Мясник XV Человек

      Я не думала, что могу так себя ненавидеть. Я вообще не думала. Как я вообще догадалась попросить схватить Кайзера?.. У Мясника.       Ну йобанутая же.       Конченая просто.       Отпила свежий кофе, что появляется каждый мой перерыв. Откусила круассан.       Дура. Тупая.       Я понимаю, что возможно…       Возможно…       Мясник не действовал бы так масштабно без моей просьбы.       Но.       Ключевое слово.       Но.       Я приложила руку к этому.       Подтолкнула.       Излечила.       Изменила.       Перепрошила.       Да. Смертей гражданских удалось избежать. Или я о них просто не знаю. Что более вероятно.       Зато умерли люди. Пусть бандиты. С обеих сторон.       Перечитала личное сообщение. От Него. Мясник XV Девочка. Ты задолбала накручивать себя. Успокойся. Я выбрал. Я сделал планы. Я их реализовал. В любом варианте нацисты бы огребли. И в любом варианте громил детские бордели. Педофилия в этом городе карается сейчас смертной казнью. Кто не согласен. Чтож. Пусть выскажет мне своё мнение лично.       Это. Не помогало. Вот нихрена не помогало.       Я ходила призраком по больнице. Четыре дня дневала, а иногда и ночевала там. Изредка одна возвращаясь «домой».       Четыре дня на столике в моём кабинете появляется свежий кофе, завтрак и выпечка.       Четыре дня.       И хуже всего, что я стала доверять Мяснику больше, чем приёмной матери.

* * *

      На рабочий телефон позвонили. На экране высветилось определение:       СКП       Я заебалась. Не просто устала. А заебалась в край. А теперь звонят Эти.       — Слушаю.       — Панацея, нам нужны ваши услуги.       — Я не лечу нацистов.       Почти бросила трубку.       — Кайзер не переживает транспортировку в Клетку.       Улыбнулась. Счастливой улыбкой.       Губы не слушались. Она не хотела сходить с моего лица. Внутри что-то взвыло и с хрустом оков сломалось.       Не зря.       Всё было не зря.       И задумалась: если бы кто-то сейчас увидел меня, он сказал бы, что так смотрит сам дьявол.       Добрая Эми Далон окончательно умерла.       — Хорошо. Я вылечу его.       Амелия Клер Лавер воскресла.

* * *

      — Вы подтверждаете, что даёте своё согласие на лечение и изменение тела?       Адвокат зачитывал чуть изменённый текст контракта на лечение.       Обрубок Немецкого Императора прохрипел:       — Даю.       Улыбнулась. Счастливо. Он весь сжался. И, казалось, резко передумал. Уже набрал воздуха в грудь.       Коснулась его. Тушка на больничном столе мгновенно уснула.       Но что ты, милый нацист, так дёргаешься? Пришью я тебе ручки, ножки. Чёрные.       — Нужен образец кожи. Слишком обширные повреждения.       — Конечно, сейчас найдём какого-нибудь белого мужчину.       — Зачем. Улыбнулась адвокату. Он отшатнулся и чуть не упал. - Мистер, даёте ли вы своё согласие на копирование кожного покрова? Чёрный агент СКП довольно ответил, снимая перчатку: - Конечно. Коснулась его. Коснулась Кайзера. Конечности сформировались, вытягивая питательные растворы из капельниц и жировой массы невольного пациента. Чёрные, как и положено будущему «нигеру». Чернота расползлась от рук, выравнивая оттенок остальной части тела Белого Императора. Вымыла свои руки от невидимой грязи. Вышла из изолятора, сияя довольной улыбкой. Распугивая попавшийся медперсонал. Я не лечу нацистов. А значит. Одним нацистом сегодня стало меньше. ... *** ... Они. Они. Они. Они умудрились проебать Кайзера. Как, сука? Как вы смогли? Бросила тарелку в стену. Она разлетелась осколками. Ну вот. Панель лакированная треснула. Вновь взглянула на телевизор, где крутился злополучный выпуск новостей. Мясник принёс вам его на блюдечке. Вам нихуя делать не надо было. Только доставить в Клетку. Скурила половину косяка. Не помогает. Скурила ещё два. Не помогает. Меня пробил нервный смех. Вот почему ты говорил, что передашь его СКП, а не в Клетку. Ты с их долбоебизмом ничего сделать не можешь. Чтоже делать доброй Эми. Амелия. Я Амелия. Ты Уже свернула на этот путь. Так иди до конца. Медленно затянулась. Вот теперь помогло. Мысли лениво затрепыхались. Что ж. Тварь я судимая или злодейское право имею. Скинула с себя мантию, накинув обычную одежду. Положила в рюкзак перешитую простыню на манер плаща. Я как в детство вернулась. В свой первый плащ. В рюкзак отправились также костяные наплечники и костяная маска. Не человеческие. ДНК говядины. Из магазина, выращенные в питательном настое. Приглашение до сих пор висело на ПХО. Адрес --- Старый разбитый район. Дорога по которому выглядела даже новее, чем элитная у моей семьи. Идеальный асфальт и тротуар. Простой, выглядящий идеальным дом. Ни трещин, ни сколов, ни отвалившейся штукатурки, ничего. Отошла в переулок, переоделась, неловко поведя плечами. Как я себя тупо чувствую в этом «костюме». Охраны у дома не было. Старушки на лавочке что-то обсуждали. - Ну и шо, что наркоман и два слова нормально связать не может. Он починил все окна, стены, двери, лестницы. Проще перечислить, что он не поправил. Моя любимая сковородка вновь сияет. Взял совсем слёзы. Чисто символически. Да и десятина его тоже чисто символическая. Раньше на жильё уходило до половины. Половины, Шарлотта! - Он убийца. Как ты не понимаешь! А ещё дети. Как такому доверить детей?! И дружки его - те ещё шваркнутые наркоманы. И дочь свою на наркоту подсадил. Прошла мимо. Обтекая. Бабки окинули меня взглядом. - Тьфу. Ещё одна кейпанутая на всю голову. - Никак Домовладелец-то ваш Султан. Уже третья девка. Старушка-вахтёр в отдельном кабинете посмотрела на меня скептически. - Господи помилуй. Ещё одна ебанутая. Ну как звать тебя, девица? - Белая Леди пришла к Мяснику. - Ты смотри так при нём не ляпни. Обидится. Она выдала мне пропуск. Где корявым почерком накарябано: Пропуск. К Мяснику. И солнышко. Детское. Че за… - Да не пялься ты так. Нам надо было детей чем-то занять, пока не пришли родители. Наделали вот пропусков на год вперёд. Старушка махнула рукой. -Лифт направо. Тебе на последний этаж. Ставни идеально и беззвучно открылись. Кнопки не залипали. Также тихо лифт закрылся. Подъём уже не беззвучно, но плавно. Лучше, чем в здании СКП. Я не понимаю этот мир. Я точно иду к Мяснику? К Зубам. К бандитам. В злодейскоее логово. Почему? Тут так... Мирно и Уютно. Последний этаж. Двери пиликнули при открытии. Сразу попадаю в огромную залу, уставленную диванчиками и прочим крайне нужным для вечеринок и посиделок скрабом. По краям идут двери комнат. По три с каждой стороны. В дальнем углу стена делит этаж пополам. Ты себя явно не сдерживал в планировке. В небольшом закутке у стены сидела Дина и играла в онлайн-покер. Трое детей лет семи-десяти играли с конструктором в другом углу. Они вздрогнули при моём приближении, напряглись. Окинули меня взглядом, остановились на груди и потеряли интерес. Сажусь на колени рядом с ними - Позволите вас излечить? Мальчик отвлёкся. Посмотрел на Дину. Та кивнула. Только тогда протянул мне руку. Давнее повреждение… кхм. Назовём это кишечником. Восстановила тело к идеалу. Коснулась девочек. Не девственницы. Подлечила, не став восстанавливать целостность плевы. Изнутри поднялось странное чувство. Руки сжались в кулаки. Ногти впились в ладони. - Ты пугаешь детей. Малыши сбились в кучку рядом с ней. В мозг ударилась мысль. Она же не сильно их старше. Прозерцатель стояла в паре шагов. Сверлила меня взглядом. - Убавь жажду крови. - Кто эта Тварь? Я не узнала свой голос. Такой сухой, полный угрозы и рокота что рождался где-то под сердцем. - Детские бордели. Я ещё разбираю документацию. Мясник потом пройдёт гребёнкой... Счистит грязь. - Смертная казнь? - Если власти плевать на нас, мы сами будем властью. Чуть успокоилась. Прибитая осознанием. Что Мясник ведь не шутит. Он реально потом пойдет вырезать людей. Пачками - Ты... Ты решаешь, кому жить, а кому умереть. Она потеряла всю свою браваду. Осела на ковёр, сграбастав детей в объятия. - Ангел. И он приводит приговор в исполнение. - Начальные Выкладки делаешь Ты. - Решает Ангел. Не мешай мне... И дополнила совсем тихо. - обманывать себя. - Прости. За всё. За то, что отняла его верность тебе. За... Дина окончательно померкла чуть крепче сжав обьятие. Они липли к ней, как к солнышку. И смотрели на меня чуть ли не с ненавистью. - Фол! Жизнь пришла! Мужчина вышел из комнаты. На этот раз рубашка была зелёной. Да и шляпу он где-то потерял. Быстрый взгляд на нас. Он идёт и садится на столик ближе к жилым комнатам. Встаю с колен. Иду за ним. - Я не помню, зачем пришла. - Тогда просто помолчи. Я сделаю тебе коктейль. Расслабишься. Поговорим серьёзнее. Слова не разошлись с делом. Бар рядом был ограблен на бутылку, холодильник на пару фруктов. Странный аромат и вкус со следами алкоголя и лайма. - Дети... Мне бы поправить остальных. - Мы спровадили основную массу детей и всех женщин. У этих нет родственников. - И ты не придумал ничего лучше, чем подселить их к Зубам? - Поправка: к Новым Зубам. К ним относишься ты, Дина, я, бывшая Кукла - ныне Някромант. Дина встала со своего места и заехала свёрнутой газетой ему по его голове. - Ты перепугал её. Он почесал затылок. - Ну, плохо я контролирую голос вне поля Топорылого. Новый удар газетой. - Фол, извинись потом перед ней. Мясник. Нет, Фол. Фол продолжил: - Пара докеров с семьями. Бабки у подъезда. Сами дети. - Почему? Махнула рукой в неопределённом жесте. Сама не зная что именно хочу уточнить. Почему они Новые зубы. Или почему они присоединились именно к Тебе. - Я держу дом. Очень хороший дом. Это всё жильцы. Плата у меня - десять процентов от дохода. Не фиксированная. Что обычно плохо, но… они сами говорят: лучше заплатить десятину, чем половину. А то и больше. Лифт пиликнул. Вышла девушка в прекрасном фиолетовом платье под викторианский стиль. На лице - белая театральная маска. На прелестных ножках - чулки. В руках она сжимала жёлтого лисёнка. Ах да, самое главное. На голове у нее была пара кошачьих ушек, а из под юбки выглядывал хвостик. За ней маршировали пятёрка мультяшных плюшевых скелетиков. - Ты прекрасна. Мясник произносит это ласково. Нежно. Изнутри поднялась… Зависть? Я ревную? Някромант вся сжалась. И, казалось, не дышала. Её руки потянулись к шее. Она отшатнулась, раскидав скелетиков по полу. Фол замер. Замахал руками. - Забудь. Я не стану тебя преследовать. Просто забудь. Ты - картина, что я купил в свою коллекцию. - Ты не помогаешь, вот совсем. Ей ещё страшнее. Дина взяла девушку за руки, привела к диванчику, практически насильно усадив. Та обхватила игрушку, что принесла с собой, как утопающая, и замерла. Лишь трясущиеся руки и судорожное дыхание напоминали, что она жива. Прозерцатель отошла к лифту и быстро-быстро вернулась и начала тараторить. - С вероятностью восемьдесят процентов он не тронет тебя и пальцем, пока ты не набросишься первой. Даже если ты будешь ходить голой, только в чулках и с хвостиком - Фетиши раскрывать плохо. - Фол, заткнись нахуй. Она сейчас триггернет. Я не вижу варианты дальше пяти минут. Някромант зашептала, всхлипывая и перескакивая со слова на слово: - Мясник назвал меня прекрасной. Мясник назвал меня прекрасной. Фол сблизился с ней. Всучил в руки пистолет из своей кобуры. - Я причинил тебе боль. Он прикрыл дуло своей ладонью. - Причини мне и забудем. Не помогало. Кукла всё так же почти беззвучно шептала и сипела. Прерывисто вдыхая и выдыхая. - Да блять. Короче. Не ты мой сексуальный интерес. Она. Его руки обвили мою талию. Одна рука коснулась маски. Та беззвучно разошлась, освобождая губы. Второй рукой приподнял мою голову за подбородок. Мягкий и нежный поцелуй. Обмякла в его умелых руках. Кукла затихла, посмотрела на нас квадратными глазами. Резко расслабившись, почти упала с дивана. Щёлк. Щёлк. - Это. Просто. Охуенно. Пространство исказилось. Знакомо. Костюм был новый. Но силы. Виста. Виста с камерой. Ааааааа! . Грёбаная Виста с камерой сняла, как меня целует Мясник. Мой первый поцелуй забрал Мясник! Пиздец! Пиздец!! Пиздец!!! *** Вернулась в реальность от того, что у меня перед глазами настойчиво щёлкали пальцами. Брюнетка. В классическом красном костюме Зубов, усыпанном костями. Гранёный стакан, полный воды, перекочевал из её рук в мои. Она отпила из своего. Выпила свой залпом. Горло обожгло. Закашлялась. Слёзы брызнули из глаз. - Это что было? - Водка. А то ты уже час сидишь и тупишь в стену. Это не прикольно. Остальные все свалили. Побазарить даже не с кем. Наши уже все ужрались в хлам. Импотент блять в компьютер задротит. И сука видит, что я готова. Но всё равно игнорирует. У него мог быть такой секс сегодня. Хм. А это идея. По бумагам мне уже год как можно. Эми Далон мертва. Я - Амелия Клер Лавер. Хихи. И я хочу забыться. Говорят, секс прочищает мозги. ... *** ... Вошла в его комнату летящей походкой. Мясник сидит спиной ко мне. Сорвала с него наушники, бросила в сторону. Развернула кресло. Радостно улыбнулась и села сверху ему на колени. Прижимая его лицо своими руками. Парализовала мышцы, чтобы не смог убрать руку с моей талии. Первая фраза чуть сбивает настрой: - Обычный человек сейчас бы катался от боли в судороге - Ты не обычный. - А ты в зюзю пьяна. - Хихи. Зюзя. Хихи. Какое забавное слово. Пьяный смех. Что я, блять, творю? Я действительно хочу, чтобы меня трахнул Мясник. - Эми. Встретилась с ним взглядом. Вновь смотрит как на самое дорогое сокровище в мире. Продолжила неотрывно смотреть. Ища хотя бы признак отвращения или сопротивления. - Тебе не нравится это имя. Назови меня нормально. - Амелия. Хриплый голос пробирал до мурашек. Ноги чуть сжались. - Не делай того, о чём пожалеешь завтра. - Я не пожалею, если мне было хорошо. Надавила силой, создав прилив крови. Что-то упёрлось мне в попку. Поёрзала. Никуда ты от меня не денешься. Наконец Фол сдался. Потянулся и мягко поцеловал меня. Отпустила руки из-под своей власти. Поплыла под его касаниями. Умелые руки прошлись по моему телу, вызывая волны дрожи. Новый поцелуй чуть не приводит меня в нирвану. Он несёт меня на руках к кровати. Кладёт и укрывает одеялом. - Тебе хватит, девочка. - Я некрасивая, да? Эти веснуш... Последний требовательный поцелуй. - Ты само совершенство. Поспи, радость моя. Вернёмся к этому на трезвую голову. Касается моей руки пальцами. Оу. Когда я выпила ещё стопку? Картинка мутнеет. Сознание гаснет.