Не по сценарию

Ижаня будто бьёт током, и он отскакивает на шаг назад, натыкаясь спиной на дверь кабинки: — Чёрт… — тихо выругался он, будто скорее на себя, чем вслух. За это время Ци успел лишь прийти в себя и удивлённо посмотреть на Ижаня. В туалет зашёл оператор: — О, и вы тут! Репетируете? — попытался пошутить он. Ижань смутился ещё больше и, как всегда в такие моменты, опустил взгляд в пол — слишком быстро, почти резко. Повисла неловкая пауза. — Типа того, проигрываем сцену резкого обрыва контакта, — ответил Юнь Ци в привычном полушутливом тоне, при этом всё так же удивлённо глядя на Ижаня. — Ха-ха-ха! Совсем не отдыхается вам, даже в туалете, — с этими словами оператор закрыл кран и вышел из помещения. — Нам надо возвращаться к работе, — мимолётный взгляд на Юнь Ци, который он почти сразу отводит. — Пойдём. Ижань первым вышел из туалетной комнаты, как будто важно было выйти раньше. — Ну пойдём… — уже в пустоту ответил Юнь Ци. Его правая бровь чуть приподнялась. Съёмки рабочих моментов в офисе Ю Шулана продолжились. Работа кипела: разговоры то разгорались, когда нужно было уточнить детали текущей сцены, то стихали, стоило режиссёру скомандовать: «Начали». Всё шло в штатном режиме. Только Хао Ижань иногда бросал слишком задумчивые взгляды на Юнь Ци — задерживал их на долю секунды дольше, чем следовало, — когда был уверен, что тот этого не видит. Поздний вечер — и заветные слова режиссёра: — На сегодня всё, все молодцы, можем отдыхать. Завтра снимаем сцену здесь же, в задней комнате кабинета Ю Шулана. Сяо Хао и Сяо Юнь, у вас завтра съёмки поцелуя, готовьтесь. Молодые мужчины резко посмотрели друг на друга. В их взглядах читалось немое обещание подготовиться — и что-то ещё, не до конца оформленное. — Хорошо, лаоши! Будем готовы! — Юнь Ци, как всегда, широко улыбался. Так как группа жила в одном отеле недалеко от места съёмок, те, кто был налегке, решили дойти пешком. Часть команды осталась складывать оборудование, чтобы позже добраться на машине. За общими обсуждениями дня, процесса съёмок и смехом незаметно пролетели двадцать минут, и вскоре они уже стояли в холле отеля перед лифтами. — Ижань, покурим? — Юнь Ци слегка улыбнулся своей тёплой улыбкой — той самой, которой он улыбался только ему и только без камер. Ижань посмотрел на эту улыбку — и сердце забилось быстрее, слишком резко, почти неприятно, а к горлу подступил комок. Казалось, он задумался, будто взвешивая что-то внутри, но через несколько секунд всё же ответил: — Да… хорошо. Они вышли из лифта вместе на седьмом этаже. Здесь находились номера основных актёров и пары человек из команды. Остальные поехали выше. — Всем спокойной ночи, до завтра, — ребята попрощались с командой и зашли в номер Юнь Ци. Они вошли в номер, и взгляд Ижаня сразу упал на широкую кровать — вместе с этим нахлынули воспоминания о прошлой ночи: губы, руки, стоны… Слишком ярко. Он закрыл глаза, будто пытаясь не просто отогнать наваждение, а прервать мысль до того, как она развернётся дальше. — Ижань… — хрипло позвал его Юнь Ци. Он потянул его за руку и прижал спиной к двери. — Я не могу больше ждать ни секунды. С этими словами он жадно впился в губы своего Пупу, а руки торопливо принялись расстёгивать рубашку. В ответ раздался резкий короткий выдох. Ижань зарылся рукой в волосы партнёра и притянул его ещё ближе, углубляя поцелуй — слишком быстро, почти резко. Он целовал жадно, неистово — будто пытался успеть больше, чем позволял момент. — Пупу, пощади! — почти взмолился через несколько минут Юнь Ци. — У меня уже не осталось воздуха! Он засмеялся, ласково глядя ему в глаза: — Куда ты так торопишься? У нас ещё много времени вместе. Глаза Ижаня резко распахнулись, словно стали больше. На щеке дёрнулся нерв. Слова будто зацепились внутри. — Пойдём, — Ци потянул его за руку вглубь номера, туда, где стояла большая кровать. Такому напору сложно было противостоять. — Ну что, продолжим в более удобном месте? — лукаво улыбнулся Юнь Ци, сел на кровать и потянул Ижаня за собой. — Ты не представляешь, как я хочу повторить вчерашнюю ночь. Ижань сглотнул — медленно, будто заставляя себя. — Я тоже… Его рука скользнула к лицу Юнь Ци. Пальцы мягко коснулись чётко очерченных губ — задержались там чуть дольше, чем нужно. Он слишком хорошо помнил, ЧТО эти губы делали с ним ночью. Уши сразу покраснели, кадык резко дёрнулся, дыхание сбилось — почти незаметно, но ощутимо изнутри. Рука дрогнула… и словно потеряла силу, опускаясь на кровать. «Что-то не так?» — подумал Юнь Ци, а вслух заботливо спросил: — Ижань? Тот замер на несколько секунд, отвёл взгляд — не сразу, будто через усилие… И после паузы тихо выдохнул: — Кажется… я устал сегодня. Мало спал. Лёгкая улыбка тронула его губы — слишком аккуратная, почти выверенная. — Нам надо как следует выспаться, Бубу. Завтра эмоционально сложные съёмки. Нужно отработать их хорошо. Он потрепал его по волосам, всё ещё глядя в сторону — и так и не вернулся взглядом обратно: — Сегодня я переночую у себя. Спокойной ночи. Ижань встал — чуть быстрее, чем нужно, — развернулся и тихо закрыл за собой дверь. Давящая тишина обрушилась на Юнь Ци.