Утро гигантов

Июньское солнце резало глаза сквозь высокие окна с растрескавшейся краской, превращая коридор Дворца пионеров в нагретый тоннель. Под ногами поскрипывал линолеум, местами вздувшийся от жары. Воздух пах хлоркой, пылью и чем-то сладковатым – то ли лаком со стен, то ли карамелью из карманов стоявших в очереди школьников. У двери компьютерного класса толпились десятка два ребят. Преподаватель информатики, тучный мужчина в мятом пиджаке, не поднимал глаз от журнала, механично перебирая листы. – Запись закрыта, – произнёс он наконец, голос звучал устало, как заезженная пластинка. – До конца учебного года мест не будет. – Но ведь таких компьютеров больше нигде в городе нет! – Пашка подался вперёд, пальцы нервно сжали ремешок спортивной сумки с надписью «Спорт». – Мы заявки ещё в начале лета оставили! – подхватил Сашка, вытирая вспотевшую ладонь о шорты. Преподаватель закрыл журнал, щёлкнул замком. – Желающих оказалось слишком много. Если что-то освободится, объявим на доске. Следите. Он развернулся и шагнул в класс, оставив дверь приоткрытой. Из щели донёсся ровный гул вентилятора и частый стук клавиш. Толпа зашевелилась, повздыхала и потянулась к выходу. Мальчики пошли следом. На улице, у главных ступеней, на бетонном постаменте стоял ржавый муляж авиабомбы. К корпусу болтами была прикреплена потускневшая металлическая табличка: «Сброшена фашистами в 1943 году. Не разорвалась. Обезврежена бойцами Советской Армии. Установлена в память потомкам». На крыльце Сашка не выдержал. С размаху пнул ногой ржавый муляж авиабомбы носком кеда. Пыль взметнулась облачком. – Чёрт побери! Я так хотел программировать, как мама… А теперь опять в библиотеку. Учить всё по дурацким методичкам! – он пнул ступеньку, сбивая осыпающуюся штукатурку. Паша, вышедший следом, остановился. Ветер донёс до него обрывки чьих-то шагов с асфальта. Паша взглянул на вывеску в боковой арке: «БИБЛИОТЕКА. КРЫЛО Б». – А туда ещё пускают? – спросил он. – Я как раз собирался записаться. Может, покажешь дорогу? Сашка резко обернулся, глаза блеснули. – Пойдём. Я там уже сто лет обиваю пороги. Всю фантастику перечитал и все книжки по «Бейсику», что нашёл. – Неужто там много фантастики? – Пашка поправил лямку своей сумки, шагнул ближе. – А то! Тебя как зовут? – Паша. – Саша. Они коротко кивнули друг другу и шагнули в полутень арки, оставляя за спиной раскалённое крыльцо. Библиотека ютилась в другом крыле дворца. Здесь было тише, воздух густел от запаха старой бумаги, клея и пыли, осевшей на переплётах. Под потолком тихо жужжала люминесцентная лампа, отбрасывая холодный свет на ряды стеллажей. За столом у входа сидела женщина в очках на цепочке. Увидев мальчишек, она удовлетворённо, почти по-хозяйски потёрла ладони, достала из ящика чистую читательскую карточку и шариковую ручку. – Назовите фамилию, имя, отчество и год рождения, молодой человек, – голос был строгим, но без злости. – Павел Ильич Рыбаков. Тысяча девятьсот семьдесят четвертого, – ответил он, стараясь говорить чётко. Женщина склонилась над столом. Ручка заскрипела, выводя ровные, чуть угловатые буквы. Она аккуратно вписала данные, приложила круглую печать с красными чернилами, подышала на оттиск, чтобы быстрее высох, и протянула карточку. – Вот. Пока я тебя не знаю, на дом можно взять только одну книгу. Какую ищешь? – А что у вас есть по языкам программирования? – Пашка осторожно взял билет, чувствуя шероховатость бумаги. Библиотекарша невольно фыркнула, поправила очки. – Ещё один… Саша, это твой? – Только познакомились. Нас в кружок не взяли, – кивнул Сашка, прислонившись к косяку двери. – Не взяли, – повторила она. Вздохнула, провела пальцем по краю карточки. – А вам зачем? Сильно хочется? Мальчики переглянулись. Паша сжал билет в руке, Сашка выпрямился. – Очень, – сказал Паша. – Дико хочется, – добавил Сашка. Женщина помолчала, потом кивнула, достала из-под стола увесистый каталог в потертом переплёте. – Ладно. Пойдемте со мной …