Илья Ларионов актив доказательства

Они в четвёртом сидят в одной комнате отеля, почти не смотря друг на друга — все залипают в телефонах. Лишь Илья вечно бросает короткие взгляды в сторону Череватого, на которые тот отвечает своими загадочными прищурами, иногда что-то печатая в телефоне. Шепс, наконец, замечает эти переглядки, глупо улыбается, думая о своëм, и незаметно толкает Матвеева в бок, кивком указывая на этих двоих. Именно в тот момент им удается застать более многозначительный взгляд Ларионова, внимательно разглядывающий коллегу. – Смотри, дырку в нëм не прожги, – весело отзывается Олег. Илья растерянно оборачивается, неловко останавливая на Олеге и Диме свой взгляд. – Да ты не видишь, что мы им только мешаем? Он смотрит на него таким голодным взглядом, прям хочет, чтобы он его трахнул, – не сдерживая смеха в конце своей речи, улыбчиво произносит Матвеев. – Слушай, заткнись, а? – заступается Череватый, наконец найдя что-то поинтереснее телефона и убирая его в карман. – Блять, я не понимаю, почему все, сука, считают, что я пассив? – возмущается Ларионов, нервно вздергивая руками. – А это не так? – ещë больше провоцируя парня, с усмешкой спрашивает Дима. – Да ну! В жизни не поверю. Матвеев замечает, что Влад, предчувствуя пиздец, нервно кусает губы и размеренно мотает головой. – Раз нужны доказательства, – Илья бросает взгляд на непонимающего (или же наоборот — слишком много понимающего) коллегу. – то они будут, – он встает с места, проходит мимо Влада, хватая его за руку, и идëт с ним дальше, в их номер. Дверь захлопывается как только они оказываются внутри, и Илья вжимает мужчину в стену, упираясь рукой рядом с его головой. Он раздражен и действует грубо. Пухлыми губами накрывает чужие, нагло проникая языком в рот. Влад упирается руками в грудь старшего, желая отстранить, но не удаëтся. Проходит пару секунд, и Илья отстраняется сам. – Развернись, – напряженно произносит Ларионов. – Что?! – Я говорю, развернись. Я хочу, чтобы они всë слышали. Но Череватый не слушается, за что Илья сам силой разворачивает его, припечатывает грудью к стене и давит между лопаток, чтобы тот не вырывался. Он рывком спускает с мужчины штаны вместе с боксерами до коленей. Затем медленно оглаживает ладонью мягкую кожу ягодиц, отчего Влад замирает, ожидая последующих действий. В животе начинает приятно тянуть. Громкий шлепок разрезает тишину номера вместе со сдержанным всхлипом Череватого. Следующий удар приходится на вторую ягодицу, более сильный, выбивающий ещë больше ощущений и выдавивший из Влада жалобный стон. – Илюх, прекращай. Ты чего так взбесился-то? Но Ларионов не отвечает, отвесив еще один звонкий удар по мягкой коже. Горячее дыхание парня задевает мочку уха и отдается покалыванием во всем теле. Влад честно хочет прекратить это, но и не может отрицать, что ему нравится. Ларионов заранее оставил смазку в прихожей для удобного случая, и теперь с лëгкостью хватает еë с полки. Выдавив немного лубриканта в ладонь, он растирает его по пальцам. Затем чистой рукой с силой надавливает на поясницу мужчины, заставляя его прогнуться, и одним резким движением вводит палец до второй фаланги, отчего нижний коротко несдержанно скулит. – Илю-ш, твою мать, что т-ты делаешь?! – видимо, пытаясь вразумить парня, с трудом рыпается Влад. – Я хочу, чтобы ты был громким, – с голодной улыбкой и горящими глазами произносит Илья, добавляя второй палец. Он производит пальцами движения на подобии ножниц, растягивая Череватого, и слышит лишь приглушенные всхлипы, чем явно остается недоволен. Ларионов решает добавить третий палец, что наконец помогает добиться большей реакции. Мужчина стонет вполголоса, извиваясь под руками старшего. Скоро пальцы пропадают и Илья уже надевает взятый из кармана джинсов презерватив на возбужденный орган. Он приставляет головку к подготовленной дырочке, как бы спрашивая готов ли Влад, но, не дожидаясь ответа, плавно входит на пол длины. Мужчина, действуя назло Ларионову, кусает ребро своей ладони, чтобы не издавать много звуков. И это действительно выводит парня из себя. Он грубо толкается внутрь, руками наклоняя Череватого под собой еще больше. Движения слишком горячие, жëсткие, резкие и требовательные, и Влад чувствует, что Илья скоро добьëтся своего. Ему так не хватало грубого Ларионова. Влад просто без ума от такого Ильи, поэтому старательно пытается выбить его из колеи. И у него, признаться, отлично выходит. – С-сука... Влад... – в бреду шепчет парень, безумно наслаждаясь и одновременно дико бесясь с упрямства мужчины. Влад готов поклясться, что Илья ещë никогда не был настолько быстрым и требовательным, и обоим это безумно нравится. Мужчина до сих пор сдерживает стоны, лишь всхлипывая со слезами на глазах и затыкая рот собственной рукой, ведь ему мало. Мало грубости. Илья, наконец, замечает заткнутый рот и заламывает руки Влада за спину, но тот до сих пор держится почти на ура. Звуки соприкосновения двух тел отражаются от стен номера вместе с хлюпаньем и рваными вздохами. Стоит всего на секунду его члену полностью выскользнуть из ануса, как Влад уже стонет во весь голос, жадно хватая воздух ртом, наконец, не сдерживаясь и не стесняясь. Стонет протяжно, во всë горло, сходя с ума от ощущений, чего только и добивался Илья. Парень, выявив такую слабость, повторяет еë, сначала войдя во всю длину, попадая по чувствительной точке и выбивая беспомощный громкий стон из мужчины, а затем полностью выходит, отчего дыхание у обоих спирает в горле. Повторяя такие движения в размеренном ритме, он, с надорванными стонами, и закатывая глаза, очень быстро изливается в презерватив, что скорее является заслугой сносящих крышу и выводящих из себя восторженных стонов мужчины, и выкидывает латекс в урну. Однако Череватый до сих пор не кончил, несмотря на то, что крышу ему срывало, кажется, похлеще старшего. Оба рвано и приглушенно дышат, и Ларионов, заметив такое недоразумение как только его дыхание на чуточку нормализовалось, грубо хватает мужчину за руку и ведёт в спальню. Они останавливаются посреди комнаты, и тогда парень украдкой целует Влада в уголок губ, хитро улыбаясь. – А теперь просто наблюдай и наслаждайся, – вполголоса произносит он, качнув головой в сторону и медленно опускаясь на колени. Череватый поднимает взгляд и видит перед собой своë же отражение в зеркале и стоящего на коленях Илью. Только спустя пару секунд он понимает, как это возбуждающе смотрится. Илья не даëт ему привыкнуть к такой картине, как прикасается к набухшей головке рукой, и сжимает еë в ладони. Услышав сверху приглушенный стон, он вновь бесится, отчего становится грубее, а желание выбить из него глубокие стоны, чтобы их буквально слышал весь отель, только усиливается. Он медленно растирает естественную смазку по длине ствола, слыша тяжелые вздохи. Проводит всего пару раз вверх-вниз и припадает к головке пухлыми губами. Он вбирает член в рот на пол длины и втягивает щеки, крепко держа его у основания. Владу донельзя хочется схватить его за короткие волосы и насадить до конца, точно, как хочется, чтобы ситуация была исключительно в руках (или во рту) парня. Илья совершенно не спешит, мучительно проводя губами всего по половине органа туда-обратно, как бы мстя ему за его непослушание, что выводит мужчину из себя, как выводило и Илью минутами ранее. Влад всë же хватает голову Ильи и давит, пока член полностью не оказывается в его рту. Парень в свою очередь и не сопротивляется, лишь начиная более жадно отсасывать, вбирая член до конца и играя языком. В зеркале Череватый видит характерно двигающуюся вперед-назад светловолосую голову и улыбается этому, чуть слышно простонав в голос. Он хочет, чтобы он работал усерднее и грубее, потому и старается его взбесить. И Ларионову даже почти удается скрыть, что у Влада это получается, но ускоренные и жадные до безумия движения говорят об обратном, что с улыбкой замечает мужчина. Всë же, Илья сосет просто нереально. Особенно, когда зол. Особенно, когда на Влада. Поэтому Владу хватает ещë пару минут интенсивных движений, как он чувствует приближение к окончанию. Илья намеренно замедляется, что оказывается чрезвычайно мучительным для мужчины, и он берëтся за его голову, фиксируя, и двигается бëдрами вперед сам. Грубо и требовательно, без жалости втрахиваясь в горло парня. Он изливается внутрь совсем скоро, вместе с тем как Илья жалобно вцепляется в его бëдра со слезами на глазах. И громко стонет во все горло, судорожно трясясь, пока Илья обессиленно отрывается от него и сглатывает сперму. Ещë пару секунд мужчина пытается отдышаться и замечает скопившиеся слëзы в глазах. Он опускается перед Ильёй на колени и нежно берëт за плечи. – Прости, это было слишком, да? – чуть испуганно произносит Череватый и прижимает его тело к себе, мягко обнимая. – Издеваешься? Это было ахуенно, – крепче обнимая в ответ, произносит Илья. Влад отстраняется и, положив ладонь на щеку Ильи, мягко прикасается губами к чужим. Совсем скоро они одеваются и направляются в номер, где некоторое время назад сидели с Матвеевым и Шепсом, но останавливаются перед самой дверью. – Думаешь, сто́ит? – спрашивает Влад. – А что, боишься признать, что ты пассив? – самодовольно улыбаясь, шутливо спрашивает Илья. – Во-первых, универсал, а во-вторых, мы были слишком шумными, и... это как-то неловко. – Ха-х, тоже мне, проблема, – смеется Илья, после чего перед ним резко открывается дверь. Матвеев выходит из номера, и удивлëнно вылупляется на парней, отчего-то смеясь. – О, а вот и голубки пришли. Я уж думал, ты его там до смерти затрахал, вот, шëл проверить. А то больно тихо стало, – продолжает смеяться Дима, заходя обратно в комнату. Парни проходят за ним, и Илья краснеет первый, несмотря на свои слова о том, что «проблема» совершенно незначительна. А за ним следом краснеет и Влад. Только сейчас парень понимает, что они действительно были очень громкими, и это особенно заметно по лицу Олега. – Ларионов, оказывается, реально актив, – искренне удивляясь, произносит Матвеев. – Универсал, – подмечает Влад и бросает на Илью прищуренный взгляд.