Поймать на бегу

Въехав в Маунтин-Парк, Брэндон свернул на одну из немногих дорог, ведущих через лес к его дому. После вафель в животе была приятная тяжесть. Он покосился на своего пассажира: тот внимательно изучал проплывающий мимо пейзаж. — Красивое место, — пробормотал Джейк. — Ты сказал, что вырос здесь? Как же ты попал в округ Парквью? — Моя мать работала в центральном управлении, поэтому они оплатили мой перевод в другой округ, — ответил Брэндон. — В Парквью было больше возможностей, да и программа сложнее. И учеников больше. Мама переживала, что я плохо адаптируюсь в колледже, если не привыкну к обществу других детей. До этого я был на домашнем обучении. — А-а, — только и смог выдавить Джейк. Он и представить не мог, каким ужасом должно быть домашнее обучение. Никаких вылазок, никаких друзей, никакого спорта — только дом и учеба круглые сутки. Он подавил дрожь и снова отвернулся к окну. Заметив на лице Джейка страдальческую мину, Брэндон усмехнулся: — Всё было не так уж плохо, Джейк. У меня были друзья. И я каждый день ходил в местную среднюю школу на час — на физкультуру и музыку. — Угх, — отреагировал Джейк на эту подробность. — Прости, но это просто жестоко, — констатировал он, качая головой. — Жестоко? Поясни, пожалуйста, — попросил Брэндон, сворачивая на узкую дорожку, идущую вдоль озера. — Это жестоко, — Джейк пожал плечами. — Дети такого не понимают, а мы оба знаем, какими злыми они бывают. И уж прости, но думать, будто ты знаешь достаточно, чтобы научить ребенка всему тому, что он мог бы почерпнуть от разных учителей, из разного опыта и общения со сверстниками — это просто гордыня. — А, ты про само обучение. Я-то думал, ты про физкультуру, — сказал Брэндон. — Тут не поспоришь. Хотя поначалу в Парквью мне было очень тяжело, это помогло мне сосредоточиться на важном. Дома, когда я был один, легко было поддаться лени. Я мог учиться, когда хотел, мог сорваться исследовать лес или просто бить баклуши. Системы почти не было. Джейк кивнул и шмыгнул носом. Эта тема была для него одной из самых болезненных, и он невольно заводился. Черт, если бы мать Брэндона отдала его в нормальную школу раньше, его жизнь могла бы сложиться совсем иначе. Он мог бы заниматься спортом — физические данные у него точно были — или ходить в кружки. У него могли бы быть верные друзья, а не те, кому просто нужна была помощь с домашкой; он мог бы быть частью чего-то, а не вечным аутсайдером. Джейк сердито тряхнул головой и плотно сжал губы, стараясь не распаляться. Брэндон нахмурился. Джейк казался по-настоящему расстроенным. — Джейк? — спросил он, заезжая на дорожку рядом с белым бунгало, окруженным деревьями и дикими цветами. — Что не так? Джейк пожал плечами и покачал головой. — Прости, — буркнул он виновато. — Меня просто бесят такие вещи. Хороший дом. Заглушив мотор, Брэндон пробормотал слова благодарности. Но слова Джейка не давали ему покоя. — Что значит «бесят»? Из-за домашнего обучения? Он не понимал, почему Джейка это так задело. — Ну да, — ответил Джейк, решив не развивать тему. Он запоздало понял, что его ворчание может прозвучать как оскорбление в адрес покойных родителей Брэндона, а этого ему совсем не хотелось. — Экскурсия будет? — спросил он, улыбнувшись Брэндону. Было очевидно, что Джейк не хочет объясняться, и Брэндон отступил. — Конечно, — сказал он, выбираясь из машины. — Сначала внутри или снаружи? — Внутри, — озорно ответил Джейк, буквально вываливаясь из салона. — А где тут спальня? — невинно поинтересовался он, разглядывая дом. Брэндон закатил глаза. — Одно на уме, — пробормотал он, звеня ключами и обходя дом к задней двери. Парадный вход зарос густым ковром ранних весенних цветов, преграждавших путь. — Ну да, — фыркнул Джейк, послушно следуя за ним. — Мой мозг постоянно настроен либо на спорт канал ESPN, либо на кулинарный канал, либо на порнуху. Иногда на два канала сразу. А иногда и на все три одновременно, — со знанием дела сообщил он Брэндону. Брэндон замер на месте и оглянулся через плечо, в глазах плясали чертики. — На кулинарный канал? — переспросил он слегка изменившимся голосом. — Ага, — защищаясь, ответил Джейк, нахмурившись и поджав губы. — Еда, мужик. Это святое. Прикусив нижнюю губу, Брэндон покачал головой и пошел к задней двери. Отпер её и распахнул. — Прошу, — сказал он, картинно взмахнув рукой. Джейк ухмыльнулся и, проходя мимо, скользнул ладонью по животу Брэндона. Тот судорожно вдохнул: тело мгновенно отозвалось жаром. Каждое прикосновение Джейка заводило его не по-детски, и ему явно нужно было научиться с этим справляться до возвращения в школу и к тренировкам. Не то чтобы они там часто касались друг друга, но само искушение… Брэндон обнаружил, что Джейк — человек очень тактильный. И Брэндон обнаружил, что ему это чертовски нравится. Войдя в дом, Джейк глубоко вдохнул и улыбнулся, оглянувшись на Брэндона. — Пахнет тобой. Брэндон рассмеялся. — Тебе виднее. Итак, здесь у нас, очевидно, кухня. Там, — он указал на дверь слева, — прачечная и кладовая. Он обошел небольшой кухонный остров и остановился на стыке трех комнат. — Это гостиная, — махнул он в сторону комнаты впереди, — а в той стороне две спальни и ванная. — Он пожал плечами. — Не хоромы, конечно. Но мне одному столько места и не нужно. Он тоскливо огляделся; было видно, что воспоминания здесь повсюду. — Не тяжело здесь жить? — спросил Джейк, понаблюдав за Брэндоном. Взгляд Брэндона прояснился; он скрестил руки на груди и прислонился к стене. — Иногда, — тихо ответил он. — Взгляну на какую-нибудь вещь и просто… — На мгновение в его глазах промелькнула боль, но он тут же её спрятал. — Здесь только хорошие воспоминания. Я просто скучаю по ним. Джейк молчал, выжидательно глядя на него. Брэндон обвел комнату взглядом, но видел не мебель. Он видел прошлое. — Да, это тяжело, — прошептал он. — Но это всё, что у меня осталось. — Он плотно сжал губы. — Я даже не успел попрощаться. — Мне жаль, — негромко сказал Джейк. — Ты сильнее, чем был бы я на твоем месте. Брэндон обхватил себя руками, не сводя глаз с Джейка. — Кто знает, — он слабо улыбнулся, сбрасывая налет серьезности. Сейчас он чувствовал себя немного глупо из-за этих откровений о родителях. — По-моему, ты чертовски крепкий орешек. Ты бы справился. Но я надеюсь, тебе не придется — еще очень, очень долго. — Крепкий орешек? — переспросил Джейк с легкой улыбкой, охотно уходя от болезненной темы. — Именно, — кивнул Брэндон. — И не пытайся отрицать. Я примерно представляю, через какой ад ты проходишь со своим плечом, коленом и лодыжкой. И при этом ты тренируешь круглый год. — Ты сейчас о разных вещах говоришь, — заметил Джейк, медленно сокращая дистанцию, словно загоняя добычу. Брэндон нахмурился. — О разных? Он наблюдал за приближением Джейка, чувствуя, как в животе всё скручивается от предвкушения. В этих темных глазах появилось то самое выражение, которое, как уже знал Брэндон, означало, что скоро он будет умолять. Но умолять о чем-то очень приятном. — О да, — промурлыкал Джейк, подходя еще ближе. — Чтобы смотреть в лицо своему прошлому, нужно много мужества. Он зажал Брэндона в углу кухни и вплотную подошел к нему. Голос Джейка звучал серьезно, поэтому Брэндон просто ждал, чувствуя, как жар чужого тела обдает его волной. Что он хотел услышать в ответ? Джейк обхватил его лицо ладонями и нежно поцеловал. В груди у Брэндона защемило: этот ласковый поцелуй вывел горечь воспоминаний на первый план, но слова Джейка и его близость принесли огромное утешение. Он ни с кем не говорил о потере родителей. Он расслабился в руках Джейка, прижавшись своим лбом к его, и ответил на поцелуй. Для него этот момент был полон эмоций и боли. Он не мог признаться Джейку в своих чувствах. Это было бы нелепо. Пусть он знал о нем почти пятнадцать лет, лично они познакомились всего месяц назад. А общую почву нашли и вовсе вчера. Разве этого достаточно, чтобы влюбиться? Брэндон вздохнул. — Соберешь вещи? — мягко спросил Джейк, пропуская пальцы в его волосы. Брэндон кивнул, потираясь щекой о его щеку, вдыхая запах Джейка и находя в нем успокоение. Но двигаться он не спешил. Не пока Джейк его не отпустит. — Мы могли бы просто постоять так, — улыбнулся Джейк, спуская руки на талию Брэндона. Закрыв глаза, Брэндон сдался; он обвил руками шею Джейка и положил голову ему на плечо. Он не знал, что об этом думает Джейк. Да и думать не хотел. Ему просто нужно было быть рядом. Джейк понимал этот порыв. Он жил в доме, где вырос, и даже при живых родителях, которые были всего в соседнем штате, на него порой накатывала меланхолия. Воспоминания о лучших временах и когда-то полных людьми комнатах, которые теперь пустовали, порой становились невыносимыми. Он крепче обнял Брэндона и потерся щекой о его висок. Брэндон сделал несколько глубоких, медленных вдохов, почти вцепившись в мужчину, прежде чем начать ослаблять хватку. — Спасибо, — прошептал он, целуя Джейка в шею. — М-м-м-м, — отозвался Джейк утробным гулом; его руки мерно двигались по спине Брэндона. Брэндон снова заулыбался — Джейк и не думал его отпускать. — И долго ты собираешься меня так держать? Стоило словам сорваться с губ, как Брэндон пожалел о них. Слишком легко истолковать превратно. — Долго, — ухмыльнулся Джейк, запуская ладони под свободный пояс одолженных Брэндоном штанов. — А что, у тебя есть дела поважнее? — невинно спросил он, прижимаясь губами к шее Брэндона. — Нет, — выдохнул Брэндон, утыкаясь носом в горло Джейка, и теперь его улыбка была просто огромной. — Только ты. — Вот это звучит заманчиво, — прорычал Джейк, прикусывая нежную кожу и слегка оттягивая Брэндона от кухонной стойки. Брэндон охнул от этого легкого укуса. — Я всегда за веселье, — сказал он, позволяя Джейку вести себя куда угодно. Джейк что-то промурлыкал в ответ и продолжил покусывать его, увлекая всё дальше от кухни. — Уверен, что я тебе еще не надоел? — поддразнил он. — Даже не представляю, как тебе такое могло прийти в голову, — выдохнул Брэндон. — О, скоро дойдешь до кондиции, — пообещал Джейк со смехом. — Где-то через неделю после того, как я начну набрасываться на тебя при каждой встрече. Брэндон вскинул бровь, одарив его недоверчивым взглядом. — И ты думаешь, мне это надоест? Ошибаешься, Громокошка. Джейк опасно зарычал и подхватил Брэндона под бедра, оторвав от пола; пальцы ног Брэндона волочились по паркету. — Что ты сказал? Рассмеявшись в голос, Брэндон решил подразнить его еще больше и запел припев той самой ненавистной песни. — О-о, ты прямо напрашиваешься на взбучку! — расхохотался Джейк, таща Брэндона в сторону спальни. — О да, детка, — картинно протянул Брэндон. — Покажи, на что ты способен! Он едва выговаривал слова сквозь смех, пока Джейк тащил его по коридору. Стоило им оказаться в проходе, как Джейк прижал его к стене и грубо поцеловал. Всего секунда — и Брэндон стал твердым как камень. Стоная и поскуливая в губы Джейка, он отвечал с тем же неистовством, впиваясь пальцами в его футболку и втираясь в него пахом. — Где та смазка? — спросил Джейк, сильнее вжимая его в стену. — В… в кармане, — выдавил Брэндон; его рука нырнула в спортивные штаны, нащупала маленький тюбик и вытащила его. Джейк забрал его и отступил на шаг, увлекая Брэндона за собой и толкая к кровати. Брэндон приземлился на матрас на бок и тут же перекатился на спину, стаскивая штаны с бедер и отпихивая их ногой на пол. Джейк последовал к нему на кровать и снова поцеловал, гадая, перехватит ли Брэндон инициативу, раз уж выражал такое желание. И, судя по всему, другой мужчина читал его мысли: едва Джейк прижался к нему, как Брэндон перекатил их, оказываясь сверху. Он терся о его бедра, не разрывая поцелуя. Джейк застонал и выгнул спину, наслаждаясь тяжестью сверху. Брэндон зарычал и прикусил ключицу Джейка, тут же покрывая это место поцелуями, при этом они мерно двигались, втирая члены друг в друга. — Джейк? — прохрипел он. — Что? — выдохнул тот. — Я хочу тебя, — напряженно сказал Брэндон. — Можно я… — Он нервно облизал губы, голос сорвался. — Я хочу трахнуть тебя так, чтобы ты перестал соображать и закричал. Джейк тяжело выдохнул и содрогнулся всем телом под Брэндоном. — Ну так приступай, — выдохнул он. Брэндон на миг зажмурился, затем слез с Джейка и жестом велел ему подвинуться на середину кровати, вскрывая тюбик. Смазав пальцы, он устроился между бедер Джейка, наклонился, чтобы лизнуть его пресс, а затем спустился ниже. Пока его язык ласкал головку Джейка, он осторожно ввел пальцы внутрь, отчего тот начал мелко дрожать. Джейк провел короткими ногтями по плечам Брэндона, а когда понял, что этого мало — лихорадочно зашарил руками в поисках опоры. Он уперся ладонями в изголовье, выгибаясь всем телом и скуля от прикосновений Брэндона. Отодвинув одно колено Джейка в сторону, Брэндон начал медленно входить, со стоном чувствуя, как его принимает тесное тепло. Он опустил голову, пытаясь удержать ускользающий контроль. — Теперь я понимаю, почему ты сказал, что в первый раз это займет всего пару секунд, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. Джейк приподнял бедра выше, борясь с жжением и в то же время стараясь притянуть Брэндона ближе, обхватив его ногой за бедро. — Заткнись и делай, — выдохнул он с улыбкой, снова хватая Брэндона за плечи. Глубоко вздохнув, Брэндон толкнулся сильнее, глядя, как его член исчезает в Джейке. — Черт… — прошептал он и начал двигаться. Джейк весь сжался, впиваясь пальцами в руки Брэндона. Содрогаясь, Брэндон продолжал медленно толкаться. — Всё нормально? — выдохнул он. Джейк снова выгнул спину; его тело извивалось, привыкая к вторжению и в то же время требуя большего. — Да, — смог прохрипеть он. Он снова потянул Брэндона за плечо, умоляя ускориться. Тихо рыкнув, Брэндон отпрянул и вошел с новой силой. Джейк издал нечленораздельный вскрик и снова уперся руками в изголовье, подаваясь навстречу толчкам и подтягивая колени ближе для лучшего угла. Брэндон обхватил бедра Джейка ладонями, переходя на уверенный, мощный ритм; дыхание его стало тяжелым. Он понимал, что повторяется, но не мог сдержаться. — Черт, какой же ты красивый, — прошипел он. Джейк его почти не слышал — всё его внимание было сосредоточено на распирающем чувстве внутри и этом чертовски фантастическом ощущении. Он ответил каким-то звуком, чем-то средним между скулением и хрипом, и крепче сжал бедра Брэндона ногами. Видя, как Джейк сосредоточен, Брэндон перешел на быстрый, вбивающий ритм. Он хотел выбить его из этого оцепенения. Хотел услышать его крик — хотя бы раз. — О-о, черт! — отчаянно выдохнул Джейк, запрокидывая голову; мышцы на его руках напряглись под ритмичными ударами. — Брэндон, черт! — закричал он, почти умоляя. Зажмурившись, чтобы не растерять остатки самообладания, Брэндон продолжал истязать его толчками, мысленно благодаря годы бега за выносливость, хотя скользкое давление вокруг члена стремительно гнало его к краю. Джейк наконец отпустил изголовье, не в силах сопротивляться отчаянному желанию обнять мужчину внутри него. Он провел руками по спине Брэндона и уткнулся лицом в его плечо, бесконтрольно вскрикивая и содрогаясь, когда оргазм накрыл его. Этот дикий звук сорвал последнюю чеку. После еще нескольких мощных толчков Брэндон запрокинул голову в почти беззвучном рыдании и кончил несколькими мощными толчками. С каждой из них силы покидали его, пока он не навалился на Джейка, обнимая его с какой-то защитной нежностью. К тому времени, как движения Брэндона прекратились, Джейк ловил ртом воздух; он свернулся вокруг Брэндона, как большой кот вокруг любимой игрушки, и уткнулся в него носом, пытаясь отдышаться. Брэндон дрожал, тяжело дыша и вцепляясь в мужчину, который прижимал его так крепко. Глаза защипало, и ему пришлось отогнать эти слезы ради собственного рассудка. Он чуть повернул голову и запечатлел нежный поцелуй на макушке Джейка, позволяя себе эту единственную ласку, пока не будет уверен, что Джейк готов к большему. Джейк приподнял голову навстречу прикосновению и буквально замурлыкал, утыкаясь носом в подбородок и рот Брэндона. Было слишком легко поймать губы Джейка в мягкий, влажный поцелуй, выражая действиями то, что он не смел сказать в этот миг беззащитности. Брэндон знал: это пройдет, и он снова обретет самообладание. Но сейчас… сейчас ему нужно было быть осторожным, и это казалось ему таким несправедливым.

***

Сидя за столом и якобы проверяя эссе, пока класс работал в группах над семестровыми проектами, Брэндон сверлил взглядом лист бумаги, всем своим видом демонстрируя предельную сосредоточенность. На деле же он думал вовсе не об эссе, а о биологии — в самом прикладном её смысле. Было невыносимо заставлять себя вылезать из постели и из объятий Джейка в половине шестого утра; еще тяжелее было нежно поцеловать спящего мужчину в лоб и уйти из дома, чтобы ехать в школу. Влиться в работу оказалось проще, чем он ожидал. Он не слишком отвлекался; воспоминания и мысли о выходных словно отошли на задний план. Они не стали менее важными, но и не лезли в глаза, если он не фокусировался на них намеренно. Как сейчас. В сексе прошлой ночью грубая страсть поровну смешивалась с нежными касаниями — достаточно противоречивая комбинация, чтобы свести аналитический ум Брэндона с ума, дай он ему волю. Он изо всех сил старался не давать Джейку повода снова кинуть в него тапком. Теперь же, вдали от него, Брэндон боролся с желанием сорваться в спортзал и найти его. Он никак не мог решить, идти ли обедать в учительскую через час. Он гадал: увидит ли он там человека, которого теперь называл про себя «мой Джейк», а не «тренер Кэмпбелл»? Его любовник действительно сочетал в себе две разные личности. «Его любовник». Какая мысль. Делают ли два дня это определение истинным? Или оно должно пройти проверку временем? Действия и даже слова Джейка говорили о том, что он не против оставить Брэндона рядом, и Брэндон не собирался возражать. То, как Джейк обнимал его перед сном, убеждало его: тот что-то к нему чувствует, пусть это пока лишь дружеская привязанность, приправленная жгучим желанием. Голос одной из учениц, пытавшейся привлечь его внимание, вырвал учителя биологии из раздумий. Брэндон отложил эссе и вернулся к реальности. Но Джейк по-прежнему был там, на периферии его сознания. Настоящий Джейк в это время вышагивал по шумной столовой, сверля взглядом слишком расшумевшихся детей и подворовывая картошку фри из тарелок знакомых учеников. Ему удавалось полностью выкинуть из головы мысли о прошедших выходных. В этом было преимущество его «игровой маски», отточенной годами. Он позволил себе лишь краткий миг разочарования утром, когда проснулся один, и чуть более долгую улыбку, когда вспоминал прошлую ночь. И еще пару минут он размышлял о том, как они поведут себя друг с другом, если встретятся до тренировки. Джейк честно не знал, какова будет его реакция. Будет ли он дружелюбен и панибратски настроен? Или инстинкты возьмут верх и он снова спрячется за своей газетой, как делал всегда? Джейк молился о первом варианте и втайне страшился второго, когда прозвенел звонок. Брэндон всё еще колебался насчет обеда. Обычно его планы зависели от объема работы — пятьдесят на пятьдесят. Учитывая, как мало он сделал за выходные, ему следовало бы отстать от графика, но в его классах как раз было затишье между тестами. Он посмотрел на эссе — читать их не хотелось совершенно. Гораздо больше его тянуло в учительскую — на тот призрачный шанс, что Джейк окажется там. Но что он скажет? Как себя поведет? Что если там будут другие люди и Брэндон снова спрячется в свой панцирь, а Джейк вернется к образу шумного задиры? А если там не будет никого, кроме Джейка? Будет ли он тем легким парнем, каким был с ним наедине, или снова превратится в замкнутого тихоню? В конце концов он закатил глаза от собственного самоедства. Боже. Он ведет себя как влюбленный школьник. «У тебя и есть влюбленность», — напомнил он себе с гримасой. Время покажет, насколько всё серьезно, но сейчас это казалось чертовски важным. Он решил идти. Прятаться не хотелось. Брэндон взял планировщик, яблоко и сэндвич, который соорудил в доме у Джейка вчера вечером, и вышел из кабинета. Джейк стоял посреди коридора, возвышаясь над морем детей, спешащих на третью перемену. На плечах он держал длинную палку, как коромысло. По сути, он был в «карауле», и как только коридоры опустеют, он сможет заняться собственным обедом. Брэндон свернул за угол, уткнувшись одним глазом в планировщик, а другим поглядывая на детей впереди. Он шел по кругу к широкому коридору, ведущему в общую зону, периодически сталкиваясь с учениками. Его это не беспокоило; он бормотал приветствия и поправлял очки, когда с ним здоровались. Джейк обернулся, узнал характерно склоненную голову своего «воскресного любовника» и ухмыльнулся; в животе совершенно неуместно всё перевернулось. Он начал прокладывать путь сквозь редеющую толпу, вставая прямо на пути Брэндона, который шел на него, не отрываясь от записей. Брэндон глянул в сторону, когда мимо пронеслась стайка девчонок, задев его локоть и на ходу извиняясь. Он покачал головой и едва успел затормозить прямо перед очень знакомой грудью. Брови Брэндона взлетели вверх; он неловко перехватил планировщик, яблоко и сэндвич, рискнув поднять глаза на Джейка. Джейк осклабился и подмигнул. — Смотри, куда прешь, приятель, — промурлыкал он достаточно тихо, чтобы никто из детей не услышал и не принял это за что-то иное, кроме подколки. Губы Брэндона тронула улыбка: он понял, что всё будет хорошо. Теперь, когда он был с Джейком, всё было в порядке. — Привет, тренер, — поздоровался он. — Как прошли выходные? — спросил он ровным тоном, но глаза его сияли. Никто бы ничего не заподозрил при виде двух тренеров, болтающих в коридоре. — Бывало и лучше, — ответил Джейк, пожав плечами и дернув уголком губ. С нескрываемым весельем на лице Брэндон кивнул. — Какая жалость, — посочувствовал он, кивнув проходящему мимо игроку основы. — А вот мои выходные были просто потрясающими. Идешь обедать? — спросил он, приподняв яблоко. — Ага, — ответил Джейк с широкой улыбкой, протянул руку и бесцеремонно забрал яблоко с озорным: — Спасибо. Брэндон даже не попытался отобрать его назад. — В учительскую? — спросил он, продолжая путь. Джейк кивнул и еще раз окинул коридор взглядом. Большинство детей уже разошлись по столовым, его дежурство закончилось. Он опустил палку и пошел рядом с Брэндоном, незаметно используя её как трость. — Как день проходит? — спросил он с улыбкой, которую никак не мог сдержать. — Неплохо для понедельника. Почти не отстал от графика проверки, — ответил Брэндон. — Как колено? — спросил он обыденным тоном. — Болит, зараза, — честно ответил Джейк, продолжая безмятежно улыбаться. — Лодыжка тоже разнылась. Связки стянуло, — добавил он, не осознавая, что выдает сейчас больше информации о своих болячках, чем когда-либо говорил кому-либо, включая самых близких друзей. Брэндон неопределенно хмыкнул. Вчера они были слишком заняты друг другом, чтобы Брэндон мог провести процедуру, а Джейк и вовсе заявлял, что у него ничего не болит. — Сочувствую, — искренне сказал он, когда они вошли в шумную общую зону. — Тебя всегда заставляют ковылять сюда на дежурстве? — подначил он, и на его губах заиграла полуулыбка. — Я единственный учитель, который не боится огреть ребенка палкой, — пошутил Джейк, помахивая своим импровизированным посохом. — Три раза в неделю, если нет игр, — ответил он уже серьезнее. — Ого, много. Мне выпадает раз в две недели, не чаще, — сказал Брэндон, открывая дверь в учительскую. — Добро пожаловать в мир физкультуры, — ухмыльнулся Джейк, входя следом. Быстрый взгляд подтвердил, что комната пуста. Едва дверь закрылась, Джейк приставил к ней палку, притянул Брэндона к себе и быстро поцеловал. — Привет, — сказал он, отпуская его. Глаза Брэндона расширились от этого внезапного порыва. Взгляд его смягчился. — Привет, — ответил он. — Мне не нравится, что ты уходишь на рассвете, — проворчал Джейк. Сердце Брэндона пропустило удар. — Не нравится? — Нет, — буркнул Джейк, пока не услышал шаги за дверью. Он подождал мгновение, пока люди пройдут мимо, а потом широко улыбнулся. — Подбросишь меня до дома после? — С удовольствием, — прошептал Брэндон, отступая от двери и от Джейка. Ему тут же стало не хватать тепла его тела. Джейк на секунду одарил Брэндона хищным взглядом, после чего кивнул. Он убрал палку от двери, и маска тренера снова вернулась на лицо. Он откусил кусок от украденного яблока и кивнул на столик в углу. Брэндон направился туда, поздоровавшись с двумя зашедшими учителями. Он остановился у автомата с газировкой, а Джейк достал воду из мини-холодильника. Они и раньше так сидели, обсуждая бейсбол, так что со стороны это не выглядело чем-то новым. Но для них — всё было по-другому. Джейк снова откусил яблоко и довольно заулыбался, пережевывая. Дверь учительской открылась, но он не обернулся. — Брэндон, ты что, сообщения не проверяешь? Я звонила тебе в выходные насчет документов по профильному классу, — сказала Ронда, подходя к их столу и соблазнительно поводя плечом. — Привет, Джейк, — добавила она с милой улыбкой. — Кажется, нас так и не представили официально. — Она выжидательно посмотрела на Брэндона. Учитель биологии откашлялся. — Ронда, это Джейк Кэмпбелл, учитель физкультуры и главный тренер по футболу, тяжелой атлетике и бейсболу. Джейк, это Ронда Андерсон, учитель химии и тренер академической команды. Ронда протянула руку. — Джейк! — чуть ли не пропела она. — Брэндон мне столько о вас рассказывал. Брэндон посмотрел на неё с неприкрытым недоверием. — Да неужели? — отозвался Джейк, глянув на Брэндона с едва сдерживаемой ухмылкой и пожимая руку женщины. Брэндон с трудом удержался от того, чтобы закатить глаза. — О да! И дети вас обожают как тренера. Мне бы очень хотелось узнать парочку ваших секретов, — проворковала Ронда. Джейк улыбнулся, высвободил руку и откашлялся. — Тогда бы они перестали быть секретами, — ответил он, откидываясь на спинку стула и отодвигаясь от стола и от неё. Брэндон поджал губы, когда лицо Ронды вытянулось. — Ну, может, в другой раз. Увидимся, Джейк! — Ронда развернулась и почти убежала, так смутившись, что даже не попрощалась с коллегой-биологом. Джейк чуть опустил голову, краем глаза наблюдая за закрывающейся дверью. Когда она захлопнулась, он закатил глаза и вздохнул. Брэндон виновато посмотрел на него. Джейк только пожал плечами и снова подался вперед, опершись локтями о стол и откусив еще кусок яблока. Разворачивая увесистый сэндвич с ростбифом, Брэндон положил половину на салфетку и пододвинул на середину стола. — Помнишь, что я говорил про «девичью фигуру»? — пробормотал он перед тем, как откусить свой кусок. — Смутно, — с сомнением ответил Джейк, принюхиваясь к сэндвичу. — Ты что, хочешь, чтобы я это съел? — спросил он недоверчиво. Брэндон нахмурился. — Я видел, как ты ешь. Джейк помахал яблоком в доказательство того, что он в процессе, и вскинул бровь. — Я еще слопал три порции картошки фри в столовой, — хмыкнул он, снова громко захрустев яблоком. Брэндон сморщил нос. — Фигура, — проворчал он. — Я не могу есть эту гадость. Я от неё сразу на десять фунтов поправлюсь. — Ну, к счастью для меня, я не девчонка, — парировал Джейк, нагло качнув головой и ухмыльнувшись. Приняв это за вызов, Брэндон взял виноградину и запустил в Джейка, попав ему прямо в кончик носа. — Ой! — буркнул Джейк; ягода отскочила от носа и покатилась по полу. — Фол! Я требую фол! — закричал он, вскакивая и тыча пальцем в Брэндона. Брэндон расхохотался и откинулся на спинку стула, даже не думая об учителях в другом конце комнаты, которые в изумлении на них уставились. Видеть Кэмпбелла и Бартлетта работающими вместе становилось привычным, но такое поведение было в новинку. Джейк дотянулся своей палкой через стол и ткнул Брэндона в плечо. — Задира, — буркнул он, усаживаясь обратно. Рассмеявшись еще громче, Брэндон безуспешно попытался отмахнуться от палки и снова взялся за сэндвич. — Слизняк, — подколол он, зная, что это чистая ложь. Джейк издал возмущенный писк и прижал руку к сердцу, словно его ранили в самую душу. — Всё, я ухожу к себе в кабинет! — фыркнул он, снова вставая и в последний раз шутливо тыкая Брэндона палкой. — Не забудь взять свой футляр для ручек на игру! — бросил он Брэндону, направляясь к выходу и — что характерно — совсем не прихрамывая на глазах у коллег. — Остроумно, Кэмпбелл. Ха-ха, — огрызнулся Брэндон, но не сводил с него глаз, пока тот не скрылся за дверью. Затем он тихо вздохнул и вернулся к еде. Хм. А ведь прошло неплохо. Они умудрились побыть вместе на людях и не наброситься друг на друга; даже поговорили как нормальные люди. С облегчением Брэндон переключился на мысли о следующем уроке.

***

Брэндон застонал и закрыл глаза рукой, привалившись к сетке дагаута. Еще одна ошибка. Какой кошмар. Счёт девять к одному не в их пользу, семь хитов против одного, ноль ошибок против четырёх. Ребята выглядели совершенно раздавленными, когда прибежали с поля на последний иннинг. Брэндон глянул на Джейка. У того явно ходили желваки, а левый глаз подергивался. Тренер мало чем может помочь команде в такой игре. Джейк забился в дальний угол дагаута и стоял там, сверля поле яростным взглядом. Дети обходили его за версту. Когда этот кошмарный матч наконец закончился, Брэндон велел игрокам выйти на линию и поздравить соперников. Он переговорил с их старшим питчером, который был на грани истерики прямо в дагауте. После минуты его спокойных доводов парень кивнул, пристроился в конец очереди, а затем молча принялся собирать вещи. Помощник тренера тут же велел всем идти в автобус, понимая, что задерживаться здесь никто не хочет. Брэндон стоял у дверей автобуса, пока ребята заходили внутрь, и побледнел, увидев приближающуюся Мисти с оравой чирлидерш. Джейк в это время закидывал сумки в багажный отсек. Черт. Это пахло катастрофой. Джейк швырнул сумку с битами в отсек и выпрямился, собираясь закрыть тяжелую дверцу, когда краем глаза заметил идущую к нему женщину. Он негромко зарычал, рванул дверь вниз и навалился на неё плечом, делая вид, что никого не видит. Брэндон тяжело сглотнул. Сейчас начнется что-то очень, очень некрасивое. Во всяком случае, для Мисти. Он подбежал к Джейку, говоря достаточно громко, чтобы приближающаяся женщина его слышала: — Тренер! Там Джереми в автобусе, ему срочно нужно с вами поговорить, у него какой-то нервный срыв! — выдал он голосом, полным тревоги. Тревоги за Джейка, но сработало. Он заметил, как Мисти замедлила шаг. По крайней мере, когда дело касалось детей, у неё оставались остатки приличия. — Иду, — буркнул Джейк с явным облегчением, поворачиваясь к Мисти спиной так, словно её и не существовало. Помахав Мисти рукой, будто только что её заметил, Брэндон потратил еще пару секунд на то, чтобы закрыть остальные отсеки и загнать последних игроков в салон. Он зашел последним и сел на переднее сиденье, прямо напротив водительского места, где сидел Джейк. — Поехали отсюда, пока она не решила запрыгнуть к нам и поехать с нами, — пробормотал он. Джейк быстро закрыл двери, кивнул и обернулся к Брэндону. — Все на месте? Брэндон кивнул, продолжая пересчитывать кепки в салоне. — Восемнадцать, девятнадцать, двадцать, двадцать один. Полный порядок, Джейк, — ответил он негромко. Джейк включил передачу и молча выехал с парковки. Дети знали, что в какой-то момент им устроят разнос. В автобусе царила тишина, а если кто и говорил, то только шепотом. Наконец, когда они выехали на шоссе, Джейк мельком глянул на Брэндона и пробормотал: — Спасибо за это… там, у автобуса. — Тебе только её выходок не хватало после такого вечера, — ответил Брэндон. Он сидел на самом краю сиденья поближе к Джейку, повысив голос, чтобы его было слышно за шумом дороги. — Меня всегда это напрягает, — отозвался Джейк, не сводя глаз с шоссе, — когда она тащит за собой девчонок. Обычно это значит, что она придумала какую-то «официальную» хрень. В прошлый раз это был аукцион свиданий для сбора средств. Брэндон моргнул. — Аукцион свиданий? Типа свидание с учеником? — спросил он недоверчиво. — Ученики ставят на учеников, жители города — на учителей. Джейка аж передернуло, пока он говорил. Брэндон в изумлении уставился на его профиль. — Как я это пропустил? Когда это было? — Да так и не случилось. Видимо, я был не единственным, кого эта перспектива привела в ужас, — иронично ответил Джейк. С облегчением расслабившись, Брэндон покачал головой. — Ученики делают ставки на учеников… Ну да, гениальная идея. Почему бы сразу не устроить работорговлю? — саркастично спросил он, вспоминая подобные забавы студенческих братств. Джейк лишь покачал головой и убрал правую руку с огромного руля, положив её на колени. В такие дни он начинал всерьез задумываться: может, увольнение принесет ему больше пользы, чем эта работа? Снова откинувшись на спинку, Брэндон прислонился головой к окну так, чтобы видеть Джейка, не поворачивая головы. Тот выглядел усталым и расстроенным, и это было неудивительно. Вздохнув, Брэндон потер глаза рукой. Сегодня ему еще нужно было проверять тетради, составлять пару тестов, и он просто обязан был выйти на пробежку, раз уж пропустил последние два дня. Он глянул в окно. Еще полчаса — и они будут в школе. Дома он будет к десяти. Пробежка, тесты, проверка, отбой часа в два… Остальное проверит утром во время репетиторства. Если, конечно, вообще сможет уснуть, думая о Джейке.

***

Брэндон завел «Джетту» на дорожку к дому Джейка. Было девять десять — как он и рассчитывал. Он понятия не имел, что сказать. С одной стороны, ему безумно хотелось остаться. Стоило бы просто спросить в лоб, но после того унылого настроя, что царил последние часы, он не решился на такую дерзость. Поэтому он просто повернулся к Джейку, лицо которого скрывала темнота. — Отдыхай, — прошептал он. — Завтра разберем игру по косточкам. Джейк слегка повернул голову, но взгляда не поднял, но и не отворачиваясь. «Ну что ж, ясный сигнал, что оставаться на ночь он не планирует», — подумал он. Он коротко кивнул и потянулся к ручке двери, с содроганием ожидая момента, когда вспыхнет верхний свет. Брэндон хотел наклониться и поцеловать его, он даже начал движение рукой, но в последний момент остановил её и положил на рычаг передач. Джейк не из робких. Если бы он хотел, чтобы Брэндон остался, он бы сказал. Джейк помедлил секунду, закрыв глаза и приказывая себе: просто попроси его остаться! Всё тело ныло, он был вымотан, раздражен и чувствовал себя паршиво; всё, чего ему хотелось — это чтобы сегодня его обнимал кто-то теплый. Он мельком глянул на руку Брэндона на рычаге — тот просто ждал, когда пассажир выйдет, чтобы уехать домой. Джейк тихо вздохнул и снова кивнул. — Спасибо, что подбросил, — сказал он, осторожно выбираясь из машины. — Доброй ночи, — добавил он, забирая сумку, и закрыл дверь прежде, чем Брэндон успел бы заметить, как сильно ему не хочется отпускать его. Брэндон чуть было не выпалил что-то, что угодно, лишь бы его остановить, но Джейк уже шел к дому и поднимался по ступеням. Дождавшись, когда в доме зажжется свет, Брэндон выехал с дорожки. Всю дорогу до дома он ехал на автопилоте, прокручивая эту сцену в голове снова и снова. Остановившись у себя во дворе, он уронил голову на руль и пару раз легонько им стукнулся. Зашел в дом с рюкзаком и бумагами, бросил всё на стол и уставился на телефон. Прямо в упор. Сопротивляясь искушению, он пошел в прачечную, разделся и натянул беговые шорты с футболкой. И снова посмотрел на телефон. Пошел в спальню за кроссовками и замер как вкопанный. Простыни на кровати всё еще были в беспорядке после их вчерашних кувырканий. Брэндон не выдержал. Он схватил трубку и набрал номер Джейка. Пока в трубке шли гудки, он ругал себя последними словами, обзывая «школьницей», но нажать «отбой» не мог. Телефон зазвонил как раз в тот момент, когда Джейк вышел из душа. Он уже принял свою вечернюю дозу таблеток и пива; горячая вода сделала его тело ватным и сонным. Он не спеша подошел к аппарату, накинув полотенце на плечо и оставляя мокрые следы на полу. — Алло? — ответил он спокойно, даже не взглянув на определитель номера. Брэндон тут же зажмурился: волна возбуждения прошила его насквозь. Последний раз он слышал этот тон в постели Джейка, у него в объятиях, перед тем как они уснули вчера ночью. — Привет, — прохрипел он. Джейк удивленно моргнул. — Брэндон? — спросил он в замешательстве, глядя на запястье, чтобы проверить время, и только потом понял, что часов на нем нет. Он что, уже до дома успел доехать? — Ты в порядке? — спросил он обеспокоенно. «Нет. Нет, не в порядке. Не когда я здесь, а ты там». — Да, я в норме. Просто хотел, э-э, проверить, как там твое колено. Брэндон поморщился. Какая глупость. Он отвернулся и прислонился лицом к стене. Джейк снова тупо моргнул, нахмурившись от странного тона Брэндона, но так и не понял, что с ним не так. — Ну, — ответил он, сообразив, что нужно что-то сказать, — примерно так же, как всегда. — Понятно, — отозвался Брэндон и тут же спохватился. — То есть, извини за это. Наверное, ты уже выпил обезболивающее и всё такое. Он стоял посреди собственной спальни, переминаясь с ноги на ногу. Господи. Можно ли быть еще более жалким? Когда они были вместе, всё было отлично. — Да, выпил, — виновато ответил Джейк, слегка краснея. До этого он никогда не чувствовал вины за свой вечерний ритуал с таблетками; почему же сейчас почувствовал? — Хорошо, — сказал Брэндон. Сказать было нечего, но и обрывать эту тонкую связь над тишиной эфира он не хотел. Джейк ждал, хмурясь еще сильнее и коря себя за то, что не нашел в себе смелости попросить Брэндона остаться. Даже если бы Брэндон не хотел, он бы, скорее всего, согласился, верно? А раз он звонит сейчас, значит, и сам не больно-то хотел уезжать. — Тебе стоило остаться, — выпалил он. У Брэндона внутри всё перевернулось, он зажмурился. — Я хотел. Джейк молчал, упущенная возможность болезненно отозвалась в груди. — Нам определенно нужно поработать над навыками общения, — наконец сухо констатировал он. — Согласен, — выдавил Брэндон. Он сполз по стене на пол и сел на корточки, опустив голову. — Наверное, мне просто не хватает уверенности в себе, — прошептал он. — Мне тоже, — буркнул Джейк, потирая затылок и глядя на свое всё еще мокрое тело. Он тяжело вздохнул и начал вытираться полотенцем. — Тупо как-то получается, учитывая всё то, чем мы занимались все выходные, а? Брэндон простонал: — При всём моем уважении — не напоминай, ладно? — Он вздохнул. — Я думал о тебе всю дорогу до дома. О том, что должен был что-то сказать. О том, что должен был хотя бы поцеловать тебя на ночь. Губы Джейка дрогнули, он опустил голову. По телефону некоторые люди говорят то, чего никогда не скажут в лицо. Но Джейк, пожалуй, был из тех, кому даже в трубку признаться в чем-то было непросто. Он прикусил губу, водя пальцем ноги по полу, заставляя язык повиноваться. — Должен был, — наконец ответил он. Черт. Брэндону захотелось прямо сейчас прыгнуть в машину и гнать к нему. — Буду иметь в виду, — произнес он севшим голосом. Сна теперь ни в одном глазу. Не после хорошей дрочки. Джейк слабо улыбнулся на звук его голоса. — Я думал о тебе, пока вода в душе не остыла, — сказал он на порыве, заливаясь краской прямо во время фразы. — Господи Иисусе, Джейк! — голос Брэндона был напряжен до предела. — Я же не смогу теперь бегать, когда у меня так… всё стоит. Джейк расплылся в улыбке и облизал губы. Ему чертовски нравилась мысль, что одного его звонка хватило, чтобы завести Брэндона. — Нужно было думать заранее, — пожурил он его, и голос его стал чуть ниже обычного. Брэндон громко застонал. — Думаю-то я сейчас явно не той головой, — пробормотал он. — Но я всё равно рад, что позвонил. — Я тоже, — ответил Джейк, сбрасывая полотенце и невольно вздрагивая от прохлады. — Ты правда пойдешь бегать? — спросил он, сам не зная зачем. Он что, хотел, чтобы Брэндон висел на телефоне, пока он не уснет? Боже… Вздохнув, Брэндон окончательно уселся на пол. Ему хотелось соврать. Не хотелось так сильно раскрываться. Но вместо лжи вырвалось: — Я бы лучше остался здесь и поболтал с тобой. Джейк снова вздрогнул, сидя на краю кровати. Теперь его била легкая дрожь, но он не понимал от чего. Он хотел было спросить, готов ли Брэндон приехать обратно и остаться у него. Ему ведь всё равно утром ехать в эту сторону, так? Но он не решился признаться в собственном эгоизме. — Не знаю, надолго ли меня хватит, — прошептал он вместо этого, потирая глаза. — Совесть замучит, что я тебя задерживаю. Брэндон чувствовал, как по лицу разливается жар. — Ты кажешься очень усталым. Я схожу на короткую пробежку, потом проверю тетради, — сказал он, хотя голос звучал обреченно. Может, он просто заберется под одеяло и попытается уловить запах Джейка. — Спи давай, ладно? — Мои подушки всё еще пахнут тобой, — сказал Джейк с легкой улыбкой. — Так что уснуть будет несложно. О, черт возьми. — Сволочь ты, — пробормотал Брэндон. — Спокойной ночи. — Ночи, Брэндон, — прошептал Джейк, его колено нервно подергивалось. — Я рад, что ты позвонил, — добавил он с тенью облегчения. — Я тоже, — сказал Брэндон, заставил себя отнять трубку от уха и нажал «отбой». Он сжал телефон обеими руками и прижал его ко лбу, чувствуя себя одиноким как никогда. С трудом поднявшись, он посмотрел на кровать. Через пару секунд он принял решение: бросил телефон и забрался под одеяло, чтобы свернуться там калачиком, вспоминать и видеть сны. Джейк услышал короткие гудки, тяжело вздохнул и выключил трубку. Было что-то в голосе Брэндона такое, отчего после его исчезновения внутри всегда оставалась пустота.