Глава 8 – Цели и средства
15 мая 2026 г., 12:29
Джинни даже не надеялась, что Том расскажет ей о странной боли на Святочном балу. Она чувствовала его эмоции острее, чем обычно: это было недоумение, смешанное со страхом. Вряд ли у Тома был ответ на вопрос о том, что тогда произошло.
“Между ним и Гарри есть связь, — думала она, пытаясь разглядеть в телескоп звезду Барнарда, — но почему я ни разу не почувствовала ее за полтора года?”
Рядом с ней зевнула Викки.
— И почему Астрономию поставили именно на понедельник? — тихо сокрушалась она. — У нас во вторник собрание клуба коллекционеров карточек перед уроками!
Карта была готова, и Джинни с чувством выполненного долга надела крышку на свой телескоп. Вскоре профессор Синистра повела сонных учеников в башню Гриффиндора.
В общей гостиной было почти пусто, не считая Рона и его компании. Джинни внимательно посмотрела на Гарри и не почувствовала никакой боли — как и за всю неделю до этого. Тот поднял глаза, почувствовав ее взгляд, но ничего не произошло. Тряхнув головой, Джинни двинулась к лестнице и поднялась в свою спальню.
“Это точно вина Тома”, — устало подумала она, забираясь в кровать.
Том почти не появлялся после бала. Остаток каникул он упорно молчал, и лишь в первый день учебы скорее по привычке подсказал Джинни правильное движение палочки для исполнения восстанавливающих чар. Это молчание выводило ее из себя. Их совместное расследование стало такой привычной частью ее жизни, что выход Тома из игры воспринимался как предательство.
“Ничего, — зло подумала она, — я придумаю, как его достать”.
Время шло, но придумать ничего не удавалось. Джинни даже начала надеяться на очередной сон глазами Волдеморта, чтобы заставить Тома вернуться в прежнее русло, но темный волшебник затаился еще сильнее, чем его молодая копия. Близился второй тур, а ситуация не менялась.
— Как думаете, что за испытание будет на этот раз? — спросила Джинни у Фреда и Джорджа, сидя у камина. Она помогала братьям нарисовать обертки для их последних разработок — волшебных фейерверков, которые можно было запускать в помещении.
— Едва ли они переплюнут драконов, а, братец Дред? — пихнул локтем в бок своего близнеца Джордж.
— Верно, братец Фордж, — кивнул Фред, облизывая кисточку, — они произвели слишком сильное впечатление, и теперь нас трудно удивить.
— Поэтому вы хотите придержать демонстрацию фейерверков до финала Турнира? — выгнула бровь Джинни.
— Как всегда зришь в корень, — Фред перегнулся через стол и посмотрел на ее рисунок. — Эй, отлично получается! Надо будет выплатить тебе процент с продаж.
Портрет отодвинулся, и в гостиную вошла профессор МакГонагалл. Она редко посещала башню своего факультета, так что все присутствующие ощутили легкое недоумение пополам с беспокойством. Оглядев гостиную, декан направилась к близнецам и Джинни.
— Вы случайно не видели своего брата и мисс Грейнджер? — спросила она. Все трое замотали головами, и МакГонагалл вздохнула. — Тогда я попрошу вас найти их и попросить подойти ко мне в кабинет. Только мистера Уизли и мисс Грейнджер, без их друга Поттера.
Профессор Трансфигурации покинула гостиную, и Джинни с братьями удивленно уставились друг на друга.
— Рон и Гермиона? Одновременно? — недоверчиво спросила Джинни. — Но зачем?
— Кто знает? — пожал плечами Джордж. — Давайте сделаем так: мы с Фредом проверим библиотеку, а ты, Джинни, поищи их на кухне. Если Гермиона не заставляет этих двух разгильдяев учиться, то она точно объясняет бедным эльфам, как сильно им необходима зарплата.
* * *
Второе испытание выдалось скучным: целый час они смотрели с трибун на гладь озера, изредка озаряемую вспышками заклинаний где-то на глубине. Легкое беспокойство охватило Джинни лишь когда судьи заметались по берегу, не дождавшись Гарри, но вскоре и он вынырнул из воды, удерживая сразу двух человек. Февраль заканчивался, но Волдеморт так и не сделал следующий ход. Это начинало действовать на нервы. — Ты слишком торопишь события, — успокоил ее Том на Зельеварении. — Не стоит ждать от него действий раньше третьего тура. — И ты, конечно, уже догадываешься, что это будут за действия, — проворчала Джинни, перемешивая в котле Морочащую закваску. — Лишь предполагаю, — уклончиво ответил он. Джинни чувствовала, что Том ухватился за какую-то мысль, но пробиться в его разум было решительно невозможно. В отместку она все чаще использовала окклюменцию, хотя и понимала, что для него ее собственные мысли имеют не так уж много значения. Но любопытство прожигало ее изнутри, как бы она ни пыталась оградиться от Тома и его тайн. Поэтому Джинни даже не удивилась, оказавшись однажды ночью возле мельницы. — Ты не собираешься отступать, да? — хмыкнул Том. Он стоял на своем привычном месте и смотрел на утопающую в закатном солнце долину. Джинни встала рядом, скрестив руки на груди. — Ты что-то скрываешь, я это знаю, — упрямо сказала она. — Что это за игры, Том? — Игры, значит? — ухмыльнулся Том. — Кто знает, может, мне просто нравится с тобой играть… — Легко понять, — язвительно протянула Джинни, — у тебя ведь мало развлечений в моей маленькой глупой голове. Том посмотрел на нее непривычно внимательно. — Хм, — тихо произнес он, и Джинни поняла, что кое-что неуловимо изменилось. Она видела его перед собой, могла говорить с ним. Но не чувствовала его присутствия в своем сознании, как это происходило наяву. “Ну конечно! — осенило ее. — Окклюменция, я занималась ей перед сном!” Это был редкий случай, когда она могла думать без страха, что Том прочтет ее мысли. И этим надо было воспользоваться. — Что это ты задумала? — осторожно спросил Том, уловив перемену на ее лице, и тем самым невольно подтвердил ее догадку. План созрел быстро. Джинни повернулась и шагнула к Тому, стараясь не смотреть ему в глаза. Он даже не шелохнулся, и ей пришлось резко собрать остатки своей решительности. В одно движение она подскочила к нему, схватила за ворот мантии и притянула к себе. Быстро, не размыкая губ, она прижалась к губам Тома. Джинни отпрянула назад и взглянула ему в лицо. Том смотрел на нее с недоумением, широко распахнув глаза — как она и рассчитывала. В ее пальцах мгновенно оказалась палочка. — Легилименс! Погружение в его сознание произошло быстрее, чем при встрече с дементорами. Перед глазами оказались пожелтевшие страницы старого фолианта. На одной странице Джинни успела рассмотреть большое полотно текста и три сигила, выделенных в круги, на второй же была тошнотворная иллюстрация существа, вылезающего из огромного котла. Но зацепиться глазами за текст не удалось — Том выбросил ее из своего разума почти мгновенно. — Неплохо. Весьма неплохо, — усмехнулся он, отступая на шаг назад. — Малютка Джинни повзрослела и поумнела, не так ли? В который раз Джинни порадовалась, что сейчас он не может заглянуть в ее мысли. “Не так я представляла свой первый…” — подумала было она, но тут же постаралась сосредоточиться на более важных вещах. — И что это за книга? — спросила она. — Это ведь был какой-то ритуал? Том прислонился спиной к стене мельницы и задумчиво замолчал. Джинни начала терять терпение. — Если ты не ответишь, то я перерою всю библиотеку… — И, скорее всего, ничего не найдешь, — лениво бросил Том. — Не сомневаюсь, что Дамблдор изъял почти всю подобную литературу, как только занял пост директора. — Тогда просто скажи, что это, смеркут тебя подери! — разозлилась Джинни. Она направила на Тома палочку, не вполне представляя, может ли она вообще заколдовать его во сне. — Еще и ругаешься, — поцокал языком он, — ругаешься и пытаешься угрожать. Знаешь, ты начинаешь мне нравиться… Глаза Джинни предательски округлились, и Том тихо рассмеялся. — Не в том смысле. Я не принцесса из сказки, чтобы меня можно было купить за один поцелуй. Джинни оставалось лишь надеяться, что во сне кровь не может прилить к щекам. — Но так и быть, о ритуале я расскажу, — продолжил он наконец. — Это ритуал воскрешения. Ты ведь узнала сигилы? — Только один, — призналась Джинни. — “Кровь”, кажется. — Именно, — кивнул Том. — Кровь врага, кость отца и плоть слуги — три ингредиента, которые нужны для возрождения. — Получается, если ты захочешь воскреснуть… — Не я, — глаза Тома гневно сверкнули красным в лучах солнца, — Волдеморт. — Но разве Волдеморт — это не ты? — непонимающе переспросила Джинни. — И если ты не он, то кто тогда? — Я Том Марволо Реддл, — пожал он плечами, — а он же… Он не имеет никакого отношения ко мне. “Ну конечно, — ехидно подумала Джинни, — он просто не хочет звать себя именем проигравшего”. Но вслух она сказала: — Так значит, он собирается возродиться. Но ведь он и не умирал, не так ли? Он точно не призрак, но и не человек. — Не умирал, — неохотно подтвердил Том. — Но как он смог выжить? — спросила Джинни. — И как мы с тобой с ним связаны? А главное — причем здесь Турнир? — Сейчас не так важно, как он выжил. Связан с ним только я, а не ты. А вот причем здесь Турнир… Тяжело вздохнув, Том покачал головой. — Мне бы тоже хотелось это знать, но увы. — Ты же понимаешь, что не ответил ни на один мой вопрос? — выгнула бровь Джинни. Ответом ей послужила ехидная усмешка — а мгновение спустя она открыла глаза и уставилась на свой полог. — Ну ты и… — Джинни мысленно осеклась, услышав возню в спальне. Ее соседки поднимались с кроватей, сонно ворча. За завтраком что-то произошло: то тут, то там начали перешептываться, оборачиваясь на гриффиндорский стол. Джинни не придала этому значения — сплетни о Гарри возникали каждый день, но они редко доживали даже до вечера. Но когда она подошла к теплицам, ее тут же обступили девочки из Хаффлпаффа. — Это правда? — с придыханием спросила Хейди. — Гермиона Грейнджер встречалась с Гарри Поттером? Оценив количество любопытных глаз вокруг, Джинни поняла, что на этот раз все куда серьезнее. Уже к обеду о последней статье Риты Скитер в “Ведьмином досуге” знала вся школа. Заверения Джинни о том, что между Гермионой и Гарри ничего не было, не помогали: все лишь отмахивались и говорили, что она просто не хочет замечать очевидного. Ученики настолько жаждали сенсации, что легко закрывали глаза на неудобную информацию. — А чего ты хотела? — усмехнулся Том. — Они настолько глупы, что сплетни для них единственная возможность почувствовать себя избранными, обладающими неким тайным знанием. — Тайным? — недоуменно переспросила Джинни, сидевшая над своим гороскопом в гостиной. — Об этом буквально написали в журнале! — Да, но теперь им нужны подробности. Желательно такие, о которых не знает никто, кроме них. Спорить с Томом Джинни даже не собиралась, поскольку полностью разделяла его мнение. В последнее время такое случалось все чаще. — Вот это наша Гермиона дает, — восхищенно протянул Фред, падая на диван слева от Джинни. — Только не говори, что вы верите в эти… — прошипела было она, но ее прервал упавший справа Джордж. — Брось, за кого ты нас принимаешь? — спросил он, пихнув Джинни в бок. — Очевидно же, что Гермиона перешла дорогу Скитер, иначе с чего бы ей писать о маглорожденной четверокурснице? — Интересно, что она ей сделала? — задумчиво спросил Фред. — Обвинила в эксплуатации труда какого-нибудь волшебного народца? — А что, тоже хотите вывести Скитер из себя, чтобы она сделала вам бесплатную рекламу? — усмехнулась Джинни. Интонация Тома стала столь привычной, что она уже принимала ее за свою собственную. — Слу-у-ушай… — Джордж оживился и посмотрел на брата. — А ведь это неплохая идея! — Мама вас убьет, — предупредила Джинни. — Это ты в своем гороскопе вычислила? — Фред выхватил у нее из рук свиток и пробежался по нему глазами. — Нет, тут только про неожиданное богатство и счастливую встречу. Разбавь это хотя бы парочкой несчастных случаев и трагических событий, иначе старушка Трелони расстроится. Близнецов окликнул Ли, и они откланялись, вернув Джинни гороскоп. “Фред прав, — подумала она, перечитав свой свиток. — Пожалуй, добавлю тревожные вести и что-нибудь про месть”.* * *
В понедельник Гермиона начала получать гневные письма, в одном из которых оказался гной бубонтюбера. Вечером Джинни зашла к ней в комнату, чтобы помочь подруге перебинтовать руки. — Повезло тебе, что в Хогвартсе у Гарри не так много поклонников, — грустно пошутила Джинни, смазывая ожоги настойкой бадьяна. — Зато у Виктора поклонниц хватает, — вздохнула Гермиона. — Знаешь, после этого письма мне то и дело мерещится, будто кто-то целится мне палочкой в спину. Только не говори об этом Гарри и Рону, я не хочу, чтобы они переживали по пустякам. — Пустякам? — выгнула бровь Джинни, разматывая бинт. — Ну, знаешь ли, у Гарри сейчас проблемы посерьезнее, — уклончиво ответила Гермиона. — А Рон… Она с тоской отвела взгляд в сторону. Джинни пожала плечами. — Знаю, он может казаться безразличным ко всему, но он просто… — она запнулась, подбирая слова, — не очень догадливый. Если близнецы донимали меня в детстве, то он не обращал внимания, но стоило мне один раз ему пожаловаться, как он сразу же заступился за меня. — Рон хороший, — согласилась Гермиона, немного помедлив, — но это его неумение замечать ничего вокруг меня жутко бесит! — Давай сойдемся на том, что все мальчишки немного тупые? — предложила Джинни. Она закончила с перевязкой и опустилась на кровать рядом с Гермионой. — Тупые, потому что не хотят плясать под вашу дудку? — хмыкнул Том. Джинни закатила глаза. — И это говорит человек, который целый год контролировал мой разум и заставлял меня открывать Тайную комнату? — парировала она. Гермиона проверила бинты и устало откинулась спиной на кровать. — Вот Виктор не похож на других, — сказала она, глядя в потолок, — но я понимаю, что наши отношения обречены. Турнир закончится, и он вернется в Болгарию, а мне еще как минимум три года учиться в Хогвартсе. Джинни легла рядом с ней. — Если ты веришь, что они обречены, значит, ты не так уж и любишь его, — осторожно предположила она. — Наверное, — согласилась Гермиона, — но он видит во мне девушку, понимаешь? Невольно в голову полезли мысли о том, видит ли кто-нибудь в ней, Джинни, девушку. Эти мысли упорно вели в нежелательные уголки памяти, и она отчетливо уловила веселье Тома. Стараясь избавиться от них, Джинни поспешила сменить тему. — До конца Турнира еще куча времени, ты успеешь все обдумать, — заверила она подругу. — Кстати, как думаешь, что они приготовят на финал? — Честно говоря, я даже представить не могу, — ответила Гермиона, — но наверняка это будет полоса препятствий. Из того, что я читала о прошлых Турнирах, я поняла, что в последнем испытании главная цель — получить Кубок Трех Волшебников. Джинни вздрогнула, почувствовав всплеск чужих эмоций. Том наконец-то сложил в голове пазл. — Получить Кубок! — воскликнул он. — Кровь врага! Ты понимаешь? — Кубок наполнится кровью того, кто коснется его? — недоуменно уточнила Джинни. — Нет же, Джинни, — раздраженно бросил Том. — Кубок — это портал!
