кровь и фиолетовый огонёк | 血和紫火 xue he zi huo | blood and purple fire

Утро не принесло никому ни облегчения, ни ответов. Только, пожалуй, Хэли смог выспаться. Чувство вины за ночной инцидент кольнуло в сердце, но уже будто не так сильно, как если бы он так сорвался раньше. Лихуа встала чуть позже, он уже ждал её с лечебной мазью и бинтом. Лицо Хэли всё так же выражало холодность, но он был аккуратен. Вытер запёкшуюся кровь, обработал мазью и перевязал. Молча. Ситуация не требовала объяснений ни сейчас, ни потом. Он и сам до конца не знал, зачем это сделал. **** Недели были без вестей совсем. Наконец-то наступила тишина. С небес его выгнали, и сам Тао больше не показывался. Лихуа не решалась его трогать, только аккуратно звала выпить вместе, как будто ничего не было. Он не отказывался, но и той теплоты больше не выказывал. По деревне расползлись слухи, о том, как он убил Бао Ханя. Это совсем не стыковалось с образом их защитника в головах, но многие даже поддержали это. Всё-таки жизнь он испортил всем знатно, и старики ещё помнили ужасы войны, что он принёс. Как Бао Чжуан и обещал, бунта не было. Хэли не знал, что он сказал людям, но для него это было и не важно. Пусть хоть пытками угрожает. Он бился за своих людей. Тех, с которыми он вырос вместе, которые, не смотря на ненависть к нему после войны, смогли снова пойти за ним. Пусть сейчас он и понимал, что в победе Бао Ханя действительно был не виноват, но зачем уже старое тормошить? Часть земель, где он раньше жил, он тоже принял под своё правление, но из головы всё ещё не вылезал вопрос о том, как так вообще случилось? Если Чжуан знает, что происходит, значит это не единственный случай? Где тогда другие "смешанные"? **** Даже по пути он заметил, как в Хун Фэне всё изменилось. Люди кажется напуганы, но смирились. Храмы Ханя разрушены, на улицах появлялись гуи. Владыка мёртвых встретил его так же радушно, будто ждал, когда тот снова придёт. — Про конфликт я понял... кажется... но как его устранить? Хэли сразу начал с вопроса, подходя к Чжуану. — Устранить... возможно способ и есть, но он точно не из лёгких. Кажется, я читал о такой практике, но мне нужно освежить память. Мужчина развернулся и направился в свою личную библиотеку, а Хэли двинулся за ним. Пока Чжуан искал то, что нужно, юноша сидел за столом и читал детские сказки. Даже удивительно, что такое у него было. — Братец, я нашёл. Хэли прямо засиял, слыша эти слова, но Чжуан не разделял его радости. — Видишь ли... процесс довольно тяжёлый и до конца сам конфликт не уберёт. Суть в том, чтобы дать телу другой облик, который бы был рассчитан на удержание тёмной Ци. Юноша склонил голову, сводя брови к переносице. Было не совсем понятно, что он имеет ввиду. Разве это сложно? Гуи же меняют облик иногда. Чжуан тяжело вздохнул и потёр переносицу. — Смотри... Когда человек умирает, тёмная Ци перерождённой души меняет его тело. Этот процесс обычно необратимый, и тело может выдержать только больше количество тёмной Ци... Вот твой младший брат к примеру. Физически он ребёнок, но по удачному стечению некоторых вещей его Ци огромна. Хэли почесал затылок, пытаясь уложить всё это в голове. — А это... скорее запретная техника. Твоё тело как бы разделиться на живую и мёртвую версию. Ты не сможешь управлять это сменой, она будет происходить из-за смены баланса сил. Больше тёмной – тело мертвеца, светлой – бога. — Вот как... Он задумался, стоит ли вообще оно того. С одной стороны, было страшно что-то делать настолько радикально, но это был шанс перестать страдать от собственного безрассудства. — Так... что нужно сделать? — М... сразу скажу, это будет очень больно, почти невыносимо. Перестройка тела у гуев происходит когда душа находиться вне этого тела, и он ничего не чувствует, либо не помнит. Ты же будешь в сознании. — Вряд-ли это будет больнее чем сожжение заживо. Хэли усмехнулся, подперев щёку рукой. — Это конечно был бы для меня ценный опыт в изучении природы Ци и влиянии её на человека... Но ты уверен, что выдержишь? — У меня нет выбора. Я больше не хочу быть тем, кто может случайно убить даже самых близких, есть вдруг разозлиться. **** Чжуан усадил Хэли на свой трон и привязал к нему, как мог, а в рот сунул свёрнутую несколько раз ткань, чтобы тот не сломал себе зубы, если стиснет их. Юноша сидел в ожидании, когда всё начнётся, его немного трясло, всё же было страшно. Но не так страшно, как постепенно терять контроль над собственным телом и чувствами. Чжуан завязал ему глаза. Довольно долго ничего не происходило, но в какой-то момент в теле появилась боль, будто разом изнутри в него вонзились тысячи игл. Боль нарастала всё сильнее и казалось, что его вот-вот разорвёт на маленькие кусочки. Пальцы до побеления сжали подлокотники, зубы стиснулись, но это не мешало болезненному крику вырываться кажется из самого нутра. "Иглы" будто не могли найти выход через кожу, и только оттягивая её, покалывая, но не в состоянии вырваться наружу. Резко боль разом стихла, и повязка с глаз была снята, так же, как и другие атрибуты. Он поднялся, немного пошатываясь и хватаясь за голову. Первое что он заметил это побелевшие руки с выступающим синими венами. — У тебя есть зеркало? Чжуан протянул ему маленькое карманное зеркальце. Хэли и без этого чувствовал, что даже в лице что-то изменилось, но он не мог понять, что именно. Лицо было разорвано, а изо рта торчали клыки. Он провёл по ним языком, будто не веря, что они настоящие. По лицу кроме старых шрамов расползлись ещё тёмные полосы. — Значит я так буду выглядеть всегда, когда злюсь? Хэли глянул на Чжуана, а тот лишь усмехнулся. — Колебания Ци иногда могут не зависеть от эмоций, или не только от негативных. Но в сущности да. — И я больше никого не смогу убить... так же? — Ты не перестаёшь быть сильным, но таких вспышек больше не будет, их будет гасить этот облик. Хэли кивнул и улыбнулся. — Сейчас ты какое-то время будешь ходить так, но буквально уже завтра вид вернётся в норму. — Хорошо... Чжуан подошёл к нему и приобнял за плечи, поглаживая. — Ещё какие-то вопросы, братец? — Как думаешь, меня таким примут? Мужчина задумался. — Думаю для большой части населения так будет даже легче воспринимать тебя как правителя. Вон как люди, уставшие от страха перед Бао Ханем меня, приняли. Даже гуев в свои деревни и города пустили. Хэли кивнул, немного отходя. — Спасибо. — Услуга за услугу. К тому же ты мой брат, не стоит благодарностей за такие пустяки. Чжуан улыбнулся и так же проводил его к выходу.