Сукэбан и дело проливных дождей

Вечер августа в Токио всегда был прекрасным. Природа всё ещё дышала летней жарой, и в такие моменты как никогда понимаешь, что не хочешь терять эти мгновения, хватаясь за них как можно крепче. Особенно прекрасными такие вечера становились в компании дорогих друзей. Такемичи был рад, что Доракен и Майки помирились, и особенно он был рад, что стал причиной их примирения. Блондин и подумать не мог, что у него получится, пусть и весьма сомнительным и унизительным образом. — Майки, Доракен, так из-за чего вы поссорились? — Юноша задал вопрос, правда желая узнать, за что были уничтожены его драгоценные вещи. — А? Я уже забыл, — хмыкнул Майки, вызывая у Такемичи нервное подёргивание глаза. Забыл, значит?! А то, что Ханагаки чуть к праотцам не отправился от страха, это, блин, что — шутка?! — Не слушай этого идиота. Если серьёзно, то нас тоже волнует то, что происходит в последнее время. Вмешательство «Скорпиона» на нашу территорию ставит под сомнение авторитет Тосвы, — лёжа на небольшом возвышении, сказал Доракен. — Они хоть там все и девочки, но уже за короткое время поставили район Мэгуро на уши, подавив всех местных мелких мошек, возомнивших себя гопниками. Они пришли на нашу территорию и вмешались в наш конфликт, что со стороны выглядит… — Дерьмово, — завершил мысль друга Майки, поднимаясь. — Наши территории соседствуют, что ещё больше усугубляет ситуацию. Такемичи некоторое время размышлял, а потом понял. Это появление могло рассматриваться как угроза захвата территории Тосвы. Но Такемичи ведь прекрасно знал, что дело тут совсем не в территории. Их мотивы куда глубже. — Та девчонка ведь не просто так приходила к тебе, да, Такемичи? — Майки смотрит на парня тем самым взглядом, от которого хочется сбежать хоть на край света, хоть на другую планету. И чем дальше, тем лучше. Такемичи понимал, что Майки, несмотря на внешнюю непосредственность и детское поведение, глупым не был от слова совсем. — Ты прав. «Скорпион» хочет предложить Тосве временное перемирие. Одной из убитых девушек была их капитан. — Такемичи не хотел врать. Это у него никогда не получалось хорошо. А сейчас, находясь под прицелом двух пар чёрных глаз, он бы и подавно не смог бы придумать что-то достаточно убедительное. — Вот оно как… — Майки наконец переводит взгляд куда-то вдаль. — Что думаешь, Кенчик? Доракен тоже поднялся, принимая сидячее положение. Он уже смог составить определённое впечатление об этой банде. Впечатление было неоднозначным. Случай с Осанаем показывал их жестокость в методах и подходах, но тем не менее они придерживаются своего кодекса чести, о котором слухи доходили и до него. — Стоит попробовать, хотя бы потому что они обладают информацией, которой нет у нас. Этот подонок выборочно оставляет трупы именно на нашей территории, что может спровоцировать полицию на мысли о нашей причастности. Не хватало, чтобы они начали шнырять тут ещё сильнее. — Дело было не только в этом. В основном вся проблема заключалась в том, что репутация Тосвы становилась всё более шаткой. Что это за банда, которая не может навести порядок на своей земле? И, конечно, тот факт, что им это не нравилось, тоже играл свою роль. – плюс ко всему, они и правда спаси Па в некотором роде поэтому стоит отдать им должок. — Что ж, тогда ты этим и займёшься, Такемичи! — возвращаясь в прежнее беззаботное состояние, буквально пропел Майки, подходя к ребятам, игравшим неподалёку в футбол. — Чего? — но ответ ему давать явно не собирались. «На что я, блядь, только что подписался?!» --- Такемичи ненавидел то, с какой регулярностью он в последнее время ввязывался в разного рода неприятности. Он был уверен: рано или поздно это закончится для него последним гвоздём в крышку гроба. Собственно, этот случай исключением не был. Вот он идёт по направлению к храму Ютэндзи и молится всем богам, чтобы ему дали сказать хотя бы слово. Он шёл напрямую в тыл, хотелось надеяться, бывшего врага Тосвы, с надеждой, что его выслушают. «Надеюсь, первой, кого я встречу, будет Мэй», — видя вдалеке верхушку храма, подумал парень. Сейчас был вечер, оттого окрестности храма оказались очень оживлёнными. Всюду ходили девушки с разной внешностью и разного возраста, но объединяло их всех одно: форма, которую Такемичи уже приходилось видеть ранее. Вышитые на спинах скорпионы были повсюду, но на парня удивительным образом пока что не обращали внимания. Как оказалось, это было ненадолго. — Эй! Ты кто такой, задохлик? Чего припёрся на территорию «Скорпиона»? Пару лишних костей имеешь? — насмешливо засмеялась шатенка, сидевшая на ступенях, что вели к храму. Десятки взглядов тут же оказались направлены на него. Такемичи чуть расправил плечи, словно стараясь казаться больше, но уверенности ему это не внушало вот совсем. Та самая шатенка поднялась со своего места и приблизилась к парню, явно не собираясь слушать цель визита. — Я пришёл к вашей главе, — громче чем нужно заявил парень, вызывая всеобщий хохот. — Ты? К боссу? А ты уверен, мальчик? Она у нас суровая. Парой сломанных костей не отделаешься, — девушка приблизилась совсем вплотную. Она была выше Ханагаки на полголовы. — Мао, прекрати пугать гостей. Это не красиво. — Стоило только шатенке услышать грубоватый хриплый голос, как она тут же отстранилась и взглянула на источник звука. Там, выше по лестнице, спрятав руки в карманы, стояла высокая девушка всё в той же форме. Такемичи не мог не подумать, что её причёска очень похожа на причёску Доракена. Отличием было лишь то, что волосы были собраны не в косу, а в пучок, закреплённый шпилькой, на конце которой виднелось соцветие сирени. И она, в отличие от заместителя командира Тосвы, была брюнеткой. — Простите, командир! — тут же стушевалась Мао, кланяясь брюнетке. Та только хмыкнула и перевела взгляд на Ханагаки. Парень второй раз за день поймал себя на мысли, что хочет сбежать куда-нибудь далеко. Взгляд незнакомки не был похож на устрашающий взор Майки. Он был колючим, изучающим и настороженным. Она словно в любой момент была готова нанести удар. — К боссу, говоришь, пришёл? Ну идём, смертник, — хохотнула брюнетка, поворачиваясь спиной к единственному тут парню и направляясь вверх по лестнице. Такемичи некоторое время стоял на месте, а после лёгкого толчка в спину от шатенки буквально помчался вперёд, нагоняя судя по всему одну из командиров. Она шла спокойно и, судя по всему, никуда не спешила. Нагнав её, парень тоже замедлился, идя чуть позади. — И как тебя звать-то, чудо? — не оборачиваясь, задала вопрос Анэми, всё ещё держа руки в карманах. — Ханагаки Такемичи! — приосанившись, представился парень, но это на брюнетку не произвело никакого эффекта. — Ясненько. Будем знать, что на похоронной табличке писать, — голос Анэми звучал крайне серьёзно, что внушало Такемичи страх. Как-то ему уже и не хотелось ничего. Всё, что он хотел, — стать… ну, например, белкой и сбежать отсюда. А Майки потом сказать, что провалился, делов-то! В первый раз, что ли? «Даже интересно, как отреагируют ребята, получив мой хладный труп с ленточкой сбоку?» — невесело рассуждал блондин, но всё же продолжал шагать вперёд. Дойдя до конца лестницы, парень уже успел накрутить себя до такой степени, что думал повернуть назад. Останавливало его лишь то, что у него была серьёзная причина находиться тут. Он не шутки шутить пришёл, в конце концов. Территория вокруг храма была не менее оживлённой, чем её подножье. Но тут царила совсем иная атмосфера. В разных местах были разные группы девушек, и все они дрались. Здесь было около тридцати человек, и те, кто не принимал участия в драках, поддерживали своих кандидаток на победу. Анэми прошла прямиком к одной из групп, наблюдая за схваткой. Две девушки ожесточённо дрались между собой, нанося удары и кулаками, и ногами. — Амина, локти ближе к туловищу! Чиа, блокируй удары, я сколько раз говорила?! — слышался громогласный голос над толпой. Голос принадлежал девушке, которую в толпе не заметить было невозможно. Рыжие волосы, собранные в высокий хвост, уже выделяли её из толпы, но ко всему этому самым ярким в её образе была белая форма, а не чёрная, как у остальных. Рин обходила небольшие группы, поочерёдно поправляя недочёты в их действиях. — А вот и наша босс. Эй, Рин! У нас тут гости! — крикнула Анэми. Та заметила Такемичи почти сразу. — Амина, Чиа, отрабатываете блокировку, — приказала рыжеволосая, и тон драки изменился. Теперь одна нападала, а вторая старалась заблокировать все удары. Рин же начала приближаться к Такемичи, сканируя его взглядом. — Это Такемичи Ханагаки. Заявил, что у него есть к тебе один вопросик, — Анэми, не скупясь на силу, хлопнула парня по спине, и тот почувствовал, как что-то хрустнуло. — Анэми, прекращай кошмарить парня, — строго отчитала девушку глава, глядя на ту с неким осуждением. — Да ладно тебе, Рин, я же не серьёзно. Так, подшутила чутка. — Почему жертвой «шутки», которая на шутку мало смахивала, стал Такемичи, он не знал. И почему всегда шутят так с ним, он тоже не знал, но был готов поставить сто тысяч йен, что во всём виноват его ореол круглого неудачника. — Отойдём, Такемичи. Я привыкла обсуждать все вопросы вдали от ненадёжных ушей. — Камень явно был брошен в огород Анэми, но та решила всё же не уточнять. — Итак, для чего ты пришёл на нашу территорию? Надеюсь, твой вопрос достоин моего внимания, иначе будет жаль потраченного времени. — Рин производила впечатление крайне серьёзной девушки, видевшей многое. Если бы Такемичи задумался, он бы не смог точно сказать, сколько ей лет. Сейчас глава скорпиона стояла боком 4 юноше рассматривая с возвышения на котором находился храм на вечерний город. Её взгляд был щадумчив и несмотря на чужое присутствие она казалось была где-то совсем не тут. Рижеволосая оперлась локтями на ограду которая окружала храм. Ветер трепал выбившиеся из хвоста пряди иногда закрывая обзор. Такемичи некоторое время смотрел на этот образ в потом выпалил как есть. — Токийская Свастика тоже обеспокоена тем, что происходит. Майки сказал, что согласен на временное перемирие. Он тоже хочет разобраться с тем, кто убивает девушек, — на одном дыхании выпалил Такемичи, глядя в глаза главы «Скорпиона». Он не был намерен отступать. — Вот оно как? И откуда же Майки узнал, что мы собираемся предложить сотрудничество? — Тон девушки приобрёл угрожающие нотки. Такемичи понял, что хорошенько так прокололся. Он замер, не зная, как выпутываться из этой ситуации. Отдалённый безлюдный участок за храмом явно не способствовал рациональному мышлению. — Мэй, не скажешь, как глава Тосвы узнал про наши планы? — Рин обернулась, глядя на одно из деревьев. За деревом показалась белая макушка. Девушка вышла из укрытия и направилась к главе, не поднимая глаз. Она была всё ещё одета в самую обычную одежду. — Прости, Рин… — тихо сказала девушка, останавливаясь перед рыжеволосой. Она всё ещё не поднимала глаз. Ей было стыдно. — Значит, это всё же ты? А если бы это было опасно, а? — Рин подняла руку и щёлкнула девушку по лбу. — Тебе ли не знать, какие гопники бывают. — Но я была уверена! — хватаясь за лоб, недовольно буркнула девушка и всё же подняла взгляд, глядя на Рин. — Неужели интуиция подсказала? — саркастично предположила глава «Скорпиона», скрестив руки на груди. Мэй только покраснела и снова отвела взгляд. Именно это она и хотела сказать. Такемичи наблюдал за этой картиной с неким диссонансом. У него совершенно не складывалась полная картина, по которой он бы смог дать точную характеристику «Скорпиону». Рин снова повернулась к блондину и тяжело вздохнула. — В любом случае я наслышана о Тосве и её верхушке. Ваши взгляды и понятия сходятся с нашими. Будь иначе, я бы не рассматривала возможность сотрудничества. Думаю, лучшим решением будет встретиться на нейтральной территории и всё обсудить напрямую с Майки. — Рин задумалась, теребя руками одну из своих серёжек в виде бабочек на цепочках, а потом кивнула. — Мэй сообщит тебе, когда и где. Такемичи не мог избавиться от мысли, что девушка, стоящая сейчас перед ним, была гораздо старше, чем могло показаться. Складывалось ощущение, что он разговаривает со своей ровесницей или даже с тем, кто старше. Именно это вызывало диссонанс внутри путешественника во времени. — И на будущее, — добавила рыжеволосая, когда юноша уже собирался уходить. — Трижды подумай, прежде чем заявляться на территорию к чужой банде. Это может зако нчиться очень плачевно. Если бы Рин знала, что есть вещи пострашнее, чем быть просто избитым, она бы поняла его бесстрашие.