Секреты Стива Харрингтона

Октябрь 1984 года. Хэллоуинскую вечеринку у Тины Стив запомнил надолго, не потому, что она была особенно весёлой, а потому, что на ней его жизнь окончательно разделилась на «до» и «после». Дом Тины был заставлен тыквами с горящими свечами и завешен паутиной. В углах мигали цветные лампочки, из колонок гремела музыка — что-то модное, но слишком громкое, отчего голова начинала болеть уже через десять минут после прихода. Воздух был густым, пропитанным дымом дешёвых сигарет и приторным запахом тыквенного пирога из кухни. Кто-то уже успел разлить пиво на ковёр, и теперь по гостиной тянулся кисловатый запах, смешиваясь с остальными ароматами в невыносимый коктейль. Стив стоял у стены с банкой пива в руке, которую не пил уже полчаса, и смотрел, как Нэнси уходит с вечеринки. Нэнси Уилер, его девушка — уже бывшая, как выяснилось этим вечером. Их отношения и так рассыпались, как карточный домик. Но Стив надеялся, что все еще можно исправить. Видимо надеялся только он. Она подошла к нему в самом начале вечеринки, и сказала те слова, которые он боялся услышать с того самого дня, как увидел её в окне с Джонатаном. — Всё кончено, Стив. Я не хочу тебя обманывать. Между нами уже ничего нет. Она сказала это почти мягко, без той жестокости, с которой женщина в кино разбивает сердце герою. Но от этого мягкого тона было только больнее. Стив кивнул, не зная, что ответить. Сказал что-то вроде «как хочешь», хотя внутри всё кричало. Она ушла домой, будто приходила только для этого, а он остался стоять у стены с банкой в руке, чувствуя себя полным идиотом. Чувство было дурацкое. Стив поймал себя на мысли, что, в общем-то, и сам не был уверен, что хочет быть с Нэнси. Но знать, что она предпочла ему Джонатана Байерса — тихого странного омегу, вечно молчаливого, — было странно. Будто его, Стива Харрингтона, поставили на одну полку с кем-то и он проиграл. В целом так оно и было, он был порченый, не полноценный. Конечно Нэнси, как альфа предпочла нормального омегу. Она все еще думала, что Стив бета. От мыслей становилось только хуже. Стив допил пиво, смял банку и пошёл бродить по дому, наблюдая кто, чем занят. Томми с Кэрол куда-то запропастились. Не то, что бы он их искал. Они не общались с прошлого года, после той драки в столовой. Стив остался один. Он побрёл в поисках места, где можно спокойно посидеть, и забрёл в дальнюю комнату, где было темно и почти пусто. Только несколько человек курили на подоконнике, открыв окно, чтобы холодный октябрьский воздух тянул дым наружу. В углу на старом диване сидел Эдди Мансон — Стив узнал его по длинным кудрям, которые даже в полутьме казались чёрными и непослушными. На плечи была накинута какая-то потрёпанная джинсовая жилетка с нашивками, на пальцах поблескивали кольца. В руках Эдди держал самокрутку, которая практически закончилась, дотлевая последним дымом. Эдди можно было найти на каждой большой вечеринке, он торговал, а потом уходил. Стив никогда с ним не разговаривал, обычно все покупал Томми. — Эй, Мансон, — Стив подошёл к дивану. — Хочу купить у тебя чего-нибудь. — А вот и ты, Харрингтон, — ответил Эдди, не поднимая головы. — Бывший король школы, ныне свергнутый и изгнанный, снизошел до простого люда и пришел ко мне. — он растягивал слова в какой-то манере, как будто рассказывал фэнтезийную историю. — Слышал, тебя сегодня бросили. Стив замер. — Откуда ты знаешь? — Вечеринка маленькая, — пожал плечами Эдди. — А слухи здесь расползаются быстрее, чем плесень в раздевалке. Сохранять тайны в этой дыре не умеет никто. Он наконец поднял голову, и улыбнулся, в темноте блеснули карие глаза, почти чёрные. Стиву захотелось уйти. Но домой идти не хотелось. А больше было некуда. Он сел на диван рядом с Эдди, оставив между ними небольшое расстояние. — У тебя есть травка? — спросил он еще раз. Эдди достал свой ланчбокс, показал пустоту. — Опоздал, Харрингтон. Моё добро разошлось ещё до первых петухов. Но если хочешь составить компанию, могу что-нибудь найти у себя в логове. Если, конечно, ты не боишься заходить в трейлерный парк. Стив хотел сказать, что не боится. Но на самом деле боялся немного. Не того, что Эдди что-то сделает, тот выглядел слишком спокойным для чего-то агрессивного. А того, что он окажется в чужом доме, на чужой территории. — Пошли, — сказал он, поднимаясь. Эдди посмотрел на него с некоторым удивлением — видно, не ожидал, что Стив согласится. — Ну пошли, — хмыкнул он и пошёл к выходу. Трейлер Эдди оказался не таким страшным, как Стив себе представлял. Да, тесным, с потёртым линолеумом на полу, с запахом травки и старого дерева, который въелся в стены. Везде лежали книги, на стенах висели плакаты с группами, названия которых Стив не знал, на полках была коллекция бейсболок и разных кружек. В этом хаосе было что-то уютное и пахло даже как-то спокойно. — Располагайся, чувствуй себя, как дома, — сказал Эдди, кидая ключи на стол. — Ты один живешь? — спросил Стив, аккуратно. — Нет, с дядей, он на ночной смене. Эдди прошёл на кухню, залез в шкафчик и достал небольшой свёрток. — Мой личный запас для особых случаев, — пояснил он, доставая из пачки самокрутку. Они закурили прямо на кухне, открыв маленькое окошко, и ветер колыхал занавески, выдувая дым наружу. Стив сел на потрёпанный диван, который когда-то был чёрным, а теперь отливал серым, и глубоко затянулся, чувствуя, как напряжение понемногу отпускает плечи. — А ты хорошо куришь — сказал Эдди, усаживаясь напротив в единственное кресло, которое, казалось, держалось на честном слове и паре гвоздей. — Я не первый раз, Томми раньше у тебя покупал, — буркнул Стив. — Помню, — Эдди потянулся и выдохнул дым в потолок, — Вы больше не общаетесь? — Нет, он придурок. — Стив затянулся еще раз. — Согласен, всегда продавал ему дороже. — улыбнулся Эдди и затянулся еще раз. — Так почему Уилер тебя бросила? — Не знаю… — буркнул Стив надувшись,— она выбрала этого омегу Байерса. — Думаешь из-за того, что она альфа? — спросил Эдди, смотря в потолок и выпуская дым одновременно зажимая косяк губами. — Почему же еще. — Не все альфы любят омег, — заметил Эдди как бы между прочим. — может она нашла в нём того, кто её слушает. А не просто кивает, пока она говорит, а сам уже думает, куда её поцеловать в следующую секунду. — Чувак,— застонал Стив усаживаясь на диване поудобнее,— ты не помогаешь. И что значит не все альфы любят омег? Они же придуманы для этого. Эдди засмеялся. — Стив, ты рассуждаешь, как младшеклассник. Тебе повезло, что ты бета и не чувствуешь запахи феромонов. У омег они такие, что у любого альфы мозг отключается, особенно во время секса. Так что я, например, омег не люблю, именно по этой причине. Люблю холодную голову. Стив не стал говорить, что он может чувствовать запахи, чтоб не раскрыть себя. — Значит ты никогда не был с омегой? — Был конечно, пару раз, тогда и понял, что это не мое. Все мозги отключаются и ты становишься каким-то животным. Я хочу оставаться в здравом уме. — А с бетой? — С бетой нормально, — голос Эдди стал спокойнее. — С бетой можно поговорить. Они не текут, не падают в обморок от запаха и не пытаются тебя сожрать в прямом смысле слова. Стив тихонько рассмеялся. — Я был с омегой, девчонкой,— зачем-то уточнил Стив. — мозги не отключались. — Ну так потому, что ты бета. Стив притих, снова чувствуя себя каким-то не таким. Эдди посмотрел на него долгим взглядом, потом хмыкнул. — Слушай, Харрингтон. Ты, конечно, идиот, если думаешь, что дело только в статусах. Но я тебе скажу так: если человек тебя бросает только потому, что у тебя нет нужного ярлыка, то этот человек тебя и не заслуживал. — Эдди стряхнул пепел в пустую банку из-под колы, стоявшую на подлокотнике и снова затянулся. — Ага, — растеряно пробормотала Стив, докуривая косяк, его уже расслабило и казалось он растекается по дивану. — знаешь, Мансон, а ты не такой, как я думал. Эдди засмеялся. — А что ты думал, я злой, чокнутый фрик? — Что-то типа того. — Ладно, Харрингтон, ты тоже не такой придурок, как я думал. Они немного помолчали. Тишина была даже какой-то уютной. — Наверное, мне пора домой,— начал Стив, пытаясь встать с дивана. — Как ты поедешь в таком состоянии, посиди немного, чтоб отпустило. Могу включить музыку, чтоб не было скучно. Эдди вскочил с кресла и подошел к магнитофону перебирая кассеты. — Давай, — согласился Стив. — А ты что слушаешь, Харрингтон? — Ну… разное. — Разное — это когда у тебя в плеере кассета Duran Duran и ты стесняешься в этом признаться. — А что в них плохого? —насупился Стив. — О, значит я угадал? — Эдди рассмеялся. — Это было легко. Но к сожалению, музыки для старшеклассниц у меня нет. — А ты что слушаешь? — спросил Стив, все еще растекаясь по дивану. — Металл, Харрингтон. Настоящий. Такой, от которого у твоей мамочки уши в трубочку сворачиваются. — Покажи. — бросил ему вызов Стив, наконец приподнявшись. — …Что? — удивился Эдди. — Покажи, что ты слушаешь. Я серьёзно. — Ты упадёшь в обморок на второй минуте. — Не упаду. Эдди ставит кассету, гремит что-то тяжёлое, Стив морщится, но слушает до конца. — Ну как? — Голова болит. — В этом и весь прикол, Стив. Они просидели так до полуночи. Говорили о разном — о школе, о музыке, о фильмах. Эдди в шутку дразнил Стива за его вкусы, но Стив чувствовал, что тот не хочет его обидеть. Оказалось, у них больше общего, чем Стив мог предположить: оба не вписывались в рамки, которые им навязывали. Просто делали это по-разному. — Знаешь, — сказал Эдди, когда Стив уже собрался уходить, — если когда-нибудь снова захочешь покурить — приходи. У меня тут всегда есть, чем заняться. Стив кивнул. Он не знал, примет ли это приглашение. Но что-то подсказывало ему, что примет. ————— В школе они иногда пересекались. В коридорах, в столовой, на парковке. Эдди кивал ему издалека, Стив кивал в ответ, иногда перебрасывались парой слов. Никто из их общих знакомых не понимал, как бывший король школы мог общаться с трейлерным отбросом, но Стиву было плевать. С начала учебного года ему вообще стало не до того, что о нем думают. Особенно после того, как Билли Харгроув появился в Хоукинсе. Билли — новенький из Калифорнии, который приехал в город вместе с отцом и сводной сестрой, — быстро дал всем понять, что королём школы теперь будет он. Старшекурсник, самоуверенный до зубного скрежета, с голубыми глазами, в которых светилось что-то хищное, и с шикарной машиной, которую он вёл так, словно дороги принадлежали ему одному. Было сразу понятно, что он альфа. Но Стиву было плевать, на все это. Билли с первого дня начал подкалывать Стива. Сначала мелочи — косые взгляды в столовой, толчок плечом в коридоре. Потом перешёл к словам. — Харрингтон, — окликнул его Билли однажды во время большой перемены, когда Стив сидел один за столом в углу столовой. — А где твоя девчонка? Я слышал, она теперь с тем психом, Байерсом. Бросила тебя ради омежки фотографа? Стив поднял голову и посмотрел на Билли в упор. Тот ухмыльнулся, довольный собой, и пошёл прочь, оставив Стива одного за столом. Он смотрел в окно столовой, за которым ветер гнал листву по асфальту, и чувствовал, как внутри потихоньку нарастает пустота, он не знал, что с ней делать. Иногда, когда ему становилось совсем плохо, он искал взглядом Эдди. Потому что ему казалось, что Эдди не плевать. Потому что Эдди в ответ хотя бы кивал. Однажды после уроков Стив сидел в библиотеке, пытаясь вымучить свое эссе для колледжа. Он заметил, как Эдди идёт между столов со своим адским пламенем — так он называл свою компанию. Пацан с копной кудрей, который постоянно крутился рядом, что-то доказывал, спорил, жестикулировал. Другие, помладше, шли следом, слушая Эдди с каким-то благоговением, словно каждое его слово было откровением. Эдди смеялся, размахивал руками, рассказывая про какую-то книгу. Стив отвернулся к своему эссе, в его груди шевельнулось что-то, похожее на зависть — не к тому, что Эдди был популярен, а к тому, что у него были эти люди. И они были ему нужны, а он был нужен им. Стив сосредоточился на эссе. Нужно было написать о том, кем он хочет стать. О своих целях и мечтах. Стив смотрел на бумагу и не мог выжать ни строчки. Баскетбол? Вечеринки? Красивая машина? Всё это казалось чужим, не его. Он сжал ручку так, что побелели костяшки, и сделал ещё одну попытку. Ничего. Лист оставался пустым, а в голове гулко стучало. — Эй, Стив? — голос Дастина вырвал его из мыслей. Стив поднял голову. Это был Дастин. Они давно не виделись. Дастин стоял возле его столика, сжимая в руках рюкзак, набитый книгами и какими-то бумажками, торчащими во все стороны. — Дастин? Ты что тут делаешь? — удивился Стив. — Эм, ты в курсе, что библиотека общая для всей школы? — посмотрел Дастин с долей скепсиса. — Нет, я тут в третий раз. — Оно и видно, слушай, у нас сегодня игра. — Какая игра? — Подземелья и драконы, ты чего? Я же тебе говорил. Дома у Уилла. Пойдём, поможешь. — Ты говорил мне? Когда это было? И я не играю в ваши игры. — А кто тебя зовёт играть? — Дастин склонил голову набок, как любопытный воробей. — Ты нам нужен для страховки. Его мамы нет, Джонатан уехал по делам, а другие родители не отпускают нас без присутствия взрослых в доме. Побудешь охраной, посмотришь. Будет интересно. Стив хотел отказаться. У него не было настроения сидеть в чужом доме детьми, как нянька, слушать их споры о кубиках и правилах. Но он посмотрел на чистый лист перед собой, подумал о пустом доме, где его никто не ждёт, и вздохнул. — Ладно, Хендерсон. Идём. Дом у Байерсов был не большим. Стол посередине был заставлен картонными фигурками, кубиками всех цветов и видов и стопками бумажных листов. Вся компания была в сборе: Уилл, Майк, Лукас, Макс и Дастин. Стив сел на свободный стул у стены, сложил руки на груди и приготовился скучать. Но чем дольше он слушал их разговоры, тем больше понимал, что эта игра была не просто забавой. Дети спорили о тактике, обсуждали последствия своих решений, иногда кричали друг на друга, но при этом, когда дело доходило до дела, они объединялись. Как в настоящей команде. В середине игры в дверь постучали. Уилл побежал открывать. Билли Харгроув стоял на крыльце, сверкая глазами. — Макс здесь?! — он оттолкнул Уилла заходя внутрь,— Макс, где ты шляешься? Уже поздно, а я тебя по всему городу ищу! — Я тут, с друзьями, — ответила Макс, поднимая голову от карты. — С друзьями, — передразнил Билли, подходя ближе. — С этими? — Он окинул взглядом детей, сидящих за столом, и скривился. — Макс, собирайся, отец будет злиться. — Нил всегда злится, какая разница, — буркнула Макс. Искра переросла в пламя. Билли начал кричать, Макс не уступала. Дети сжались, кто-то опустил глаза, кто-то сжал кубики в руках. Стив чувствовал, как напряжение нарастает, и понимал, что сейчас произойдёт что-то нехорошее. Он встал и подошел ближе. — Харрингтон, — вдруг обратился к нему Билли, развернувшись от Макс. — А ты чего тут? Нянчишься с малышами? Папочка больше не даёт денег на нормальные вечеринки? — Билли, хватит, — попыталась остановить его Макс. — Заткнись, — бросил он ей. Стив отодвинул ее от Макс. — Уходи, Харгроув. Сейчас не время. Я привезу Макс, когда они закончат. Билли медленно развернулся к нему. В его глазах что-то вспыхнуло — злость, которая копилась весь вечер, ища выход. — Что ты сказал? — тихо спросил Билли, делая шаг вперёд. Он схватил Стива за воротник рывком, притянул к себе. От него пахло тяжелыми феромонами злого альфы. У Стива даже что-то испугано екнуло на задворках сознания. — Кто ты такой, чтобы мне указывать? — голос Билли стал низким, почти шипящим. — Тебе слово никто не давал. Ты всего лишь убогая, слабая… — Отпусти его, Билли! — закричала Макс. — Нянчишься тут с детишками, потому что больше ты никому не нужен. Не удивительно, что Уилер тебя бросила. Стив рванулся, выворачиваясь из захвата. — Я сказал, отпусти. Он толкнул Билли в грудь, и тот, не ожидая сопротивления, отпустил воротник и отступил на шаг. На его лице мелькнуло удивление, которое тут же сменилось хищной усмешкой. Билли бросился вперёд, и Стив не успел уклониться. Удар пришёлся в скулу — резко, с хрустом, от которого в глазах потемнело. Стив пошатнулся, но устоял. Не думая, он ударил в ответ, куда-то в корпус, лишь бы попасть. Билли бил сильно и зло, Стив — отчаянно, скорее защищаясь, чем нападая. Кто-то из детей закричал, кто-то замер в ужасе. — Билли, прекрати сейчас же! — Прорычала Макс замахиваясь битой, в ее голосе былы слышны доминантные ноты, помещение заполнилось вторым альфа-запахом, не слабее чем у Билли.— Я сказала, отойди от него! Билли замер. Перевёл взгляд со Стива на лицо Макс — раскрасневшееся, с горящими глазами, — и что-то в нём дрогнуло. Может быть, удивление. Может быть, что-то ещё, чему Стив не мог подобрать названия. — Надо же, малышка Макс у нас альфа, — бросил Билли, вытирая тыльной стороной ладони разбитую губу. Он отбросил Стива обратно на пол, и встал хватая Макс под локоть. — Пошли. Сейчас же. Макс нехотя опустила биту, бросила на Стива извиняющийся взгляд и пошла к выходу. Билли вышел за ней, хлопнув дверью так, что со старой полки слетели картонные фигурки и рассыпались по полу. В доме повисла тишина. Только тяжёлое дыхание Стива разбавляло тишину. — Ты как? — спросил Дастин, подходя осторожно. — Нормально, — сипло ответил Стив, прижимая ладонь к разбитой губе и проверяя переносицу. Он соврал. Было больно. И не только от ударов. — Ладно, — сказал он, стараясь говорить спокойно. — Пошлите, я отвезу вас по домам. — Я останусь с Уиллом.— сказал Майк. — Как хочешь, только предупреди своих родителей. Лукас? — Стив посмотрел на мальчишку. Тот кивнул. Играть дальше без Макс все равно уже было бессмысленно. На следующий день в школе Стив старался держаться подальше от лишних глаз. Синяк под глазом, проступивший за ночь, был прикрыт тональным кремом, который он нашёл у мамы в комнате. Но скрыть боль в теле было сложнее — Билли бил сильно, и каждое движение отдавалось в рёбрах ноющей болью. После урока физкультуры он задержался в душевой дольше всех, ожидая, пока остальные разойдутся. Но Билли, видно, поджидал его. Томми был с ним — бывший друг, теперь ходил за новым королем. — Харрингтон, — окликнул Билли, вставая под струи воды — Ты чего такой кислый? Из-за того, что твоя девка теперь скачет на Байерсе? Я слышал, их сегодня в школе не было. Вместе прогуливают, наверное. Стив молчал, намыливая волосы. — Стив, да ладно тебе, — влез Томми. — Ну бросила тебя Нэнси, бывает. Может, ты просто не справился? — Закрой рот, Томми, — тихо сказал Стив, не поднимая головы. — Ой, какие мы нежные, — рассмеялся Билли, подходя ближе. — Ничего, в море еще полно рыбы. Найдешь себе кого-нибудь, если конечно кто-то снизойдет до такого. Стив сжал зубы, но промолчал. — А что, — продолжал Билли, — кто еще захочет спать с таким, у тебя даже запаха нет. Удивительно, что Уилер вообще тебе дала. Они вышли, оставив Стива одного. Дверь хлопнула, и в душевой повисла тишина — только вода шумела, стекая с его плеч. Стив стоял под душем, опустив голову, и больше ничего не чувствовал.