Босс мандаринов

Юнги не собирался уезжать. Вечер был холодный, как-никак март месяц, но садиться в машину он даже не думал. Затушив второй бычок сигареты, замечает, как к его ногам катится мандарин. И здесь? Как? Поймав мандарин, он поднимает его и смотрит в сторону, откуда тот прикатился. В дверях студии стоит Чимин. Удивлённый тем, что его гость всё ещё здесь, он роняет ещё один мандарин, но Юнги ловит и его. — Ну вот, мой ужин и укатился, — печально бормочет Чимин. — Разве это ужин? — И завтрак, и обед... и перекус. — Это плохо. Откуда тогда столько энергии? — Всё в порядке... Мин не позволяет закончить предложение и предлагает его накормить. — Нет, что вы, я, пожалуй, откажусь. — Я не принимаю отказ. Вы потратили слишком много энергии на воскрешение Пиноккио. — Не надо так говорить, ваш друг достаточно пластичен. С ним нужно немного поработать — и выйдет достойный танцор... — Вы слишком добродушный. — Это комплимент? — Констатация факта. Чонгук был прав. — Я знаю, кто вы, и знаю, зачем пришли. Я, конечно, люблю Чонгука и благодарен за его заботу, но от вашего предложения откажусь, — Чимин твёрд в своих словах. — Но я вам ещё ничего не предлагал. — Юнги смотрит из темноты на Чимина, свет фонаря скрывает половину лица собеседника в тени. — И не надо. Я понимаю, что это ни к чему хорошему не приведёт. — Может, всё-таки поужинаем и поговорим? Не о делах. — Я не знаю, о чём с вами говорить, мы не знакомы. — А я хотел с вами познакомиться. Чонгук — ваш друг, я его босс, то есть друг. А значит, и мы с вами можем быть друзьями, — голос Юнги спокоен, размерен, глубок. Такое чувство, будто он хочет ввести тебя в транс. — Босс или друг? — И то и другое, зависит от времени суток и обстоятельств. Я вам не причиню вреда. — Юнги открыл дверь машины, жестом приглашая внутрь. — Я не боюсь вас, просто не вижу смысла... — А может, он появится, если прислушаться? Чимин попал в ловушку собственной совести. С одной стороны, он ничего не теряет: послушает, что скажут, поест на халяву. С другой — на кой чёрт ему этот холодный демон, который сканирует нон-стоп и подчиняет своим властным голосом? От него ничего хорошего не жди. Зная, что он босс Чонгука, отказаться неудобно — Чимин воспитанный мальчик. Но и это тоже не самый сильный аргумент. Сколько ни дружи с Чонгуком, не узнаешь, чем он зарабатывает на кимчи, рис и крутые тачки. Только если сам захочет — тогда карты раскроются. Юнги, уже теряя терпение, снова жестом приглашает сесть в машину и даже нелепо улыбается. Чимин, смотря прямо в глаза, садится и пристёгивается. Юнги закрывает дверь, садится за руль и кладёт мандарины в подставку для кофе. Маленькие пальчики тянутся к ним, но их накрывают длинные пальцы. — Что попадает в мои руки, становится моим. — Но я их купил! — протестует Чимин. — Взамен на мандарины я угощу тебя ужином. Договорились? — Хорошо. Ну вы и властный ... — «Вы»? Давай уберём все формальности, да и разница у нас небольшая. Мне только тридцать. — Тридцать? А уже большой бизнесмен. — Да не такой уж бизнесмен. Так, маленький офис, пять подчинённых. — Юнги завёл машину, направляясь к маленькому ресторанчику. — Поверю на слово. — Чимин щурится, глядя на водителя, и понимает, что они уже выехали с парковки. — А куда мы едем? — Как и обещал, поужинать. Есть на примете одно хорошее местечко: там вкусно, приятно и малолюдно. Нам никто не помешает. — Я думал, мы просто зайдём в Макдоналдс. Картошки фри и милкшейка мне достаточно. — Это не еда, это только ребёнка подразнить. — Но мне нравится. — Чимин засмущался. — В следующий раз. — Юнги повернулся к Чимину и ехидно ухмыльнулся. — В следующий? Пока ещё и первый не прошёл. — Хорошо. Заходя в маленькое помещение, Чимин убедился в словах Юнги. Хозяйка заведения была единственной, кто принимал заказы, готовил и убирал. Столов было от силы шесть. Они были единственными посетителями, да и логично — уже десять часов стукнуло. — Не против, если я выберу? — Юнги отвлёк Чимина от разглядывания пространства. — Хозяин-барин... — Пока ещё не хозяин. — Властный ты, хён. — Есть немного. Перед встречей Юнги попросил у Чонгука больше информации о своём кандидате. Он доверял малому, но нужно иметь представление, с кем разговариваешь и почему именно этот человек хорош для их дела. Чонгук отправил сообщение: «Его зовут Пак Чимин, 27 лет. Он мой друг с семнадцати лет, ещё со времён, когда я жил в Пусане. Профессиональный танцор, но ему комфортно быть учителем в студии, иногда подрабатывает в подтанцовке у айдолов. Он сдал экзамен на высший балл, чтобы стать госслужащим, но не проработал там ни дня. Танцы — это его жизнь. Способный малый, быстро учится, спокойный, уверенный, не трус. Приводов нет». Доверяй, но проверяй, поэтому всю эту информацию Хосок должен был перепроверить. Через час Юнги получил досье на одной странице PDF. Всё совпало, только там было больше биографических фактов: где учился, с кем дружил, в какой семье вырос и так далее. Действительно — девственно чистый. Только крыльев не хватает. — Хозяйка! Можно нам, пожалуйста, пулькоги, токпокки, кимчи и соджу с пивом? — Я не буду пить, — Чимин не хотел пить с незнакомцем. — А ты, хён, не за рулём? — Чонгук может быть нашим трезвым водителем, но если ты не пьёшь, какой смысл мне одному пить? — Госпожа, без пива и соджу. Две колы. Ты не против колы? — Нет, но в нас влезет столько еды? — Почему бы и нет? Чимин улыбнулся, но опустил глаза на свои руки. — Чонгук сказал, что ты сдал экзамены на госслужащего, но не работал ни дня в госструктурах. Почему? Насколько я знаю, это не самый лёгкий тест. — Да уж, нелегко. Но это был договор с родителями. Я сдаю экзамены, чтобы у меня была запасная нормальная профессия, а мои родители не вмешиваются в мою жизнь, и я могу делать всё, что захочу. — Родители у тебя заботливые. — Мда, могло быть и хуже. Но со мной спорить трудно. Легче заставить панду танцевать ча-ча-ча. Юнги рассмеялся в голос. — Ну, Намджуна смогли научить танцевать, значит, и у меня будет шанс уговорить тебя. — Намджун не панда, — Чимин держит позицию. — Да и я не мама с папой. Может, я хотя бы расскажу, в чём моё предложение? Просто послушай, не отвечай сразу. Хорошо? Чимин кивнул. — Я занимаюсь перевозкой и перепродажей импортных машин. Не у всех хорошие документы или, наоборот, слишком хорошие для прохождения через границу. Для этого нам нужен свой человек в бюрократическом мире. Его работа — заполнять декларации так, чтобы машина была пригодна для продажи. Старые машины мы «молодим», новые — «старим», чтобы выгоднее продать и меньше переплатить. Вот и всё. — Машины угнанные? — Чимин серьёзен. — Или пережили аварии? — По-разному, клиенты разные. Есть новые машины, но с браком в ключах, и поэтому их продавали дёшево. Некоторые украдены, а некоторые, можно сказать, прибыли из лап нехороших людей... — Это как? — брови Пака поднялись от удивления. — Ну, иногда наши клиенты — это жёны после развода. Они остались с ребёнком в тяжёлом положении, а бывший муж гуляет с малолетками на дорогих тачках, ни о чём не беспокоится и алименты не платит. Машины испаряются — деньги появляются. Мы только берём оплату за работу, остальное отдаём нуждающимся. — Питер Пэн корейский, — смеётся Чимин. — А где ваша фея Динь-Динь? — Надеюсь, что передо мной сидит. — Юнги с невозмутимым видом тянется к Чимину, держа палочками кусок жареного мяса. — Кушай, а то остынет. — Спасибо, я сам. — Чимин жуёт и думает: что за собеседование такое, где тебя кормят с палочек? — А Чонгук тогда кто? — Кролик-убийца. Чимин поперхнулся. — Да шучу я. Он только выглядит так, но я не заставляю его делать грязную работу. Только если сам захочет. Мы стараемся делать всё чисто, без шума и привлечения внимания. — Понятно. На этом разговор прервался — все сосредоточились на еде. Слышно было только шипение мяса, звон тарелок и стук палочек. Каждый задумался о своём. Пак Чимин переваривал информацию и еду — только сейчас понял, насколько был голоден. А Мин Юнги думал, как не спалиться, что смотрит на губы напротив, и как сделать так, чтобы этот птенчик не улетел далеко от Кота Мина. Первым тишину нарушил Пак: — Который час? Мне надо успеть на метро. — Я тебя привёз, я тебя и отвезу домой. — Не стоит, мне и так неловко. — Почему? Ты не будешь в долгу, не бойся. — Но... — он не знал, что придумать, лишь бы не ехать с Юнги. А вдруг он маньяк или сталкер? — Не бойся, я не буду следить за тобой. — Юнги тянется к кошельку и вынимает визитную карточку. — Надумаешь — позвонишь сам. Только не игнорируй и не избегай меня. Я пойму любой твой ответ, но надеюсь на положительный. Чимин взял визитку и спрятал в карман куртки. — Я забыл сказать: у тебя будет испытательный срок. Или у нас. Понравится — останешься, нет — так нет. Чимин кивнул. Он не хотел задавать вопросы или вообще продолжать эту тему. Он не знал, что делать. Расплатившись, парни сели в машину. Ехали в тишине. Чимин смотрел на город в свете фонарей, Юнги — на Чимина в свете фонарей. Время — 00:00. Машина остановилась у многоэтажного дома. — Спасибо за ужин. Ну и за то, что подвёз. — Чимин открыл дверь и собирался выйти, но Юнги положил руку на его ладонь. — Позвони, как только решишься. Но мне тоже нужен ответ как можно быстрее. Место должно быть занято нашим человеком. Эти слова Чимин старательно проигнорировал. — Доброй ночи, Юнги-хён. — Спокойной ночи, Чимин. Юнги не сразу поехал домой, хотя время уже перевалило за два часа ночи. Всё это время он катался по городу, курил и ел мандарины Чимина. Завтра надо разобраться с Минги. Эта крыса слишком долго жила в тепле и уюте. Он отправил сообщение Чонгуку: «Завтра в 12:00 приведи в спортзал Минги».