My Traitor.

❝ Ради бессмертия избранных должны умереть миллионы обычных. ❞ Время

Логос, сожён, оставляя после себя руины. Подземельная лаборатория разрушина, пряча под монолитом, трупы и хранит воспоминания. INGRID - уничтожина. Забавно об этом вспоминать, сейчас это кажется кошмаром. Месяц назад, Кузнецова Виктория вместе со своим учителем, Вайтевичем Константином Викторовичем, разрушили подьземелья. Это был их основной план, за месяц они должны были найти объект близнецов. Но все пошло на перекос, когда компания впустила на тереторию пансионата своих пешек. Они упустили одну маленькую деталь, что после смерти Колчина, работа компании, в этой школе, закончится. Антона убил Роевский, Вадима застрелила, учитель младших классов Ольшанская. Отсчёт на часах Виктории, становился меньше с каждым днём. Когда всё должно было получиться, вмешалась Российская Федеральная Служба Безопасности. Виктория застрелила Морозова, на глаза у вышестоящих органов. Вайтевич, проглотил яд на месте, напоминая девушки что выбор за ней. Несмотря на всё что творилось в Логосе, друзья не стали защищать Кузнецову. Её увезли вместе со всеми, иностранными захватчиками. Решили действовать, по другому. У девушки изьяли, все вещи которые были с собой, но часы и налокотник, забрать не получилось. Девушка лезла в драку, кусалась, царапалась, её не пугали последствия. Психологи которые наблюдали и курировали несовершенолетнюю, настояли, чтобы эти предметы остались с ней. Боясь что девушка, может наложить на себя руки, или удушиться повязкой, перевели её в особый стеклянный купол. Вика отказывалась от сотрудничества, считала дни, помечала их количество на стене, белым маркером. Которые принесли ей, психологи. Хорошо, что она оставалась несовершеннолетним подростком, правда? Везде были свои плюсы, её не били, только запугивали. Девушка откровенно смеялась над их действия. Страх у неё был, когда она провела ночь с трупом, страх был когда её решили антидота, страх был что она умрёт в свои семнадцать. Сейчас страх, испорился. Допросы за допросами, девушки сообщили что со следующей недели, за стеклом будут находиться друзья. Вика не реагировала. Ей обещали многое, свободу за информацию. Или уменьшения срока, за разблокировку данных. И многое другое, вплоть до домашнего заключения. У Вики не было эмоций. Она всегда молча смотрела и слушала, иногда долго задерживали свой взгляд на стекле. Создавалась впечатление, что она смотрит им в душу. Друзья в полном составе, всегда отводили глаза, когда Кузнецова смотрела больше двух-трех минут. Они хотели ей помочь, давали показания в её сторону. Говорили что убийство которое она совершила, было защитой. Что её связь с Уваровыми, это только детская влюблённость, и она не знала о их делах. Они врали, готовы были идти на ложь и обман, что-бы хоть как-то помочь. Что-бы не чувствовать себя, виноватыми. Второй месяц почти прошёл, друзьям сообщили что Виктория, готова к сотрудничеству. Сроки сотрудничества опредилила, самостоятельно. У ФСБ было ровно десять дней, чтобы получить информацию по максимум. Органы власти и безопасности, шли ей на встречу. По причине единственного, оставшегося живого участника, компании INGRID. Алексей Барышников вместе с Клавдией Сафроновой, умерли до прибытиех, в здания Федеральной безопасности. Они выбрали яд, вместо правды. У них была чёткая, инструкция. Отчасти, из-за этого случая, у девушки остались её предметы с собой. Вика проходила все необходимые проверки, на наличия ядов, или спрятаных других предметов в своих вещах. Угрозы радиации, её не пугали. Она спокойна проходила все ренгены, не снимая с себя часы и налокотник. Даже когда принимала душ, отказывалась снимать их. После её категорических отказов, снова шли проверки, они пытались найти в её действиях скрытый смысл. Двадцать первого августа, начался первый допрос, в два часа, сорок три минуты. Сыщики находились за стеклом, вместе с ними, присутствовала больше тридцати человек. Вика ощущала себя как в зоопарке, но эмоций не выражала. Люди со стороны, делали свои выводы, некоторые считали девушку, ходячем трупом. В чем-то они были, правы. Со смертью близнецов, Вика постепенно перестала ощущать яркие эмоции. Радость, печаль, злость это не про неё. Для того чтобы понять ученицу, в кабинете был эксперт, определяющий по мимике, но и здесь они прогодали. Мимика,на лице девушки,отсутствовала. - Виктория, как давно вы знакомы с братьями Уваровыми, - это был первый вопрос следователя. Друзья считали этот вопрос, самым тупым, из списка. Но ошиблись. - С начала августа, прошлого года. - Вы приехали раньше на занятие, по какой причине? Вы сразу поняли что Уваров, это не один человек? - следователь произносит вопросы чётко, чтобы состоватить цепь, расследование. - Я попала в Логос по гранту, мне нужно было что-бы учёба была, на первом месте. Мой приезд, связан только с учебным процессом, и отъездом матери на отдых к родственникам, - девушка делает паузу, без эмоций, но что-то в глазах поменялось. - Различать их, я научилась через неделю. Психологу казалась, что её дикция, не совпадает с возрастом. Слишком чётко, слишком хорошо, слишком для семнадцати летней девушки. - Как вы, смогли различить их? - По запаху, - сухой ответ. - Ка понимать ваш ответ? - возмутился второй мужчина, который до этого молчал. - Можно мне мои вещи? Чтобы они присутствовали на допросе? - Спросила Вика, у первого следователя. Психологи и психиатр настояли, что-бы ей позволили, и дали допуск к вещам. Девушка была не стабильна, долгое время подовляла себя, отказ мог привести к прекращению сотрудничества. Её портфель проверяли много раз, сканировали и записывали вещь-доки. Сейчас всё собирали назад, окуратно возвращали предметы на место. Кроме оружия. Кузнецова получила свои вещи, сразу открыла маленький карман, доставая пачку сигарет и керосиновую зажигалку. Вопросительно посмотрела на следователя. - Можно, - выдохнул следователь. Вика закурила, впервые за долгое время, почувствовала себя хорошо, первая улыбка. Виноградова внимательно следила, за своей подругой. Что-то изменилось но непонятно. Психологи отмечали изменения, следователь помечал что-то себе в тетрадь. Обходил стол, кружилсь вокруг девушки как ястреб, заметил что в пачке около шести-семи сигарет, предложил пополнить запас, девушка отказалась. - Как запах, связан с тем, что вы начали их отличать? - новый вопрос. - Всё просто, разработка INGRID, - снова сухой ответ. - Можете пояснить развёрнуто? - снова вмешался второй. Девушка смотрела в один угол, между стеной и стеклом. Вернула взгляд на людей в комнате, затушила сигарету. - У каждого из них был свой запах. Антон пах мятой, метнолом, зубной пастой, чем-то приятным. От Вадима исходил тяжелый запах кофе и табока, иногда от него пахло хвоей. Так я и поняла что они разные, сделала вывод, что человека два. - Как это связано с INGRID? - вопрос задала женщина в возрасте, которая помогала Вике, являлась детским психологом. - Они создали особенную связь, с интересным названием {Созависимость}. Уваровы, стали частью этого по ошибки, просто разбив не большую колбу, когда были в нашем возрасте. Разговор шёл под запись, врачи, следователи, и все остальные подмечали про себя, про связь, про отношения, как девушка реагирует, когда ведёт рассказ. Они делали это разными методами, но с одной целью. - Вы стали частью, их созовисимости? - спросил психиатр. - Да. - Как это случилось? - Как только они приехали в Логос, я просто поняла что чувствую это. Запахи усиливались при контакте с ними, я следовала за ними не осознано, искала встреч, это было похоже на наркотик. - Вы хотите сказать что связь, проявилась самостоятельно? - Да. Вика отвечала чётко, без эмоций, переводила взгляд выборочно. Она чувствовала что её бояться, причины не понимала. - Хорошо, допустим. Как работала эта связь, - следователь отложил, ручку. - Я должна была сохранять контакт, чтобы не умереть или покинуть Логос, что-бы избажать его. По понятным причинам, покинуть понсианат, возможности не было. - Что должно было произойти при продолжении контакта? Вика тяжело выдохнула, почему она вообще должна это объяснять. Взглянула на часы, закурила оставшуюся половину сигареты. Вернула свой взгляд в угол, комнаты. - При постояном контакте, связь стала созовисимой. Партнёр, создатель, проводник. У каждого своя роль, но как только созовисимость установлена. Роли меняются, близнецы доверяют свои жизни партнёру. - Вы занимали важную роль? - Вика кивнула. - Что означают роли? - Без созависимости, Создатель связи, при близком контакте, передаёт ощущения. Партнёр испытывает : боль, радость, печаль и другие эмоции. Создатель не по своей прихоти это делает, неосознанно. Передавая боль, он может убить партнёра. С Созависимостью, защищает партнёра, забирает его боль. - Что делает проводник? - Врач заинтересовался. - В созависимости, играет ключевую роль. Он умеет воздействовать на партнёра, подовляя или усиливая его чувства. Без связи но с контактом, может тоже атаковать влиянием, успокаивать или выключать запахом. - И какую роль, играете в этой связи вы? - Я партнёр. Без созависимости, получаю чувства и эмоции от обоих, но не могу влиять, на это, - Вика сделала, последнюю затяжку, туша сигарету. - А в созависимости? - не выдержал психолог, паузы. - Играю главную роль. Могла успокаивать, заставлять и воздействовать на обоих братьев. Как мне захочется. Настала небольшая пауза, друзья за стеклом, не могли поверить в услышаное. Врачи делали записи, не останавливаясь. Но следователь, чувствовал, что здесь не хватает какой-то детали. - Понятно, но есть какая-то деталь в созависимости верно? - девушка кивнула. - И что это? - Смерть. Ответ девушки был холодным. Все замерли в непонимание. Следователь вопросительно посмотрел на девушку. - Если одни из троих умрёт, то остольные к нему присоединиться, точное время никто не знает. Все в пределах года. Друзья, которые находились за стеной замерли, переглядываясь. Это означало, что Вика умрёт, в ближайшее время. - В часовой башне, мы нашли три трупа, точнее остатки. Проведя анализ, мы знаем кто эти люди, а вы? - Вика, положительно кивнула головой. - Вы поэтому, решились на сотрудничества? - вмешался в разновор, второй сотрудник, - снова кивок головы. - При каких обстоятельствах это случилось? - Мальцева была созависима с Уваровыми, когда мы с друзьями выкрали документы. Я захватила ещё те, что связанны с моей болезнью. Я должна была знать, от чего зависит моя жизнь. Друзья вспоминали тот самый спуск на нижний уровень. Вика нашла ключ, Вика предложила спуститься, и Вика пропала на пару дней после спуска. Следователи ждали продолжения. - Полина угрожала мне, пытаясь убить, с целью вернуть документы. Она работала на Вульфа, на близнецов у них был отдельный план. Здесь важно понимать, что убьют тебя или ты. Другого выбора нет. - Если она была созависима, то Уваровы должны были умереть к лету, правильно? - Нет, мы с Константином Викторовичем, разработали свой план. Изначально, Вадим должен был убить Полину. После её смерти, Вайтевич перелил бы мне немного её крови, чтобы мы все не отправились на тот свет. - Вы убили Полину раньше, и все пошло наперекор, это понятно. Но почему вы упомянули собственную смерть? - голос из вне, прозвучал в помещении. - Наша созависимость, проявилась самостоятельно. Связь закрепилась на мне с Антоном, после уже и с Вадимом. Тишина, друзья которые считали Вику предателем, почувствовали вину. Она им не доверяла, не говорила, но предупреждала. Оставшимся людям, сложно было осознать слова девушки. - При каких обстоятельствах, погибли Уваровы? - прозвучал главный вопрос. - Антона застрелил, Роевский. Когда понял что, перед ним не Вадим. Он получил приказ сверху, убить Прометея. - Прометей, насколько нам известно, он помогал нашим. Предоставлял информацию на компанию, и многое другое. Это был Антон Уваров? - Вика снова кивнула. - Вадима убила Анна Михайловна, когда он пытался, уничтожить вакцину. Она застрелила его, с небольшого расстояния, - Вика перевела взгляд на стекло, она знала следующий вопрос. - Вы убили Анну Михайловну? - Да. Все присутствующих замерли пару минут тишины. В школе все думали на Уварова, который пропал. А теперь? Друзья, перевели взгляд на Андрея, который старался спрятать эмоции, и крепко сжимал кулаки. Жалость. - При каких обстоятельствах, это произошло? - Я думала что сделаю выстрел, на опережение. Она выстрелила первой, С просьбой отойти от него. Почему я должна была позволить убить себя? - Сколько убийств, вы совершили, находясь в Логосе. - Шесть, - твёрдый, расчетливый голос. - Морозов, Раевский, Мальцева, Ольшанская, Куриленко, кто шестой? - Воронцов. Девушка чувствовала на себе взгляды, спокойно положила руки на стол. Следя за происходящим, анализировала. - Это было намерено? - Да. Звук окончания допроса, прозвучал в комнате оглушающе. Девушка встала, подошла к стене, перевернулась, ожидая когда на нее оденут наручники. Она долго смотрела в стеклянный потолок, лёжа на матрасе. Вспоминала каждое убийство, с какой-то иронией. Полину она убила возле часовни, спрятать труп ей помог, Пётр Морозов. Следующей оказалась Анна Михайловна, Вики было жаль её. Она старалась защитить ученицу, старальсь помочь, и действительно верила что Уваров хочет ей навредить, заставляет её. Вика помнила каждый выстрел, который воспроизводила у себя в голове ещё долгое время. После замертво упавшего Вадима, девушка опустошила весь магазин. Сначала в ногу, вспоминала о страхе учительницы. Затем в руку, которая потянулась за упавшим пистолетом. О мольбе в глазах, и последней просьбе, помочь Андрею. Вика плакала, но стреляла в сердце. Шесть патронов, и сердце девушки разрывает, от боли. От осознания очередного убийства, от осознания своей ближайшей смерти. У неё не осталось больше никого. Только Вайтевич, который стал для нее больше чем учитель, больше чем знакомый, он стал для неё, близким человеком. У девушки потекли слёзы, она не вытирала их, просто смотрел на свет. Эмоций нет, только боль и опустошение. Когда она вернётся к ним? Спустя пару минут, в бокс пришла психолог. Анастасия Александровна, так звали эту женщину. Она заходила внутрь, и опускалась на резиновые маты, опираясь о прозрачные стены. - Если хочешь, можешь выговориться, - эта женщина всегда говорила с пониманием, просто слушала, или молча сидела. Вика отрицательно кивнула, поднимая руку вверх, проверяя свой отсчёт. Осталось девять дней, завтра начнётся новый допрос. Тишину нарушила психолог. - Ты любила их? - ей было интересно. - Не знаю. ВОЗМОЖНО? - Вика впервые заговорила, с неуверенность. - Что ты чувствовала когда была с ними? - Заботу, комфорт, безопасноность. Женщина посмотрела на лампу, куда был устремлен взгляд девушки. Ей захотелось обнять её, пожалеть. Анастасия казалось всё понимала. В этом году ей исполнилось двадцать семь лет. Второй год работы в ФСБ, в качестве психолога для несовершеннолетних. Женщина, завершит свою карьеру после Виктории. Пережить такой ужас, и оставаться в живых всего на год? Она не понимала, её рассказ о созависимости не выходил из головы. Умереть от смертельного вируса или от связи с мужчинами? Бред. - Ты когда нибудь разделяла их? - Вика перевернулась в сторону женщины, не понимая формулировки. - Я спрашиваю про отношения, к кому-то лучше относилась? Это другая формулировка о любви, - пояснила Анастасия. - Если бы я спрашивала, любила ли ты, котого больше? - Не думаю. С Вадимом нужно было играть, как кошки-мышки, подерживая его азарт. С Антоном, исключительно воздействовать умом, та самая игра, как в шахматы. Вика расслабилась, вспоминая их отношения. Антон всегда уделял ей больше внимания, давая заботу. Вадим подерживал азарт, заставляя её, выходить из игры победителем. - Я никогда не разделяла их, это как любить человека с раздвоение личности. Когда один проявлял агрессию, второй довал заботу. Когда мы были в соре, или на меня злились. Всегда один из них был рядом. При любой ситуации и проблемах. Анастасия Александровна поджала губы. Мужчины окружали её заботой и любовь, словно хотели защитить девушку. Она смотрела на лицо Виктории, которая смотрела в одну точку, возле неё. - Каками были ваши отношения, я так понимаю, полиаморные? - Вы про секс? - Про всё, мне интересно узнать, как они себя проявляли в отношениях. Ревновали или пытались делить тебя? Первый раз у Вики случился с Антоном, все было нежно, окуратно. Он забирал болезненые ощущения себе, во время процесса. Всё казалось сладким сном, а потом Вадим приревновал. Второй раз случился с Вадимом, это было похоже на бой. Провокация с которой все началась, задала ритм, в котором проходил секс. Грубо, дерзко, он кусал её, оставлял засосы, придушивал. Она помнила, как стоя на коленях, он накручивал её волосы, вдалбливаясь ей в рот. Это было грязно, слюни смешивались со слезами. Вадим вытерал все жидкости, а потом облизывал палец. После секса с ним, оставалось много следов. Когда у них случился совместный акт, Вика находилась на грани сознания. Вадим спровоцировал, Вика подалась, Антон присоединился. Она помнила собственный стыд, когда Вадим, жёстко нагнул её над кроватью, ставя раком. Она вспоминала как смотрел на них Антон, вставая из-за стола, обходя его, и садясь на этот чертов стол. Вадим бросил вызывающие фразы, когда входил в неё. Она видела возбуждения второго, смотря на него. Когда Вадим жёстко брал её, немного придушивая. Она помнила, когда Антон с границей хищника, залазил на кровать и целовал её. Целовал как драгоценность, она помнила как отсасывала ему, когда Вадим ускорил темп. Они менялись местами, доводили Вику до безумия. Боль и нежность, такие разные эмоции и ощущения. Антон делал всё как попросит девушка, шепча грязные слова на немецком. Вадим брал своё, но делал это исключительно по её согласию, и вытворял такое, что она бы, не посмела попросить. - Первым был Антон, Вадим ревновал, после этого наверное и перестал спать с Полиной. Когда случился первый секс с Вадимом, Антон заботился обо мне, скрывая его следы, и наносил мазь. Если говорить о сексе втроём, то это безумие, эйфория, я переставала понимать где реальность. - Они обещали, любить тебя или быть рядом? Вика задумалась на пару секунд, улыбнулась, снова поворачиваясь на спину. - Не волнуйся мы всегда будем вместе, так говорил Антон. - А Вадим? - в вопросе звучал интерес. - Мы всегда будем вместе, пока не умрём, - в более грубой форме закончила фразу Вика, пытаясь повторить интонацию Вадима. - Что если бы ты знала, что это всё случится, выбрала их снова? Анастасия Александровна видела, как привычная маска безразличия, снова отображается на лице девушки. Снова прозвучал сигнал часов, прошёл час. - Да. Я не о чем не жалею. - Ты говоришь о убийствах или о связи с ними? - Обо всём. Знаете, я бы пожертвала всем миром, чтобы вернуть их. Мне жаль, - Вика отвернулась, разговор окончен. Психолог просидела около двадцати минут, прежде чем покинула её купал. Ей нужно было, подумать об их сегодняшним разговоре.

♤♤♤

День начался как обычно, Вика проснулась в шесть утра, от будильника часов. Её отводили в туалет и душ, завтракать она не стала. Ровно в два часа за ней пришли, для нового допроса. Сегодня состав поменялся, остался лишь старший следователь и психолог. Состав врачей полностью сменился, как и помощник следователя. Мужчина средних лет подошёл к ней растягивая наручники, приглашая за стол. На котором уже лежал её портфель, девушка перевела взгляд на стекло, слегка наклонила голову в знак приветствия. - Начнём? - мужчина не отводила взгляд. - Да. - Хорошо. Вам было известно кто завершил работу над вирусом и разработал антидот? - Да. Уваровы завершили разработку. С помощью крови, создали антидот. - Обозначает ли это, что кровь нужна определённая? - Да. - Когда Уваровы, начали переходить на сторону добра? - ухмылка девушки, ввела всех в ступор. - Они захотели разрушить INGRID. А не менять сторону, доски. Второй психолог мужчина, понял что сейчас делает девушка. Оставался молчолив, ожидая возможности заговорить с ней. - Зачем вы, уничтожили вакцину? - А какой в ней смысл? Здесь вина Воронцова, который не запретил ребёнку лазить на чердак. И то что брать чужие вещи, это плохо. - Это не ответ на вопрос. И причём тут Воронцов с ребёнком? - не выдержал помощник. Девушка перевернулась к стеклу. Они серьёзно не рассказали об этом? Снова вернулась к присутствующим. - Митя сын Воронцова, взял машинку с чердака, в которой находился вирус. Машинка упала, ампулу растоптали, школу заразили. Мужчины проследили за её движением, с неприязнью посмотрели через тонированное стекло. Подростки ничего об этом не говорили. - Почему, вы уничтожили вакцину? - он снова повторил свой вопрос. - Все просто, мы думали поставить по одному укольчики каждому, через Томару, как прививки. Сдать INGRID, властям, и провернуть фокус с исчезновением. - На территории уже были военные, - факт. - Поверте, это бы не помешало нам, воплотить план в действия, - Вика потянулась к портфелю, исча в нем сигареты. - Но помешал Роевский, который убил Антона? - вмешался психолог. - Да, - Вика сделала первую затяжку, переводя взгляд в угол между стеклом и стеной. - Убийство Раевского, было местью за Антона Уварова? - девушка перевела взгляд на говорящего мужчину. - Отчасти. - Что вы чувствовали, когда он убил его? Вика дождалась, когда психолог не выдержит и отведёт взгляд. Закурила сигарету, смотря в свой любимый угол. - Что должен чувствовать человек, который тащит труп по лесу, пряча его в часовни. Труп человека, от которого зависит собственная жизнь? - Боль? - Вика на эту реплику, вернула взгляд к психологу. - О вы про крик души? Нет. Мозг дал команду на выживание. Когда повернулся случай, убить Роевского. Я просто нажала на курок. - Вы так просто говорите о человеческой смерти. - Они все фашисты, одним больше-одним меньше. Роли не играет. - Уваровы, тоже ими были. Но это ведь, другое? - Я вас предупреждала, что ваши манипуляции на мне не сработаю. От них зависила моя жизнь. Они поменяли правила игры, отказались от геноцида, и теперь вы пытаетесь направить поток моих мыслей, в такое русло? Девушка говорила чётко, без эмоций, со сталью в голосе, выделяя каждое слово. Она предупреждала, как только они полезут к ней в голову, допрос закончится. - Уберите его, - девушка потушила сигарету. Мужчину быстро вывели из комнаты, у них осталось только Анастасия Александровна. Они надеялись, что она поможет им. В случае эмоциональной нестабильности, как сейчас. - Виктория, вы знали, что собирался сделать Вульф? - Хотел воскресить дочь, которая была мертва, ценой жизни Нади Авдеевой. После устроить, перепрополку население. Чообы подобных случаев больше небыло. - Он хотел оставить только сильных? - Да. - Как вы думаете, какой процент мира, выжил бы при таком исходе? - До трёх процентов. - За кого вы принимали Уваровых? - Бог смерти? - она смотрела женщине в глаза, исча в них скрытый подтекст. - Вы знали где находятся родственники Авдеева? - Нет. - Кто помогал вам устроить, взрыв? - резкий вопрос, от следователя. - Вайтевич Константин Викторович, учитель биологии. - Кем он вам приходится? - Учителем биологии, - Вика хотела цокнуть языком, от их тупости. - Кем он стал для вас? - Анастасия Александровна, задала вопрос мягко. - Другом, близким человеком, он был мне как отец. - Вы не задавали себе вопрос, о том что он вас использует? - Он рассказал о созависимости, помог украсть документы. Рассказывал о всех своих планах, предупреждал, спасал и не только меня, - девушка перевела взгляд на стекло. - Какую роль он занимал в компании? - Биолог, разработка лекарств, курировал проект Gemini. - Вы знали об объекте? - Нет. - Что вы можете рассказать об INGRID? - То что она продолжает своё существование. Вам не удастся уничтожить их, с концами. - Вы намекаете на гидру? - Да. Раздался звонок, время допроса, вышло. Девушка снова встала к стене. Интересно, друзья тоже были в наручниках? Их допрашивали? Войдя в комнату, просто упала на матрас, водяная кровать, всегда была такая приятная? Вика провалилась в глубокий, счастливый сон. Куда-то в прошлое, Куда-то где было хорошо. Девушка сидела у озера, май был тёплым. Через какое-то время, к ней подошёл Вадим, принес термоз и плед. - Кузнецова, жопу поднимаем, - он растилил его на земле, садясь первым, хлопая возле себя. - Не хватает, чтобы ещё с соплями, ночью дышала. - Вадим Юрьевич, вы без своих подколов жить не можете? - она легла головой к нему на колени. - Нормальным жить скучно, - он поглаживал её волосы. Девушка заснула, ощущая себя в безопасности. Её разбудил разговор двух братьев. Когда Антон пришёл? - Не боитесь, что вас заметят вместе? - она сонно потянулась. Вадим, продолжал разговаривать с братом, Антон уже наливал кофе. - Не порть момент, - Антон передал ей в руки чашу, Вадим помог подняться. Они просидели так до замого заката, пора было уходить. Все трое, оставались на свои местах, не хотелось прерывать идилию. - А что будет дальше, после школы? Мы будем вместе? - Не волнуйся, мы всегда будем вместе, - говорил Антон и целовал её в висок. - Пока не умрём, Кузнецова, - Вадим всегда брал её за подбородок, чтобы повернуть к себе, и целовал в скулы. Вика проснулась, подскочила, принимая положения сидя. Она была в холодном поту, слёзы катались по лицу, эмоций не было, всхлипов и рыданий тоже. Девушка пыталсь прийти всебя. Вы когда нибудь видели заплакала лицо человека, который не плакал. А Анастасия Александровна видела, она единственная кто следил за девушкой. Виктория сама выбрала, изоляцию. Девушка находилась под землёй, на нижнем уровне. Вокруг техника, вертолёты, автомобили, военные машины, а по средине, стеклянный купол с одним человеком внутри. Так можно было сойти с ума. Психолог всегда спускалась в такие моменты как сейчас. Сегодняшняя ночь, не была исключением. Вика успела лечь на спину, до прихода женщины. В её поведении ничего не менялось, психолог входила, и садилась на против матраса, всегда оперевшись о стену. И долго молчала. Осталось сем дней и всё закончится. - Они снова мне снились, - первой заговорила Вика, она знала что за ней наблюдают. - Это связанно с твоими прошлыми рассказами? - девушка кивнула. - Тебя пугают эти сны? - Там слишком хорошо, я не хочу возвращаться в реальность. - Ты не можешь продлить сон? - Как только я хочу самостоятельно коснуться их, меня выбрасывает. Это похоже на рвотный рефлекс, когда просыпаешься. - Скучаешь по ним? Вика приняла сидячее положения, чтобы видеть глаза собеседника. Слёзы продолжали, стекать по её лицу. - Да. Я просто хочу, чтобы меня снова обняли. Недолго думая психолог расставила руки, приглашая в них девушку. Вика отреагировала, но не сразу. Она не обняла в ответ, просто легла на колени, как раньше. - Вы своим отношение, заставляете меня менятся. А я не хочу этого, - сказала она женщине, когда та начала поглаживание. - Хочешь, завтра я принесу тебе твой костюм, который был в рюкзаке? - А мне можно? - Вика старалась не выдавать, то что внутри что-то, среагировало. - Не все же время, тебе в синем костюме ходить. Расскажешь ещё что-нибудь, о вас? - Они учили меня стрелять, у озера с лодкой, по очереди. Мне всегда нравилось притворяться, что я боюсь оружия. Вадим в конце апреля отправил сообщение Кузнецова, чтобы она была в восемь вечера у озера. Девушка приходила раньше, что-бы побыть одной. Вадим приносил с собой пару мишеней, пистолет и глушитель. Вике нравилось его внимание, она всегда делала вид что у неё дражат руки. Он всегда подходил, медленно словно кот, запускал руки по бокам, и становился в позу, опаляя своим дыханием шею девушки. Вику это возбуждало, она тянулась к нему, хотела внимания. Всегда закрывала глаза, когда он нажимал на курок. Ведь за выстрелом, всегда следовал поцелуй. - На том же месте, учили драться. Не как учителя, не как правильно. Это было подло, резко, мои ошибки приносили боль. Которую мы разделяли. На следующий день, там стоял Антон, вместо оружия две палки, пару перчаток, вода и бинты для ног. Это была его фишка, перематывать ноги и руки. Он всегда надевал перчатки, и никогда не бил в пол силы. Антон каждый раз сам, заматывал ей бинты на рука, целовал фаланги пальцев перед боем. Подсечка, Вика со звуком падает на землю. Встаёт, снова пытаясь ударить, Антон успевает нанести удар палкой, она падает на землю разбирая колени. Он всегда подходил, помогая встать, отдавая палку девушки, наступала её очередь обороны. Антон всегда побеждал, но не когда не хитрил. А Вику учил подлости. Он обрабатывал её садины, всегда целовал туда где болело. Выпускал мятный запах, и забирал половину боли себя, нес девушку почти до ворот школы. После исчезал, словно это было сном. - Как ты справлялась, когда их не стало? - Никак. Я всегда была нестабильна. В такие моменты Анастасия Александровна, всегда поджимала губы. Она понимала, что если проявит жалость Вика закроется. - Ты всегда смотришь в одну точку, пытаешься повторить силуэты? - Нет. Мне незачем. Они всегда, со мною рядом. Вика снова уснула, от поглаживаний женщины. Психолог перенесла её на матрас, накрывали пледом. Тихо покидала, её купол.

♡♡♡

Шесть часов утра, будильник. Вика встаёт, принимает душ, её ведут в уборную, после возращают в бокс. Девушка одела белый костюм, который ей подарил Антон на первый новый год. Он был безумно дорогим, в этот год, можно было купить однокомнатную квартиру. Вика никогда не понимал, зачем тратить столько денег на вещи. Часы снова запищали, два часа дня. Время возвращаться на допрос. Постоянная процедура: стоит у стены, снимают наручники, задерживает взгляд на стекле, немного кивая головой, садится на место. Сегодня новый психолог мужчина, молодой, схожие черты. Забавно. - Итак Виктория, приступим? - кивок. - Как можно разработать антидот? - В ноутбуке Антона, есть полная инструкция. - Вы предоставите пароль? - Да. Пять минут в тишине, вносят ноутбук ставя перед ней. Ожидают. - Перед разблакировкой, можно я посмотрю фото, без посторонних? Мужчина не знал, какой ответ ей дать. В комнате снова раздался голос, оглушая помещение шипением. Разрешение получено, ей нужно выбрать одного человека. Она понимала, они бояться что девушка сотрет данные. - Анастасия Александровна, сможете посмотреть, со мной? - женщина кивнула. Вика достала флэшку из портфеля, вставила в ноутбук. На экране появилась загрузка, загрузился экран. Девушка искала нужную папку, нашла, ввела пароль: год своего рождения. Появилось больше ста фотографий. Девушка листала их быстро, просто вспоминая, ей нужно вспомнить всё. Черты лица, улыбки, ухмылки, их счастье. Фото у озёра, совместные и одиночные. Фото Вики: она перепачканая, спящая, улыбающая. Большинство фото по отдельности. Но сердце разрывалось от приступа боли. Вадим кидает в неё мяч, Антон прижимает её к груди когда они спят. Они в троем, сидящие на ступеньках часовни, счастливые и улыбающее. Антон который плывёт за ней, Вадим который наставляет на неё пистолет в подземелье. Вика с антидотом, который отобрала у Антона. И много ещё других моментов. Она отправила эти фото себе на электронный адресс, передавая ноутбук, следователю. - Не советую его закрывать, пароля я не знаю, разрешение стоит до трёх раз, по программе. После, данные форматнутся. Мужчина нажал на кнопку, ноутбук унесли. Психолог вернулась на своё место, и смотрела на Вику по другому. Девушка за все время, выражала эмоции меньше пяти раз. На фото, словно другой человек, яркий как солнце. А сейчас перед ней, холодная, тёмная, Луна. - Где искать следы INGRID? - Всё просто, отслеживать данные, которые направлены в Германию. Проверять каждый адресс. - На это уйдёт слишком много времени. Рабочие компании, биржи, люди у которых там родственники. Это всё след, по которому ты нас направляешь. - А у нас разве было время? Мы все должны были быть, трупами. Я не знаю как найти, оставшуюся гидру. - Хорошо. Как вы вылечили людей в школе? Девушка посмотрела в стекло, взяла портфель, достала сигарету. Осталось. пять. Закурила, возращаясь к своей любимой точке. - Ребят, это нормально что она смотрит в одно место? - Спросила Даша. - Расслабься, Вика всегда так делала, когда волновалась, - ответил Макс. - Точно? - Да, - подтвердил Андрей. На них шикнули, заставляя молчать, когда прозвучал новый вопрос. Друзья вернулись, к стеклу. - Вы занимались, переводом документов? - Да. - С чем были связаны документы. - С проектом Gemini, - Вика установила зрительный контакт. - Подробнее, можно? - девушка кивнула. - В основном документы были связаны с Уваровыми, они были единым организмом. Как я поняла позже, документы относились и к Маме Авдеева. - Единый организм? - Да если умирает один, второй состариться за пару месяцев, и умрёт. - Тоесть, помимо вашей созовисимости, у близнецов ещё и единый организм. - Забавно да? Ирония высшего-уровня. - На вас проводили, опыты? - Да, - Вика положила руки на стол. - Какого рода опыта, что в итоге должно было произойти. Девушка вспоминала подробности. Вайтевич говорил ей, что Полину можно убить, только выстрелом в голову. Она регенертрует: нет команды в мозг, нет регенерации. - Полина владела регенирацией, её можно было убить только выстрелом в мозг. При переливание крови, Вайтевич пытался разработать ген, чтобы внедрить в моё тело. - С какой целью, он пытался сделать вас бессмертной? - По просьбе Уварова, они надеялись на то, что если умрут они. Я останусь жива, Константин Викторович, подержал эту идею. - Как часто вам делали переливание? - Каждую субботу, сначала в подземелье, потом в наш.. их комнате. - В этом была необходимость? - У меня пошло отторжение. Меня рвало кровью, мочилась кровью, со временем, слюна стала тоже из крови. - На этом опыт закончился? - Нет, мне продолжали водить кровь, но уменьшили дозу. - Они проверяли, выробаталась регенерация или нет? - Вика положительно кивнула. - Вадим стрелял в меня три раза, Антон доставал пули, и зашивал меня. Регенерации не было. На этом, они решили остановиться. - Вы понимали что могли умереть? Звук раздался, до ответа, допрос на сегодня окончен. Вика встала, подошла к двери, ожидая пока наденут наручники. - Я понимала что могу умереть, и знала что препораты этой компании помогут мне. Можно в следующий раз, принести мне шахматы? - Вы хотите сыграть? - следователь удивленно сдвинул брови. - Да, один ход за допрос. - Если наша сторона выйграет, что на кону? - мужчина понимал, что она затеяла игру. - Я дам вам недостающую формулу вакцины. На кону миллиарды жизней. Девушку вернули в бокс. Время четыре часа, вечера. Может сегодня поужинать? Вика выглядела болезненно, сушка организма вместе с голодовкой, превратили её тело почти в скелет. Огромные впадины под глазами, и почти прозарчная кожа. Костюм который был ей идеален по фигуры, висел и казался на два размера больше. Восемь месяцев понадобилось, чтобы разрушить свою жизнь окончательно. Сегодня Вика поела, после еды провалилась в сон. - Вадим Юрьевич, прекратите, - Уваров стрелял в неё из водяного пистолета, на уроке физкультуры. - Пожалуйста. Вика пряталась за друзьями, ей казалась все нереальным. Легкий флирт, при всех. Конечно Вадим обливал не только её, но Андрей улыбался когда прятался за Кузнецову. Он делал это, чтобы девушки досталось больше внимания. А вечером Антон щекотал её, до слёз. Вика отказывалась пить лекарство от гриппа. А он давал ей кексы с голубикой. Она была счастлива. Они были счасливы! Сегодня было жарко, Вика решила искупаться. Плавала спокойно, не отплывала далеко от берега. Близнецы подошли к восьми вечера. Девушка начала брызгать в них водой. Вадим спихнуть в воду Антона. Мужчина, принялся догонять девушку, Уваров сделал фото.

◇◇◇

Резкий рывок сознания, заставил девушку вернуться в реальность. Она успела схватить коробку, срыгнула содержимое ужина. На часах три часа ночи, она снова в холодном поту. Когда прекратятся приступы? Через пару минут пришла психолог, заменила коробку и вернулась. И снова все по кругу, они сидят друг на против друга. Снова каменное лицо, снова слёзы, снова разговоры. - Какое сегодня число? - Двадцать четвёртое августа, сегодня будет твой четвёртый допрос готова? - девушка лишь пожала плечами. - Можно сегодня получить снотворное? - В малой дозировке. Снова повторилось? - Да. Знаете я была так счастлива, настолько сильно. Что казалось иллюзией, я давно не чувствую такого. - Радости? - женщина, решила уточнить. - Да. Анастасия Александровна позвала её к себе, похлопал по коленям. Вика на этот жест, ухмыльнулась, эмоция проявилась на секунду, но женщина это заметила. Виктория легла головой на колени. - Расскажешь ещё что-нибудь? - Мы всегда были вместе, за все время они уежали два раза, сроком на две недели. Тогда у нас не было ничего конкретного, но даже тогда. Я безумно скучала по ним. Вика вспоминала их последний приезд после убийства Полины. Вадим привёз ей шоколад. А Антон книгу, сборник стихов. Она читала её в слух, Вадим вставлял свои реплики. Антон грозит забрать, и уничтожить эту книгу. Вика спровоцировала его. Это было в первый раз, когда он поцеловал её сам, при Вадиме. Усаживая к себе на колени, и держа за бедра. И Вадим, который откровенно ревновал. После относил на руках спящую девушку на кровать. Она всегда хватала их за капюшон. Чтобы они, пару минут полежали с ней, перед сном. Ей было сложно спать. - Проблемы со сном, поэтому когда я оставалась у себя, мы с девочками бегали в комнату парней. Я спала на полу, а Рома рядом, главное что не в кровати. - Когда у тебя начались проблемы со сном? - После убийства Полины. Мне казалась что кровь не отмывается. А запах роз не выветривается. - У неё был цветочный запах? - Да. Кисло сладкий запах роз, как испорченные цветы, которые начали гнить. Но для Уваровых, она пахла сладко, и свежо. - Почему ты называешь их по фамилии? - Когда я злилась или провоцировала их, всегда называла по фамилии. Привычка. Вика бросает подушку в Вадима, следом вторую. Он хвает её за горло, впечатывая в стену с силой. У девушки выступают слезы, ей больно. - Уваров, ты только силой можешь показать своё превосходство? - хват становится сильнее. - Вадим Юрьевич, так ты должна ко мне обращается, - мужчина утыкается ей в шею. - Я тебя предупреждал, на вы и шёпотом. Вика царапала его руку, после просто подовалась вперёд, чтобы поцеловать. Хотя лучше бы сломала ему нос, как впервый раз в подземелье. Антон был зол на девушку, когда выводил её из подземелье. Орал что она не кошка, жизнь одна, потом встряхивал её. - Заткнись, Уваров. Без тебя разберусь. Я не виновата что этот поехавший дед, снова пытаеться нас убить, - Вика всегда отходила от него во время соры. Антон хватал её за руку и прижимал к себе, целуя её в макушку. Говоря что она дурнушка, а потом заставлял бежать по лесу до Логоса, спуская собак. Ей всегда была смешно с этого, животные её не трогали. Почти всех она знала по кличкам. Они единственные в этой школе, которые не пытаются причинить ей вред. - Виктория, ты же понимаешь, что это больная любовь? - Я это знаю. Для меня созависимость, прекрасное светлое чувство. - Почему ты не говоришь, что любишь их? Каждый раз новые слова, но не любовь. - У нас не было любви, - для Вики, это была правда. Девушка снова уснула, подоваясь моменту. Тёплые руки женщины всегда успокаивали её. Ей можно было представить, что это другой человек? День начался как обычно, звон будильника, её ведут в туалет и на завтрак. Снова без еды, снова возращают в купол. Девушка спит до начала допроса, звук часов, означают подъём. Она входит в комнату как обычно, ждёт звука щелчка наручников, кивает в стекло, садиться на место. Шахматная доска, на столе. Вика улыбается. Передвигается доску к себе, начинает расставлять фигуры. Её цвет будет чёрным, делать ход первой, было скучным решением. Она отодвинула доску на середину. - Начнём? - Да, - девушка делает глубокий вдох. - Хорошо. Как Уваровы, подерживали связь? - По старому телефону, наверное такие использовались во время войны. - Как часто, они передавали информацию, после оцепления? - Раз в неделю. - Куда они планировали переехать, после завершения? Вика задумалась, они хотели побывать в Праге, но временно рассматривали Грецию. Пару лет, и они снова вернулись бы в Россию. - Греция или Испания. - Данные которые были в ноутбуке, вы знали о их содержание? - Да. - Почему не попытались, отправить их в полицию или к нам? - вмешался второй, следователь. - Слишком тупой вопрос. Мы пытались множество раз, отправить информацию. Журналисты умерли от вируса, они убивали людей. В этом списке, есть даже верховная судья. - Почему вы, перешли на сторону Уваровых? Вика ухмыльнулась, и быстро вернула маску безразличия. Какими кретинами нужно быть, чтобы задавать, подобные вопросы. - Послушайте, мои друзья, умерли бы слишком быстро. Поляков, не дожил бы до этого момента. И антидот перестали бы поставлять, потому что мы слишком часто лезли, в чужие дела. - Вы спали с ними? - задал вопрос психиатр. - Ммм, нет. Просто смотрела на голых мужчин. Которые ходят по комнате. Следователь ухмыльнулся, на эту иронию. Этот вопрос можно было не задавать, все слишком понятно. - Почему вы не ночевали, у себя в комнате? - Всё просто, созависимость. Плюс могу добавить что, я знала куда больше, когда оставалась подле их. - Какие опыты, ставил на вас, Вайтевич? Вика едва заметно, напряглась. Полезла в портфель ища сигареты, закурила. Вернула свой взгляд, в любимый угол. - Разные. - Правильно понимает, что не только связаные с кровью Полины? - Да, - Вика делает, большую затяжку. - Можно пару экспериментов, рассказать подробнее? - Они пробовали на мне, новый штамп вируса. Но кровь Полины, разрушили антитела. В другой раз, Вайтевич, проверял на мне припораты. - Это как-то связано, с вашим настоящим, проявлением эмоций? - в разговор вмешался врач. - Отчасти, созависимость начала глючить. Поэтому он вводил мне седативные, они должны были помогать, стабилизировать состояние. - Вы говорите, в прошедшим времени, значит ли это что препораты, не помогли? - Верно, на мне испытали больше десяти вариантов. Со временем, даже Уваров, не смог подавлять мои эмоции. Новое убийство, проходилось по мне волной, и все отрицательные эмоции, вылезали на ружу. - Что в итоге? Как он, смог подавить, ваши эмоции? - Они удалила мне мозговой нерв. Не весь, но малую часть. Чтобы мозг, справился с нагрузкой. - С какой целью провадился этот эксперимент, не ради вас, правильно? - Они боялись смерти Уваровых, - ответила психолог за подростка, девушка кивнула в знак согласия. - Кто согласиться, что правая рука Вульфа должна умереть из-за девчонки? Вайтевич получил приказ, не более. Вика взглянула на часы, в этот раз время прошло быстро. Девушка указала на доску, вынуждая следователя, сделать ход. Прозвучал будильник, время допроса окончено. Возвращение в свой купал, был глотком воздуха. Она хотела провалиться в сон, ей нужно снова почувствовать их, снова стать счастливой. Запах мокрой листвы и хвои, казался особенно густым в тот день. Вика сидела на веранде, подперев щеку рукой, и наблюдала за тем, как солнце пробивается сквозь плотные облака, освещая статной здание пансиона Логос. Семнадцать лет - возраст, когда мир кажется одновременно огромным и совершенно понятным, наполненным первой любовью и первыми тревогами. Ее тревогой была непроницаемая тишина, нарушаемая лишь редкими, приглушенными звуками, доносящимися со стороны периметра. Военные. Их присутствие было постоянным напоминанием о вирусе, который запер их всех в золотой клетке. В её сне, сотканном из теней прошлого, оживали образы Вадима и Антона. Утренний туман ещё клубился, когда они, словно призраки, выходили на пробежку, их силуэты растворялись в предрассветной дымке. Она бежала за ними, их энергия была её топливом, их смех её мотивацией. Антон, как всегда, был рядом, его присутствие тихая поддержка, гарантирующая, что она не отстанет. -Давай, ещё немного! - его ободряющий голос, такой знакомый, звучал в её ушах. Вадим же, хоть и поддразнивал её едкими замечаниями, был тем, кто заставлял её двигаться быстрее, его взгляд - вызов, который она не могла игнорировать. Под вечер, когда солнце клонилось к закату, они снова оказывались у ограждения, их дыхание сливалось с вечерней прохладой. Антон, как всегда, приходил на помощь, подавая ей бутылку с водой, его рука нежно вытирала пот со лба, оставляя лёгкое прикосновение, полное заботы. - Устала? - спрашивал он, в глазах читалось лишь желание облегчить её ношу. Вадим же, с присущей ему дерзостью, откидывал прядь волос с её лица, заправляя её за ухо, губы касались её виска, оставляя мимолётный, но такой яркий поцелуй, который разжигал в ней пламя. - Не отставай, черепаха, - шептал он, и его слова, хоть и колкие, наполняли её решимостью. Иногда, в моменты передышки, они останавливались, прислонившись к прохладному металлу ограды. В такие минуты тишина наполнялась словами, взглядами, которые говорили больше, чем любые признания. Антон мог долго смотреть на неё, словно пытаясь запомнить каждую черточку её лица, каждый оттенок её глаз. - Ты знаешь, как сильно я хочу тебя поцеловать? - мог бы спросить он, голос был бы наполнен такой искренностью, что она бы не смогла ответить ничего, кроме как прижаться к нему. Вадим же, наоборот, мог схватить её за руку, его пальцы переплетались с её, и страсть в его взгляде рассказывала о желании, которое могло быть выражено лишь в жарком поцелуе. Но эти моменты, яркие, как вспышки молнии, были мимолётны. Наступала ночь, и сон рассеивался, оставляя после себя лишь привкус утраты и невыносимую тоску. Воспоминания, столь живые во сне, теперь казались лишь фантомами, тенями прошлого, которые никак не хотели покидать её. Она иногда спрашивала себя, что бы они сказали сейчас, если бы могли. - Всё будет хорошо, - наверное, сказал бы Антон. А Вадим? Он, скорее всего, едко бы пошутил, но потом, возможно, обнял её крепко-крепко, словно пытаясь залечить её раны.

♧♧♧

Рывок, рвотный позыв, ведро и волосы держит психолог. Как давно она находилась в куполе? Сон давно перестал быть спасением. Он стал еще одной площадкой для кошмаров, где яркие, ужасающие картины оживали с пугающей реальностью. Каждый вечер, ложась в постель, Виктория знала: спокойствия не будет. Ей снились тени, голоса, обрывки фраз, которые она не могла забыть. Просыпаясь от очередного крика, она боялась пошевелиться, боялась снова погрузиться в тот мир. Дневной же сон был коротким и тревожным, сопровождаемым постоянным чувством страха и ожидания чего-то невыносимого. - Дыши, не вертись, - женщина старалась завязать ей хвост. Вика откинулась на кровать, вытирая рукавом губы. Взяла из рук психолога воду, делая жадные глотки воды, перебивая рвотный привкус. Посмотрела на часы. - Вы когда-нибудь спите? - Да, сон короткий и востонавливащий. Всё хорошо, тебе не нужно об этом думать. - Почему я не могу перестать искать с ними встреч? Я знаю что будет плохо, но хотя-бы на день? Мне нужны таблетки. Вика легла на спину, ей хотелось закрыть глаза или закурить сигарету, во рту остовался привкус рвоты. - Пойдёт со мной, - сказала женщина, подходя к двери, прикладываю ключ-карту. Вика спокойна встала, направилась за психологом. Войдя в душивые, Анастасия Александровна достала ментоловые тонкие сигареты. - Будешь? - спросила она, протягивая Вике. - Да. Впервые Кузнецова курила другие сигареты. Точнее странно что она вообще курила. В Логосе она к ним не прикоснулась. Антон в шутку купил жевательные сигареты. Вике хватало их поцелуя, что-бы почувствовать привкус сигарет. Вадим курил постоянно, Антон очень редко. Первый раз она закурила здесь. - Разве мне можно покидать купол. Без людей в форме? - Вика выдохнула в потолок, садясь на кафельный пол. - Я возьму на себя ответственность. Не думай об этом. Анастасия Александровна, всегда жалела её. Это была не просто жалость, а разрыв всех ощущений. Почему этот мир так не справедлив? - Я дам вам один совет, прислушайтесь к нему. - Какой? - Начните с сегодняшнего дня, принимать иммунитетные витамины, от Ingrid. - Если ты так говоришь, значит есть причина. Где их можно купить? - В частных аптеках, - Вика лопнула капсулу, докурив до середины. - Ты пытаешься мне, помочь? - Возможно? Вика молча докатилась, встала, почистила зубы. Они вернулись, девушка отметила новый день, белым маркером. Купол был усыпан, белыми чертачками. Она снова уснула. Звук будильника, подъём, душ, завтрак, сон. Снова звук будильника: встаёт к стене, одевают наручники, лифт, кабинет, звук снятие наручников, легкий кивок в сторону стекла, новый допрос. Вика делает ход, как только подходит к столу, садясь на место. Находит глазами мужчину психолога, который чем-то напоминал их. Забавно правда? Он красивый. Бессмысленные вопросы, бессмысленные ответы. Препораты, разработки, подземелье, звонок заканчивающиеся допрос. Процес повторятся, новые вопросы, чёткие ответы, новые люди. Ночные разговоры по душам, так настал последний день.

☆☆☆

Сон накрыл её внезапно, утягивая в вязкое, серое марево прошлого. Виктория снова увидела себя той хрупкой девочкой в стенах Логоса, в их общей комнате, где воздух казался наэлектризованным от напряжения и тайных заговоров. Она помнила запах старой бумаги и холодный свет лампы. Вадим сидел напротив, его взгляд был пугающе сосредоточенным, голос низким, почти гипнотическим. Он медленно произнес слова, которые в тот момент казались ей спасением, но на деле были приговором: её кровь теперь стала единственным ключом к антидоту от вируса. Антон подошел к ней сзади, его объятия были теплыми, но в них чувствовалась стальная хватка. Он мягко целовал её в макушку, шепча о том, насколько она теперь важна для Ingrid, насколько незаменимой стала в этой игре теней. В этом сне созависимость ощущалась как сладкий яд, который медленно вливался в её вены, заставляя верить, что эта опасная связь единственная истинная любовь в её жизни. Резкий переход из сна в реальность был подобен удару тока. Виктория открыла глаза, обнаружив себя лежащей в своём стеклянном куполе. Стерильная чистота и прозрачность стен создавали иллюзию аквариума, в котором она была единственным экспонатом. Но идиллия мгновенно рухнула. Резкий, конвульсивный спазм сотряс её тело. Вику внезапно и яростно стошнило, желчь и горькая жидкость осквернили безупречную белизну постели. Она свернулась калачиком, задыхаясь от приступа, который казался отголоском той самой старой болезни, отторжения крови Вайтевича. Даже здесь, в центре своего совершенного мира, её тело помнило всё: каждую каплю чужой крови, каждую манипуляцию и каждую дозу антидота, которые навсегда изменили её природу, превратив её в вечного пленника собственного совершенства. Через пару минут, в купол вошла психолог. Она заменила коробку, давая девушки прополоскать горло. - Хочешь, мы снова можем выйти? Вика встал, обтряхнула одежду, пошла следом за женщиной, словно тень. Они снова вошли в душивые, Вика снова закурила чужую сигарету. - Вы принимаете припорат? - Да. Почему именно, иммунитетные витамины? - Только слабые, должны, умирать, - Вика улыбнулась, искренне. - Расскажешь что-нибудь? - А нужно ли? - Всё зависит от тебя, я не заставляю. - У вас есть желание или мечты? - Вика сделала большую затяжку. - Да, хочу побывать в разных странах: Чехии, Грузии или Греции. Меня всегда тянула к тайнам. - Можно телефон на минуту и новую сигарету пожалуйста. Женщина подумала пару минут, после протянула пачку сигарет и зажигалку, застонала девушку собой, протянула телефон. - Только быстро. Вике понадобилась пару минут, счёта, почта, акаунты. Все что играла роль, все что она хотела сделать для этой женщины, она сделала. Подростое, вернула телефон. - Если с вами все будет вполне сделаете кое-что для меня? - Конечно. Она не помнила как вернулись в купал, как засыпала. Но чувствовала своё пробуждения, кровь то-же чувствовалась болезненно. Пропускает завтра и обед, пишет маркером на куполе кардинаты. Это не для следователей, это для Анастасии Александровны. Звук будильника, означает новый - последний допрос. Её вводят в помещения, снимают наручники. Что-то меняется, она не смотрит в сторону стёкла. Подходит к столу, ставя следователю мат. Её партия, всегда выигрывает. Присаживается за стул. Соедователь смотрит внимательно, не верит что проиграл. Но не понимает, неужели девушка, действительно не раскажет, главный ингредиент на пути к вакцине. - Начнём? - Спрашивает Виктория. - Пожалуй. Вы знаете как хотели расспросить вирус? - Да, через людей, бомжей по общему. - Каким образом. - Им вводили маленький капсулы в шеи, такая капсула, должна лопнуть в течении пяти дней. Вирус начнет распространяется. Следователь кивнул в сторону стекла. В комнату внесли небольшой ящик. В нутри находился тот самый пистолет. Подросток сохранила, свой привычный холод. - Вы знаете как им пользоваться? - девушка кивнула. - Можно? - Да. Вика окуратно повертела пистолетом. Переключила, индикатор загорелся красным. - Красный означает что, капсулы нет. - Есть ещё цвета? - Вика на его реплику снова переключила пистолет. - Фиолетовый, обозначает ввод капсул. - Как им прокалывали кожу? Вика только и ждала этого вопроса. Слегка подняла его к свое руке, выбрала точку, нажала на курок. Опустила надокотник, показывая результат. - Без капсулы это обычная точка, - снова переключила и повторно сделала себе укрл, уже в другое место. Виноградова резко отшатнулась, падая на задней место от испуга, привлекая внимание посторонних. - Что-то случилось? - Они здесь, - у друзей пошли мурашки. - Кто? - спросил мужчина со званием генерала. - Уваровы. - Лиз, где именно? - Вмешался Андрей. - Один из них, стоит возле двери, постоянно перемещаясь. - А в другой? - Он держит её за плечи, - заканчивает Виноградова, прикрывая рот рукой, когда Антон поворачивает голову к ней, приказывая знаком, молчать. - Но разве, Вике не должно быть плохо? - Старкова с интересом задаёт вопрос. - Я не знаю, даже от легко контакта я чувствовала что умираю, а здесь.... Вика улыбается, спокойно ложиться пистолет на стол, тягивая повязку, кидая её на стол. - Как можно быть, насколько тупыми? - Не понял? - второй следователь, хлопает руками по столу. - Боже какой вы грозный! - Вика заливается смехом. - У неё кровь из запястья, - говорит Андрей, привлекая внимания. Воспоминания хлынули в сознание, острые и холодные, как скальпель. Вика снова увидела себя в стерильном кабинете Вайтевича, где пахло озоном и металлом. Константин Викторович, с его вечно непроницаемым лицом, держал в руке странный прибор изящный, но пугающий пистолет, предназначенный не для пуль, а для введения микроскопических капсул с вирусом. Он объяснял устройство с методичностью хирурга, указывая на индикаторы, которые светились в полумраке комнаты. - Смотри внимательно, Виктория, - его голос звучал сухо, лишенный всяких эмоций. - Красный цвет означает, что устройство пусто. Фиолетовый сигнал к готовности, время вводить капсулу. А зеленый... зеленый значит, что капсула разорвалась, и процесс запущен. Вика помнила, как замерла, глядя на этот механизм, который мог в одно мгновение изменить судьбу миллиардов людей. Вайтевич действовал решительно: он перехватил её руку и одним резким, точным движением ввел капсулу прямо в мягкие ткани её запястья. Короткий укол, вспышка боли и странное ощущение чего-то инородного, что теперь стало частью её плоти. - Теперь ты - живой носитель, - прошептал Вайтевич, глядя ей в глаза с пугающим восхищением. - В любой момент, когда ты почувствуешь, что выхода нет, или когда это станет необходимо, ты можешь самостоятельно проколоть капсулу. Вирус начнет распространяться мгновенно, воздушным путем. Ты станешь эпицентром катастрофы, Виктория. Ты станешь концом всего, что нам мешает. В этом воспоминании она чувствовала не страх, а странный, извращенный восторг, в момент прокола капсулы. Она стала оружием, созданным из плоти и крови, и эта тайна была самым ценным, что она когда-либо хранила, до этого момента. - В чём заключается наша, тупость? - спросил главный следователь. - Как можно поверить подростку, которому ставят диагноз: стокгостольгромский синдром? - Вика слегка кошлянула, вытирая кровь. Следователю, понадобилась пару секунд, чтобы осознать что произошло. Он быстро пересёк расстояние, как только взял её за грудки, чтобы встряхнуть. Отлетел к железной двери, впечатываясь в неё с силой теряя сознания. Вика зашлась в приступе смеха, снова вытирая кровь со рта. Присутствующие за стеклом, с ужасом, наблюдали за аномалией. - Что происходит? - задал вопрос подросткам, Маршал. - Я вам говорила что вижу их. - Кого? - Призраков. - Они могут воздействовать на человека? - Такое я вижу в первый раз, Инга или Ingrid, кидала в Макса кубики,то был максимум. - Вот про это я вам и говорила, вы слишком тупы. Боже, я вас всех поздравляю вы скора умрёте, - у Виктории снова приступ, кашель не останавливается. - Каким образом? - спросил психолог, который так был похож на них. - Ммм? Видишь ли здесь была капсула, - Вика указала на запястья. - Теперь она растворилась. Резкий рывок к дверям, двери заклинило. Они ложились прочь, в истерики. Слабые. Раздался звук шипения, громко говорить снова заработал. - Вика, зачем ты это делаешь? - задал вопрос Андрей. Кузнецова лишь оскалилась, попыталсь встать, почти падая, успела опереться на стол. - Почему я должна умирать одна? Вы отнели у меня всё. Умрете не только вы, но и INGRID. - Мы бы нашли выход, помогли бы тебе, - в разговор вмешался генерал. Впервые девушка заплакала, забавно. Она не чувствовала что через пару минут, к ней придёт смерть. - Мне бы уже никто не поможет, - Вика спокойно подходит к следователю, который лежит без сознания, забирает у него пистолет. - Вик, как разработать вирус, ты ведь можешь помочь? - у Старковой, всё ещё была надежда. - Моя кровь, точнее кровь Полины, которая течёт во мне, является, главным маркером, - Вика улыбается, обходит стол, встаёт по средине комнаты, подкуривает последнюю сигарету. - Ты можешь все исправить, можешь быть здоровой, мы поможем, - голос Маршала, звучит более грубо. Лиза снова падает от испуга, теперь их, видят и остольные присутствующие. Антон, который помогает удержать равновесие Виктори резко оказывается с правой стороны стекла, вдавливая в него, двумя руками, Вадим копирует его движения с левой стороны. Стекло покрывается льдом. На нем проявляется надпись: Der Schwache muss sterben. Девушку по прежнему чётко видно, близнецы растворяются в воздухе, на подделок, улыбаясь Виктории. - Что значит надпись? - спрашивает генерал. - Слабый должен умереть, - в один голос отвечают подростки. За толстым бронированным стеклом, в комнате наблюдения, замерли те, кто когда-то называл её другом: Андрей, Максим, Лиза, Даша и Рома. Они смотрели на неё с надеждой, веря, что она выберется, что она их единственный шанс на спасение. Но в следующее мгновение мир для них раскололся. - До встречи, на том свете, УБЛЮДКИ, - Кузнецова производит выстрел. Пуля прошла сквозь мозг, мгновенно обрывая нить сознания. Кровь брызнула на стерильно-белую стену, рисуя жуткий, багровый узор. Её тело обмякло, сползая со стола, как тряпичная кукла, а глаза остались открытыми, глядя в пустоту. Друзья за стеклом замерли, не успев даже закричать. Лиза прижала руку к губам, Рома попытался что-то сказать, но внезапно почувствовал, как в легких начинает закипать кровь. Они смотрели на труп своей подруги, в их глазах отразился осознанный, животный ужас. Они поняли: Вика не просто ушла из жизни - она забрала их с собой. Вирус, созданный в лабораториях Ingrid, начал свою жатву, превращая их дыхание в медленную, мучительную пытку. Они умирали, глядя на ту, что была их единственным другом, осознавая, что её последним актом любви была эта тотальная, беспощадная аннигиляция.

♤♤♤

Дым от сгоревшей часовни давно развеялся, оставив после себя лишь остывший пепел и призрачные тени прошлого. Но для Анастасии Александровны это место стало точкой отсчета, отправной вехой в постижении той страшной правды, которую ей оставила Виктория. Слезы ангела, высеченные из черного камня, казались живыми, стекая по мраморной щеке алыми ручейками, отголосками той боли, что пережил мир. Именно такой памятник, хотела девочка подросток, на своей могиле. Пятьдесят миллионов сумма, способная изменить жизнь, но для Анастасии это были лишь цифры, транслируемые на счет. Истинная ценность заключалась в воспоминаниях, что Виктория так хранила, в образах и привязанностях к близнецам Уваровым. Их совместные фотографии психолог, хранила бережно. Анастасия Александровна чувствовала, как нити прошлого сплетаются в тугой узел, требующий немедленного развязывания. Пока остальной мир, ошарашенный и сломленный, пытался восстановить привычный ход вещей, она видела другую миссию. Вирус, отнявший девяносто девять процентов человечества, стал не только катастрофой, но и своеобразной чисткой, оставляющей после себя пустоту, которую нужно заполнить. И она знала, чем: Логосом, древним знанием, забытым и погребенным под слоями разрушений, которое теперь предстояло вернуть к жизни. Ее путь лежал через руины, через пепелища уничтоженний. Каменные обломки, некогда являвшиеся частью величественной элитной школы, теперь служили лишь ступеньками к новому началу. Анастасия, ведомая призраком Виктории и загадкой близнецов Уваровых, несла в себе искру надежды, готовую разжечь огонь возрождения. Возрождение Логоса - это не просто восстановление старых знаний. Это создание нового, переосмысление прошлого через призму пережитых страданий, чтобы больше никогда не допустить подобного. Анастасия, с решимостью, закаленной в горниле трагедии, шла вперед, её шаги отдавались эхом в безмолвных руинах, предвещая рассвет новой эры. В руках женщина, держала ампулу, в которой хранила кровь девушки, чья судьба стала трагедией.