Негатив

Их свидание оказалось удивительно обычным. Без сценария, без попытки произвести впечатление. Они просто встретились в тихом месте, где не нужно было прятать лицо и подбирать слова. Говорили о работе, о мелочах, о том, что обычно теряется между съёмками и расписаниями. И всё же между этими разговорами постоянно возникали паузы — короткие, неловкие, но по-своему тёплые, как будто им не нужно было заполнять тишину, чтобы она не давила. После этого они начали встречаться так же просто. Между графиками и чужими звонками. Между «сегодня занят» и «скоро освобожусь». Иногда это был ужин поздно ночью, иногда — кофе перед утренней съёмкой, иногда — десять минут в машине, когда один ждал другого у черного входа. Никто из них не произносил никаких определений вслух, но оба довольно быстро перестали делать вид, что это случайность. Для Чонгука это чувство оказалось почти пугающе ясным. Он ловил себя на том, что планирует день не вокруг расписания промо-кампании, а вокруг возможности увидеть Тэхёна хотя бы на короткое время. И каждый раз, когда это удавалось, внутри становилось спокойно — так, как будто всё остальное на секунду теряло вес. Он не называл это вслух, не оформлял в слова, но очень быстро понял главное: это не «интерес» и не «привязанность». Это было то, что появилось здесь и сейчас, за слишком короткое время, чтобы его можно было логически объяснить. И всё же они продолжали. Без громких решений, без разговоров о будущем, просто выбирая друг друга снова и снова — в тех промежутках, которые им удавалось украсть у собственной жизни. Спустя месяц, после очередного ужина в квартире Тэхёна, они устроились на диване. Но не прошло и пяти минут, как старший напрягся в руках Чонгука. — Возможно, ты сочтёшь меня сумасшедшим, но я должен тебе что-то показать, — Тэхён закусил губу и нервно заломал пальцы. Чонгук нахмурился и положил руки на плечи Тэхёна. — Тэ, чтобы там ни было, я не посчитаю тебя сумасшедшим, обещаю. Тэхён кивнул и зажмурил глаза. — Я соврал тебе. — Что? Когда он открыл глаза, выражение лица Чонгука было таким уязвимым, что Тэхён выругался про себя. — Когда мы познакомились, я сказал, что мы не виделись до этого. Это не так. Точнее не совсем… — Тэ, я не понимаю… — Сейчас, — старший резко развернулся и направился к стеллажу, где хранились его альбомы. Среди них лежал конверт с распечатанными пленочными фото из Японии. Он вернулся на диван и подал его своему парню. — Что это? — Чонгук принял конверт, и открыл его, доставая фотокарточки. — Откуда… — Не знаю, клянусь, я не знаю, — пробормотал Тэхён. — Весной я ездил в Токио и купил там камеру. Фото проявил уже по приезде в Корею, а там вот… Я проверял даты, ты в это время был занят подготовкой к промо дорамы, тебя не могло быть там физически, но… Чонгук, приоткрыв от удивления рот, просматривал каждый снимок, на котором было его собственное лицо. На несколько минут между ними воцарилась тишина, а после младший рассмеялся. — Я знаю, кажется. — Ч-что? — переспросил ошеломленный Тэхён. — Ох, теперь уже я переживаю, что ты примешь меня за сумасшедшего, — Чонгук отложил фото и неловко потер шею. — Я тоже не был до конца честен при знакомстве, ведь тоже знал тебя. Пришла очередь хмуриться Тэхёну. — В смысле? — Ты веришь в перерождение? — А это тут причем? Чонгук вздохнул и потер переносицу. — Я скажу то, что точно знаю: мы были вместе в прошлой жизни, Тэхён. Много столетий назад. Тэхён только удивлённо уставился на него, открывая рот, чтобы что-то сказать, но так и не сформулировав ни один из возникших в голове вопросов. Чонгук выдохнул, а затем повернулся полностью к старшему, чтобы рассказать то, что тяготило его мысли последние несколько месяцев. — Через некоторое время после начала съёмок мне начали сниться интересные события. Будто я переместился на много лет назад, примерно во времена хваранов. Это были очень реалистичные сны, по ночам я будто проживал вторую жизнь, — Чонгук замялся и посмотрел на своего парня. — Ты тоже был там. Тэхён же смотрел на него таким взглядом, словно видел впервые. Из-за этого Чон напрягся, но решил продолжить. — Тогда я еще не знал кто ты, считал тебя просто плодом своего воображения. Ну, знаешь, идеалом парня, которого я бы себе хотел. Но сны начали приходить всё чаще и чаще, обрастать подробностями и конкретными именами. Сейчас я это понимаю, что чем ближе я становился к тебе, тем больше видений или воспоминаний, — не знаю, как это назвать, — ко мне приходило. Чонгук ненадолго замолчал, чтобы дать Тэхёну осознать услышанное. Старший помолчал, переваривая свалившуюся на него новость, а после посмотрел на Чонгука. — Как ты понял, что это не просто сны? Ведь ты сам снимался в исторической дораме, можно было списать на эмоции от съемок или что-то в этом роде. Чонгук кивнул, подтверждая эту мысль. — Я так и думал поначалу. Всё-таки моя первая роль, первый опыт в больших съёмках вообще. Я зацепился за имена. Они были чёткими, будто я действительно знал этих людей. И я решил поискать. Тэхён удивленно ойкнул, а его глаза округлились. — Ты нашел нас? Чонгук слегка улыбнулся. — Да. Мы не были с тобой какими-то выдающимися личностями, меняющими ход истории, нет. Только краткие сведения и упоминания, потому что наши семьи были довольно зажиточными. — Воу, — выдохнул Тэхён, зарываясь пальцами в собственные волосы. — И кем же мы были? — Ты — сын богатого торговца тканями, их поставляли прямо к императорскому двору. Я — один из сыновей военачальника. Тэхён выдохнул, а его выражение лица, кажется, приобрело крайнюю степень удивления. — Ясно, — кивнул он, вставая с дивана. — Мне… мне нужно подумать над всем этим, — он неопределённо махнул рукой в пространстве. — Тэ-э, — жалостливо протянул Чонгук. — Нет, нет, Гук, — прервал его старший. — Правда, это слишком… слишком много сразу. Сначала плёнка, теперь общее прошлое столетия назад. Правда, дай мне время. В комнате повисла тяжёлая тишина. Сердце Чонгука сжималось от боли, нежелания оставлять своего мужчину в такой момент. Но он понимал чувства Тэхёна, сам прошел через все стадии принятия. И то, принять удалось только после первой встречи со старшим. Именно тогда Чонгук понял, почему в прошлом он выбрал именно этого мужчину. Он выбрал бы его в каждой из жизней. Теперь же ему надо было позволить Тэхёну пройти через это. Чонгук встал с места и медленно подошел к своему мужчине, давая тому возможность отступить. Но Тэхён не сделал и шага назад, позволяя себя обнять. Чонгук почувствовал, как тот расслабился в его руках, и боже, как же ему не хотелось сейчас оставлять Кима одного. Младший оставил поцелуй на его виске, вдыхая любимый аромат. — Я уезжаю на неделю в Японию в рамках промо сериала. Обещай, что мы поговорим, когда я вернусь. Тэхён кивнул, отстраняясь, и Чонгуку пришлось натянуть улыбку. — Дашь мне с собой ту камеру? Хочу проверить, сработает ли это на мне. Старший фыркнул, и его глаза снова потеплели. Он подошёл к стеллажу, доставая камеру. — Только будь с ней аккуратнее, — приказал, подавая фотоаппарат Чонгуку. — Разобьешь — не посмотрю на то, что мы были вместе еще с прошлой жизни, — придушу своими руками, — он угрожающе посмотрел на Чонгука, но губы предательски расплывались в улыбке. Чонгук рассмеялся, кивая. Он аккуратно уложил камеру в свой рюкзак, а после направился в коридор. Обувшись, он снова притянул Тэхёна к себе, оставляя легкий поцелуй на любимых губах. — Я от тебя не отстану, Ким Тэхён. Но обещаю дать время, ладно? — Ладно, Чон Чонгук. Обещаю, что через неделю мы поговорим. Чонгук, оставив еще один поцелуй, всё же заставил себя выйти из квартиры старшего. Это будет долгая, долгая неделя.

***

Тэхёну понадобилось три дня, чтобы принять сказанное Чонгуком. В целом, он даже понимал себя в прошлом — пройти мимо этого парня невозможно. Видимо в каждой из жизней ему суждено было отдавать сердце в эти крепкие руки. Осознание того, что он искренне полюбил Чонгука, пришло вместе с принятием. Да, это может показаться слишком быстро, но он так чувствовал. Сейчас, находясь далеко от младшего, еще и разойдясь на тяжёлой ноте, он ощущал ужасную тоску по нему. Он следил за каждым новым роликом, появляющемся с промо-кампании. Следил за соц.сетями Чонгука, ожидая новых фото. Младший, как и обещал, дал время, не звонил и не писал. Но семь дней оказались слишком большим сроком. Тэхён старался отвлекаться на работу, днями и ночами находясь то в студии, то дома за обработкой фото. Но взгляд всё время падал на телефон, ожидая нового уведомления. Подписка на имя Чонгука во всех поисковых системах появилась сама по себе. Тэхён стал максимально жадным до каждого упоминания своего парня в сети. В день возвращения Чонгука он чудом не сорвался в аэропорт, но там уже ждала небольшая толпа фанатов дорамы, так что смысла никакого не было. А так хотелось ждать его у выхода, кинуться на шею и прижать к себе. Он бы даже купил цветы, чтобы по всем канонам. Но реальность была такова, что он оставался в своей квартире, ожидая звонка. Через пару часов после того, как по СМИ прошли фото с прибытия Чонгука и его команды в аэропорт Инчхон, в квартире Тэхёна раздался звонок. И хозяин тут же побежал открывать, зная, кто находится за дверью. В кепке и маске, Тэхён всё равно бы узнал эти чёрные глаза из тысяч других. Стоило двери распахнуться, как старший тут же затащил Чона в квартиру, прижимая к двери. — Тэ, что… Чонгук даже не успел отреагировать, как чужие пальцы стащили с него маску и кепку, а после губы прижались к губам в горячем поцелуе, полном тоски, желания и любви. Руки Тэхёна гуляли по плечам, груди, торсу Чонгука, словно впитывая его, записывая на подкорку. Поцелуй быстро набрал обороты, становясь всё более горячим. Зубы покусывали губы, языки сплетались, словно борясь за первенство, но тут же покорно уступая. — Я так соскучился по тебе, — прошептал Тэхён, когда воздух в лёгких окончательно закончился и им пришлось оторваться друг от друга. — Чёрт возьми, Чон Чонгук, я люблю тебя. Чонгук замер, словно испуганный олененок в свете фар, неверяще смотря на Тэхёна. — Боже, хён, вот так с порога нельзя же, — вырвалось из него со всхлипом. — Я тоже тебя люблю. Очень сильно. Лицо Тэхёна осветилось широкой улыбкой, которая тут же была стерта губами Чонгука. Не глядя под ноги, он скинул кроссовки, чтобы толкнуть Тэхёна внутрь квартиры, не разорвав поцелуй. — Мне нужно в душ, я успел заскочить только в одно место и сразу к тебе, — пробормотал Чонгук. Тэхён кивнул в ответ и через силу оторвался от младшего. Он проводил Чонгука до ванной комнаты, выдал ему полотенце и чистое белье. — Я быстро, — подмигнул Чонгук, закрывая дверь. Тэхён закусил губу и с выдохом запрокинул голову. Улыбка не сходила с его лица, а по телу бегали мурашки от предвкушения вечера и желания. Чонгук — его, был и всегда будет. Они доказали это в прошлой жизни, а в этой упускать свое солнце он точно не собирается. Решив подождать его в спальне, Тэхён разделся до белья и лёг поверх одеяла. Руки то и дело нервно вздрагивали, но скорее от ожидания, чем волнения. Спокойствие между ними с самого начала стало базовой опцией их отношений. Чонгук появился в спальне через десять минут. На нем было только полотенце, зацепленное на талии. — Какой же ты красивый, — выдохнул Тэхён, не в силах оторвать взгляд. — Иди ко мне, солнце. Щеки Чонгука залились очаровательным румянцем, пока он послушно забирался на кровать. Тэхён тут же уложил его на себя, расставляя сильные бедра младшего по бокам от своей талии. Руки огладили твердые мышцы, скользя под мягкую влажную ткань полотенца. Тэхён приподнялся, чтобы поцелуями осыпать изящные ключицы и сильную шею. Когда язык коснулся пульсирующей венки, изо рта Чонгука вырвался сладкий стон. Тэхён слышал, как Чонгук поёт, знает мелодичность его голоса. Но стоны, боже. Он зубами зацепил кадык, за что младший наградил его еще более громким звуком, от которого член в боксерах дернулся в желании. Это звучало прекраснее любой песни. Руки потянулись, чтобы сдернуть уже мешающее полотенце, и тут же принялись оглаживать мягкую кожу ягодиц. На теле Чонгука не было ни единого волоска, что было приятным бонусом его профессии для Тэхёна. — Поцелуй, — прошептал Чонгук. Его дыхание уже стало неровным, а сердце бешено колотилось в груди. Тэхён с удовольствием исполнил просьбу, а пальцами скользнул в открытую из-за позы щель. Дырочка Чонгука судорожно сжалась от прикосновения, но Тэхён почувствовал, что младший пытался подготовиться сам. Он на мгновение разорвал контакт, чтобы потянуться за смазкой. А после, разогрев ее в руке, снова скользнул к желанному отверстию. — Скажи, если будет слишком, ладно? Чонгук кивнул и припал к нему в поцелуе. Тэхён тут же ответил, отвлекая любимого от возможной боли при первом проникновении. Он старался действовать как можно аккуратнее, но всё равно почувствовал, как напряглось тело младшего. Другой рукой он погладил его по спине, успокаивая и заземляя, и продолжил, только когда Чонгук перестал судорожно сжиматься на его пальце. Медленно, с заботой, он аккуратно подготавливал своего парня, отвлекая поцелуями и комплиментами. Он шептал слова любви, о том, насколько Чонгук прекрасен, что создан только для него. И младший таял в этих любящих руках. Желание, помноженное на нежность, практически перекинули его через край, когда уже три пальца свободно входили в него, попадая каждый раз по простате. — Ты нужен мне, Тэ, — промычал Чонгук, самостоятельно слезая с его пальцев. Он взял лежащий рядом со смазкой презерватив и, быстро расправившись с ненужным бельем, надел его на член Тэхёна, а после навис сверху. — Хочешь сам? — уточнил Тэхён, переживая за состояние парня. — Да, — Чонгук кивнул, а после очень медленно, миллиметр за миллиметром, насадился на его возбуждение. Два громких стона сплелись в пространстве спальни, отражаясь от стен. От тесноты и жара, которые Тэхён ощущал внутри тела Чонгука, кружилась голова. Никогда еще секс не приносил ему столько удовольствия с первой же секунды. Медленный темп, который задал Чонгук, сводил с ума. Хотелось больше и глубже, и одновременно хотелось задержаться в этом моменте, растянуть наслаждение на как можно дольше. — Любовь моя, — с благоговейным трепетом прошептал Чонгук, пока дрожащими пальцами нежно оглаживал тело Тэхёна. — Ты такой прекрасный. Поза позволяла ему вдоволь насладиться видом на Тэхёна. Пока он сам неторопливо раскачивался на члене старшего, глаза неотрывно сканировали тело любимого, будто желая запечатлеть эту картину прямо на сетчатке. — С ума сводишь, — ответил Тэхён и, не выдержав, согнул ноги в коленях, слегка подбрасывая Чонгука на своем паху. Он дернул бёдрами вверх, проверяя реакцию Чонгука. Когда тот лишь громче и слаще застонал, Тэхён задал свой темп. Он руками удерживал Чонгука за талию, пока бедра набирали скорость. Влажные из-за смазки шлепки тел тоже становились громче, только сильнее возбуждая. Не сдержавшись, Тэхён прикусил плечо Чонгука, не зная, как ещё выплеснуть весь тот шквал чувств, что распирал изнутри. Младшего хотелось сжать сильнее, насадить глубже, поцеловать так, чтобы мир за окном перестал существовать, оставив только их двоих. — Я люблю тебя, люблю… — бормотал Чонгук, прикрыв глаза от удовольствия. Его пальцы запутались в волосах Тэхёна, иногда оттягивая пряди, когда хватка становилась сильнее. — Я сильнее, — ответил Ким, опуская одну руку на твердый член Чонгука, что терся об его торс. — Да, ах, так, — воскликнул младший, когда влажная от смазки рука сжала его достоинство. Несколько движений, и Чонгук забился в сильном оргазме. Он дернулся и непроизвольно сжал внутри Тэхёна так, что тот не смог двинуться. Старший замер, наблюдая, как удовольствие накрывает его любимого с головой, и эта картина отправила его самого за край. Обессиленный Чонгук упал на него сверху, не желая двигаться. Они пролежали так несколько минут, пока опавший член Тэхёна сам не выскользнул из его тела. Чонгук недовольно поморщился от неприятных ощущений, но всё равно не сдвинулся с места. — Это было невероятно, — прошептал он куда-то в шею Тэхёна. — Лучшая ночь в моей жизни, — ответил Тэхён, обнимая Чонгука за талию. — Но нам нужно в душ. Чонгук недовольно фыркнул, заставляя Тэхёна засмеяться от щекотки. — Чуть позже, хочу еще так полежать. — Конечно, — как будто Тэхён мог ему отказать. Он и сам по нему жутко соскучился за эту неделю, что теперь не хотелось отпускать и на минуту. Лишь бы оставался в его руках. Душ им всё-таки пришлось принять, когда кожу на животах стало неприятно стягивать. Тэхён и там продолжил ухаживать за любимым, аккуратно обмывая его, пока разнеженный Чонгук опирался спиной на стену. В комнате Тэхён быстро перестелил постельное, а затем уложил Чонгука, после чего забрался на кровать сам. Расслабленно лежа на плече младшего, Тэхён задумался о том, насколько он счастлив и спокоен в данный момент. — Ой, я же не показал тебе… — Чонгук резко подскочил с кровати, заставив Тэхёна вскрикнуть от неожиданности. — Ты чего пугаешь-то? — он приложил руку к груди, зло зыркнув на младшего, что закопался в своем рюкзаке. — Фото, — довольно заявил Чонгук, размахивая конвертом. Он подошёл к кровати, полусидя устраиваясь рядом с Тэхёном, которому тоже пришлось подтянуться повыше. — Ты успел проявить пленку? Чонгук довольно закивал, немного гордясь собой. — Хорошо получать большие гонорары, очень ускоряет процессы. Тэхён усмехнулся и покачал головой. — Ты смотрел уже? — Еще нет, — в голосе младшего тоже прослеживалось немного нервное ожидание. — Хотел узнать вместе с тобой, сработала ли магия наших прошлых жизней на мне. Тэхён улыбнулся и открыл конверт. Было видно, что Чонгук очень старался сделать фото в тех же местах, где делал Тэхён в свой отпуск. Но попадались и незнакомые локации, в том числе и гримерка каста. И на каждом фото Чонгука присутствовал Тэхён. — Вау, — старший провел пальцами по фото, где его воплощение стояло прямо рядом с Чонгуком, который делал фото в номере отеля после душа. Взгляд Тэхёна был полон голода до этого человека, но и любви. Абсолютно бескрайней, он выглядел практически помешанным на этом парне. Чонгук взял фотографии в свои руки и внимательно их просмотрел. А после рассмеялся. — Ну, у нас, получается, уже есть семейный архив. Тэхён перевел растерянный взгляд на Чонгука, а потом тоже усмехнулся. — Надеюсь, теперь мы будет делать фото вдвоем уже в реальности. Нашей реальности. — Ну, ты у нас фотограф, а я готов быть твоей вечной моделью, — Чонгук поиграл бровями, заставляя Тэхёна рассмеяться сильнее. — Да, в перерыве между съёмками, господин «талантливый, подающий надежды, молодой айдол». Все заголовки только тебе и посвящены. Чонгук смутился и отвернулся, не желая показывать свою слабость. Но Тэхён не дал ему это сделать, притянув к себе. Отложив фотографии, Чонгук уютно устроился на его груди, прижавшись к Тэхёну вплотную. — Расскажешь мне что-то интересное из нашего прошлого? — спросил Тэхён, поглаживая спину Чона. — М? — младший довольно проурчал от приятных ощущений. — Что тебе интересно? — Не знаю, просто какой-то факт, может? Было видно, что Чонгук задумался, а после повернулся и хитро взглянул на Тэхёна. — Я был старше тебя на пять лет. Тебе было двадцать, когда мы познакомились на каком-то из приёмов во дворце. Тэхён удивлённо похлопал глазами. — Правда? — Да, м-м-м. Я пошёл против семьи ради тебя. На самом деле, там я был… не знаю, как сказать… более зрелым, что ли. Тэхён напрягся и посмотрел на младшего, который растерянным взглядом шарил по стене рядом с кроватью. Чонгук снова вызвал у него волну умиления внутри. — Гук, ты переживаешь из-за этого? Что в этой жизни ты младше? — Нет, нет. Просто, как бы сказать… — Чонгук вздохнул и уперся лбом в грудь Тэхёна. — Я боюсь, что этот я как бы не дотягиваю до уровня. До тебя. Тебе приходится быть ведущим в наших отношениях. Тэхён рассмеялся и подтянул Чонгука повыше, чтобы обнять крепче. — Это нормально. Позволь в этой жизни мне быть твоей опорой. Я вовсе не против, солнце, — Тэхён оставил поцелуй на нахмуренном лбу парня. — Ты выбрал и так не простой путь. Тебе придется стать сильнее, обрасти бронёй. Я даже рад, что встретил тебя в начале твоего становления, и буду счастлив пройти его рядом с тобой. — Тэ-э, — в глазах Чонгука стояли слезы. — Я не знаю, как это возможно, но я люблю тебя еще сильнее. — Я тоже люблю тебя, — Тэхён оставил сначала лёгкий поцелуй на его губах, но Чонгук тут же прижался сильнее, углубляя его. Эта ночь скрепила все сказанные в тишине признания, связала их души окончательно.

***

Когда промо-кампания к дораме была завершена, парни выдохнули с облегчением. Хоть расписание Чонгука и заполнилось подготовкой к записи собственных песен, время на встречи у них прибавилось. Как незаметно прибавились и вещи младшего в квартире Тэхёна. Свободное время они старались проводить вдвоем, а чувствовать себя свободно могли только за закрытыми дверями. Сегодня был один из таких тихих дней, когда Чонгук смог освободиться пораньше, а впереди ждали выходные. Теперь Тэхён уже не брался за все подряд проекты, подстраивая свой более гибкий график под расписание Чонгука. — Хочу тебе кое-что показать, — Чонгук обнял Тэхёна сзади, опуская голову ему на плечо. — М? Сейчас? — Тэхён оставил легкий поцелуй на чужой руке, продолжая обрабатывать фото, которые нужно было сдать через несколько дней. — Вечером. Нам нужно будет доехать до одного места. — Одни загадки, Чон Чонгук, — фыркнул Тэхён. — Хорошо, во сколько мне быть готовым? — К четырём освободишься? — Для тебя — всегда. Тэхён утянул Чонгука в поцелуй, глубокий, но нежный. Он хотел подарить этому человеку всю любовь, ведь с каждым днем Чонгук всё больше погрязал в том, что за собой несёт популярность.

***

— Пристройка у дома моих родителей практически готова. Мы вскоре можем переехать туда. — Я так благодарен госпоже и господину Ким, что приняли нас, — вздохнул Чонгук. Он взял ладони Тэхёна в свои и крепко сжал. — Но Тэхён-и, я обещаю, я построю нам отдельный большой дом. Только для нас. Тэхён улыбнулся и кивнул. — Я знаю, знаю. Мы справимся. Он прижался лбом ко лбу своего мужчины, когда их уединение было нарушено чужим внезапным присутствием. — Так вот почему я оказалась опозоренной, — воскликнула девушка, тыча пальчиком в двух мужчин. — Мой отец сообщил, что жених отказывается от помолвки, а оказывается, он просто решил сам стать женой! Чонгук в шоке уставился на неё. Конечно он знал, кто это. Дочь господина Пака — Чимина, его несостоявшаяся невеста. Он попытался вставить слово, но девушка, словно стрела, сорвавшаяся с тетивы, подбежала к ним. — Вы оба отвратительные. Позор мужского рода. Да будьте вы прокляты, и никто ни в какой из жизней не будет с вами. Никакая девушка на вас не взглянет. — Госпожа… — вставил Тэхён, но тут же был остановлен тяжелым взглядом, кипящем яростью отвергнутой женщины. — Ты вообще не смеешь со мной говорить! Всё из-за тебя, из-за тебя мне теперь придётся выходить замуж за первого, кто позовёт, чтобы скрыть позор. Ты… ты… ненавижу! Она резко шагнула вплотную к Тэхёну, и Чонгук даже не успел отреагировать, как тот неожиданно осел рядом. Светлая ткань ханбока с левой стороны окрасилась алым цветом. — Нет, нет, нет! — Чонгук упал рядом, подхватывая тело любимого. Тэхён натужно улыбнулся, чтобы прошептать: «Люблю тебя», а после его глаза закрылись. Любимые глаза Чонгука, в которых было столько тепла и нежности, больше никогда не смогут на него посмотреть. Чонгук нагнулся к еще тёплой груди, пытаясь услышать родное сердцебиение, но в ответ была лишь тишина. — Пожалуйста, Тэ, ты не можешь… не можешь… ты мой, только мой, не бросай меня… Он не заметил, как кинжал выпал из тонких рук девушки. Не заметил, как та всхлипнула от испуга, а после убежала. Ему было плевать на весь мир. Чонгук встал, аккуратно подхватывая любимого на руки, и направился в свои комнаты. Там, он бережно уложил его на постель, так, что казалось, будто Тэхён просто спит. Чонгук нежно провел пальцами по заострившимся чертам лица. — Я клянусь, что найду тебя в следующей жизни и больше никогда не отпущу, — пообещал Чон, укладываясь рядом с телом любимого. На следующее утро слуги нашли двух намертво сцепленных в объятиях друг друга возлюбленных прямо в постели младшего господина Чон.

***

Тэхён долго рассматривал останки двух людей. Кости их скелетов действительно практически вросли друг в друга. История о трагической любви была наклеена на стекле, рядом с примерными датами захоронения. — Ты поэтому так недолюбливаешь Чимина? — единственное, что смог выдавить из себя Тэхён, после того, как узнал их общую с Чонгуком историю. Их прошлое, то, где всё началось. Тэхён действительно замечал то, как недобро Чонгук смотрит на его лучшего друга, каждый раз, когда они пересекались. Чимин сам спрашивал у Тэхёна, чем он так не угодил его айдолу, но тот и сам не понимал. Чонгук всегда говорил, что это они надумывают, но ниоткуда взявшаяся ненависть была странной, ведь Чимин был одним из самых добрых и приятных людей, которых только знал Тэхён. Теперь всё встало на свои места. В этой жизни воплотились не только они, но и причина их прошлой смерти. Чонгук не ожидал, что старший спросит именно это, но кивнул. — Он не знает нашего прошлого, — заметил Тэхён. — Не помнит ничего из прошлой жизни. Чимин — не она. — Я понимаю, — вздохнул Чонгук. — Мне просто тяжело принять, что его прошлое воплощение забрало тебя у меня когда-то. Тэхён повернулся к Чонгуку, внимательно его осмотрев. — Как я могу быть уверен, что твои чувства предназначены мне, а не тому Тэхёну из твоего прошлого? — он нервно закусил губу, но взгляд от младшего не отвел. Чонгук нежно улыбнулся и подошёл ближе. Он медленно протянул руку, чтобы дать Тэхёну возможность отпрянуть, но тот не сделал этого. Поэтому, положив ладонь ему на щеку, Чонгук заглянул в любимые глаза. — Позволь мне кое-что прояснить, хён. Да, я помню то, кем ты являлся мне. Но я не помню того тебя. Тэхён непонимающе нахмурился: — Это как? — Я помню лишь факты, — вздохнул Чонгук. — Помню, что ты был любовью всей моей жизни, помню, что нас жестоко разлучили, помню проклятье и то, что мне обязательно нужно найти тебя в следующей жизни, — Чонгук опустил голову и усмехнулся. — Честно говоря, когда несколько месяцев назад мне пришло это осознание — я не поверил. Как я и говорил, думал, что мне просто приснилось, но образовавшаяся в груди дыра давила. Словно сердце и душу мои вырвали, и мне нужно найти их. — Чонгук… — на глазах Тэхёна стояли слезы, но младший покачал головой. — Всё, что я о нас знаю — не воспоминания прошлой жизни. Это то, что я смог найти в истории. Я прошёлся по всем электронным и физическим архивам, чтобы найти побольше информации. И там же я нашел нас, — он кивнул на стекло, за которым находились останки их прошлого, а после снова посмотрел на Тэхёна. Взяв его ладонь, Чонгук прислонил ее к своей груди, где бешено билось сердце. — Это про тебя, Тэхён. Про этого реального тебя, человека, видящего прекрасное везде, ненавидящего обувь и обожающего плакать над манхвами. Я люблю тебя, да, во всех жизнях, но в каждой по отдельности. Слезы уже текли ручьём из глаз старшего. Тэхён сжал руку в кулак, комкая футболку на чужой груди, чтобы тут же притянуть Чонгука к себе. Он крепко оплел его своими руками, прижимаясь как можно ближе. — Прости меня, — прошептал он, мокрым носом тычась в чужое плечо. — Тебе не нужно извиняться, родной, — Чонгук оставил поцелуй на темной макушке. — Я тоже тебя люблю, так сильно, черт возьми. Видимо за обе жизни, пусть прошлую я и не помню, — фыркнул Тэхён, заставляя рассмеяться и Чонгука. — Мы построим новую, — пообещал Чонгук, крепко удерживая в руках смысл всех своих жизней. — Мы каждый раз будем строить новое, в каждом воплощении. Я никогда, никогда тебя не оставлю.