А если бы ты не выжил?

— Насть, я хотел… — Коля неуверенно замер на пороге её кабинета и осёкся. Взглянув на свои руки, он принялся торопливо вытирать их о комбинезон. После победы над ХРАЗом почти всё вернулось на круги своя. Коля продолжал ремонтировать роботов, собирал новые микросхемы и разрабатывал модели, которые позже можно будет запустить в производство — если их оценит Сеченов. А тот отмечал почти каждую работу Николая. После финальной битвы Коля неосознанно ушёл в работу с головой. Поначалу задач и правда было много, а потом он просто не смог остановиться. Всё пытался отсрочить разговор с Настей как можно дольше. Им ведь больше ничего не угрожает, значит, и спешить некуда. Но его тормошили все: Охотник периодически подкалывал прямо на рабочем месте; Нечаев, приходя по делам, задерживался в цехе неприлично долго; Лебедев даже в переписке умудрялся подшучивать. Коле это надоело. И вот он стоит на пороге Настиного кабинета, весь в мазуте, переминается с ноги на ногу и не решается шагнуть внутрь. — О, Коля… — Настя была удивлена, но постаралась изобразить самую дружелюбную улыбку. Они слишком давно не виделись. — Что же ты там застыл? Проходи. Мужчина улыбнулся, кивнул и опустился на стул, удачно приставленный к её рабочему столу. — Смотрю, ты уже обустроилась в новом кабинете, — всё-таки он решил чуть потянуть время. — Да, я очень рада этому месту, только иногда чувствую себя одиноко. — Она поправила очки на переносице и устало вздохнула. — Когда я была среди дельфинов, всё казалось как-то поживее. А тут отчёты, бумаги… — Настя грустно улыбнулась и посмотрела Коле прямо в глаза. — Я благодарна Сеченову, но всё-таки скучаю по теб… по тому укладу дел, который был раньше. — Девушка прокашлялась и тут же перевела тему: — Ты как? Охотник? — Всё хорошо, — кивнул он, и повисла неловкая тишина. Стоит ли это делать? Стоит ли сейчас? Может, он зря всё затеял? — Я хотел тебе кое-что сказать, Насть, — наконец неуверенно начал Коля. — Мы так долго работали вместе… — Да, ты, Охотник, майор. Но хорошо всё-таки, что мы в таких обстоятельствах больше не работаем. — Я не об этом… То есть это правда хорошо, но… Я говорил о нас двоих. Настя на мгновение замерла. Щёки залил лёгкий румянец, и она поспешила поправить прядь волос, чтобы скрыть это. — Да, — выговорила она и отвела взгляд, уставившись куда-то в сторону. — Я до сих пор вспоминаю, как мы ухаживали за дельфинами на «Тритоне». Никита про тебя спрашивает, но я понимаю… — Насть, — мягко перебил Коля, — пожалуйста, выслушай меня. Девушка поднялась из-за стола и принялась расхаживать по кабинету. — Да, конечно, извини. — Она нервно поправила волосы и остановилась возле стеллажа, делая вид, будто что-то ищет. Водила пальцем по полке и то и дело поправляла очки. — Так что ты хотел сказать? Николай встал и подошёл к ней. Его ладонь нежно накрыла её руку, останавливая бессмысленные движения. Настя обернулась, но смелости посмотреть ему в глаза не хватало. Взгляд метался: то за его спину, то к набору инструментов в нагрудном кармане, то к их сплетённым пальцам. — Я давно хотел это сказать, только навалилось всё разом: ХРАЗ, Элеонора, тот взрыв, из-за которого… — Из-за которого я чуть не убила тебя дважды, — она наконец подняла глаза. — А если бы я не успела перехватить управление нейрополимерной копии? Ты бы нажал на детонатор и взорвался! Зачем это геройство? Времени было мало, но твоя жизнь явно дороже! Все тебе твердили, а ты как клешнями вцепился в этот детонатор! Я еле вырвала его… — Насть… — Он положил вторую руку ей на плечо и мягко улыбнулся. — Спасибо. — Не за что, — она снова отвела взгляд. — Я опять тебя перебила, прости. — Не извиняйся. Ты так часто это делала, что я привык. — Коля усмехнулся. — Я люблю тебя. Настя резко вскинула взгляд, попыталась подобрать слова, а потом усмехнулась в ответ. — От этого, оказывается, ещё спокойнее, чем когда я убегала. — Яркая, открытая улыбка озарила её лицо. Она сжала его ладонь и, глубоко вздохнув, произнесла чуть громче шёпота: — Я тоже тебя люблю, Коля. Щёки обоих налились алым. Улыбка медленно расползалась по лицу Коли, и он снова тихо рассмеялся. — Неимоверно спокойнее, — признался он и шагнул ближе. Девушка подалась навстречу, чтобы быть ещё ближе, но Коля отстранился. — Я… У меня одежда в масле и мазуте… Не хочу, чтобы ты испачкалась, — виновато проговорил он, отводя взгляд и почесав затылок. — А от меня только недавно перестало пахнуть хлоркой, но ты же влюбился в меня, когда на мне был этот мерзопакостный запах. — Настя сделала шаг, и их взгляды встретились. — А постирать вещи и сходить в душ я всегда успею. Они смотрели друг на друга мучительно долго, не говоря ни слова, объясняясь одними взглядами. То с одной, то с другой стороны проскакивал нелепый смешок. — Коля. — Да? — Поцелуй меня уже. Технику не пришлось повторять дважды. Он преодолел оставшееся небольшое расстояние и прильнул к её губам. Настя обхватила его шею, прижимаясь крепче. Всё-таки придётся выкинуть этот пуховик. А лучше сжечь. Теперь он точно не понадобится. Она наконец выбралась из своей скорлупы и была благодарна Коле за этот шанс. Они слишком долго бегали друг от друга, избегая важных слов. Даже думать не хотелось, что случилось бы, не выживи он тогда. Сейчас все её волнения, страхи и боль растворились на Колиных губах. В целой вселенной остались только они вдвоём. В этот самый момент. В её кабинете. Борода и усы щекотали подбородок и щёки, но ей это нравилось. Пожалуй, нравилось всегда, только сейчас она осознала. Дверь предательски распахнулась. — Насть, там твой Никита… — Голос Охотника заставил пару медленно отстраниться и обернуться к незваному гостю. — Ух ты ж… Я понял. — Мужчина поднял руки в знак капитуляции и вышел, притворив за собой дверь. Они снова посмотрели друг на друга и улыбнулись. Больше никто не собирался притворяться глупыми старшеклассниками, которые прячутся сами и прячут свои чувства. — Серёга! — донеслось по ту сторону двери. — Он это сделал! — Чего?! — откликнулся далёкий крик майора. — Колька наш с Настей милуются! — Голос Охотника удалялся. Видимо, он шёл навстречу майору делиться новостью. — Едрёна матерь! Настя выжидающе смотрела на Колю. — Они меня терроризировали, — с улыбкой признался мужчина. — И правильно делали, — засмеялась она, коснувшись ладонью его щеки. — А надо мной Элеонора потешалась. — Только дай знать — я её на запчасти разберу, — подмигнул Коля. Настя залилась смехом и прильнула к его груди. Обхватив девушку, он нежно гладил её по спине и поцеловал в макушку. — Хочешь… — неуверенно заговорил Коля, — хочешь, я куплю тебе новый пуховик? Боюсь, этот я окончательно заляпал. — Мне больше не нужен пуховик. — Она выпрямилась и прошептала ему в самые губы: — Мне нужен только ты.