(◕‿◕)
11 мая 2026 г., 01:54
Кажется, Антон сходит с ума. Причём натурально так, на полную катушку, что моментами ему думается, будто все происходящее какая-то злая шутка человека с нестабильной психикой или вообще симуляция. Короче, мутно все в этом вашем Санкт-Петербурге.
Казалось бы, город культуры, саморазвития и высказывания своего «я», но какая же хрень тут на улицах творится. Уже вторую неделю на одном и том же месте Шаст видит, точнее даже чувствует, тонкую высокую фигуру в чёрном пальто, что так завораживающе пахнет вареной вишней. И вся проблема не только в запахе, но и в эмоциях, идущих за этим ощущением. Ведь было бы не так головокружительно страшно от понимания, что Антона просто зацепил этот парень, но ведь он ещё и с ума сводит.
Такой изящный, одухотворенный, дурманящий и такой недоступный. Антон может быть и осмелился подойти к нему, не будь у него сомнений в реальности этого человека. Он как будто нарисованный, с этой очаровательной улыбкой, ангельскими глазами, в которых даже Питерское небо отражается лазурью, струящимися накидками, что делают из этого не очень-то и мелкого омеги такую булочку, ну просто невозможно не откусить кусочек. Он маленьким, беззащитным кажется в таких летящих нарядах, будто чуть сильнее ветер подует, и не ждут эта древнегреческая статуя тут стоять не будет. Короче, вляпался Шаст по самые уши, без возможности выползти со дна от обречения.
***
— Чувак, это пиздец. Я уже не знаю, что делать. Бляяяять… Я так с ума сойду, клянусь мамой, — прерывисто заключает Антон, пластом заваливаясь на кровать. — Может он твой истинный? Ну сам посуди: у тебя мозги не варят, когда рядом с ним проходишь, запах «я такой никогда, блять, в жизни не слышал», а член стоит. Это твой диагноз, друг, — Дима подходит и мягко садится возле Антона, начиная что-то искать в телефоне. — Бля, ну ахуенно. Может, ты как-нибудь мне поможешь, а не просто вот эту херню будешь втирать? Дима снисходительно отвел взгляд на своего друга-страдальца, после возвращаясь к телефону. — Ну слушай, чтобы перестать строить догадки, вероятно, нужно всего лишь подойти к нему и заговорить? — Всего лишь?! — со стоном утыкаясь в подушку, вопит Антон, — я, наверно, с такой помощью от тебя к Эду пошёл. И то толку больше будет. — Валяй, но он тебе тоже самое скажет и ещё трехэтажным матом тебя обольет, типа «схуя ли ты ещё не вдул этому охуительному омеге?» — с издевкой подмечает Позов. — Так и что? — Шаст аж подбирается весь, ноги под себя складывает и задумчиво вытягивает лицо, — что мне сказать, когда подойти, как одеться? Дима в этот момент прыскает в лицо Шаста, на сколько нелепым он выглядит сейчас. Но помощь свою все-таки преподносит: все по полочкам раскладывает в голове своего приятеля и еще советов накидывает, чтобы не упасть в грязь лицом перед истинным. Осуждают они все примерно до двенадцати, когда, во сколько, где, как отдаться, что с собой взять, куда пойти потом если что. Короче Шаст в надежных руках оказался, ну и Бог с ними.***
Опять этот злосчастный переход, опять высокий омега в плаще, опять запах. Антон точно сходит с ума. Время летит неумолимо быстро, не успеешь оглянуться, как проходит неделя, месяц, год, а потом и жизнь. А Антон вот так может и не научится знакомиться с красивыми парнями на улице. Знаете, вот эта романтика случайного взгляда на улице, а потом «можно ваш номер» и первое сообщение такое скромное, но каждый верит в большее. Сегодня ровно месяц, с того дня, когда Антон впервые встретил его. Он стоял такой окрыленный, расслабленный, очень уставший, измотанный. Но такой красивый. В этой его обреченности было что-то невероятно домашнее, такое мягкое, тёплое. Он стоял в пол оборота, созерцал закат с моста. На нем был неизменный черный плащ, что лёгонько развивался по ветру, напоминая о скорой осени. Погода была восхитительна, облака лениво плыли по небу, рисуя причудливые узоры на голубом холсте. Его глаза подсвечивались редкими лучами заходящего солнца, они были цвета лазури, такие яркие и необычные. Его губ трогала слегка заметная улыбка, она была не из тех, которые давят для людей – она шла от сердца, вышедшая из недр души. Антон тогда впал в оцепенение. Он шел с очередной омежкой «на вечер», с которой познакомился накануне в баре. Она тоже была очаровательна, но даже ее самые яркие черты были вторым планом на фоне образа этого таинственного персонажа. Его спокойствие так и завораживало. Девушке пришлось одернуть Шаста, обращая его внимание к себе. Он растерянно обернулся на неё, все еще не до конца соображая, что сейчас произошло. Его как разрядом молнии ошпарило, кожа аж противными мурашками пошла. Он был уверен – того омегу точно так же ёбнуло, иначе не получилось описать его ошалелый взгляд в сторону Антона. Прогулка тогда закончилась у дома девушки, когда она без энтузиазма поцеловала его в щеку и зашла в парадную, напоследок махнув ручкой. Антон так и не вспомнил, как он дошел домой, встал по душ, открыл банку пива и закрыл глаза, чувствуя приятное покалывание на языке. К счастью по телевизору шел футбол, так что Антону было куда выплеснуть эмоции за прожитый день, но осадок неприятный бурлением отдавался где-то в низу живота.***
— Ну всё, я, короче смелею и иду к нему завтра знакомится! — слишком громко утверждает Шаст в трубку Эду, пока пытается разобраться с устройством новой кофемашины, — Да что ж ты, сука. — Шо это я сука? Я твой верный товарищ, цени меня, хлопец. — Да ты-то тут причем, дурик? Я пытаюсь свою Нескафе укратить. — А-а, я просто долбаёб. Так и шо, и шо… говоришь, подойдешь седня? — на задем фоне, что-то упало, что Эд издал странный звук. — Вот так и знал, тебе на меня плевать! — с излишним драматизмом воскликает Антон, все так же пытаясь сделать себе хотя бы капучино. — Завтра. Завтра я точно смогу. — Ну-ну.***
Когда «завтра» наступило, Шаст начал сильно срать. И ходил он по офису днем, как в трусы наваливший, огромным пыльным мешком прибитый и близкий к смерти. Антон явно погорячился со своими высказываниями вчера, Эд видимо значительно придал смелости, но, честно говоря, это совсем не поймает на работе. Шаст за день ходил на кухню, в туалет или покурить, раз десять за день, как будто у него хроническая усталость, диарея и жесткий стресс в одном стакане. Пару раз его даже коллеги подлавливали и деликатно спрашивали, что же произошло у этого придурка в жизни, что он такой одновременно забитый и несчастный. Слов Антон не находил, чтобы дать адекватное объяснение своему поведению, но вроде в итоге все остались довольны. За пару десятков минут до конца рабочего дня у Шаста началась какая-то невероятная трясучка, проходящая по всему телу, особенно отдающаяся в руки. Особенно это проявлялось когда Антон хотел написать Эду, что в пяти минтах от перекрёстка, где «всё свершится», но в итоге пальцы так херачило в конвульсиях, что он даже до буквы «я» не дотянулся. Ну, перед смертью не надышишься, поэтому Шаст спокойно шагал в сторону перехода, ожидая вскоре увидеть знакомую фигуру. Какого же было удивление, когда Антон даже спустя пять минут разглядывания толпы так и не увидел того, кто ему нужен был. Кажется, пришло время обидеться на жизнь, судьбу и натальную карту, за то, что так несправедливо поступила с этим милым парнем. Антон принял решение подождать еще около десяти минут, в надежде на лучший исход этого вечера. Ногти уже обгрызаны, блок бласт обыгран вдоль и поперёк, делать больше нечего, осталось созерцать топу и дергаться на каждого человека в черном пальто. Антон чувствует себя параноиком. Но на самом деле и не жалко Антону вовсе. Итак, минуты длятся очень долго, но одновременно так неумолимо быстро. Засеченные десять минут прошли, а этот омега так и не появился. Обидно. С учетом того, как основательно к этому моменту готовился Антон. Очень нехорошо получилось. Шаст выдаёт что-то из разряда «м-да» и уже собирается развернуться в сторону метро… но по ветру тянется тот незабываемый запах. Сердце на секунду замирает, а потом с такой силой начинает трарабанить, отдавая в виски, что складывается ощущение, будто окружающие тоже слышат этот противный стук. Антон судорожно оглядывается по сторонам, пытаясь увидеть желанный объект наблюдения. Вот от проходит мимо, разнося за собой запах своего тела. Он взволнован, Шаст чувствует это. Он на секунду останавливает свой взгляд на Антоне и продолжает идти по тротуару, уносимый топой. Все люди шли по своим делам: у кого-то дети, семья, кто-то спешит на вторую работу, у кого-то скоро начинается ночная смена, но только для этих двоих время останавливается на мгновение, пока они нутром ощущают присутствие друг друга. Сквозь десяток людей множество запахов, они чуют только друг друга, только они важны здесь и сейчас, только эти двое есть на этом мосту сегодняшним вечером.***
Антон помчался за омегой, как только понял, что останавливаться тот отнюдь не собирался. Он протискивался между людьми кидая почти на каждом шагу «простите-извините» и когда был на расстоянии вытянутой руки, схватил за предплечье и потянул на себя. Сознание к Антону пришло лишь тогда, когда обладатель лазурных глаз несколько раз дернул рукой и спросил недовольно, в чем же, собственно говоря, дело. Шаст спешно одернул руку, но пристально смотреть не перестал, его взгляд был ошарашенным, руки тряслись, а язык как будто малость отсох. — П-привет… — блеющим голосом выдавливает Шаст, и улыбается на одну сторону, разряжая обстановку. — Здравствуй, я уж думал не подойдешь, — глядя прямо в душу, замечает омега и отступает ближе к перилам моста, чтобы не мешаться проходящим людям. — Я, а-а-а Антон, — добродушно продолжает знакомство Шаст, сильно так подохуев от слов собеседника. — Арсений, очень приятно. Позволь уточнить, я выгляжу настолько страшно, что ты месяц на меня просто пялил? — Арсений издает издевательский смешок и немного щурит свои глазки, пытаясь, наверно, как-нибудь надавить. — Я думал, мне показалось. Ну, знаешь, до конца не осознавал, что со мной происходит. — М-м, и что же, понял? — издевается, сука такая, все мучает и мучает своими вопросами. — Кажется, теперь да... Наверно, это называется «любовь с первого взгляда», уж не знаю, что более ёмко будет. — Возможно, я могу подсказать. Это же истинность, нет? — Арсений опять поднимает взгляд, чутка запрокидывая голову из-за разницы в росте, и придерживает за предплечье одной рукой, давая поддержку. — Да, ты прав, Арсений, — Антон так воодушевлён этим разговором, что быстро тянется взять за ладони Арсения. Он смотрит немного испуганно, но все равно открыто улыбается, давая взять себя за руки, — Но мы же не закончим разговор во так? — Нет, конечно, — сильнее руки в своих сжимая, произносит Арсений, а сам тянется обнять Шаста. — О боже, да-а, — блаженно выдыхает Арс в плечо альфе и делает вдох поглубже, — Как же ты вкусно пахнешь, с ума сойти. — Нет, думаю, быстрее сойду с ума тут я, — смеется так легко и только сильнее стискивает Арсения в объятиях, прижимая ближе к телу.***
Вот знаете, никогда нельзя быть уверенным в том, что за собой понесет тот или иной поступок. Безусловно, нужно взвесить все «за» и «против», рассмотреть вероятности и еще кучу ненужной информации, чтобы, не дай Бог, не ошибиться. А ведь можно всего лишь сделать импульсивный поступок – один раз не побояться и выкинуть что-нибудь такое, из-за чего люди вокруг за голову похватаются и от инфаркта слягут в стационар. Но попробовать точно стоит. Конечно, в жизни не получится так же, как в фанфике, не всегда будет Хэппи энд, но почему бы просто не попробовать? Зачем бояться и грызть ногти, в ожидании того, что все само придёт, если можно сделать все своими руками. Не бойтесь сотворять свою жизнь, не бойтесь рисковать и пробовать новое, будете уверены в своих целях, стремитесь к ним, несмотря ни на что. Эта история, конечно, закончится хорошо. У Арса и Антона родятся детишки, будет большой дом и два лабрадора. Они долго будут вместе жить, купаться в огромной любви друг к другу, преодолевая трудности вместе. Они, так же как и обычные люди, не обойдутся без ссор, они будут, их будет много, но каждая закончится примирением, потому что каждый этого хочет. А вы можете захотеть поменять что-либо в своей жизни. И вы будете чертовски правы, сказав, что вам с высокой колокольни насрать на мнение окружающих людей. Вы будете моими героями, если так же совершите что-нибудь безбашенное, такое, что в голову абсолютно не укладывается. Чтобы каждый ваш знакомый подумал, что вы сошли с ума. Просто не бойтесь, пожалуйста. Поверьте в удачу, и удача обязательно поверит в вас. А главное – в вас верю я. Творите. Любите. Пробуйте.
