Сборник драбблов [реквесты]

***

Системное сообщение «РАУНД ЗАВЕРШЁН» повисло в воздухе серой рябью, и ловышка Форсакен на мгновение замерла, прежде чем начать перезагрузку. Тела убитых бесшумно исчезли, лужи крови втянулись обратно в текстуры пола, а стёкла, разбитые выстрелами, остроились заново — целые холодные и мрачные. Мафиозо стоял у разбитой стены особняка, прислонившись плечом к потускневшей колонне. Его костюм — безупречный, темный, несущий роскошью — не был испачкан ни каплей крови. В этом раунде он выиграл. Тихо, методично, без лишней жестокости. Просто сделал свою работу. Он всегда делал свою работу. Мафиозо засунул руки в пальто и закрыл глаза. Через секунду он услышал знакомые голоса и привычный запах — место для убийц. 1х1х1х с перекошенным лицом сидел на полу, в то время как Принцесс пыталась заплести ему волосы. Джон рассказывал что-то Кулкиду и Блудуду. Гость свернулся калачиком, но Мафиозо не сильно это интересовало, ему был нужен конкретный человек. Взгляд зацепился за синюю корону. Дон направился к ней. — Игра окончена, — спокойно сказал Мафиозо, останавливаясь в трёх шагах. — Даже не поздравишь меня с побитым рекордом времени убийств? Aйтраппед резко обернулся. Он скептическим взглядом окинул лицо собеседника. В голубых глазах сверкнула усталость. — Гордись собой сам, — голос Aйтраппеда был низким, с хрипотцой, и звучал так, будто каждое слово давалось ему через силу. — Вот как, — Мафиозо чуть приподнял бровь, и на его губах заиграла едва заметная усмешка. — Дорогой коллега даже не ждал меня? Голубые глаза сузились. — С какой стати мне тебя ждать? Ты думаешь, весь мир крутится вокруг твоего тебя? — Aйтраппед скрестил руки на груди, отворачиваясь. Но не уходил. Он никогда не уходил сразу. Мафиозо сделал шаг вперёд. Потом ещё один. Это была их традиция, о которой никто из них не говорил вслух. После каждого раунда они вели беседы, иногда уходя в комнату или на крыльцо.. — Ты сегодня хорошо целился, — заметил Мафиозо, останавливаясь рядом. Не слишком близко, чтобы не спровоцировать, но достаточно, чтобы Aйтраппед чувствовал его присутствие. — Тот выпад в третьем раунде... впечатляет. Aйтраппед дёрнул плечом, словно пытаясь сбросить невидимую тяжесть. — Я всегда хорошо попадаю. Не нужно меня хвалить, будто я ребёнок. — А я и не хвалю. Констатирую факт. Наступила тишина. Не неловкая — та, которая бывает только между людьми, которым не нужно заполнять паузы словами. Ветер, сгенерированный движком игры, шевелил полы их пальто. Где-то вдалеке каркал ворон — пусть и не настоящий.. Мафиозо смотрел на профиль Aйтраппеда. Острый подбородок, сжатые губы, напряжённые скулы. Весь он был — сплошное напряжение. Словно броня, к которой нельзя прикоснуться. — Знаешь, — негромко начал Мафиозо, — я заметил кое-что. — Что именно? — с вызовом спросил Aйтраппед, не поворачиваясь. — Ты всегда остаёшься после раунда. Даже когда проигрываешь. Даже когда злишься. — Мафиозо сделал паузу. — И ты никогда не уходишь от наших бесед.. Aйтраппед замер. — Просто так, мне скучно — отрезал он, но в голосе появилась едва уловимая нотка неуверенности. — Скучно? Неужели остальные менее интересные, чем я? —... — Aйтраппед резко развернулся, и на секунду их лица оказались слишком близко. Мафиозо увидел, как дрогнул его взгляд, как расширились зрачки, прежде чем Aйтраппед отшатнулся, будто обжёгся. — Нет! Просто ты меньше всех раздражаешь.. — Понятно, — кивнул Мафиозо, и в его голосе не было ни капли насмешки. Только теплота. Странная, неподобающая человеку с репутацией безжалостного убийцы. — приму к сведению. Он снова шагнул вперёд, сокращая расстояние. Теперь их разделяло меньше метра. Мафиозо мог бы протянуть руку и коснуться чужого плеча. — Что ты делаешь? — голос Aйтраппеда сорвался на шёпот. Голубые глаза метались, словно ища путь к отступлению, но ноги не слушались. — Ничего. — Мафиозо поднял руку медленно, очень медленно, давая собеседнику время отстраниться. Aйтраппед не отстранился. Ладонь легла на плечо поверх тяжёлой ткани рубашки. — Просто стою рядом. — Убери руку, — прошипел Aйтраппед, но его тело предательски расслабилось под этим прикосновением. Он ненавидел себя за это. Ненавидел то, как сердце начинало биться быстрее, когда Мафиозо оказывался рядом. — Нет, — спокойно ответил Мафиозо. — Что значит нет?! Ты не имеешь права! — А кто установит это право? — Мафиозо чуть наклонил голову, и в его глазах — тёплых, карих, совсем не мафиозных — промелькнуло что-то нежное. — Система? Она не регулирует личные границы. Только убийства. Aйтраппед издал звук, похожий на рык раздражённого котёнка. — Ты невозможен! Я… я сейчас уйду! Прямо сейчас! И ты останешься здесь один, понял? — Понял, — кивнул Мафиозо, не убирая руки. Никто не ушёл. Секунды тянулись. — Почему ты такой? — наконец выдохнул Aйтраппед, и в его голосе впервые не было злости. Только усталость и… растерянность. — Мы все мудаки здесь, тогда почему ты... Другой... Мафиозо молчал несколько долгих мгновений. Потом убрал руку с плеча — и Aйтраппед почувствовал, как что-то внутри него сжалось от потери тепла — но вместо этого просто взял его ладонь. Холодную, тонкую, с длинными пальцами. — Потому что, — тихо сказал Мафиозо, — есть разница между ролью в игре и тем, кто ты есть на самом деле. Здесь я убиваю. Это моя временная нежеланная работа. Но это не значит, что я должен быть чудовищем вне раунда. — Я не прошу тебя быть чудовищем, — буркнул Aйтраппед, глядя на их переплетённые пальцы. Его лицо под капюшоном стало пунцовым. — однако это не отменяет того какие мы здесь отбитые. — А ты? — вопрос прозвучал так искренне, что Aйтраппед вздрогнул. — Я… Он не знал ответа. Потому что всю свою жизнь в этой игре — в этом мире — он был колючим. Когда Айтраппед завел себе "друга" спустя много времени, ему быстро надоело. И чем это закончилось? Никто не знал, что под слоем его сарказма и вечного недовольства бьётся сердце, которое устало быть в броне. Мафиозо знал. Мафиозо всегда знал. — Посмотри на меня, — мягко попросил он. Aйтраппед поднял голову. Его голубые глаза блестели — то ли от света ламп, то ли от чего-то ещё, о чём он никогда бы не признался. — Ты можешь огрызаться. Можешь называть меня идиотом. Можешь говорить, что ненавидишь что либо, даже когда любишь всей душой — Мафиозо улыбнулся краешком губ. — Но ты не можешь заставить меня уйти. Потому что я вижу тебя настоящего. И ты мне нравишься. Даже с шипами. Особенно с ними. — Это… это нечестно, — голос Aйтраппеда сорвался. Он отчаянно пытался выдернуть руку, но хватка Мафиозо была мягкой, но крепкой. — Ты не можешь просто взять и сказать такое. — Почему? — Потому что мы чужие люди, временные коллеги, но никак не... Не, как минимум, друзья — выкрикнул Aйтраппед, опустив взгляд в пол. — Ты остаёшься после каждого раунда, — закончил за него Мафиозо. — Ждёшь меня. Злишься. Уходишь. И возвращаешься снова. Как в первый раз. — Я не жду тебя, — выдохнул он в последней отчаянной попытке сохранить лицо. — Конечно, — согласился Мафиозо. — Ты просто случайно оказываешься здесь. Каждый раз. После каждой игры. Он поднёс руку Aйтраппеда к своим губам и легко поцеловал костяшки — холодные, дрожащие. Просто. Невесомо. Так, как целуют не врага, не соперника, а кого-то очень дорогого. На лице светловолосого промелькнуло удивление. — Придурок, — прошептал он. — Твой придурок, — тихо ответил Мафиозо. Вдалеке загорелось табло обратного отсчёта: «НОВАЯ ИГРА НАЧНЁТСЯ ЧЕРЕЗ 30 СЕКУНД». Мир снова начал наполняться звуками — шагами выживших, щелчками заряжаемого оружия, голосами. Скоро начнётся новый раунд. Время Айтраппеда сиять. Сейчас жесткую маску убийцы надевать ему. Но в эти последние секунды тишины, Aйтраппед сделал то, чего не делал никогда. Он шагнул вперёд сам. И уткнулся лбом в чужое плечо. — Только не говори никому, — глухо пробормотал он в ткань безупречного пиджака. — Иначе я тебя убью. По-настоящему. Мафиозо обнял его. Мягко. Осторожно. Так, словно держал в руках не опасного игрока, а хрупкую, драгоценную вещь. — Никому не скажу, — пообещал он. — Это наш секрет. — Идиот, — повторил Aйтраппед, но в его голосе впервые за долгое время не было яда. Было только то, что он так долго скрывал. Тепло. Табло мигнуло в последний раз. «5... 4... 3...» — Готов? — спросил Мафиозо, не отпуская объятий. — Нет, — честно ответил Aйтраппед. — Но кто-то же должен прирезать того надоедливого культиста, хотя конечно если бы на его месте был бы ты, мне было бы веселей. — Мечтай. «2... 1...» Мир взорвался светом и светловолосый шагнул в новый раунд. Серое табло отсчета зажглось вновь. Выжившие не видели этого. Да и не поняли бы. Своего убийцу понять не захочется. Айтраппел улыбнулся, поднимая оружие. Стоит оставлять свою мягкую часть подальше во время раундов. Он все еще мудак. Но теперь этот факт не вызывает столько негатива. Настал его черед сиять.