Аудит

Лифт не двигается. Минута проходит за минутой, и взгляд незнакомца напротив становится все более и более раздраженным. Грант никогда не мог похвастаться тем, что знает всех в компании, но этот человек точно не появлялся здесь раньше. Такого как он невозможно не заметить. Грант и сам не особый поборник официального стиля, но этот парень не просто пренебрежителен, он вызывающ. Растрепанные красные волосы, кожаная куртка, многочисленные серьги в ушах — он будто собирался на вечеринку, но совершенно случайно оказался в их бизнес-центре. Запертым с Грантом в одном лифте. Наедине. Хотя, кажется, даже если снять с него все эти вещи, парень все равно не сольëтся с толпой. Ощущение его присутствия слишком сильное, почти осязаемое. Его эмоции написаны на его лице. Совершенно очевидно, Грант его сейчас очень бесит. Грант думает, что им следует внести ясность и вежливо, но холодно спрашивает: — Чем я могу помочь? — Эй, это ты только что пялился, — возмущенно отвечает парень, а потом вдруг выдает, — Это же ты тот странный старик, который набрал себе в команду одних женщин. Грант очень медленно выдыхает. Это так глупо, хотя бы потому, что это неправда. Он не странный. Он вообще не старик. В его команде есть Джекс — не только женщины, понятно? — и все попали туда благодаря своим навыкам, а не чему-то другому. Тем не менее, этот парень его откуда-то знает. Откуда? Гранту не настолько любопытно, чтобы продолжать диалог. Заговорить было плохой идеей. Но не всё в его воле, потому что парень настроен продолжать: — Если бы ты не жал кнопку закрытия дверей, лифт бы не встал. Так он заметил. Ну и что? Неужели хотеть ехать одному в лифте — это преступление? — Извини? — отвечает Грант вообще не раскаивающимся голосом, — Лифт встал, потому что ты дёрнул двери, когда они почти закрылись. — Мне бы не пришлось этого делать, если бы ты — напоминаю — нажал другую кнопку, когда я — напоминаю — попросил придержать дверь. Туше. Вероятно, никто из них не виноват на самом деле, но срывать раздражение друг на друге слишком легко. Грант не думает ни секунды, когда с его губ срывается: — Может, если бы ты не считал, что все тебе должны... — Что сказал?! Напряжение, повисшее между ними в воздухе, вспыхивает. Незнакомец хватает его за воротник рубашки. Грант холодно смотрит сверху вниз: и что этот парень пытается сделать? Грант тоже мужчина. Всё, что незнакомец может сделать, Грант может сделать с ним в ответ. — Отпусти, — глухо произносит он. — Что если нет? — ухмыляется незнакомец и только крепче стискивает кулак. С Гранта хватит. Он резко наклоняется и бьет своим лбом по лбу незнакомца. На секунду это работает, тот в шоке отстраняется, делает шаг назад — но потом поднимает пылающий взгляд снова, и Гранту прилетает по челюсти. Удар сильный; голову мотает в сторону, очки слетают на пол. Грант заносит руку в ответ... Двери лифта открываются. Первое, что слышит Грант, это голос Джекса: — Вау. Вы же, типа, минут на пятнадцать всего застряли. Вы чего? И правда, чего это он? Он никогда не терял себя в эмоциях так стремительно. Грант отстраняется, проводит рукой по лицу, возвращая себе спокойствие, и оборачивается. За незнакомцем пришёл очень обеспокоенный секретарь самого директора, а за Грантом — вся его команда. Четыре ошеломленных женских лица и один Джекс. Ну, отлично. Из-за этого парня он напугал своих подчинённых. Так или иначе, все что он может, это поднять с пола свои разбитые очки и тяжело вздохнуть: — Пойдемте отсюда. Он уходит, не оборачиваясь. *** Вечером его вежливо просят подойти в отдел кадров. Необходимость идти туда вызывает глухое, скребущее раздражение — не потому, что Грант боится последствий, а потому что он правда очень сильно не хочет снова видеть этого парня. Но ему приходится. В кабинете с стеклянными стенами — тот самый незнакомец и начальница отдела кадров, Мелисса. Незнакомец улыбается и что-то говорит, женщина смеется, прикрывая рот ладонью. Настроение Гранта портится ещё больше, и он открывает дверь. Эти двое сразу же замолкают и поворачиваются к нему. Незнакомец поднимает руки ладонями вперёд в защитном жесте и быстро говорит: — У меня к тебе нет претензий, — и быстро показывает взглядом на Мелиссу, — Это все они. Грант смотрит на женщину следом и подтверждает: — У меня к нему тоже нет претензий. Мы свободны? Взгляд Мелиссы делается немного усталым. Проблемы, которые люди не хотят признавать, тяжелее всего решать. — Увы, но нет, — она вынуждена их разочаровать, — Присаживайтесь, Грант. Если честно, в это довольно тяжело поверить. Двое мужчин, сидящих перед ней, по отдельности самые милые люди, которых она только знала. Но едва они оказались в одной комнате, воздух будто раскалился. Да и то видео с камер наблюдения — будто в лифте заперли не двух взрослых мужчин, а двух дворовых котов. — Грант, я уже задавала этот вопрос Кейну, но теперь задам его вам, — она щелкает ручкой, пытаясь себя подбодрить, — У вас были конфликты ранее за пределами компании? — Нет, никаких, — честно отвечает Грант, — Мы не знакомы. Он вообще только сейчас узнал, как зовут этого парня. — В это сложно поверить, — скептически улыбается Мелисса. Гранту в это тоже сложно поверить. Он не дрался... со времён университета, наверное? Так сорваться на ровном месте, это даже немного стыдно. Он молчит, не собираясь говорить больше, чем минимально необходимо. В вязкой тишине отчётливо слышно, как женщина мелко сглатывает. Кейн сразу поворачивается к нему и тянет: — Ты напугал Мелиссу. Не реагируй, не реагируй, не реагируй, это того не стоит... Грант пытается сдержать себя, но с ужасом осознаёт, что его рот уже произносит: — Что ты пытаешься этим сказать? — Ты слышал... — Хватит, — говорит им Мелисса строго, и они вынужденно замолкают, — Я должна поставить здесь подпись, что вы сможете продуктивно сотрудничать. Если потом у вас возникнут проблемы, отвечать буду я. Как думаете, я осмелюсь подписаться? Снова повисает тишина. На этот раз Грант действительно смущен. Да что с ним такое сегодня? — Я буду продуктивно сотрудничать, — выдавливает он. Женщина переводит взгляд на Кейна. Тот морщится, но тоже произносит: — Я буду продуктивно сотрудничать. Не нужно быть гением, чтобы понять, что Мелисса им абсолютно не верит. Тем не менее, ещё через несколько минут зловещей, давящей тишины она подписывает бумаги и выпроваживает их вон. Что ещё ей остаётся? Даже если она начальница своего отдела, её должность все ещё не позволяет ей надавить ни на одного из них. Молча они проходят по одному коридору и вызывают лифт. У Гранта плохое предчувствие. Часть его хочет бросить все и пойти по лестнице, но другая часть — чистое упрямство — заставляет его остаться. На этот раз лифт послушно везёт их вниз без всяких происшествий. Двери открываются, когда Кейн первый нарушает тишину: — Я разбил твои очки, — подумав, добавляет с сомнением, — И рубашку порвал, да? Я заплачу. Грант переводит на него взгляд. Вообще-то... вообще-то это звучит весьма любезно. Как будто этот Кейн, ну, не такой уж мудак. Кроме того, они обещали сотрудничать. Он заставляет себя сказать: — Ладно. Через несколько минут, когда Грант уже сидит в своём кабинете, на телефон приходит уведомление: ему на счет пришла полная сумма, даже немного округленная в большую сторону. Грант устало сжимает переносицу. Он вообще себя не понимает. Если бы Кейн был полным придурком, то такую острую реакцию ещё можно было хоть как-то объяснить — хотя это и было ему несвойственно. Но Кейн не был, не так ли? Тогда почему Грант продолжает возвращаться к нему мыслями снова и снова?