Хорошие новости / Goode News (Goode Girls #1)

Все выходные, пока Мэдисон была в отъезде, Валентина почти не спала и почти не ела. Когда Мэдисон наконец вернулась в воскресенье вечером, и едва успела пригласить ее к себе, она тут же надела джинсы и свитер и села в машину. - Привет! — Поприветствовала Мэдисон, распахнув дверь еще до того, как она постучала. Наверное, камердинер ее предупредил, предположила Валентина. В одной лишь длинной футболке и с ямочками на щеках Мэдисон сияла. - Привет, — ответила она со смехом, когда Мэдисон схватила её за руку, потянула внутрь и поцеловала губами, сладкими от вина. - Я скучала по тебе, — призналась Валентина, несмотря на все попытки сохранить спокойствие. Улыбка Мэдисон исчезла, сменившись более похотливым взглядом. - Я тоже, — сказала она, снова целуя ее и обнимая за талию. - Почему здесь уже так приятно пахнет? — Спросила Валентина, крепко обнимая Мэдисон. - Мне нужно покормить свою даму, — ответила она. - Уверена, пока меня не было, ты ела только кофе и салат. Валентина не стала удостаивать верное предположение ответом, а лишь поцеловала девушку в щеку и пошла на кухню, чтобы немного покопаться. - Говяжье рагу? — Спросила она, приподняв стеклянную крышку и понюхав насыщенный бульон. - Когда я была вдали, я только об этом и думала. О прохладе в воздухе, о меняющейся листве, — ответила Мэдисон с выражением лица, которое говорило о том, что она заблудилась где-то за тысячу миль отсюда, где-то, где действительно меняются времена года. - О горячем рагу и о горячей девушке. Валентина закатила глаза и рассмеялась над этой восхитительно банальной фразой. - Жаль, что ты не поехала со мной, — сказала она, словно только сейчас осознав, что могла бы пригласить ее. - Тебе нужно было сосредоточиться, — сказала Валентина, обнимая нежное лицо Мэдисон. — Я бы отвлекала. Мэдисон прикусила нижнюю губу. - Рагу еще нескоро будет готово. Я могу показать тебе, как сильно я по тебе скучала, гораздо лучше, чем рассказать, — сказала она, прижимаясь губами к шее Валентины. - Вот как? — Валентина закрыла глаза и вздохнула. Мэдисон провела их в спальню, по пути пытаясь сорвать с Валентины одежду. В мгновение ока футболка и короткие шорты Мэдисон оказались на полу, и она, совершенно голая, упала на кровать, а Валентина, с трудом сняв с себя джинсы и топ, забралась на нее сверху. - Я так по тебе скучала, — простонала Валентина, целуя Мэдисон от подбородка до шеи. С каждым новым сантиметром кожи, который она исследовала кончиком языка, Мэдисон стонала все сильнее, вцеплялась ей в спину и хватала за волосы. - Черт. Я скучала по тебе, — ответила она, выгибая бедра вверх, когда руки и рот Валентины начали исследовать пышную грудь. Прежде чем губы Валентины успели двинуться дальше, зазвонил мобильный телефон Мэдисон. - Ответь, — сказала Валентина, откатывась в сторону; переполнявшее её желание оставило после себя боль внизу живота. Мэдисон застонала, но поцеловала ее в лоб, прежде чем вылезти из постели. Должно быть, она думала о том же. Сингх мог позвонить в любой момент. Неподвижно лежа в постели, Валентина ждала в море белых простыней, гадая, не утонет ли она. Она старалась не слушать разговор Мэдисон, но каждые несколько секунд выхватывала новое слово, и ее сердце то взлетало, то падало. Когда Мэдисон снова появилась в дверях, ее обнаженное тело покраснело, а глаза широко раскрылись, Валентина уже знала, что она скажет. - Я получила работу! — Сказала она, одновременно шокированная и взволнованная. -Черт возьми, я получила эту работу! Валентина вскочила, спрыгнула с кровати и обняла Мэдисон за шею. - Это потрясающая новость! Поздравляю! Я так тобой горжусь! — Воскликнула она, чувствуя, как ее переполняет радость и наворачиваются слезы. Несмотря на собственную грусть, она невероятно гордилась достижением девушки. - Я еще не приняла предложение, — призналась она после долгих объятий. Валентина откинулась назад, положив руки на плечи Мэдисон. - Набиваешь цену? — Догадалась она с кривой усмешкой, подавляя свои личные интересы настолько, насколько это было возможно. Яркие глаза Мэдисон потускнели, когда она отвела взгляд, а затем снова посмотрела на неё. Нервозность в её поведении была тревожной и неожиданной. Она была готова увидеть восторженную Мэдисон, а не колеблющуюся. Это стало сокрушительным ударом по её и без того сдержанной решимости. - Я не хочу, чтобы ты думала, что это означает конец для нас, — сказала она с легкой дрожью в голосе, от которой у Валентины сжалась грудь и по животу пробежала волна боли. Когда Мэдисон протянула руку, чтобы заправить прядь волос за ухо, слезы, которые она сдерживала с дисциплиной джедая, полились наружу. - Ты должна воспользоваться этой возможностью, — настаивала она, сохраняя всю свою силу воли. Мэдисон притянула её к себе. Только когда она крепко обняла ее, Валентина поняла, что обычно беззаботная девушка дрожит. - Мы сможем все устроить? — Спросила она, и её голос вдруг стал таким тонким. - Конечно, — ответила Валентина хриплым голосом, вытирая лицо. Не обращая внимания на тяжесть в груди, она сосредоточилась на будущем Мэдисон. - Не беспокойся об этом сейчас. Это ведь такой счастливый момент, да? Сквозь поток слез, разрывавших ее изнутри, Мэдисон с надеждой смотрела, как женщина вытирает щеки большими пальцами. - Всего два часа лететь. Мы можем по очереди прилетать друг к другу по выходным, да? Накопить достаточно денег, чтобы отправиться в крутой отпуск. В конце концов, Рейчел Мэддоу и ее партнерша так живут, правда? Уверенный оптимизм был заразителен, заставляя дрожащие губы Валентины улыбаться. - Черт возьми, да! — Ответила она кивком, хотя лишь крошечная частичка ее сердца верила в такую возможность. - Да? — Осторожно повторила девушка, словно если бы сказала это слишком громко, ответ Валентины мог бы измениться. - Да, безусловно. Мы можем это устроить, — сказала она, стараясь выразить свое согласие более конкретно, поскольку от предчувствия сердечной боли ее грудь вот-вот должна была разорваться. Мэдисон наклонилась, чтобы найти ее губы, и Валентина с легкостью отдалась ей. Каждый поцелуй внезапно стал бесценным. Каждое движение языка Мэдисон по ее губам разбудило каждую нервную клетку в ее теле. - Я люблю тебя. - Эти слова вырвались из самых глубин сердца Валентины, и она сама удивилась, услышав их. В этом не было никаких сомнений. Она любила её так сильно, что с радостью отказалась бы от своих мечтаний, если бы это означало, что она достигнет невероятных высот. Она любила её так сильно, что готова была потерять. Мэдисон села на кровать и посадила Валентину себе на колени, они по-прежнему смотрели друг другу в глаза. Пытаясь запомнить каждый оттенок коричневого в ее глазах, Мэдисон нежно обхватила ее лицо руками. - Я тоже тебя люблю, — прошептала она, прежде чем прикоснуться нижней губой к ее губам. Валентина больше всего на свете хотела раствориться в ней. Она целовала её в надежде, что каждое соприкосновение их губ передаст частичку её души Мэдисон. По крайней мере, она хотела, чтобы Мэдисон унесла этот момент с собой. Чтобы она путешествовала с воспоминанием о её поцелуе и с глубиной её привязанности в своём сердце. Пытаясь передать Мэдисон все, что хотела, Валентина обняла ее и тяжело вздохнула. Медленно проводя пальцами по спине Мэдисон, запоминая каждый изгиб ее позвоночника. Когда она приподнялась, ее бедра производили тот же сокрушительный эффект, что и всегда. Валентина обхватила ее нежную кожу, целуя основание шеи. Их объятия были отчаянными, выдавая страх, который ни одна из них не хотела подпитывать. С неистовыми поцелуями и сотнями обещаний они любили друг друга снова и снова. Они любили друг друга до тех пор, пока не осталось ничего, кроме переплетенных, потных конечностей и бессознательного состояния.

      

В тёмной спальне Мэдисон лежала неподвижно, на ее обнажённой груди лежала вспотевшая Валентина. Кончики ее крашеных светлых волос щекотали нос. Часть ее ненавидела себя за то, что она улыбнулась этому ощущению, но остальная часть жадно вдыхала аромат ее духов. Всё в этот момент должно было повергнуть Мэдисон в панику. Она должна была ненавидеть тяжесть ее тела, которое её удерживает, но вместо того, чтобы служить якорем, привязывающим её к месту, как ограничитель, оно стало опорой. Утешением. Черт возьми. Мэдисон провела пальцами вверх и вниз по спине Валентины, больше не чувствуя выступающих под кожей ребер. Сомнения закрались, словно лунный свет, проникающий сквозь нижнюю часть шторы серебристыми бликами. Действительно ли мы сможем? Переход к монотонности был на удивление легким, но они так органично слились воедино, что она почти не заметила разницы. Несмотря на свою напряженность, Валентина была на удивление готова на все. Поскольку их графики совпадали, Мэдисон тоже никогда не беспокоилась. Они просто идеально подходили друг другу, как половинки одного целого. Но если нас будет разделять тысяча миль … В груди закипел страх. Смогут ли они действительно удовлетворять потребности друг друга? И как долго? Валентина не проявляла интереса к Нью-Йорку, и ничто не могло сравниться с возможностью выступить на национальном уровне на юго-востоке. Неужели мы просто оттягиваем неизбежное? Этот вопрос звучал в её голове как абсолютная уверенность. Она не хотела, чтобы её опасения оказались правдой, но игнорировать их было невозможно. Отношения на расстоянии были невозможны на постоянной основе. Валентина не собиралась бросать карьеру ради того, чтобы и дальше быть с ней. Эта мысль была абсурдна. Холодное, тошнотворное ощущение пробежало по обнаженной коже Мэдисон, словно неприятный ветерок. Вместо того чтобы схватиться за скомканные простыни в изножье большой кровати, она притянула Валентину ближе, словно только тепло ее тела могло унять дрожь.