Маг тёмного замка

Юнги настоял на том, чтобы Тэхён перебрался жить в спальню к Чонгуку. — Может, нам сразу сочетаться браком? — проворчал тот. Как истинный интроверт, он страдал, не желая пускать в своё личное пространство Тэхёна. — Не факт, что я скажу тебе «да», — парировал Омега, до ушей которого долетела фраза, сказанная Альфой. Он задрал нос и, отпихнув Чонгука плечом, просочился к нему в комнату. Юнги, увидев эту сцену, нахмурился. Этим двоим необходимо как можно скорее найти общий язык, но отчего-то Чонгук совсем не рад, тогда как Тэхён, вместо того чтобы успокаивать, наоборот, дразнит его. Впервые Юнги видел настолько неподходящих друг другу людей, даром что они истинные. Чонгук привык к одиночеству, а Тэхён имел слишком бесцеремонный и независимый характер, чтобы чувствовать грани дозволенного. Однако им обоим придётся смириться с ситуацией. Непростые времена не за горами, и сейчас не время бунтовать. Впрочем, не только Чонгуку с Тэхёном, а им всем необходимо научиться сосуществовать вместе. С завтрашнего дня к индивидуальным медитациям Юнги добавит общие тренировки, и все четверо начнут привыкать к магии друг друга. Каждому необходимо почувствовать общий потенциал, чтобы понимать, насколько они смогут противостоять врагу. А в том, что зло скоро опустится на землю, нет никаких сомнений. Через пару недель их ждет лунное затмение, после которого силы врага увеличатся в разы. Поэтому у Чонгука с Тэхёном нет времени на долгое знакомство. Юнги покачал головой и мысленно пожелал Альфе с Омегой удачи. В отличие от своего Альфы, Чимин был более расслаблен. Привыкнув жить под крылом довольно могущественного мага, он не переживал за своё будущее, а Тэхёну вместо удачи пожелал незабываемых ощущений. И вот дверь в спальню Чонгука захлопнулась, оставляя его наедине с неугомонным Омегой. Тэхён же чувствовал себя как дома. Небрежным жестом он кинул свою дорожную сумку в ближайшее кресло, подошёл к столу и налил себе бокал вина. — Ты почему такой хмурый? Можно подумать, что тебя готовят к жертвоприношению. Если уж на то пошло, то это ты меня должен уговаривать, а не я тебя. — Меня бесит, что всё происходит так быстро, — ответил Чонгук. — Меня тоже это мало устраивает. Но этот Юнги твердит, что выхода нет. Он вообще такой зануда. И как Чимин его терпит? — Не «этот Юнги», а прославленный боевой маг! — возмутился Чонгук. — Насколько он прославлен, мы ещё узнаем, а ты мог бы и не давать согласие на участие, если тебе это так претит, — возразил Тэхён. И пока Чонгук молчал, не желая продолжать спор, Омега допил вино, а затем прошёлся по комнате. — Где я буду спать? — спросил он. — В одной кровати со мной, — проворчал Чонгук. Он не стал упоминать, что это требование поставил перед ним именно Юнги. — Возьми всё в свои руки, — напутствовал тот. Однако Юнги просто говорить. Чимин стал его первой и единственной любовью, и они знали друг друга с детства, поэтому им не было необходимости друг к другу привыкать. Одним словом, страдать придётся только Чонгуку. Он не отрицал, что Тэхён ему внешне сразу приглянулся, но стоило Омеге открыть свой рот, как он сразу же начинал его бесить. Как и ожидалось, Тэхёна заявление Чонгука о совместном сне не смутило. Он снял с себя верхнюю рубаху, льняные штаны, забрался на высокую кровать и, откинувшись на подушки, произнёс: — Кайф! У тебя такая мягкая перина! А меня заставил спать на старом матрасе. Чонгук вздохнул. Сейчас уже ничего не изменить. Он не собирается из-за своей природной стыдливости отступать. В конце концов, перед ними стоит нешуточная миссия, а всё остальное — лишь мелкие неудобства. Он тоже скинул с себя верхнюю одежду и забрался под одеяло. Тэхён тем временем вертелся, пытаясь найти более удобное положение. — Сегодня мы просто разделим кровать. Никакой близости, — предупредил его Чонгук. Тэхён лишь фыркнул в ответ, давая понять, что ему не больно-то и хотелось. Альфа одним движением руки погасил горящие в люстре свечи, и комната погрузилась в темноту. Пару секунд было слышно лишь тихое дыхание обоих, и Чонгук было расслабился, но Тэхён снова начал возиться. — Ты угомонишься? — не выдержал Альфа. — Пять секунд. Я всегда так. Сначала долго ищу удобное положение, но зато потом сплю как убитый. И действительно, через пару минут Тэхён затих. Но тишина эта продлилась до момента, пока Омега не захрапел. Громко так, с переливами. Чонгук терпел сколько мог, а затем попытался навесить над ним купол тишины, но храп Тэхёна отдавался вибрациями в кровать, и это мало спасло ситуацию. — Что б тебя кошки драли! — возмутился Чонгук. Ему безумно хотелось поискать для себя на эту ночь другую спальню, но Юнги прямо дал понять, что времени наладить контакт у них очень мало. Поэтому Альфа выдохнул, взял себя в руки, снял с Тэхёна навешенный на него ранее купол и попытался поймать его энергию. Сначала храп его отвлекал, но он смог пробиться к ядру Омеги и повлиять на него таким образом, чтобы тот немного стих. Однако стоило ему разорвать контакт, храп снова начинался, причём с удвоенной силой. Так и пришлось Чонгуку всю ночь держать с Омегой связь, а когда он таки забылся в беспокойном сне, то ему привиделось что-то настолько беспредельно откровенное, что он проснулся с ярко пылающими щеками. Тэхён ещё спал, раскинувшись на манер морской звезды, тогда как Чонгук приютился с самого края. От неудобного положения у него затекла рука, а на энергетическом уровне он был высосан без остатка. Это не способствовало хорошему настроению, и стоило Чонгуку увидеть Юнги, как он накинулся на него с накопившимся в душе возмущением. — Разве он не должен был меня наполнять?! Я чувствую себя истощённым. — Ты сопротивляешься, — спокойно резюмировал Юнги. Он пил свой чёрный, словно ночь, кофе и не обратил на раздражение Чонгука никакого внимания. — Ещё одной такой ночи я не выдержу! — попытался вызвать к себе сочувствие Чонгук. — Почему? — Да потому что он храпит! Сидевший рядом со своим Альфой Чимин прыснул в кулак. И именно в этот момент в столовую неспешно вплыл Тэхён. Он от души зевал и, в отличие от Чонгука, выглядел вполне отдохнувшим. — Посмотрите на него! — указал пальцем в сторону довольного Омеги Чонгук. — Почему только я один должен страдать, когда он замечательно выспался? Замерший было в дверях Тэхён неспешно прошёл вглубь комнаты. — Если у тебя проблемы со сном, я могу заварить тебе специальной травы, — непринуждённо произнёс он. — Какая, нафиг, трава! Ты храпишь! — Ну, прости. Это природное, и я ничего не могу с этим поделать. В перепалку вмешался Юнги. — Вам надо увеличить количество совместного медитирования. Если Тэхён поймает твой поток, то, возможно, избавится от своего недуга. — Это не недуг! — вспыхнул Тэхён. — Возможно?! — вторил ему Чонгук. — Возможно? А если нет? Он мой истинный, и получается, я всю жизнь буду терпеть это безобразие. — Это не безобразие! — снова вскинулся Тэхён. — Вы чего такие заведённые? — спросил Чимин и мягко добавил: — Аж огонь в камине искрит. Все невольно повернули взгляды к камину, чтобы убедиться в правоте Омеги. В этот момент одно из поленьев вспыхнуло ярче прежнего и рассыпалось на мелкие угли, часть из которых покатилась по каменному полу. — Ну вот, я же говорил. — Это лишний раз доказывает, что внутри вас огромный потенциал, но Тэхёну словно всё равно, а Чонгук чрезмерно нервничает по этому поводу. Отсюда и результат, — проговорил Юнги. — Поэтому я настоятельно рекомендую успокоиться и приняться за работу. Сначала завтрак, потом медитация, потом первое слияние. Сегодня во дворе замка, а завтра отправимся в горы. Жителям деревни не стоит знать, что именно у нас тут происходит. А судя по тому, что вы оба на взводе, то и до разрушений недалеко. — Что значит «слияние»?! — вычленил Чонгук из слов Юнги то, что его обеспокоило больше всего. — Поцелуя будет достаточно, — уточнил Альфа. Чонгук уставился сначала на Юнги, а потом на Тэхёна. — Я хорошо целуюсь, — заявил Омега без тени смущения. — Перестань уже переживать по этому поводу. Чонгук рухнул на стоявший перед ним стул и схватился за поданную ему Чимином чашку кофе. — Почему это происходит со мной? — Так думают многие, на чьи плечи внезапно ложится большая ответственность, — философски заметил Юнги. — Предлагаю после завтрака и тренировок отправиться на рыбалку, — вдруг заявил Чимин. — Побыть у воды не помешает. Эта энергия близка Тэхёну более других. Так он сможет раскрыться быстрее, заодно и рыбы на ужин наловим. — Прекрасная идея, — одобрил Юнги. Чонгук лишь кивнул. Смирение — это лучший способ успокоиться. С данной минуты он постарается не давать воли своему гневу. Глядишь, всё само собой наладится. Ровно через час все благие намерения Альфы испарились, словно их и не было. — Тэхён! — проревел он. — Ну что опять такое? — Ты зачем притащил в мой дом змею?! — Во-первых, не притащил, а принёс, а во-вторых, не в твой дом, а наш. — Когда это он стал нашим? — С того самого момента, как выяснилось, что я для тебя истинный. Ты же не планируешь, что я буду жить отдельно? Или, быть может, ты хочешь до скончания веков сделать меня своим слугой? Это своего-то истинного? Чонгук замолчал. Он сжимал кулаки, не в силах ничего сказать. Только теперь Альфа осознал размах беды. — Это не значит, что ты теперь можешь творить всё, что хочешь! — заявил он. — Не пойму, что тебя так завело? — Змея! — Это не змея, а уж. Я собираюсь изучать энергию земноводных и пресмыкающихся. Юнги, между прочим, мою инициативу одобрил. — Этот Юнги!.. — Не «этот Юнги», а прославленный боевой маг. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая тяжёлым дыханием Альфы. — Я. Тебя. Прибью. — сказал Чонгук, чеканя каждое слово. — Ты не сможешь. Я твой светоч и надежда всего человечества. — Не много ли ты о себе возомнил? — Ровно столько, сколько вы на меня возложили. Внезапно Тэхён стал серьёзным. — Я всего лишь хотел иметь крышу над головой и доступ к твоей библиотеке. Я устал мотаться по свету и мечтал иметь свой угол, но никак не рассчитывал стать чьей-то половинкой. Это означает конец моей свободе и независимости. Думаешь, только тебе тяжело осознать подобное? Я тоже не в восторге, однако не истерю и не упрекаю тебя по поводу из без. В голосе Омеги впервые прозвучала неприкрытая горечь. Он посмотрел Альфе прямо в глаза и произнёс: — Подобным ко мне отношением ты уязвляешь мою гордость. Что я тебе сделал плохого? Почему ты возмущаешься? Почему не хочешь пойти навстречу и проявить чуткость? Из нас двоих Омега — это я. Но почему-то именно мне приходится тебя успокаивать. Прекрати уже истерить. Эта отповедь оказала на Чонгука неизгладимое впечатление. Он замолчал и задумался. Тем временем Тэхён, прихватив маленького ужика, выскользнул из комнаты. — Сейчас я дам тебе молока и покажу, где ты будешь спать, — говорил он своему подопечному и ласково гладил того по голове. Общая с Чонгуком медитация на этот раз прошла без сучка и задоринки. Альфа перестал сопротивляться и снял все барьеры, а Тэхён вёл себя довольно деликатно, поэтому проблем не возникло. Оба с удивлением впервые познакомились с энергией друг друга по-настоящему. Ядро Тэхёна было ярким и тёплым. Его свет обволакивал, заставляя каждую напряженную мышцу расслабиться. Мощная аура Альфы ощущалась каждой клеточкой тела, и Тэхёну это понравилось. Они оба сосредоточились на изучении друг друга, проникая в более глубокие слои, и в какой-то момент в сторону Чонгука хлынула настолько светлая и сильная энергия, что его повело. Вот это мощь! Он с удивлением открыл глаза. — Что это сейчас было? — Это то, что может дать тебе Тэхён, когда вы максимально сблизитесь и узнаете друг друга., — произнёс Юнги. — Его энергия чистая, первородная, но не огранённая. Вам обоим нужно будет научиться ей пользоваться. Чонгук кивнул. Теперь он понимал, о чём ему говорил Юнги, и больше не сопротивлялся. Он был благодарен тому, что Тэхён стал вести себя более сдержанно: шуток лишних не отпускал и не подначивал. Таким он нравился Чонгуку больше. Ощущение баланса, равновесия и принятия длилось до момента, когда они закончили занятия и вернулись в малую столовую, которую все давно облюбовали. Освободившийся раньше всех Чимин тушил грибы с картошкой. Он уже натёр чесноком обжаренные гренки, и запах на кухне был полон аппетитных ароматов. — Как позанимались? — спросил он у Чонгука. — Хорошо, — ответил тот. А в следующую секунду чуть не подпрыгнул до потолка, когда едва не сел на свернувшегося в кольцо ужа. — Это что такое?!! — завопил он. — Это Зюзик, — спокойно заявил Тэхён. — Я не успел определить ему место, но думаю, корзина в дальнем углу вполне подойдёт. — Какой ещё Зюзик?! Уменьшительно-ласкательное от «ужик», — невозмутимо пояснил Тэхён. — Я сошью ему подушечку и буду поить молоком, — заявил он. Вошедший в столовую Юнги на новые вопли Чонгука не обратил никакого внимания. Он был словно камень, о который разбивались волны человеческих страстей. — Это всего лишь уж, — заявил он. — Тэхёну будет полезно позаниматься. Он сел за стол, всем своим видом давая понять, что споры по этому поводу неуместны. — Ты не бойся, он не ядовитый, — решил уточнить Чимин, видя, как побагровело лицо Чонгука. — Я скоро сойду с ума, — пробормотал побеждённый по всем фронтам Альфа. Он рухнул на соседний стул с видом страдальца, которого скоро выживут из собственного дома.