без твоего участия. Тем более, если ты себя плохо чувствуешь. Или хочешь я выйду заместо тебя, а ты тут отлежишься? — Всё в порядке. Я в порядке. Я могу продолжить вести эфир как ни в чём не бывало. Фанаты хотят полюбоваться на Джи.Спамтона ещё полчаса — они это получат. — Что ж, будь по-твоему, — отступала Эльнина, уходя из гримёрной. — Х-хей, Эльнина! Та обернулась. — Тенне ни слова. Девушка растерянно кивнула и покинула гримёрку. Шустрые Пиппинсы подправили Спаму его драгоценное лицо и сменили одежду. К окончанию рекламы тот уже снова сидел на своём месте. Остальная часть шоу прошла успешно. Спамтону полегчало и тот вновь продолжил кривляться на камеру, выжимая из себя последние соки. Вскоре всё подошло к концу. Общий поклон, занавес, и вот оба ведущих уже закулисами, обсуждают прошедшее выступление на пути к бару. — Я не успел тебе сказать этого во время перерыва, но ты сегодня выложился на ВСЕ СТО! Молодец! Вот такой подход к своей работе мне по душе! Ни единой слезинки, ни одной забытой строки. Отличная работа! Тенна высунул язык и провел по нему пальцем, вытаскивая оттуда наклейку с солнышком в очках, которое поднимало палец вверх и говорило: «Так держать!», после чего приклеил стикер на пиджак Спамтона. — Вот, это тебе за проделанную работу, — прихлопывая Спамтона по голове, отзывался Тенна. Спам съежился. Он очень вымотался за сегодняшний день и каждое прикосновение от других давалось ему тяжело. Ант попытался приобнять своего товарища, но Спамтон весьма ловко увернулся от этого. Тенна попробовал ещё раз, Спамтон снова увернулся. — Ты это чего? Всё в порядке? — Да, просто... скажем так, это одна из «штук Аддисонов». Это пройдет, — мужчина стал поддаваться вперед, уходя от шоумена. — Ох! Окей! — нагонял его собеседник. Вскоре оба очутились в баре, отмечая очередной успех в компании остальных сотрудников. Реки алкогольного пунша проносились по глоткам работников. Они вместе шутили, делились новостями, танцевали. Постепенно зелёная комната начала пустеть и кроме сладкой парочки не осталось никого. Спам сидел на диване и пытался закурить сигарету, выжимая последние искры из потрёпанной жизнью зажигалки. — Та штоп тея! Таай, сего неполшой огонек, ну ше! — вымаливал огонёк Спамтон с сигаретой в зубах, насилуя бедное огниво. Однако вскоре перед его носом зажегся новый, чистый и яркий огонёк. Это была солидная бензиновая зажигалка. А её владельцем был Тенна, который любезно предлагал Спамтону помощь. Пернатый поначалу спохватился и попытался спрятать сигарету, так как помнил о том, что Тенна запретил курить в здании. — Ох, Т-теннс! Ты всё ещё тут? Ха-ха! А я думал ты уже ушел вот я и. нет, всё равно звучит глупо, прости, я не должен был нарушать- — Смелее, — настаивал Тенна, кивая головой. — А. можно? — неуверенно спросил Спамтон, доставая сигарету обратно. — Ну, вообще-то нет, работникам строго запрещается курить на территории ТВ студии. Но, раз уж ты тут ещё и живёшь, то можно дать тебе поблажку. Пока у тебя есть пепельница рядом, я не против. Спамтон подсуетился, нашел на столике блюдце и поставил его на подлокотник. — Сойдёт, — сказал Тенна и поднёс огонёк к сигарете. Спамтон раскурил сижку и выдохнул дым в сторону. — Итак. Как тебе вечеринка? — присаживаясь рядом, спрашивал шоумен. — Как всегда, всё на высоте, — отводя взгляд и затягиваясь, отвечал Спам. — Ты знаешь. кроме нас в студии сейчас никого нет. — шаловливая ручка погладила пушок на груди, — Мы могли бы пойти ко мне и… развлечь друг друга. Что думаешь? Рука Тенны начала спускаться вниз. Спамтон почувствовал резкий озноб по всему телу, заставивший его отстраниться и инстинктивно вскрикнуть: — Нет! — встревожено дыша, по-птичьи гаркнул пиарщик, сжимая сигарету в руке. Пепел посыпался на белые штаны, прожигая в нём дырки и заставляя Спамтона болезненно вскрикнуть. –… нет? — одернув руку, переспрашивал Тенна. — Ох, Спамми прости! Я подумал, что... ну, у нас давно этого не было и ты был бы не против--- Э-это было ошибкой! Прошу, не злись, я не хотел. Ох, тёмный фонтан, твои штаны. — Всё в порядке, — спускаясь с дивана, вполголоса пролепетал Спамтон, отряхиваясь от пепла и затушивая сижку в блюдце. Мужчина приобнял себя за плечи. Знобило жутко. — Знаешь, что-то мне не здоровится в последнее время. Думаю, мне нужно взять больничный на неделю... а лучше на две. — Две недели?! С тобой точно всё в порядке? — Да, скорее всего просто небольшая простуда. Не бери в голову. Пернатый поплёлся в сторону своего кабинета. — Мне стоит проводить тебя? — спрашивал Тенна, приподнимаясь с дивана. — Нет, всё в порядке. Дойду сам. — П-поправляйся там! — Буду стараться изо всех сил. Тенна проводил взглядом своего товарища и сел обратно на диван, от стыда не находя в себе сил двинутся с места. Взгляд упал на неоконченную потрепанную сигарету. Механическая рука потянулась к блюдцу и вскоре Тенна сам затягивался той сигаретой, что затушил недавно его возлюбленный. Сделав крепкую затяжку, тот выдохнул себе под ноги и схватился за свою бедовую теле голову, размышляя о своих головных бедах. Ему казалось, что в том, что Спамтон так резко отстранился, был виноват он сам. Его тревожило состояние пиарщика и тот чувствовал, что что-то явно не так, но не мог разобраться, в чём дело. И это беспокоило его сильнее всего в последнее время.

***

Спамтон вошёл в свой кабинет и закрыл дверь изнутри на ключ. Лишние гости ему сейчас уж точно не нужны. В комнате было темно. Занавеска блокировала лунный свет. Включив лампу, соведущий обеспечил себе теплое освещение, делая его «берлогу» более укромным местом. Так ему командовал инстинкт. Карманы опустошались от мусора и снеков. Мужчина снял с себя пиджак и увидел наклейку. На лице проскочила улыбка. Пернатый нежно-нежно обнял часть костюма, а после уважительно повесил его на вешалку. С остальной частью он поступил как всегда: бросил в самый дальний угол. Рекламщик посмотрел на своё отражение в зеркале и скривил лицо в гримасе, в которой мешалось сожаление и отвращение. Цикнув, тот отвернулся от зеркала и направился в ванную комнату. Вечерняя чистка зубов и перьев, и вот пернатый уже лежит на диване и смотрит в потолок, ожидая примерные муки следующей недели.

***

Всю ночь Спамтон спал плохо. Из-за живота было трудно найти удобную позу и полноценно заснуть. Он постоянно ворочался и вздыхал от неудобства. Только под утро тот смог устроится поудобнее, когда его разбудил стук в дверь. Настойчивый стук в дверь. — Спамтон! Это я, Тенна. Знаю ты сейчас, скорее всего, не в самом лучшем состоянии, но... я тут приготовил тебе небольшой завтрак, как ты любишь. И ещё принес тебе немного фруктов. Прихватил твой любимый сорт апельсинов. Может, откроешь дверь? Пиарщик резко продрал глаза и занервничал. Тенне категорически нельзя показываться в таком виде. Он же начнет к нему липнуть, думать, что это яйцо что-то значит, выхаживать его. Считать себя «папой». Брр. От одной мысли о семье Спамтона передёргивало. Однако ответить тому, кто отчаянно желал увидеть своего любимчика надо было, и притом скоро, потому что у Анта, судя по ещё одной порции стуков в дверь, кончалось терпение. — Аэ. С-слушай Т-тенс! — сочиняя находу, прокричал со своей постели лгунишка, — Я и сам хотел бы открыть дверь но я очень плохо себя чувствую. — Совсем нездоровится? — Д-да, именно! — прислоняясь к двери, отвечал Спам. — Сопли фонтаном, в горле, кхе-хке, першит. И жар! Ох, я еле на ногах стою. — Тогда тебе точно необходим присмотр! — Нет! Не стоит, правда! Сам подумай, если ты сляжешь после ухода за мной, кто будет вести передачу? Ты же лицо ТВ студии! Тебе вообще противопоказанно болеть с твоим то расписанием, сечёшь, о чем я? — Ты прав. — разочарованно раздалось по ту сторону. Спамтон выдохнул. — Вот! Поэтому оставь мне завтрак у двери, и я заберу его в скором времени. Хорошо, приятель? — Да, конечно! — поднос отзвенел у двери. — Поправляйся, Спамтон, — с ноткой грусти в голосе сказал Тенна. Тень под дверью начала рассеиваться. Спамтон посчитал в уме до ста двадцати пяти и, приоткрыв дверь, в один подход забрал поднос и гостинец. Завтрак оказался роскошным! Дроблёный омлет, панкейки, бекон, забавная кружка, доверху наполненная кофе. Спамтон обливался слюной от одного только аромата завтрака. В авоське, помимо апельсинов, таилась упаковка его любимого арахиса в острых специях. Водрузив поднос на стол, пернатый принялся уплетать свой законный завтрак. Делал он это руками, так как голод прижал конкретно, да и кто его осудит в этих четырех стенах, в которых тот добровольно себя запер? Вот именно. Рука варварски сжала панкейк и впихнула здоровенный кусок в пасть пернатого. Спамтон вел себя как хищник, который растерзывал тушку своей жертвы и делал это весьма кровожадно. Омлет мешался в кашу с кусочками панкейка, а бекон жалобно хрустел. Кофе отхлебывалось большими жадными глотками, будто его кто-то грозился отобрать. Где-то на середине трапезы мужчина заметил на подносе открытку. Вытерев свои руки тканевой салфеткой (по совместительству своей грязной рубашкой, которая валялась неподалеку) тот взял ее в руки и отчистил от следов омлета. На открытке красовался милый котик с глазками-бусинками, а снизу таилась подпись: «Держись там». Спамтон прыснул и убрал открытку в тумбочку, после чего продолжил трапезничать. Закончив с завтраком, мужчина тщательно облизал каждый свой палец, после чего поспешил надевать свою рабочую одежду. Да, то, что он вдали от коллектива не значило, что тот позволит забить на свой внешний вид. Он всё ещё продолжает работать, просто из своего «дома». Почистив свои пёрышки в песочке, разобравшись с зубами, тот одел на себя рабочий комплект одежды, но без пиджака. Его он решил не надевать и оставил на вешалке. Пиарщик снова взглянул на себя в зеркало и улыбнулся: живот был практически незаметен в рабочей одежде. Это предавало ему уверенности. Сев за рабочий стол, тот принялся разбираться с бухгалтерией. До обеда тот погряз в работе, подкармливая себя сухофруктами и сушками. Но вскоре подоспело время обеда и желудок, который на середине срока вынашивания яйца казался Спамтону бездонным, снова свело судорогой. Мужчина приоткрыл дверь своего кабинета и увидел мимо проходящего Баттата. Какая удача! — Эй! Пссст! — позвал пернатый. Баттат остановился и посмотрел в сторону звука. — Чё? — устало спросил работник. — Подойди сюда, дело есть. — Слушай, я тебе кто, Турецкий? — ШШШШШ! — прошипел Спамтон, съежившись и попросив жестом снять с его костяной головёшки наушники с микрофоном. Баттат закатил глаза и снял гарнитуру себе на шею (точнее, на то место, где она должна быть) и подошёл к щели, откуда выглядывала белоснежная моська. — Ну и? — Короче... — мужчина немного помялся и закрыл своим кулаком петличку. — Короче. Я тут, как ты наверняка уже знаешь, приболел. — Оо, не только я, вся студия об этом знает. — Тенна? — Тенна. — Ожидаемо. Так вот, я не могу выйти из кабинета, еле на ногах стою вот прям щас. Ты не мог бы принести мне поесть чего-нибудь? — А сплясать не надо? Послушай, белоснежка, мне недостаточно хорошо платят, чтобы я помимо своей основной работы ещё и заботился о том, как и что ты будешь есть. — Окей, я тебя понял. Погоди минуту. — отходя от щели, говорил Спамтон. — Мужик, у меня так-то помимо тебя ещё куча дел есть. — Столько хватит? — вкладывая в белую ладошку огромную котлету денег, интересовался Спамтон. Баттат вскинул бровь и начал пересчитывать деньги. Долго, шепча одно число за другим. — Ну, что? — Здесь где-то три моих зарплаты. — Так ты согласен? Баттат ничего не ответил на этот вопрос, а начал досконально проверять каждую купюру. Мял её, ставил на свет, пробовал на вкус. — Ну чего ты тут показушничаешь. Ты мне поможешь или нет? — не выдерживая, топнул ногой пиарщик. — Потише, истеричка. Когда работаешь с мистером мультяшным гэгом и получаешь зарплату не всегда деньгами, такие вещи нужно проверять. Мало ли, ты мне подсунул реквизит или какой-нибудь «банк приколов». Знаем, плавали. Спустя несколько минут рабочий удостоверился, что деньги настоящие и сунул в свой карман. — Ну так что? — С тобой таки приятно работать. Что будете заказывать, сударь? — раскрывая блокнот, спрашивал тот. — Слушай, мне плевать, что это будет, просто принеси мне ланч с кафетерия. Я тебе заплатил, чтобы ты сделал следующее. — микрофон снова прикрыли, — Каждый день, пока я не выйду на работу, ты будешь должен приносить мне завтрак, обед и ужин и не допускать, чтобы Тенна ошивался поблизости здесь. Ври, шантажируй, плевать. Главное, чтобы он не стоял у этого порога. Ты понял? — Ого. К чему такая скрытность? Ты там случаем не затеваешь, как бы придушить его тёмной ночью? — Если ты перестанешь задавать вопросы и сделаешь всё так, как я прошу — я заплачу тебе столько же после выхода на работу. — Что ж, хозяин — барин! — пожав плечами, отвечал Баттат. — Ну вот и славненько! — мило улыбнувшись, протараторил птах, закрывая дверь прямо перед носом пиппинса. Вскоре обед был подан на подносе. Спамтон забрал его и уже собирался закрыть дверь, когда зелёный пиппинс задал вполне логичный вопрос: — Слушай, может я чего-то не понимаю, но. на какие ши-ши я должен тебе оплачивать твою обжираловку? — спрашивал Баттат, придерживая дверь. — Как на какие? Я дал тебе приличную сумму денег на лапу, с них и оплачивай. — Погоди, так это же моя часть? — Кто сказал? Я дал тебе денег, чтобы ты не тратился на меня из своего бюджета и на этом всё. — То есть на выходе я могу получить дырку от бублика, так что ли? — Ну, я не думаю, что выжру где-то три твоих зарплаты за две недели, хотя. напомни, сколько ты получаешь? — Пошел ты! — сказал Баттат и показал средний палец. — Слушай, окей, я, возможно недоговаривал тебе какие-то нюансы сделки. Н-но лжи, как таковой, её не было! — Ага, ищи дурака. — сказал уставший работник и уже было хотел закрыть дверь.. Но Спамтон не дал ему этого сделать. — Баттат, погоди, постой. Мне правда очень, очень нужна твоя помощь. Я компенсирую тебе эти траты премией, только помоги мне, пожалуйста. — Ого, да я погляжу кто-то в отчаянии? Что, настолько устал от мистера Тенны? Могу понять. Я уже давно хочу слетать оттянуться куда-нибудь от этого противного голоса, ну знаешь, поваляться на песочке, позагорать в компании приятных красоток… Только вот начальник, сволочь такая, уже который год зажимает мне мой отпуск. Вот бы кто-то выдал мне огромный отпуск за все те года, в которые у меня его не было… — намекал Баттат, делая вид, что пилит свои ногти. — Если ты мне поможешь, то я тебе сам куплю билеты на самолёт! — В бизнес-класс? — Не ну ты губу свою так сильно не раскатывай. — Ну тогда я пошел. И Баттат действительно стал уходить вглубь коридора. Спамтон топтался на месте, грызя когти. Упустить Баттата означало остаться без еды и вкусного питья на долгое время. А ещё жить две недели с зомбоящиком, который скребётся в твою дверь. Остаётся только. — Я забронирую тебе номер в отель! Всё включено! — выкрикнул пернатый в коридор. Баттат остановился. Спамтону не было видно, но на его лице появилась хитрая, непристойно длинная улыбка. Баттат медленно повернулся к Спамтону. — Ну это уже совсем другой разговор! — Отлично. Подойди сюда на минуточку. — Что, ещё какие-то ценные указания на сегодня? — Вообще да, ты должен мне принести ужин седня. Но вообще, возьми это с собой. Баттату протянули рацию, которая на вид была похожа на детскую игрушку, пестрящую цветами. — Эт чё? — Это рация. — А чё цвет такой... девчачий? — В магазине рация с шифрованием канала была только такая, чего ты от меня хочешь? — Ну обалдеть теперь, ты хочешь, чтобы я ходил по павильону как шестилетняя любительница единорогов, верящая в Санту и королеву Англии? — Просто прикрой её своим пончо, делов-то. — Какой-ты умный, меня аж выворачивает, — цепляя рацию на пояс, говорил Баттат. — Отлично. Удачного рабочего дня тебе! — Ага. Поцелуй меня в задницу, — говорил Баттат, захлопывая дверь. Не успел тот пройти до конца коридора, как рация тут же звякнула. Баттат ответил. — Чё?! — Ничего, проверяю связь. А хотя. слушай, ты не мог бы сгонять мне за пищевой белой глиной? Грамм пятьсот, не больше. Или эту. побелку со стен соскреби мне в пакетик, будь лапочкой. — Хорошо, — шикнул в приёмник тот. *** Теперь Спамтон был в относительной безопасности. Еда и вода приносилась в любое время, Баттат приносил и уносил важные документы, а также стерёг покой пернатого от присутствия в нём теле здоровяка. Его вкусовые предпочтения тоже поменялись. Место привычных всем сушек и орешков заняла глина. Пиарщик чуть ли не каждый день наслаждался этим деликатесом, смакуя её в своём рту, пока работал. Однако уже в середину недели тот начал заметно выдыхаться. Сил не хватало на грамотную работу: подсчёт крупных чисел в голове давался ему с большим трудом, отчего приходилось перейти на подсчёты вручную на бумаге, заставляя пернатого нервничать ещё больше, перепроверяя каждую строку расчетов по десять раз. Более того, он мог зависнуть на полчаса с легким примером по типу «2+2», не в состоянии решить его. Мозг просто отказывался работать и призывал его к отдыху и сну, от которого Спамтон яро отказывался. В конце дня, когда приходило время передавать бумаги Баттату, мужчина сильно нервничал. С его скомканным мышлением тот часто шел на риск, ставя на кон буквально всё финансовое положение студии. Осознавал ли пернатый то, что его действия весьма опасны? Да. Но он не мог поступить иначе. Для него важно было приносить пользу, а если у него не получалось этого сделать, тот начинал нервничать и рвать на себе перья. Концентрироваться на работе становилось труднее. Спамтон начинал улетать в облака и сам не замечал, как начинал вить гнездо из всего того мусора, что скопилось у него на столе, на полу, на диване. Часто, когда тот отвлекался, работая с отчётами, он сильно бил себя по рукам или лицу и силой погружал себя обратно в процесс подсчёта. Его бесил инстинкт, который тот был не в силах контролировать. Каждый раз, когда тот «просыпался» во время витья гнезда, он сразу же разрушал его, раскидывая клочья по всей комнате и вырывая на себе ещё больше перьев. Он делал это ненарочно, такова его природа. От стресса птички могут лишать себя оперения, и помочь им в этом может только любовь и забота, которой тот лишил себя добровольно, отчего и страдал ещё сильнее. Как бы тот не старался отрицать, ему хотелось, чтобы Тенна был рядом в этот момент. Но он не хотел, чтобы тот видел его в таком положении: уставший, неуклюжий, жалкий, нервный, облезлый и с огромным животом, заставляющим ходить вразвалочку. Он выстроил из себя уверенного, целеустремленного и харизматичного сотрудника. Порушить этот образ означало потерять своё лидерство и статус «железного» работника, который тот возвёл вокруг себя. Он никогда и никому не был интересен, когда позволял себе дать слабину или просто был собой. Все вокруг твердили про успех, про продажи, про сделки. Но никому не было дела до личности Спамтона. Никто не интересовался тем, что он чувствует или чем он увлекается. В стае он был лишь рабочей единицей, которая может рассчитывать лишь на самого себя, не более того. Он не мог представить, что кому-то может быть интересно то, что находится за «оболочкой», потому то и считал проявление ярких чувств глупостью. Добивал и его режим сна. Чем больше был срок, тем выраженнее и тяжелее был живот, соответственно спать было не очень удобно. Приходилось сворачивать плед в подобие гнезда и спать полусидя, отчего спина явно не говорила ему своё «спасибо». И, как вишенка на торте, в одну из бессонных ночей Спамтон нащупал внутри себя не одно яйцо, как он планировал, а целых три. И все довольно крупные. Это объясняло многое в его состоянии, но в то же время предзнаменовало то, что будет ожидать его в конце вынашивания яиц. Несмотря на его переживания, тот всячески старался соответствовать рабочему духу, изо дня в день одеваясь в рабочую форму. Но природа, бессердечная сука, лишила его и этого. Утро, конец недели. Спамтон с усилием застегнул на себе рубашку и принялся за брюки. Однако из-за живота застегнуть их было ещё труднее, чем рубашку. Пиарщик пыхтел, пытался застегнуть свои портки лёжа, сидя, стоя на цыпочках — всё бестолку. И вот, тот решил пойти на крайнюю меру. Задержав дыхание, тот максимально втянул в себя живот и, о чудо, штаны застегнулись! Спамтон был этому рад. — Да! Да! [STILL GOT IT?] [[baby]]!!! — ликовал тот, — Спамтон Джи.Спамтон — один, Природа — ноль! Однако вскоре та самая пуговица, которая сдерживала на себе давление живота сорвалась с места, начав рикошетить по комнате словно пуля. Пиарщик пригнулся и завел руки за голову, чтобы его не зацепило. Шальная пуговка влетала в книжную полку, пол, потолок. Вскоре она влетела в зеркало, разбив его на сотни осколков, которые осыпались на пол с характерным звоном. Спамтон медленно выпрямился. По щекам начали ползти слезы. Это провал. Глупое тело забрало у него последнее — ощущение принадлежности к общему делу, уверенность в том, что он всё ещё способен приносить пользу и ему не пора в утиль. О какой продуктивности может идти речь, когда он в собственные штаны влезть не в состоянии?! Пернатый сотрясался, приобнимая себя за полысевшие от дерганья перьев плечи и поглаживая себя пальцами рук, оказывая себе ту ласку, которую желал получить всё это время от Тенны, но не мог позволить этому случиться из-за страха показаться уязвимым. Злость на себя, на свое тело, на ощущение беспомощности переполняло его и вскоре тоска сменилась яростью. Обычный плач перешел в истерику. От невыносимой боли внутри Спамтон начал бить себя по груди и сквозь зубы сцеживать оскорбления в свою сторону. — [КУЧА МУСОРА]! [Лузер]! БЕСПОЛЕЗНЫЙ КУСОК [ссылка заблокированна]1! 1! [ОШИБКА 404] Вскоре раздался стук в дверь. Он отличался от всех остальных своей нежностью и осторожностью. — Спамми? — раздался знакомый голос шоумена по ту сторону двери, — Ты в порядке? Спамтон всхлипнул, вытирая слёзы рукавом рубашки. — Всё в порядке, Теннс. — дрожащим голосом отвечал тот — Что ты здесь делаешь? Нет, серьезно, Тенна, почему ты не на работе?! — спрашивал Спамтон в рацию. — А кто сказал, что я буду выполнять свою работу качественно? После твоего ухода на больничный на меня вложились и твои обязанности тоже, мне некогда следить за передвижением этого взрослого ребёнка. Теперь это твоя проблема, разбирайся с этим как хочешь, — ответил ему Баттат. — Я просто услышал, что у тебя там что-то разбилось. Как твоё самочувствие? Ты не поранился? — Всё в норме, — врал пернатый, — Можешь не волноваться за меня. Если это и была цель твоего визита сюда, то возвращайся обратно к работе, не трать на меня своё время. — У меня сегодня выходной. Я попросил Майка поставить один из старых эфиров сегодня. Изначально я шел к тебе с вопросом о том, как у нас дела с тем списком идей, что я тебе давал на оценку, но подходя я услышал очень 😟ТРЕВОЖНЫЕ😟 звуки, поэтому и спросил сначала, всё ли у тебя хорошо. — Прости, приятель, я даже не брал его в руки. Всю неделю я занимал- старался заниматься важными бумагами и на твой список идей у меня просто не хватило концентрации. — Ты делал что-то во время своей болезни?! Спамтон. ты не обязан был- — Хватит! — рявкнул Спам и тяжело вздохнул, — Тенна, послушай. Я сейчас в очень плохом состоянии и не в силах здраво оценить твои идеи. Пернатый взобрался на стол и взял оттуда листы с предложениями Тенны. — Мне кажется, что я просто не тот, кто тебе нужен. Особенно сейчас. Поэтому... Листы проснулись под дверь. — Проверь свои идеи на том, кто действительно может тебе помочь. Потому что я больше не из их числа. Я только делаю всё хуже. — 🤨Я ПРОШУ ПРОЩЕНИЯ🤨?! Спамтон, я надеюсь, что ты просто бредишь. Потому что сейчас ты несешь откровенную 🎪ЧУШЬ🎪! Твои инновации вдохнули в моё детище вторую жизнь! Горы писем от 🙌ФАНАТОВ🙌, пополнение бюджета, новые программы и сегменты — это всё ты. Твои 💡ИДЕИ💡, твоё 🪁ВООБРАЖЕНИЕ🪁, твоё умение нестандартно мыслить привело нас к такому высокому рейтингу. Я каждый день просыпаюсь заряженный на новые свершения и всё это благодаря тебе! Так что я советую тебе забрать свои слова обратно, мистер! — Кончай, Ант. Это дохлый номер, — констатировал Спамтон, садясь спиной к двери. — Всё равно в конце концов я останусь один, как бы я не изворачивался. Пора бы уже принять это. Всё [Потрачено] — Нет! Я не дам тебе плохо о себе думать, особенно, когда ты болеешь. Вот, прочитай мою первую идею, — лист был передан через дверную щель. — Тенна... — жалобно простонал Спам. — И слышать ничего не желаю! Папочке нужно новое шоу и ему не обойтись без консультации знающего толк даркнера! — Фе! — усмехаясь, кривился пернатый, — Не называй себя «папочкой» это очень нездоровая дичь, ты так все рейтинги распугаешь. — Да? И на что бы ты заменил эту кличку? — Я бы ограничился простым «начальником», ну, или, по крайней мере «руководителем». — Ну вот! Я уже чувствую присутствие знакомого мне креативщика. Давай, хватай в руки листок и хотя-бы попробуй. Вдруг чего и получится? — Ладно, давай сюда, — шустрые глаза пробегались по заголовкам идей, — Хм. «Шоу «Анатомия чувств», в котором детишкам и, возможно их родителям объясняется природа чувств, эмоций и эмоционального состояния человека на примере их костюмированных интерпретаций. В программе обучающие песни и совместные приключения с ведущим». Гм. Сама идея неплоха. — Но? — интригующе протягивал зомбоящик. — Но мне кажется, что такая тема, как чувства Лайтнеров — это что-то большее, чем песни и пляски. Я бы ввёл интервью с каждым чувством по-отдельности. И чтобы они не были одеты в эти стрёмные большие плюшевые костюмы. Брр! — Эй! Что не так со старыми-добрыми плюшевыми костюмами? — Мм. Выглядят фальшиво и несерьёзно, будто совсем для мелких. Я бы чередовал технику исполнения. Например, радости идет плюшевость, а какой-нибудь апатии или депрессии мне кажется больше пойдет неряшливый, закрытый образ и торчащие ото всюду лоскутки полупрозрачной ткани. Но это я так, навскидку. — Мхм. А с программой что? — Ну, помимо интервью можно рассказывать, как обходиться с человеком, который находится в апатии, например. Или как развеселить друга. Короче давать советы под стать темы того или иного гостя. А еще здорово ввести немного научной части и рассказать о том или ином чувстве или эмоции со стороны физиологии или той же психологии. — Значит, нужно будет приглашать к написанию сценария специалистов в научных областях… — задумчиво протянул Ант. — Мне нравится! — Правда? — с ноткой надежды в голосе спрашивал птах по ту сторону двери. — Ну конечно правда, Спамми! Научпоп сейчас в ТРЕНДЕ… или как там у вас говорят в Кибермире? — Да, так и говорят, — нежно ответил пиарщик. — Посмотри, как тебя приободрила небольшая встряска мозгов! Твой голос снова звенит как стая бубенцов на рождественской ёлке! Не удивлюсь, если за дверью ты еще и сияешь своей моськой от счастья. — Спасибо, Теннс. Думаю, я уже начинаю идти на поправку, — прикладывая лоб и ладонь к двери, говорил рекламщик. — Если тебе лучше, то мы могли бы продолжить у тебя в кабинете! Знаешь, когда Азраэль или Крис болеют, Ториэль от них и на метр не отходит. Мне кажется, само её присутствие уже лечит. Может, тебе тоже стоит попробовать? — Ох, Тенна... — с ноткой сожаления отвечал Спамтон, оглядываясь на свою комнату, которая больше напоминала свалку. — Я бы с радостью, но не могу. Есть вещи, которые мне не хочется, чтобы ты видел. — Почему? — Потому что то, что за этой дверью, в глубине души не захочет увидеть никто. Даже ты, несмотря на свой оптимизм. — Спамтон... — Я понимаю, что ты скучаешь, Ант. Я тоже, но сейчас мне нужно идти. Прости меня. Мы обязательно наобнимаемся после, обещаю. — Да, конечно, — со вздохом отвечал Тенна. — О, и кстати. Я тут снова разгребал почту и неожиданно насобирал кучу рисунков ребяток! Я тут отобрал несколько, где есть ты или мы вместе. Если будешь чувствовать себя одиноко - можешь их просмотреть. Надеюсь, тебе это поднимет настроение. Большая стопка бумаги, завёрнутая в пергамент, с трудом пролезла сквозь щель. Спамтон уложил её к себе на колени и начал царапать бумажную обертку. — Спасибо, Ант. — Поправляйся! И не нагружай себя работой, хорошо? Дай себе возможность отдохнуть и набраться сил. Шаги телеведущего потихоньку утихали, оставляя пиарщика наедине с собой. Мужчина разорвал упаковку и начал просматривать рисунки. Их было очень много и все они были разные. Но тематика была одна: подбодрить заболевшего телеведущего. Совсем крохотные дети рисовали Спамтона в больнице с медсестрой, держащую огромный шприц с неё ростом или обнимали его, грустно лежащего в постели, скрасив всю эту картину небрежно, но искренне написанным: «Поплавляся паскалее!» и всё в подобном ключе. Фанаты постарше рисовали его портреты, а на обратной стороне писали письмо, в котором поддерживали любимого ведущего. Были и рисунки его и Тенны, которые вместе выступали на сцене. Был рисунок милого цветочка и пожелание «не болеть» рядом с ним. Какой-то ребенок даже нарисовал несколько страничек комикса про него! Все эти работы грели душу Спамтона. Ему действительно становилось легче. На глазах наворачивались слёзы, но это были слёзы искреннего счастья. Ему было приятно, до боли приятно осознавать, что он достоин этой детской искренности и любви. Даже если это всё организовал его старый знакомый.

***

Стоит немного отмотать назад и углубиться в то, как мистер Ант.Тенна провёл эту рабочую неделю после неудачного предложения покувыркаться. Ему всё еще было стыдно за содеянное, но помимо этого очень напрягало состояние его товарища. Он категорически не хотел впускать его в кабинет, хотя до этого с доступом к нему всё было в порядке. Более того, Спамтон сам приглашал Тенну для обсуждения нововведений в эфир к себе. Но теперь всё резко поменялось, и шоумена это настораживало. — Возможно, он просто действительно переживает о моём здоровье. Может это и правильно, знаешь, он не хочет, чтобы и я подхватил какой-то кибервирус, ведь тогда работа встанет. Да, точно, он же не готовит там план того, как обвести меня вокруг пальца и забрать всю студию себе!!! Я ведь прав?! — спрашивал телеведущий, дав под конец петуха. — Не знаю я типа... просто завязываю вам галстук и всё, — отвечал один из пиппинсов, который наводил марафет ведущему перед эфиром. — Агрх! Неужели так сложно поддержать разговор? Сказать, мол: «Мистер Ант.Тенна, вы правы!» или: «Мистер Ант.Тенна вы пригрели мошенника в своей студии!!!» — Хотите нацеплю вам бутоньерку? Тенна недовольно фыркнул и отвернулся от миньона. — А с ромашкой остались? — пробурчал тот себе под нос. — Конечно! — Тогда пошевеливайся! У меня эфир через пять минут! Всю неделю тот делился своими переживаниями со всеми и успел заколебать своими размышлениями абсолютно всех уже к концу первого рабочего дня. Многие работники прятались от него, как только видели на горизонте, так как знали, что, если попадутся ему на глаза — будут вынуждены слушать его опасения насчет того чудака из кибермира. К сожалению, Баттату пришлось брать удар на себя. — Я не понимаю, почему он стал отстранятся? Я же ни разу ему ничего плохого не сказал! — сидя в павильоне рядом с Баттатом, размышлял Тенна, накручивая свою антенну на палец. — Мхм, — подпирая щеку, устало мычали ему в ответ. — Более того, я дал ему полную свободу действий! Я- Пффт! Я дал ему целый павильон в руководство! Не мои проблемы что он не смог подойти к этому ответственно. — Мхм. — поочередно моргая глазами, мычал Баттат. — Все знают, что я хороший начальник и отличный телеведущий! — Мхм. — Хотя, может быть действительно дело во мне? Может он просто устал от меня или посчитал, что я недостоин узнать его секрет, потому что недостаточно серьезен? — уменьшаясь, спрашивал Тенна. — Мхм. Т-точнее нет, что вы, сэр! — проснулся Баттат, — Дело точно не в вас! Думаю, он просто действительно болен и хочет тишины и покоя на время болезни. Именно поэтому вам категорически не стоит его проведывать, пока он сам не появится на горизонте. Иначе он может наговорить вам гадостей в бреду. Не думаю, что вам это понравится. — Ты прав. Пойду, кстати, сообщу о том, что он взял себе больничный. — О, не утруждайтесь, об этом уже все знают, — сквозь зубы пробубнел Баттат. — Что? — Н-ничего! Тенна действительно скучал по своему «маленькому почтальону» и хотел как можно быстрее свидится с ним. Но как бы он не пытался вновь дойти до кабинета Спамтона, его всегда останавливали. Баттат постоянно ошивался рядом с ним и развлекал его задачами по работе, некоторые из которых звучали абсурдно даже для такого создания, как Тенна. По итогу в конце дня он был измотан и сил на «дойти до Спамми» уже не оставалось. Свою тоску по любимому тот старался держать в себе. Но его чувства были больше его самого, поэтому в один момент его чувства увидели свет прямо в прямом эфире. В конце очередного выпуска одной из детских передач Тенна рассказал о том, куда пропал их любимый ведущий и попросил нарисовать ему что-то в качестве поддержки и прислать в студию, чтобы соведущий шел на поправку побыстрее. И, о чудо, это сработало! Уже через два дня почтовое отделение разрывалось от тонны детских рисунков, вгоняя пиппинсов в панику. Тенна же сиял от восторга: он лично весь вечер перебирал рисунки и собирал для Спамтона самую трогательную коллекцию. Однако к концу недели тот окончательно потерял терпение. Баттат стал вести себя еще более подозрительно, постоянно отходил от него подальше и с кем-то разговаривал, на вопросы об этом отвечал сжато и холодно, а иногда вообще пропадал со съемочной площадки. Телеведущего очень бесила эта таинственность, которую тот не смог раскрыть. Вечером, на очередном афтерпати, Тенна изливал свою душу Эльнине, сидя за стойкой бара и посасывая «тенн-а-риту». — Может быть потеря питомца усугубила его состояние? Всё-таки здесь очень беспокойная работа, а такие новости как удар табуретом по голове. Только. почему он тогда не попросил у меня отгул, чтобы съездить домой??? НГАХ! Я уже ничего не понимаю!!! — хватаясь за голову, мычал тот. — Погоди, какая собака? Спамтон ведь говорил, что он просто плохо переносит весну, разве нет? — встревала Эльнина, давая свою версию событий. — А мне он говорил, что отравился буррито с заправки, — добавлял свою версию событий Рамб. — А мне сказал, что не спал ночами, продумывая новые концепты к шоу! — втягивался в разговор Ланино. — О чем вы говорите? Он же от мигрени страдал всю неделю! — подключались остальные участники афтерпати. — Глупости! Какая может быть мигрень? Он сам лично мне сказал, что перебрал с травкой, поэтому его накрыл жор! — Какая травка? У него глисты! — Ты втираешь мне какую-то дичь! Он же сменил антидепрессанты, вот и ходил хрен пойми какой! — Разве у даркнеров бывает депрессия? — Хрен знает, может это особенность чуваков из Кибермира? Зеленая комната быстро наполнилась разными версиями того, что же на самом деле случилось с рекламщиком, и, что самое странное, каждый считал свою версию официальной, ведь все слышали это из первых уст. Дело уже доходило до драки, когда Тенна встал и поспешил угомонить толпу. — ДОВОЛЬНО! — прокричал тот, обращая внимания на себя. — Я правильно понимаю, что тут у каждого разные версии того, что именно случилось с нашим коллегой? Все сотрудники закивали головами. — И все эти версии прозвучали именно от Спамтона? Все сотрудники снова закивали. — Я- Мне надо присесть. Тенна медленно сел обратно на барный стул. От такого шокирующего поворота событий тот снова начал сжиматься в размерах. — Я просто не понимаю, почему он так тщательно скрывает реальную причину своего состояния? Мы же так с ним породнились, он уже стал частью нашей большой дружной семьи! Баттат в углу зала прокашлялся. — Расти большой не будь лапшой! — отреагировал на кашель шоумен, — А теперь он выдает это! Почему он так поступил с нами? Со мной? — вопрошал Тенна, повернувшись к Эльнине, словно маленький ребёнок, ищущий поддержки матери. — Видишь ли, Тенна. У каждого из нас есть свои скелеты в шкафу. Возможно, он лгал не со зла, а ему просто было страшно раскрывать правду. — Но мы же с ним так близки! Неужели он не доверяет даже мне? — Может он просто не хотел выносить всё на публику? Или сам боялся правды? Всего не узнать наверняка. Но ты можешь наведаться к нему, попробовать поддержать в трудной ситуации. Только не выпрашивай у него правды. Когда он будет готов, он скажет тебе обо всём сам. — Да, пожалуй, ты права, — мужчина уменьшился ещё сильнее. — Мне надо побыть одному. А еще взять себе выходной на завтра. Веселитесь, ребятки! Тенна спрыгнул вниз и скрылся в бесконечных коридорах тв студии, а на следующий день наведался к Спаму. Так и прошла его неделя, полная тоски и тревоги.

***

Спамтон всё-таки прислушался к совету Тенны. Рабочая одежда сменилась на белый халат и труханы, а прежняя активность практически сошла на нет. Пернатый большую часть дня проводил в постели, играя в видеоигры на телеке, читая комиксы или просто спя полусидя. Он просто принял свою судьбу и тот факт, что как бы он не боролся с природой — она всё равно возьмёт вверх. Мужчина развесил несколько особенно дорогих ему рисунков по кабинету. На одном из них его нарисовали гоняющим по городу в своём «Кунгодеро» — этот рисунок Спам повесил на самое видное место и мог любоваться им часами. Пернатый больше не ограничивал себя в плетении гнезда. Наоборот, из всех тех материалов, которые тот успел натаскать, он смог свить гнездо. Оно вышло настолько огромным, что в него наверняка бы мог влезть и Тенна. Сделал он это исходя из соображений, что эту кучу мусора будет легче убрать, когда вся эта клоунада закончится. Однако в него он заходить не решался. Ему было более комфортно коротать свой срок вынашивания яйца на теплом диванчике, чем в гнезде из мусора. Его комната в целом начала всё больше и больше напоминать свалку. Спамтон не спешил убираться в своём кабинете. Поначалу было некогда, а теперь с огромной пузой эта миссия была невыполнима. Поэтому тот просто пустил всё на самотёк. Живот уже достаточно округлился, а пиписы изнутри давили на внутренние органы. Из-за этого Спам мог есть только ограниченное количество еды. Если же он переедал — его непременно ждала встреча с унитазом. Поэтому он ел медленно и небольшими порциями. Из-за разбитого зеркала тот забил на свой внешний вид. Зачем парится над тем, как ты выглядишь, если ты не видишь своего отражения? Он больше не прочищал свои перья песочком, а его белый халат весь был в пятнах от еды. Спамтон бросил пить блокираторы рекламы. Зачем, если его никто не собирается слушать в ближайшее время? Свой живот тот использовал как подставку для пепельницы, если хотелось курить, или ставил на него тарелку с едой. Короче, его совсем не волновало то, что созревало всё это время внутри него. Рекламщик хотел одного: чтобы «это» из него поскорее вышло. Срок подходил к концу, и мужчина это чувствовал. Вскоре озноб усилился. Это яйца забрали у «папани» все соки на формирование скорлупы. Целые сутки тот дрожал, укутавшись в несколько одеял и смоля одну сигарету за другой, чтобы справится со стрессом и не рвать на себе ещё больше перьев. Однако, не выдержав такого издевательства, тот попросил Баттата принести ему обогреватель с подсобки. Тогда дела стали чуть поприятнее. Теплые дуновения ветерка разнежили лежащего на диване и тот, словно кот, купался в тепле, лежа на спине. Спамтон очень хотел избавится от пиписов внутри себя и неоднократно принимал попытки простимулировать родовую деятельность, делая опасные упражнения — всё было бестолку. Но сейчас, когда его согревала бездушная машина, в нездоровую голову пришла грязная мысль о машине с душой, которая сейчас наверняка вертит своим личиком на экранах телевизора. Мужчина врубил телек на первом попавшимся канале: бинго. Когтистая рука начала поглаживать сквозь ткань тентаклеподобный член, пока хитрые глазки не сводили своего хищного взгляда с пузатого экрана. Вскоре член пернатого был разогрет и достиг своего обычного размера. Из-за живота было очень трудно достать до члена руками, поэтому болезный оголил свой пах полностью и подложил под него подушку. Осторожно, чтобы не навернуться с дивана, тот начал двигать бедрами взад-вперёд. Поначалу тот не чувствовал ничего, кроме боли, так как яйцо давило на нервные окончания, но, превозмогая себя, тот продолжал тереться своим детородным органом об чистую подушку и вскоре начал действительно ощущать слабые нотки удовольствия. Трение учащалось, сердце колотилось быстрее, глаза закатывались. «Скажем это вместе народ! «Я люблю тв!» — дразнил властелин телеэфира. — Я люблю тв. — вторил Спамтон, ускоряясь. «Я вас не слышу! Громче: «Я люблю тв!» " — не унимался телеведущий. — Я люблю… т-тв, — прерывисто дыша, повторял Спамтон. «Ну это несерьезно, народ! Давайте, от всего сердца: «Я люблю тв!» — скулил мистер Ант.Тенна. — Я-. Ох, темный фонтан! Я люб-лю тв! 11! — закатывая голову назад от экстаза, провыл птах. «Отличная работа!» — хвалили Спама с той стороны экрана. Несмотря на усердие, мастурбация не привела к успеху, лишь запачкала чистую наволочку. Это заставило даркнера окончательно сдаться и просто ждать, когда время придёт. С каждым новым днём знобило всё сильнее и пернатый чуть ли не спал в обнимку с нагревателем. Аппетит пропадал, он становился более неповоротливым и часами лежа на боку пялился в телек, пуская слюни от разложения мозгов, потому что на большее сил не оставалось. Иногда его тормошили ложные схватки, но тот их просто терпел и вскоре они прекращались. В один из дней Спамтон спускался с дивана вниз с целью отлить. Но стоило когтистым лапам достигнуть ковролина, как бедняга сжался в сильной схватке, издавая беззвучный стон. Мужчина понял — процесс начался. Ментально он был готов прыгать от счастья, но боль от схваток быстро приводила его в чувства. Быстро пройдя в уборную, тот начал набирать теплую воду в джакузи, контролируя температуру термостатом. Каждая новая схватка давалась тяжелее предыдущей. Спамтон был готов выть от той боли, что испытывал, но подавлял этот вой, закусывая руку. Он пытался дышать ровно, но раз за разом спотыкался, начиная вскрикивать. Ноги подкашивались, перья становились дыбом. Так продолжалось с час: почтальон стоял, облокотившись на бортик ванной, не находя в себе сил погрузиться в воду, чтобы слегка облегчить процесс. И вот очередная схватка. Спамтон делает глубокий вдох и выдох, пытаясь продышать боль, когда у него отошли воды. — [Б*&@ь] [Б*&@ь] [Б*&@ь] [Б*&@ь] [Б*&@ь] — резво ругался пиарщик, снимая с себя халат и мокрые труханы, погружаясь в ванную. Время потуг! И, ох, как же непросто это давалось. Яйцо выходило слишком большим и с трудом проходило по родовым каналам. А таких в нём, на минуточку, целых три. Спамтон выгибался от боли, со стонов переходя на крик. Слезы текли по его щекам, и тот мог лишь мечтать о том, чтобы этот кошмар закончился. Во время очередной потуги мужчина осознал, что яйцо застряло у него в ложе. — Твою [ГОРЯЧИЕ МАМОЧКИ]! Н-ну же, [пошел вон отсюда!]. Но как бы тот не тужился, кроме ощущения того, что скоро порвет своё ложе на части и громкого воя мужчина ничего не получал. Думая, что уже ничего не может быть хуже и готовясь умереть с пиписом в клоаке, пернатый откинул голову на бортик ванной, пытаясь пережить очередную схватку в приступе крика, когда неожиданно раздался громкий стук в дверь. — Спамтон! Пиппинсы слышали крики в твоём кабинете! С тобой всё в порядке? Ну конечно, куда без него. Тяжело дыша, Спамтон вскрикивает: — Все [ОКЕЙ], [[катод]]! [Проваливай]! — Ты уверен? Они выглядели очень обеспокоенно! Если это колика, то я могу помочь, я знаю несколько приёмов, только дай мне войти! — НЕТ! [Доступ запрещен], идиот! Даже не думай о [статья за незаконное проникновение]. Спамтон вновь завыл от очередной схватки. Пиписы давили на низ его клоаки, отчего тот мучался ещё сильнее. — Слушай, шалтай-болтай. Мне надоела твоя скрытность. Я слышу, какие ужасные звуки ты издаешь, поэтому если ты прямо сейчас не откроешь дверь - я выломаю её к чертям! Считаю до трех: раз… — Рискни, [ссыкуха]. — сквозь зубы рычал Спамтон. — Два… я ведь не шучу, мистер!.. два с половиной… два на ниточке... два на паутинке… — Ну еще [на мучает насморк?] скажи. — Два на сопельке… — Это просто смешно, [[катод]]! Счет за дверью прекратился. Повисла мёртвая тишина, будто бы за дверью никого и не было и всё это было не более, чем галлюцинация. Однако вскоре дверь громко распахнулась и чуть не слетела с петель, заставив Спамтона содрогнуться и гаркнуть: — [[ВАША МАМА]], [зомбоящик]! — вскрикнул тот. — Так, показывай, что тут у те- ох! Ох. Тенна был в шоке от того, во что превратилась холостятская берлога его возлюбленного. Но на сокрушения по этому поводу сейчас не было времени. Шоумен прошел в ванную и увидел более печальную картину: его местами облезлый, измученный партнер сидел по пояс в ванной и пытался... тужиться? — Спамми, ты что... берем- ВОАХ! В телеведущего прилетела пена для ванн, но тот успел увернуться. — Ни [один] слова, начинающегося с этих букв, ты меня понял?! — стукнув по борту джакузи, кричал птах. — Я [кричать] тебе: [[ВХОД ВОСПРЕЩЕН]]! [Вашему мужу] здесь не рады! [Уходя, закрывай за собой дверь!]. — Послушай, я понимаю, что ты напуган, но позволь мне помочь! Я буду нежен с тобой, обещаю, — подходя к джакузи, просил Тенна. — [[ОТМЕНА СДЕЛКИ]]1! 1 [[ОТМЕНА СДЕЛКИ]]! 1! [Уход за кожей лица] ОТСЮДА ИНАЧЕ Я ОТПИНАЮ ТВОЙ [ссылка заблокирована]. — Я ведь хочу как лучше! ПРОШУ, подпусти меня к себе! Неужели тебе нравится страдать? — [Фокус с исчезновением], [что сегодня по телеку?]. Ведущий вздохнул и уже повернулся в сторону выхода, когда Спамтона снова прижало очередной потугой и тот жалобно завыл, прикусывая рукав халата и содрогаясь. — Нет. — ответил Тенна, опустив голову. — Чего? — Я сказал: нет! Я не позволю тебе вот так страдать, — снимая пиджак на пути к джакузи говорил шоумен. — [[Не смейте повторять этого дома]]!!! — О, еще как посмею, — залезая в одежде в джакузи к его возлюбленному, говорил Теннс. Спамтона усадили на колени телеведущего. Сам же он придерживал Спама двумя парами рук: за задницу и за слегка облезлую грудинку. — Говори мне, что нужно делать и я сделаю. Спамтон выругался себе под нос двоичным кодом, после чего притянул теле голову к себе за антенну. — Значит слушай меня сюда, [сопляк]! [Найти пасхальное яйцо] – это тебе не посрать сходить, ты понял? — Сэр, да, сэр! — НИКАКИХ ГЛУПЫХ ШУТОЧЕК ИНАЧЕ Я РАЗОБЬЮ ТЕБЕ ТВОЙ ЭКРАН!!! 1! Тенна осторожно кивнул. — То-то же. Итак, чтобы [вставить] пипис необходимо поймать потугу. Когда это произойдет, ты должен надавить на низ моего живота и помочь ему вылезти из меня. [Understood?]. Тенна приложил пару рук к низу живота. — Ого! Я даже чувствую их внутри тебя! Это потря- Тенна уловил на себе недовольный взгляд и поспешил заткнуться. Вскоре потуга пошла, и Ант усердно продавливал застрявший пипис вперёд по родовым каналам. В первый раз ничего не вышло. Тенна утешающе поглаживал беднягу по животу, поддерживая его вопреки всем оскорблениям, летящим в его адрес. После второй потуги пипис вылез из клоаки наполовину, о чем ведущий поспешил сообщить. — Я уже чувствую его! Давай, приятель, осталось немного, ты справишься. — [[РУКИ ПРОЧЬ ОТ ТОВАРА]]! 11! — Чшш… давай, последний рывок. Последняя потуга далась особенно тяжело. Спамтон выгибался от боли, тяжело дыша, пытаясь выдавить наконец это несносное яйцо, однако оно не хотело идти ни в какую. Обессиленный, Спамтон растёкся по торсу Тенны и прошептал тихое «я больше не могу». Тогда Тенна свёл ноги пернатого вместе и начал прижимать к себе, приговаривая: — Сейчас точно должно получится. Собери все оставшиеся силы в кулак и потужся еще раз. Давай, глубокий вдох и… Спамтон из последних сил начал тужится до кругов перед глазами и через несколько секунд почувствовал облегчение. Мужчины замолчали. — Вышло? — устало промямлил Спамтон. — Кажется. да. — Ха. — Ха! — Ха-ха. — Ха-ха-ха! Мужчины начали смеяться в унисон. Кто-то от нервов, кто-то от переполняющей радости. — Ха-ха! Ты погляди, действительно! Прямо в мою ладонь! — ликовал Тенна. Механическая рука достала из-под воды синее яйцо. — Посмотри на него! Он или она... просто прелесть! — Тенна! — Да, Спамми? — Ты идиот! — сквозь смех ответили тому. — …чего? — Их [три по цене одного], чему ты радуешься??? — Оюшки! Мужчина отложил яйцо на снятую одежду и принялся помогать Спаму разродится. Два остальных яйца вышли быстрее первого. Когда с кладкой было покончено, пиарщик закатил глаза от усталости и растёкся на груди Тенны. — Ну, как ты? — поглаживая Спамтона по животу, спрашивал Тенна. — Я очень устал. — Давай-ка вынем тебя из воды. Ант аккуратно взял пташку на руки, словно собственного ребёнка, и вылез из джакузи. Взяв полотенце, тот тщательно протёр Спама по всем мокрым местам и прикрыл его измученный пах полотенцем, после чего поспешил покинуть ванную комнату. — У тебя здесь очень грязно... ты уверен, что хочешь спать здесь? Я бы мог уложить тебя у себя, там чисто и спокойно, да и ты будешь под присмотром. — Тенна… — устало протянул Спамтон, — [[положи на место]]. Мужчина вздохнул, но всё же положил беднягу на диван, заботливо укрывая его пледом. Спамтон отвернулся от телеведущего и приобнял себя за облезлые плечи, мучаясь от холода. — Ты злишься на меня за то, что я вмешался? — Нет… ты всё сделал правильно. — Тогда почему ты отвернулся от меня? Спамтон не ответил на этот вопрос. — Как ты себя чувствуешь? — Ужасно... всё болит и холодно. Тенна нашел взглядом обогреватель и поспешил включить его, чтобы согреть родную душу. — Ты знаешь, несмотря на всё произошедшее, я рад, что мы прошли через это вместе! Ты знаешь, я уже начал полагать, что ты мне изменяешь или планируешь побег, не сказав мне и слова, но, когда всё выяснилось я испытал такое облегчение! И почему ты боялся сказать о том, что находишься в положении? Я бы был прекрасным папой троих ангелочков, и мы бы жили счаст- — АНТ, — оглядываясь через плечо, гаркнула птичка. — Не утруждайся. Они пустые. Все три. Не смей к ним привязываться. Это было первое и последнее предупреждение. Уже завтра они станут моим завтраком или полетят в помойку, скорее второе, так как я много курил все эти дни. — Ты ЧТО?! — Повторяю для особо одарённых: они пустые. П-у-с-т-ы-е! В них нет зародышей и быть не может. [Конец истории]. — Но- — Не нокай, не запрягал. — Спамтон! Птаха снова недовольно зыркнула, но, осознав свою ошибку, сменила недовольство сожалением. — Послушай, Ант. Всё должно было быть не так. Я не хотел выносить правду на публику, потому что не хотел делать из этого какое-то особое событие, потому что вынашивал в себе неудобную бесполезную пустоту. Зная тебя, ты бы и на метр от меня не отходил, поэтому я придумал себе болезнь и прочие отмазки, чтобы не вставлять тебе палки в колеса… и не стать обузой. — Ты никогда не был и не стал бы! Спамтон всхлипнул и сжался. Тенна хотел было погладить его по руке, но пиарщик резко обернулся к нему лицом. — Посмотри на меня! Посмотри вокруг! Разве ты мог бы любить это?! Я ужасен, мерзок, живу в бардаке и приношу лишь одни проблемы, мешая всем своим состоянием. Я чуть не уничтожил твою студию, Тенна! Спамтон залился плачем от усталости. Тенна поспешил обнять бедолагу и прихлопывал его по спине, пока пернатый вжимался в его рубашку. — Чшшш... вот так, приятель. Не держи всё в себе. — Я такой никчёмный! — выл от отчаяния тот. — Нет, Спамми, ты прекрасен. Просто очень устал быть один на один со своей проблемой. И к тому же ты пережил чудовищное испытание. Ты умничка. Пустое яйцо или нет, я всё равно люблю тебя. Спамтона погладили по мазутной голове, после чего уложили по новой. — Я так устал, так устал... и всё так болит. — Попробуй поспать. Тебе нужно восстанавливаться. Не переживай, теперь я буду рядом с тобой и постараюсь разделить с тобой любую твою трудность. Ведь мы всё-таки команда, не так-ли? — Я не заслуживаю тебя, Ант, — заплетаясь, говорил Спамтон. — Чшш... всё, засыпай. Краем глаза шоумен заметил среди прочего хлама очертания гитары и не прогадал: в углу комнаты действительно пылилась акустическая гитара. Не просто гитара: гитара Тенны, которую тот оставил в тот раз, когда они свободно собирались вместе. Мужчина взял гитару в руки и настроил её, после чего присел рядом с бедняжкой. Пальцы начали наигрывать мотив колыбельной, а сам Тенна принялся петь колыбельную рядом лежащему. Спи, моя радость, усни! В доме погасли огни; Пчелки затихли в саду, Рыбки уснули в пруду, — Ты что делаешь? — Я пою тебе колыбельную. Ториэль и Азгор всегда напевали её малышам, чтобы те спокойно засыпали. Н-но если тебе не нравится, то- — Нет, продолжай. Тенна немного потупился, но после продолжил перебирать пальцами по струнам. Месяц на небе блестит, Месяц в окошко глядит… Глазки скорее сомкни, Спи, моя радость, усни! Усни, усни! В доме все стихло давно, В погребе, в кухне темно, Дверь ни одна не скрипит, Мышка за печкою спит. Кто-то вздохнул за стеной Что нам за дело, родной? Глазки скорее сомкни, Спи, моя радость, усни! Усни, усни! Сладко мой птенчик живет. Нет ни тревог, ни забот; Вдоволь игрушек, сластей, Вдоволь веселых затей, Все-то добыть поспешишь, Только б не плакал, малыш! Пусть бы так было все дни! Спи, моя радость, усни! Усни, усни! Когда Тенна закончил, Спам уже вовсю сопел, тихо воркуя. Отложив гитару, телеведущий укрыл потеплее своего ненаблядного и направился в ванную комнату, чтобы спустить воду в джакузи. Ну, и конечно же, тот не мог принять ту правду, о которой говорил его товарищ, потому им было принято решение тихонечко забрать малюток к себе в кабинет, что он и сделал. Покинув Спамтона и войдя в свою комнату, шоумен соорудил подобие гнезда из своего пиджака на рабочем столе и уложил в него пиписы, после чего вкрутил в настольную лампу инфракрасную лампу и направил её свет и тепло на яйца, полагая, что таким образом сможет заменить наседку, после чего заснул прямо на диване напротив.

***

Спамтон проснулся посреди ночи, чувствуя, что что-то не так. Поднявшись с кровати, тот доковылял до ванной комнаты и обнаружил пропажу. Долго проводить экспертизу не было нужды — личность вора была очевидна. Пернатый направился в сторону покоев Тенны, где вскоре обнаружил последнего спящим на диване. На столе, под светом ламп, грелись пиписы. Спамтона распирало от ярости. Пиарщик взобрался на стол и начал разрушать яйца, чем разбудил шоумена. Тенну повергло в шок увиденное и тот попытался остановить птаху. — Спамми! Ох, ёлки-палки, что ж ты делаешь?! Они же твои дети! Какой кошмар, белок повсюду... пожалуйста, не дави скорлупу!!! Какой ужас… меня сейчас стошнит. — И правильно! Потому что я чётко сказал: не привязываться. Неужели так сложно понять меня с первого раза?! Тенна сильно уменьшился в размерах после сказанного. Спамтон вздохнул, слез со стола и взял соведущего за руки. — Послушай, приятель. Я понимаю, смотря на ту семью Лайтнеров тебе захотелось иметь свою. Но я не готов создавать семью в ближайшее время. Сейчас для нас важен бизнес и стабильность твоей студии, в частности. И к тому же все эти пеленки-распашонки… это всё не для меня. — Да.. конечно. — Но, прошу тебя, не убивайся по этому поводу. Сейчас для меня важнее карьера, но, хей, кто знает, может через год-два я захочу создать семью с тобой. — И что тогда? — Ну... тогда мы попробуем снова. Но на этот раз уже вместе. Я сообщу тебе о том, что я готов и тогда ты сможешь окружить меня своей любовью и заботой. — Честно? — Да, Теннс, честнее некуда. — Клянешься на мизинчиках? — протягивая мизинец, спрашивал Ант. — Клянусь на мизинчиках, — давал клятву Спам. Тенна крепко обнял свою любовь и увеличился до привычного размера. — Я люблю тебя, мой маленький почтальон. — И я тебя, [катод]. И кстати. если ты не против, я бы мог заночевать с тобой сегодня. Что скажешь? — Тысяча и одно ✅ДА✅! Вскоре Спамтона уложили в просторную кровать мистера Ант.Тенны. Сам же хозяин осторожно приобнял его. Они засыпали в обнимку, сопя в унисон. Спамтон был рад тому, что этот кошмар кончился и что его проблемы отныне действительно можно было разделить с его любовником, а значит он точно не одинок. Он засыпал, даже не подозревая о том, что в тот вечер уничтожил не все пиписы и один из них покоится в ящике рабочего стола мистера Ант.Тенны. Тенна был рад знать, что с его товарищем всё хорошо и тот ценит всю его заботу и поддержку. Он видел чудесные сны и даже не думал о том, что тот, с кем он спит в обнимку, на самом деле не имеет никакого секрета, которым изначально его заинтересовал. Уже завтра строгий начальник прикажет пиппинсам разбирать завалы мусора в кабинете Спамтона, а через несколько дней и он сам приступит к работе. И может быть, в один день оба найдут себя счастливыми в окружении семьи, которую сами возведут. И может быть, будут счастливы, платя налоги и загружая стирку в компании друг друга. Но это будет уже совсем другая история.