Босс мандаринов

Чимин проснулся, но не рискует открыть глаза. Он уже чувствует, как херово ему будет. Он помнил всё, что вчера было, даже то, как его щёк коснулись кончики пальцев Юнги. Он не спал, но не смел дёрнуться, чтобы не спугнуть момент. Он сам не знает, почему согласился на эту авантюру. Просто подумал: а что если? Он никогда не рисковал, все его действия были продуманы. Всегда поступал по совести, никого не обижал, не задевал. Наверное, поэтому в подростковом возрасте его считали слабаком. Только Чонгук его понимал и принимал таким, какой он есть. Даже тот факт, что он гей, первым узнал друг, и, как ни странно, он тоже признался в этом. А Юнги… он манил. В нём чувствовались уверенность, спокойствие, забота о близких. По крайней мере, он не оставил Чонгука и его самого замерзать возле караоке. То, как друг его описывал и с каким обожанием смотрел, внушало доверие, будто он рассказывал про любимого супергероя. Ну, была не была! Что я потеряю, если их поймают? — Много! По крайней мере, несколько лет строгого режима и лишения право работать в госучреждениях. Но у него останутся танцы, этого не отнять. И всё же это большой риск. Чего ему не хватает? Денег? Да у него всё есть, чтобы жить и платить ипотеку. Есть мечта — собрать группу танцоров и работать с большими звёздами. Но стоит ли игра свеч? Слишком много мыслей на больную голову. Открывая глаза, Чимин видит мандаринку. Не такой уж он и властный, этот босс-хён Мин Юнги — не все мандаринки на свете забирает себе. Телефон завибрировал. Сообщение: Босс боссов мандаринов: «Сегодня в 20:00 нужно встретиться, обсудить все детали. С меня милкшейк и картошка фри». Как раз будет время восстановиться и провести урок со своей младшей группой. Поворачивая голову, он видит, как Чонгук спит калачиком. — Эй, Чонгук, ты жив? — Мммм… Моя голова!!! — Значит, нет. Давай вставай, у тебя телефон звенит, как колокол на Пасху. Возьми трубку. — Алло! Босс? Да, хорошо, хорошо. Спасибо, босс, — голос у Чонгука бодрый, но с оттенком тошноты. — Ну что там босс приказал? — Сегодня я должен подготовить тебе машину и начать готовить к инструктажу. Зови меня сэнсэем. — Машину и инструктора? Но я умею водить, а машина мне не нужна, — Чимин встрепенулся. — Я буду учить тебя твоему ремеслу и всему, что касается наших дел, а Намджун — легальной части. И-и-и… — Чонгук встал на локти, не смея открыть глаза от боли. — Я должен тебя покормить похмельным супом. Так сказал Юнги. — Кажется, пути обратно нет, — Чимин задумчиво закусил губу. — От супа я не откажусь, а вот от машины… — Машина тебе как бонус. Она Юнги. Мини Мингичлен только пользовался ею до того, как мы его поймали за использованием нашего протектората в пользу левых клиентов. Она светилась на парковке пограничников, поэтому все считают её государственным имуществом. Они позавтракали супом, приготовленным Чонгуком, после чего Чимин поехал домой принять душ и переодеться.

***

У Юнги сегодня очень насыщенный день. Две встречи с клиентами, одна — с Намджуном, а после он должен поехать к Чимину. Последнее грело душу. Будто это деловая встреча, но Чимин пробуждает совсем другие чувства. Хочется прикоснуться к его коже, щекам, бёдрам, может быть, даже поцеловать. Юнги немного съехал с цели: от восстановления конвейера поставки машин — к плану завоевания Чимина в его команду и сердца. С клиентами Юнги быстро разобрался. Намджуна он успокоил, сказав, что у него есть замена Минги. Тот орал утром в трубку, что всем пизда и что Минги написал заявление и так внезапно уехал. Он знал, что этот момент настанет, но думал, что Юнги его предупредит, может, даже пригласит на казнь. — Всё под контролем. С понедельника твой новый подчинённый будет у тебя в кабинете. Завтра утром отправит свои документы для оформления. — А кто он? Откуда вы его так быстро откопали и уговорили? — Это друг Гука, Пак Чимин. Я его обольстил, — последние слова Юнги сказал как бы между прочим. — Что? Мой учитель танцев? И как ты предлагаешь с таким резюме его нанять? — Успокойся. Он сдал экзамены госслужащего. Чонгук ему всё объяснит и введёт в курс дела. — Жду его документы. Надеюсь, что твой план не провалится, иначе нам каюк. — Когда я тебе создавал проблемы? Я твой ангел-хранитель, иногда даже Купидоном подрабатываю. — Юнги не мог не припомнить тот факт, что именно он познакомил друга с Джином. — Кстати, в воскресенье жду вас с Джин-хёном у меня на ужин. — Хорошо. Будут все? — Да, и Чимин. — Хочешь провести обряд инициации? — Мда, что-то вроде. Юнги ждал на парковке студии и курил. Зазвонил телефон — уже второй раз за день с незнакомого номера. Он не собирался отвечать. Все нужные номера у него записаны. Вдруг он вспомнил предупреждение Джексона. После того как телефон перестал звонить, Юнги написал Хосоку, чтобы тот проверил некоего Дже Джуна.

***

Чимин вышел из студии немного растрёпанный. Было видно, что день после пьянки прошёл тяжело. На нём были широкие серые спортивные штаны и белая оверсайз-футболка, волосы собраны в хвостик, напоминавший ананас. — Извини, я не успел переодеться… точнее, забыл взять с собой сменную одежду. — Ты прекрасен в любой одежде, даже хвостик милый. — Не смущай! — щёки немного покраснели, поэтому Чимин спрятал их в ладонях. — Не могу сдержаться, — улыбнулся Юнги и открыл дверь машины. — Мы можем и пешком дойти до Макдональдса, только через парк надо пройти. — Да, давно я не гулял. — Бизнес с машинами сделал тебя зависимым от передвижения на машине? — Что-то вроде. Да и времени нет. Они шли молча, разглядывая деревья в свете фонарей. И вдруг заметили мандарин. Он лежал на газете у скамейки. Чимин и Юнги переглянулись и сорвались с места. Чимин с небольшим отрывом добежал первым и схватил мандарин. Юнги потянулся, но не успел. Подняв руку, победитель начал дразнить соперника, но получил поцелуй в щёку. Рука размякла, опустилась вниз, глаза Чимина округлились, а Юнги успел вынуть из его рук мандарин и спрятать в карман. — Эй, Юнги-хён! — Все средства хороши, как говорится, — Юнги сам себя похвалил за дерзость, улыбнулся и побежал вперёд. Дальше Чимин шёл медленно, как в трансе. Прибыв на месте они заказали милкшейк и картошку фри для Чимина и чизбургер с колу для Юнги. Они сели у окна, наблюдая за прохожими, так как Чимин не хотел сидеть напротив собеседника. Слишком смущался. — Можно мне попробовать макнуть картошку в милкшейк? — Юнги вёл себя беззаботно. — А ты наглый, хён. Может, ещё что-то захочешь? — Чимин держался изо всех сил. — Да, но пока только это возьму, — руки потянулись к подносу. Неплохо, но не моё. Чимин помолчал минуту, а затем осторожно заговорил: — Когда я начну работать? — Да тебе не терпится влиться в роль. Я рад. С завтрашнего дня вы с Чонгуком начнёте изучать теоретическую часть — он объяснит, как всё работает. Будете заниматься в нашем офисе. Мы его редко используем, но он есть для галочки. Тебе надо будет понять, как проверять машины, — это тебе тоже Чонгук покажет в своей мастерской. Завтра утром отправь Намджуну документы для оформления. Я все адреса скину в сообщении. Вот ключи от машины — она стоит у твоего дома, чистая и заправленная. Чимин кивнул. — У тебя есть вопросы? — Да нет. Если что, я у Чонгука спрошу. — Ты меня стесняешься? — прищурился Юнги. — Есть немного. — Если моя выходка тебя смутила, то я не собираюсь просить прощения. Мне понравилось. Юнги потянулся к Чимину, но тот отодвинулся. — Не наглей, я смущаюсь! Мы не так хорошо знакомы для таких шуток. — Всё, всё. Доедай, и я отвезу тебя домой. Нужно отдохнуть. Не хочу, чтобы завтра мозг вскипел от перегрузки информацией. — Ладно. Подходя к машине, Юнги закурил. — Я завтра уеду на пару дней из города. Если что-то понадобится — пиши в любое время. А в воскресенье я приглашаю тебя ко мне на ужин. Чимин поднял брови: — Ужин? — Да не бойся, это не свидание. Там будут все свои. Познакомишься по ближе с Намджуном, ну и с Хосоком и Джином. — Хорошо. Доехав до дома, Чимин не смотрел в глаза Юнги. Он хотел быстрее зайти в квартиру и спрятаться под одеяло. Он расстегнул ремень безопасности и потянулся к ручке двери, но Юнги положил руку ему на плечо. — Постой. Посмотри на меня, Чимин. Чимин повернулся и нехотя поднял голову. — Скажи, что тебя гложет? — Я не понимаю, что тебе нужно от меня: сообщник или игрушка для развлечения? — Я ищу партнёра. Мне нужен надёжный человек, которому я могу довериться, кто не струсит и будет со мной до конца. — Ты сейчас про работу говоришь? Или… — О работе. Но если это как-то пересечётся с личной жизнью, я не вижу в этом проблемы. Чимин, ты мне нравишься. Меня к тебе влечёт. Я не могу скрывать это от тебя, но и спугнуть боюсь. Мы знакомы мало, но в жизни все незнакомцы по воле судьбы становятся соседями, друзьями, любовниками. — Давай будем всё делать постепенно, не спеша, — предложил Чимин. — Я тоже не могу объяснить свои поступки и решения на данный момент, но готов ко всему новому. Ты тоже мне симпатичен, хоть я и не понимаю твою зависимость от мандаринов. Юнги выдохнул свободнее и почти улыбнулся, но губы Чимина накрыли его лёгким поцелуем. Незаметная звёздная пыль осталась на губах, а сама фея выпорхнула из машины и не глядя, направилась к двери здания. Чимин выдохнул лишь тогда, когда зашёл в квартиру. Он сам не ожидал от себя такой дерзости. Но как можно было не отреагировать на слова Юнги? Не каждый день Чимину признаются в симпатии, особенно когда она взаимна. Если честно, до этого у него никогда не доходило. Чимин хотел видеть искренность в словах Юнги. Он хотел дать шанс всему: новой работе, новому человеку. И он понимал почему. У него есть Чонгук, который сможет помочь с первым и побыть плечом для рыданий во второй ситуации, если что-то пойдёт не так. Поздно вечером он получил сообщение: Босс боссов мандаринов: «Шалость удалась, Чимин. Увидимся в воскресенье. Сладких снов, моя фея». Чимин: «Я не фея и пока что не твоя. Спокойной ночи, босс мандаринов!»

***

Два дня прошли незаметно. Половину дня Чонгук учил Чимина азам, другую половину они проводили в гаражах, где тюнинговали машины. Нужно было не просто заполнять бумажки для товара Юнги, но и проверять все машины, которые проезжали границу. Чимин должен быть хорошим работником, ответственно выполнять свои обязанности. Было тяжело принять решение временно оставить уроки танцев, да и ученики бы расстроились. Но, увидев график работы на границе, он решил не быть таким категоричным и переделал своё расписание в студии. Максимум, который возможно было оставить, — пять часов в неделю. Не хотелось терять форму. Будет тяжело совмещать, но что поделать. От Юнги он получил несколько сообщений, и то больше по делу. Единственное, что отличало их от обычного формального разговора «босс — подчинённый», — обращение «Моя фея». — Да почему фея?! — Чимин не сдержался и крикнул в пустую комнату. Завтра они увидятся и поговорят об этом. Немного волнительно, и это не из-за Юнги, а из-за знакомства с ещё одним боссом и несколькими новыми людьми. Получится ли у них сработаться? Юнги занимался своим любимым делом: отдыхал, дышал морским воздухом и думал о Чимине. Вот бы привести его сюда — тогда он поймёт, куда пропадают все найденные Юнги мандарины. О работе он не хотел думать, лишь несколько формальностей нужно было решить. Всё остальное время он копошился в своём саду. В субботу Юнги был раздражён непрерывными звонками с незнакомого номера. У него было плохое предчувствие. Новые клиенты ему не нужны. Он и так подумывает закрывать лавочку. Новые законы и технологии заставляют ходить по лезвию ножа и выкручиваться неординарными способами. Он не стар для этого дерьма — просто хочется жить простой жизнью, иметь легальное дело. Юнги не азартный и не безбашенный. Любые его действия продуманы, чётки и идут по плану. А деньги? Они его уже не волнуют. У него достаточно для жизни. Часть инвестирована, другая часть хорошо спрятана на чёрный день. Настало утро воскресенья. Чимин и Юнги проснулись одновременно, каждый — в своей постели, и без будильника. У обоих трепетало сердце, ведь сегодня они увидятся.