Honkai: School Rail

Эта часть может быть очень грустной ┐('д')┌ Иногда хотелось бы утонуть в теплых объятиях и ощутить родного человека. Однако, одинокому можно лишь мечтать об этом. — Подожди, ты...ты уезжаешь? Куда? Почему ты мне ни слова не сказала? — Прости, я не хотела тебе говорить, чтобы ты не беспокоился сильно. Дядюшка Гофер забирает меня к себе...он сказал, что взять может только меня, а ты останешься тут. Девушка перебросила сумку через плечо и пошла к машине. — Постой!.. Последняя надежда стать счастливым ускользнула из рук, оставив парня тонуть в собственных вопросах, которые начинали сводить с ума. Все оборвалось внезапно, будто внутри пришла тихая холодная смерть. — Робин забрала документы из школы? Должна признать, неожиданно. А с Сандеем что? — А он остается. Правда, совсем один теперь. — Жаль мальчишку на самом деле... Красивая девица, стоя рядом с директором, слегка потрясено и угрюмо смотрела в окно. Ее белоснежные волосы на концах сходили к фиолетовому, глаза были нежного лавандового оттенка, а черно-синее платье идеально подчеркивало талию. — Выходит, минус один из твоего хора, Шипе. Скоро из твоего хора последние дети уйдут. — Сейчас меня даже не это волнует... — Так жалеешь что потеряла свою лучшую певицу? — И не только. Переживаю, как бы с Сандеем все хорошо было. — ... Они обе все еще помнят, как брат и сестра чуть не лишились дома, будучи семилетними детьми. Благо, объявился так называемый «дядя» Гофер Древ, взявший их под свое крыло, но лишь на дистанции. И большим ударом для маленького Сандея было не то, что их мрачный дядя приезжал дай бог раз в месяц, а то, что родителей он больше не увидит. Хотя Робин и не особо понимала того, да и дядя Гофер показался ей хорошим, для Сандея это стало самой первой и самой удушающей травмой в жизни. Да лучше бы они и дальше жили в церкви с родителями, чем такая жизнь. Пока Робин в первом классе играла вместе с другими детьми и радовалась жизни, Сандей уже многое понял и продолжал дальше размышлять, забившись где-нибудь в углу, пока его не находила Эна. Добрая классная руководительница в начальных классах всегда поддерживала мальчишку, успокаивая того любимыми стихами. Сандею и правда нравились ее стихи, даже если он не до конца понимал их смысла, но хотя бы это помогало не потеряться в самом себе и своих мыслях. Он не мог забыть тот вечер, когда на его же глазах родителей убили. И Сандей готов был зарыть в могилу и себя, вслед за ними. Дяде Гоферу было почти плевать на детей. Он лишь иногда приезжал к ним с новыми вещами или продуктами для дома. Остальным распоряжалась няня. Но когда дети повзрослели, начали жить одни, лишь ежемесячно получая на свой счет деньги от Гофера. Любимым занятием брата и сестры было совместные выступления. Робин была прирожденной певицей, ангельский голос достался от матери, которая участвовала в церковном хоре, а вот Сандею больше симпатизировала игра на пианино (или рояле. Я не особо понимаю разницу между этими инструментами и не помню на чем в каноне играл он.) и у него очень даже хорошо получалось. Таким образом, Робин и Сандей часто выступали вместе на школьных мероприятиях, а иногда даже ездили с педагогами на более масштабные выступления. Их учительница музыки Шипе была просто в восторге от этого дуо. И в миг все оборвалось. И без того сложная жизнь парня стала еще и одинокой, а он же был сам по себе зашуганным мальчишкой, так что же теперь делать без Робин? Конечно, рыдать днями и ночами Сандей не собирался, но на душе вдруг сделалось тоскливо. ХуХ прекрасно понимала этого парня и выслушала просьбу Шипе. Было принято решение перевести Сандея из восьмого «б» в восьмой «а». Какая на то причина? А все просто - в той параллели, где учился Сандей до сей поры, слишком агрессивные дети. Иными словами, их называли самым худшим классом в школе, поэтому парень был рад, что его перевели в класс «а». — Ты быстро подружишься с ними, этот класс довольно милый и спокойный, не переживай. — Говорила Шипе с мягкой улыбкой, обнимая Сандея за плечи. — Спасибо, я правда очень признателен. Он расплылся в такой же улыбке, а затем прозвенел звонок и Сандей ушел на урок. Можно и не беспокоиться, он ведь уже пересекался с некоторыми из этой параллели, они довольно милые, правда? — А ты оказывается, еще красивее, чем мне рассказывали! И почему я раньше такого симпотяжку не встречала?! — Март, не приставай к нему, Сандей сейчас в угол от тебя забьется. Дань Хэн отодвинул ее от новоприбывшего. — Я Дань Хэн. Это Март. А вон те двое, — Он показал на близнецов, которые уже о чем то болтали с Март. — Келус и Стелла. — Кажется, я уже слышал о вас... Приятно познакомиться. — На секунду Сандею даже стало неловко. Столько лет в одной школе учатся, но он все равно впервые видит их так рядом. Впрочем, не мудрено, парень всегда прятался в укромных местах и мало с кем контактировал. Другим одноклассникам конечно тоже было очень интересно познакомиться с парнишкой из параллели, хотя некоторые даже окидывали его непонимающими взглядами, зная что он из буйного класса, но компания Март, Стеллы, Келуса и Дань Хэна была приятна ему больше, да и девушки других не особо подпускали к новому другу. — А почему тебя перевели? А что с твоей сестрой? — С разных сторон звучали вопросы. — Почему я тебя впервые вижу? Расскажи о себе! Но, хвала небесам, Сандея быстро оставили в покое. В дверях прокашлялся учитель и вошел в класс, обратив внимание на себя. Учитель русского, Терминус, как всегда мрачный и уставший на вид, уселся за своим столом и провел перекличку. Увидев новое имя в журнале, тот удивленно поднял бровь, видимо, еще не осведомлен о "новеньком". В итоге Сандей и стал жертвой его опросов по всем правилам и даже заставил к доске выйти, будто издевался. С каждым вопросом Терминус все больше и больше топил бедного парня специально теми правилами, которые они даже не изучали и, конечно же, Сандей проебался. Неловко, обидно. Хотелось расплакаться. Терминус как будто больше всего ненавидел Сандея. Сейчас бы его прежний класс уже засмеял, а тому лишь оставалось бы, опустив глаза вниз, сдерживать ком в горле, но это совсем другой класс. Тут же запротестовали его новые друзья и другие одноклассники, и так мало кто любил Терминуса из-за его методов обучения, а тут еще и парня с нихера топит. После нахлынувшей обиды где-то внутри Сандея пронеслась приятная неожиданность, даже в сердце кольнуло. Он замялся на месте и робко улыбнулся, наблюдая за спиной у Терминуса, как тот, недовольно вздыхая, меняет оценку с двойки на четверку. Мысленно поблагодарив одноклассников, парень сел на свое место и облегченно выдохнул. — Достал уже этот Терминус. Вечно всем оценки занижает. — Март недовольно надула губы. — Да забей, главное что четверку нашего Сандея отбили. — Стелла кокетливо слегка толкнула локтем в бок сидящего впереди парня. — Сандей, ты крутой, изо всех сил старался все правила рассказать. — Она подмигнула ему с игривой улыбкой. Тот одарил ее робкой улыбкой. Блин, приятно. Очень приятно. Впервые за долгое время он почувствовал какое-то облегчение на душе и нашел родственных душ. Эти ребята и впрямь очень добрые. Это давало какую-то надежду внутри. В этой эйфории даже тревожные мысли о прошлом покинули его. ... Я помню как мама плакала, а папа стоял и обнимал ее одной рукой, что-то шепча ей на ухо. Рядом стояли люди. Злые люди. Мама сказала мне забрать сестренку и пойти погулять. Скоро что-то случится. Пока Робин каталась на качелях, я почувствовал как в сердце тревожно колит. Причем неожиданно почувствовал. Но стоило мне подойти к двери и глянуть в небольшую щель, в животе словно закрутило, в горле подступил ком, а внутри что-то оборвалось. На полу были лишь лужи...крови. Крови родителей. Эти люди, эти злые люди что-то бурно обсуждали и смеялись, говоря о каких-то деньгах. Где остальные? Почему во всей церкви как будто единственными живыми душами были я с сестрой и эти люди? Я замер в немом крике. Хотелось кричать, но я боялся даже пискнуть. Что, если я стану следующим? Позже нас с Робин нашел батюшка. Он сказал уходить и как можно скорее к парку неподалеку. Он дал мне какую-то записку и сказал передать дяде, который заберет нас. Ведя Робин за руку, я изо всех сил пытался забыть увиденное и не закричать. Мои руки заметно дрожали, отчего Робин задавала мне кучу вопросов и это еще больше выводило на истерику. Но нет, я должен быть сильным в ее глазах, мама ведь говорила... — Вашей мамы больше нет. Мы едем в чужой машине. Мужчина представился нашим дядей, его зовут Гофер Древ. Лицо Робин в мгновение переменилось. Я не знал как реагировать. Рассказать им что я видел, как злые люди тыкали ножиками в родителей? Я не мог. Я не мог и слова проронить. В горле встал непроходимый ком, будто я чем-то подавился и дальше не идет. Мне казалось, стоило мне лишь открыть рот, как я в этот же момент расплачусь. Но я не могу, нужно держаться, еще чуть-чуть. Скоро все будет хорошо... ... Хорошо уже не будет. В столовой, кажется, Сандей появился впервые. Обычно он брал перекус из дома и ел где нибудь забившись в углу или вообще не ел, ведь этот шум в столовой никак не привлекал его. Но с друзьями оказалось даже весело. Март и Стелла не переставали расспрашивать Сандея, Келус залипал в телефоне, а Дань Хэн всеми силами отбивал девчонок от Сандея, а то еще больше зашугают беднягу. Доев свою порцию, Сандей все же изложил им свой рассказ о том, как уехала Робин, о том каково ему было в прошлом классе и о том, по каким же причинам его перевели. — Эта параллель и впрямь бешеная... — Прикрыв рот рукой, Март была мягко говоря в шоке от рассказов Сандея. — Они часто срывали уроки, иногда смеялись надо мной или сестрой, мол, мы такие зубрилы, ведь учимся прилично и вообще такие правильные, на музыку к Шипе ходим... — Он задумчиво глянул в окно. — Неприятно конечно было, но я смирился. — Почему ты раньше не попросил перевести тебя в другой класс?? Это же ужасно! — Не знаю. Как-то перестал со временем внимание обращать. Весь день ребята таскали Сандея с собой и номерами обменялись. Девчонки немножко потискали его, Дань Хэн поддерживал словесно, а Келус показывал Сандею милые и смешные видео из тик тока, что забавляло обоих. ᕯᕯᕯ Все как-то слишком хорошо, и я очень рад, что подружился с этими ребятами. Хотя мне и не передать словами боль, которую я почувствовал при разлучении с сестрой, но хотя бы этот день сделал меня немного счастливее, а эти люди помогли ощутить себя любимым. Может, все не так уж и плохо? Робин, хотя мы так и не выступили вместе напоследок, как и хотели, но я все еще буду ждать этого дня. Помнишь того маленького птенчика, которого мы спасли, будучи детьми? Сегодня этот птенец сидел у меня на подоконнике, он все еще помнит. И я буду помнить, как нам с тобой было хорошо. Робин, я никогда не расскажу тебе в жизни о том, что видел тем вечером, когда мама сказала нам пойти погулять. Я никогда не расскажу, почему батюшка велел нам уйти и не возвращаться, и никогда не скажу, почему дядя Гофер забрал только тебя. Не задавайся этими вопросами и живи счастливо. Забудь обо мне и не беспокойся за меня. Увидимся по ту сторону нашего сознания — во снах. Прощай, Робин. —————————————————— Сегодня простреливать височки не будем, но как-нибудь потом еще наедимся все вместе стекла 𓆩♡𓆪