Правила совместного проживания

Потеря ключей обернулась для Сонён и Джеймса странным, почти интимным испытанием. Изготовление нового дубликата затянулось из-за специфического замка, и на несколько дней они оказались привязаны друг к другу одной единственной связкой металла. Теперь их утро начиналось не с ленивого приветствия, а с логистического планирования. ​ — Я освобожусь в четыре, но у меня доп по макетированию, — говорил Джеймс, натягивая кроссовки в прихожей. ​ — А я до пяти на записи в университетской радиостудии, нужно смонтировать интервью для студенческого вестника, — Сонён протягивала ему ключи. — Забирай. Я дождусь тебя у входа в корпус, пойдём вместе. ​Эта фраза «пойдём вместе» постепенно перестала звучать как необходимость и стала чем-то естественным. ​Один из таких дней выдался особенно серым и дождливым. Сонён закончила занятия раньше и целых сорок минут просидела на парапете в главном холле университета, высматривая высокую фигуру Джеймса в толпе студентов. Когда он наконец появился — как всегда сосредоточенный, с папкой чертежей под мышкой — его взгляд смягчился, едва он заметил её. ​— Долго ждёшь? — спросил он, подходя ближе. — Достаточно, чтобы выучить расписание всех автобусов на табло, — усмехнулась она, спрыгивая на пол. ​Они шли под одним зонтом, и Сонён чувствовала, как его плечо время от времени задевает её. В этом не было неловкости, только странное чувство безопасности. Джеймс подстраивался под её шаг, следил, чтобы она не наступала в лужи, и это безмолвное внимание говорило Сонён больше, чем любые долгие разговоры. ​На следующий день ситуация зеркально изменилась. Джеймс отдал ключи ей, потому что ему нужно было уехать на «склад» прямо из университета. Сонён весь вечер провела дома, то и дело поглядывая на часы. Она знала, что без неё он просто не попадет внутрь. ​Около полуночи телефон завибрировал на журнальном столике. На экране высветилось сообщение от Джеймса. Он интересовался, не спит ли она, и предупреждал, что уже подходит к дому. Сонён тут же отозвалась коротким «Не» и написала, чтобы он заходил сразу, потому что дверь в квартиру открыта. Когда он вошел, Сонён сидела на кухне с учебником, кутаясь в большой кардиган. Джеймс выглядел вымотанным, его лицо было бледным, а на куртке виднелись капли дождя. Он остановился в дверях кухни, глядя на неё — заспанную, с растрепанными волосами, но верно ждущую его в пустой квартире. ​— Почему не легла? — тихо спросил он, присаживаясь напротив. — Ты бы торчал под дверью, Юйфань. Я не могла оставить тебя на улице. ​Он промолчал, но в этой тишине Сонён кожей чувствовала его благодарность. Он взял стакан воды, который она уже успела приготовить для него, и на мгновение их пальцы соприкоснулись. ​— Знаешь, — Сонён подперла подбородок ладонью, — мне даже нравится, что у нас одни ключи. Так кажется, что мы... ну, заодно. Что мы команда. ​Джеймс горько усмехнулся, глядя в свой стакан. «Заодно». Если бы она только знала, в какую «команду» он входит на самом деле и какие замки ему приходится вскрывать по ночам. ​— Команда — это когда все знают правила игры, Сонён, — произнес он, поднимая на неё взгляд. — А ты играешь вслепую. ​Она хотела спросить, что это значит, но он уже поднялся. — Завтра я заберу дубликат. Больше не придется ждать. ​Он ушел в свою комнату, оставив её одну. Сонён чувствовала, что эта «ключевая» близость пугает его. Он боялся того, как легко она вписывается в его жизнь, как быстро он привыкает к тому, что за дверью его ждет свет лампы и её мягкий голос. ​Завтра у него снова появятся свои ключи. Свои выходы. Свои секреты. А Сонён, глядя на пустую связку на столе, поняла: она больше не хочет просто открывать ему дверь. Она хочет узнать, что он прячет за той, которую никогда не отпирает.