Насколько счастлива жизнь?

Вечер 7 февраля. Сборная доехала до Олимпийской деревни. Выйдя из автобуса, Илья искал глазами Аню. Он хотел просто поговорить, ему не хватало таких разговор.   - Кого ищешь? - спрашивала Эмбер, подходя к парню.   - Ты Аню случайно не видела? - протараторил фигурист.   - Она уже ушла.   - Уже? Почему так быстро, - не понимал Илья.   - Не знаю, но я видела, что она с кем-то очень мило общалась по телефону. Может там разговор не для наших ушей, - врала Гленн. Она видела взгляды этих друзей, ей не нравилось, что Миллер «отбирает» Илью. Эмбер хотела быть вместе с парнем.  - Чего? - удивился парень. Он был в ступоре, он поверил Эмбер. - Может она с родителями разговаривала, либо с Алисой.  - Не думаю. Контакт был записан вроде «Любимый», но я не особо разглядела, - продолжала свое вранье фигуристка. От этого ответа Малинин просто встал. Неужели он не успел? Она же недавно говорила, что никого у нее нету. Или она соврала? Илья ничего не ответил Эмбер и просто вышел на улицу - ему нужно было побыть одному, но Гленн побежала за ним.   - Ты чего? Ты ее любишь? - кричала Эмбер вдогонку парню.   - Люблю, - прошептал парень, чувствуя как эмоции брали вверх над разумом.   - Аня не достойна тебя. Тебе нужна девушка лучше нее, - говорила Эмбер. От ее слов парень начал злиться - он считал, что лучше Миллер больше никого нету, они прошли вместе много тяжелых и радостных моментов. Она была ближе чем кто-либо, Илья любил ее сильнее всех.  - Ты даже ее не знаешь, как можно такое говорить? - злился парень.   - Илюш, у тебя просто чувства, поэтому ты не видишь плохих качеств, но их больше, чем хороших, - ласково произнесла Эмбер. От ее голоса Илье стало противно. Откуда-то появилась неприязнь к ней.   - Не называй меня так, - холодно ответил парень. От его тона девушке стало не по себе.  - Хорошо, не буду, - ответила Гленн, подходя ближе к фигуристу. Илья смутился и сделал шаг назад от нее.   - Эмбер, уйди. Мне нужно побыть одному, - твердо произнес парень. Гленн, услышав его слова, отступила, но на ее лице была видна хитрая улыбка. Что она задумала? 8 февраля. День начался как обычно. Будильник прозвенел в 7:00. Аня просыпалась, но что-то было не так - она чувствовала себя ужасно. Тело ломило, голова уже болела, а нос был заложен. Аня заболела.   - Ну совсем не вовремя, - произнесла девушка, вставая с кровати. Она пыталась найти нужные лекарства, которые лежали на дне чемодана: думала, что не понадобятся.  - Что случилось? - спрашивала Изабо, наблюдая за своей подругой.  - Плохо себя чувствую. Походу заболела, - отвечала фигуристка, наконец-то доставая нужные таблетки. Левито подошла к девушке и приложила руку ко лбу.   - Ты вся горишь, - констатировала подруга. Миллер просто села на кровать. Это было совсем не во время. Она даже не думала о том, что может заболеть, ведь все было хорошо, даже намеков не было на простуду. Видимо из-за стресса организм больше не мог бороться. Фигуристка выпила нужные лекарства, чтобы хотя бы придти в чувства. Произвольная программа будет вечером, главное дожить до нее.   - Тебе нужно сказать об этом тренерам, - переживала Иза, наблюдая как плохо девушке.   - Они уже ничего не смогут сделать. Только лишнее нервы для них, - Аня совсем не жалела себя. Такими действиями она убивала саму себя собственными руками.   - Они хотя бы будут в курсе, что с тобой. Хотя бы поймут, если вдруг что-то пойдет не так.   - Все что могло произойти не так - произошло. Если совсем плохо будет, то расскажу, - говорила фигуристка, уходя в ванную. Иза тяжело вздохнула, когда ее подруга скрылась. «Какая же она упрямая» - думала Изабо. Вдруг в ее мысли пришла мысль странная, но скорее всего действенная. Левито включила в телефон и написала сообщение Илье: «Илья, привет. Я не знаю, что со мной будет, если вдруг Аня узнает, что я писала тебе об этом, но ты единственный, кто может помочь. Она заболела, ей плохо, но она хочет молчать и будет это делать. Поговори с ней, пожалуйста, может после разговора с тобой расскажет Татьяне и Роману». В это же время Илья только проснулась. Всю ночь он думал о словах Эмбер: правду ли она сказала? Парень долго сидел, смотря в одну точку, что аж сам Эндрю испугался от состояния соседа.  - У тебя все окей? - спрашивал Торгашев.  - Нет. Совсем не окей, - говорил Малинин, чувствуя, как не может больше справляться с эти самостоятельно.  - Так. Что случилось?  - Эндрю, это полный пиздец. Я думал, что у меня есть шанс с Аней. Я такой идиот. Эмбер мне рассказала, что Аня общалась с кем-то по телефону и этот контакт записан как «Любимый», - рассказывал парень, но это давалось тяжело. Торгашев внимательно слушал, он хотел помочь Малинину.  - Илья, на твоем бы месте, а бы сам все у нее спросил. Я, честно, не верю Эмбер. Какая-то она странная в последнее время. Да даже если с кем-то Аня встречается, то не стоит так убиваться - это еще не конец жизни, - советовал парень. Илья кивал, соглашаясь со словами друга. И вправду, как он поверил Гленн? Лучше уж поговорит с самой Миллер.   - Ты прав. Я сам не понимаю, как ей поверил, - отвечал фигурист. Телефон завибрировал. На экране высветилось сообщение от Левито. Парень удивился, потому что Изабо писала Малинину только по каким-то важным вопросам или что-нибудь спрашивала про Миллер. Илья быстро взял телефон в руку, открыл чат с девушкой и прочитал сообщение, от которого парень поменялся в лице. «Я обязательно попробую ее уговорить. Про тебя не буду упоминать. Спасибо, что рассказала» - отправил фигурист в чат.  - Кто написал? - интересовался Торгашев, одеваясь на завтрак.   - Да там неважно, просто родители напомнили про тренировку, - врал Малинин.  Девушки спустились в столовую на завтрак, где уже стоял шум от голосов спортсменов. Фигуристки взяли свой обычный завтрак и сели за небольшой столик, который находился чуть поодаль от всех остальных, и было не так шумно. Изабо охотно ела, в то время Миллер сидела на тарелкой - аппетита не было: переживания, недосып и температура давали о себе знать. Илья зашел в столовую и почти сразу увидел знакомых девушек. Иза подала знак, что сейчас стоит как-то поговорить с Аней. Малинин хотел уже к ним направиться, как путь преградила Эмбер, будто специально мешала.   - Доброе утро. Я надеюсь, ты сделал правильные выводы после вчерашнего разговора, - говорила Эмбер, намекая на что-то.  - Я даже не хочу об этом думать, - произнес парень, он хотел намного быстрее уйти от Гленн и наконец-то встретиться со своей подругой.   - Ты же потом пожалеешь.  - И что? Тебя не должно это волновать, - Гленн начала раздражать, зачем она вообще лезет.   - Я не хочу, чтобы тебе было плохо. Тяжело видеть как любимый человек страдает, - говорила Эмбер. Никто, кроме их двоих, не слышали ее слов, ее признания. Илью это шокировало, но старался не подавать виду.  - Мне нужно уже идти, - холодно произнес парень, направляясь к Изабо и Ане. Гленн лишь грустно смотрела ему вслед - как же она мечтала оказаться на месте Анны.  Илья шел к подругам, надеясь, что они не заметили этого разговора. Не хотел, чтобы расспрашивали про это.   - О, Илья, привет! - наигранно говорила Левито, будто не продумала целый план. От голоса подруги Аня вернулась в реальность. Она заметила Илью: он тем более не должен знать о ее состояние, никому не нужны лишние нервы.  - Доброе утро. Вы как? - спрашивал Малинин, смотря на Миллер.   - Доброе, все хорошо, - врала Аня. Лицо Изабо скривилось от вранья подруги. Ей совсем не нравилось, что она умалчивает о своем состоянии.  - Врешь, - тихо произнесла Иза. Это слово просто вырвалось из нее. Миллер все услышала.   - Ань, скажи правду, - уже говорил Илья. Он тоже слышал слова Изабо. Он сразу заметил, что его подруга выглядит плохо, так что даже если бы Левито не написала бы ему, Илья бы все равно заметил. Ане стало не по себе: было стыдно от своего вранья.   - Заболела, мне плохо, - единственное, что смогла выдавить из себя девушка. Подняв глаза на парня, девушка прочитала в его взгляде некую тревогу.   - Тебе нужно сказать об этом, - произнес фигурист.   - Они уже ничего не сделают, - стояла Аня на своем.  - Ты сейчас серьезно? Они хотя бы будут в курсе, что происходит с тобой. Если ты не скажешь, то я пойду сам им расскажу, - твердо говорил Малинин. Он был настроен решительно: нельзя было молчать про самочувствие фигуристки.  - Меня убьют, - пыталась шутить девушка, но ей вправду было страшно об этом говорить.  - Пойдем вдвоем. Прям сейчас расскажем, - сказал фигурист, вставая изо стола. Изабо удивилась, насколько быстро Илья смог уговорить: все-таки любовь творит чудеса с людьми. Миллер понимала, что лучше рассказать самой, поэтому кивнула на предложение парня и встала вслед за ним. Левито осталась одна и смотрела вслед своим друзьям.   - Они точно начнут встречаться, - пробормотала Иза, наблюдая за «парой».  Илья с Аней поднялись на нужный этаж. Они не спеша шли до номера своих тренеров: фигуристка пыталась оттянуть этот неприятный разговор. Аня поежилась: видимо температура нарастает. Малинин заметил и осторожно прикоснулся ко лбу девушки.   - Какая у тебя была температура? Ты вся горишь, - переживал парень.   - Утром было 38,8. Я выпила жаропонижающее, но видимо уже перестало работать.   - Главное, чтобы еще сильнее не поднялась. Когда вернешься обратно, то померь снова, - советовал Илья. Они подошли к номеру и парень постучал. Через пару секунд дверь открылась и на пороге оказалась Татьяна.   - Доброе утро. Не ожидала вас увидеть так рано. Что случилось? - говорила женщина, будто чувствовала - что-то произошло.   - Доброе. Да, что-то случилось, - отвечала фигуристка, тянув время. Татьяна внимательно слушала, скрестив руки на груди. Илья чувствовал, что Миллер боится, ей нужно было время «набраться смелости».  - Я заболела. Температура высокая, жаропонижающее плохо помогает, но я готова катать произвольную, - наконец-то смогла сказать Аня. После ее слов в глазах Татьяны появился страх за свою ученицу.   - Так. Хорошо, Аня, что ты рассказала об этом. Я думаю, что тебе не стоит сегодня тренироваться, приедешь только на саму произвольную, - сказала женщина, обдумывая, что же еще можно посоветовать, чтобы не навредить.   - Мне нужна эта тренировка. Я по-другому не пойму тяжело ли мне будет или нет, - просила девушка.   - Ань, тебе может стать хуже. До такой степени, что уже никакая Олимпиада тебе не будет светить. Лучше поберечь себя сейчас. Наверно, тебе еще стоит упростить контент. У тебя еще есть личный турнир, до которого полного времени - успеешь выздороветь и покажешь себя.  - Упрощать точно не надо. Вдруг опередят меня, разрыв между мной и Каори небольшой.   - Тебе правда стоит так сделать, - уже утверждал Илья. Он прекрасно понимал какие это риски.   - Если прыгнешь четверной лутц или тройной аксель, то все равно выиграешь, - предлагала Малинина. Их разговор был закончен и друзья направились к лифту. Малинина проводила их взглядом и вернулась в свой номер, где уже ждал Роман - он не слышал разговора.   - Это была Аня с Ильей. Она заболела, - рассказывала женщина, садясь на стул. Скорняков не ожидал таких новостей.   - Только этого нам не хватало. Что ты ей предложила?  - Она приедет только к началу произвольной. Нельзя допустить, чтобы ее состояние ухудшилось. Еще Аня будет катать упрощенный контент.   - Если Аня на это согласилась, значит ей правда очень плохо. Но Федерация нас просто убьет. Им же нужны только рекорды и хорошие результаты, - говорил мужчина, чувствуя какая же ответственность на них лежит за такое действие.  - Пофиг на Федерацию. Ей плохо. Или они хотят, чтобы посередине программы она сознание потеряла? - возмущалась Малинина.   - Тань, они сделают все что угодно, чтобы прославиться.   - Ну не надо же жертвовать здоровьем спортсменки! А то такая слава ухудшит их положение, - очень громко произнесла Татьяна. Ее раздражало такое отношение к фигуристам.   - Давай лучше успокоимся, - просил Роман, подходя к своей жене, обнимая ее, чтобы успокоить. Вернувшись в комнату, Аня снова померила температуру - 39,1. Девушка положила градусник на тумбочку рядом с кроватью и сама легла. Изабо собиралась на тренировку. Она переживала за подругу, все-таки важный день сегодня.   - Сколько? - спрашивала Левито.  - 39,1. Только повышается. Надеюсь я хотя бы смогу встать, а то сил вообще нет, - отвечала Аня.   - Еще не вечер. Все может поменяться. Ты главное сейчас отдыхай. Старайся не переживать из-за этого, а то нервы только усугубляют ситуацию.   - Надеюсь, что мне станет лучше, - говорила Аня, слегка улыбаясь. Иза улыбнулась в ответ и, попрощавшись, вышла из комнаты. Миллер пыталась уснуть, но мысли о предстоящей произвольной постоянно возвращались обратно и не давали успокоиться. Телефон завибрировал. Девушка подорвалась, чтобы посмотреть кто же написал: может это Илья? Но сообщение повергло в шок - написал Шайдоров: «Привет! Мы сегодня приехали в Милан, нашу сборную сразу же отправили на тренировку. Думал, что увижу тебя, а тебя нет. У тебя что-то случилось?». Прочитав, Аня прибывала в шоке. Почему он спрашивает? Предположения Изабо верны? Фигуристка начала писать свой ответ: «Привет. Хорошей вам тренировки. У меня всё хорошо, на произвольной увидите». Она соврала, потому что не могла ему доверять. Вдруг расскажет всем и это куда-нибудь выльется. Пусть лучше зрители думают, что фигуристка решила упростить программу, чтобы остались силы на личный турнир. 18:00. Анна выехала на ледовую арену. Первыми сегодня выступали спортивные пары, следом были девушки и закрывал командник парни. Аня чувствовала себя также хреново: тело ломило, голова раскалывалось. Было тяжело делать базовые вещи, но нужно было терпеть. Никто не виноват в том, что она заболела, значит девушка должна выступать. Сегодня на арене непривычно холодно. Либо Ане так казалось, либо там правда стало холоднее. В коридоре девушку встретил Скорняков - он ждал ее.   - Тебе лучше? - единственное, что спросил тренер.  - Нет, но хотелось бы, - отвечала фигуристка, облокотившись на стену.  - Федерация еще не в курсе, что ты упростила программу. Лучше никому не говори. Если будут спрашивать, то отправляй к нам - мы все расскажем, - говорил Скорняков. В его голосе чувствовалась забота. Иногда казалось, что Роман неравнодушен только к своему сыну, но это всего лишь образ: тренер также переживает за остальных своих спортсменов, желает каждому из них лучших результатов и готовить работать хоть допоздна. Миллер одобрительно кивнула и ушла в раздевалку. Она особо не запомнила, как переоделась и оказалась на тренировочном льду. Тело не слушалось фигуристку, казалось, что даже двойные прыжки даются с трудом. После очередного неудачного прыжка на ее глазах выступили слезы: было страшно проиграть. Встав, она поехала к борту, чтобы придти обратно в тренировочное состояние.   - Ань, не мучай себя, - просил Малинин, подъезжая к девушке.  - У меня ничего не получается. Я провалилась, - пессимистично говорила Миллер.   - Еще не провалилась. Да и этого не произойдет. Ты сама себя загнала. Несмотря на твое состояние, тело все равно помнит. Старайся на прокате не зацикливать на этом внимание: катайся в удовольствие, - успокаивал парень. Его слова помогали и заставляли задуматься.   - Ты прав, - тихо сказала девушка, отъезжая от борта. Илья проводил ее взглядом. «Хоть бы у нее всё получилось» - думал про себя парень. Время буквально летело. Только что спортивная пара от США заняла первое место. Сборная радовалась. Теперь они только укрепили свои позиции, а с хорошими прокатами своих лучших фигуристов точно выиграют. Девушка сидела в раздевалке, пытаясь сосредоточиться, но это плохо получалось. Прикрыв глаза, в мыслях сплыло воспоминание из детства: «Зима 2018 года. Аня прибежала с тренировки домой - через час начнется произвольная программа девушек. Даже несмотря на неудачную тренировку и замечания тренера, что из нее «ничего не выйдет», не портили настроение.   - Надеюсь выиграет Медведева, - произнесла девочка, доделываю уроки.   - Давай по-быстрее все сделаем и пойдем вместе болеть за нее, - говорила мама, наблюдая за своей дочкой.   - Уверена, что Олимпийский чемпионам разрешают не делать домашнее задание, - шутила Аня.   - Ты еще не выиграла Олимпиада, так что, к сожалению, придется делать, - говорила Наталья, улыбаясь.  - Я обязательно выиграю! И не один раз! - уверенно отвечала девочка.» - Я должна выиграть, - произнесла фигуристка, открывая глаза. Она должна сделать все, чтобы та маленькая Аня гордилась собой. Миллер направилась в зал, где уже разминались пару фигуристок - до их выступления было еще времена, надо поддерживать тело разогретым. Аня приступила к небольшой разминке, слушая музыку из своей программы - Lana Del Rey “Black beauty”. То ли из-за адреналина, то ли из-за таблеток, тело девушки начало ее слушаться и все начало даваться легче. Даже промелькнула мысль, что можно прыгнуть еще тройной аксель.   - Татьяна Валерьевна, мне уже намного лучше, может мне оставить аксель? - просила фигуристка у своего тренера.  - Тебе может сейчас и лучше, но кто знает, что случится во время проката. Оставляем все так, как обсуждали сегодня утром, - отказалась Татьяна от предложения ученица: это был риск, который мог повлечь неприятные последствия. Аня лишь грустно кивнула. Все равно хотелось показать максимум. Время шло: началась последняя, сильная разминка. Выйдя на лед, Миллер почувствовала, что в глазах начинает плыть. «Только ни это» - пронеслось в мыслях, пытаясь скрыть свое состояние. Спустя пару кругов стало лучше и девушка преступила к своим элементам. Она разминала четверной лутц и каскады 3+3. На аксель даже не заходила, потому что слушалась Татьяну. Разминка прошла удачно. Большинство прыжков были чистыми и докрученными. Надевая чехлы, в глазах на секунду потемнело. Фигуристка чуть не упала. Быстро придя в себя, она ушла в зал: никто из зрителей не должен догадаться, что Аня не в лучшем состоянии.   - Ань, стой! - окликнул Илья, увидев, как девушка буквально убегает оттуда. - Все настолько плохо? У меня честно было ощущение, что ты сейчас сознание потеряешь.  - Надеюсь это больше никто не заметил. Я честно не понимаю свою состояние: то мне лучше, то в глазах темнеет, - отвечала Анна. - Будь аккуратнее, пожалуйста. Давай ты сейчас не будешь рисковать, а то я, - остановился парень, раздумывая стоит ли говорить об этом или нет. Девушка вопросительно посмотрела на парня, ожидая продолжения. - А то я переживаю за тебя. Мы же все-таки близкие друзья, - продолжил Илья. От слова «близкие друзья» внутри Миллер что-то скрипнуло: она не хотела уже быть близким друзьями, хотела большего. «Ladies and gentlemen, the last skater is Anna Miller» - произнес комментатор. Сердце девушки забилось сильнее. Татьяна говорила обычные советы перед прокатом, а затем похлопала по ладоням фигуристки - на удачу. Миллер встала в начальную позу и за секунду до начала музыки в ее голове возникла идея, которую она собиралась сделать - все-таки прыгнуть тройной аксель. Началась программа. Девушка уверенно катала, не подавая виду, что еще сегодня утром ей было плохо и не было сил даже встать с кровати. Первым элементом был аксель. Фигуристка раз гонялась, краем глаза наблюдая за Татьяной, которая очень переживала. Разгон, заход, толчок, три с половиной оборота. Чисто. Получилось. Малинина удивилась, когда увидела тройной аксель. - Все-таки решила рисковать, - говорила женщина, наблюдая дальше. Теперь она точно не знала, что можно ожидать от своей ученицы. Аня отдавалась по максимуму. Где-то на середине проката ей стало плохо - казалось, что потеряет сознание с минуты на минуту. До конца оставалось чуть-чуть, только четверной лутц и вращение. Разгон, заход, толчок, четыре оборота. Падение. Не получилось. Лед привел в чувства. Эйфория от чистого проката куда-то делась. Да и чистого проката больше нету. Казалось, что прошла целая вечность. Зал ахнул, сборная, которая хотела уже орать, грустно наблюдая за тем, как Аня продолжала свой прокат. «Я не смогла» - сидело в голове до самого конца. Финальный аккорд, финальная поза и конец. Программа откатана. На лице девушке была грусть и разочарование в самой себе. - Ты молодец! Лучшая! - раздавались крики зрителей, которые хотели поддержать. Миллер их не слышала, мысли были громче. Фигуристка вышла со льда, одевала чехлы. - Завтра обсудим это, - произнесла Татьяна. Больше они не разговаривали: молча ушли в зону КиК. Судьи что-то долго смотрели, все с нетерпением ждали результатов. «The score is 148 points. The amount for two programs is 228.3. Anna Miller takes the first place». Зал взревел. Выиграла, но фигуристка была недовольна. Радости не было. Только для камер девушка попыталась натянуть улыбку, выглядело нелепо. - Поздравляю! - сказала женщина, приобнимая Аню. В это время сборная кричала от радости, еще один спортсмен выигрывает. Они радовались, поздравляли Миллер, но ей было не по себе. «Я не заслужила» - сидело в голове у девушки. Конечно же она всех поблагодарила за поздравления и поддержку, но в это же время винила саму себя. Зайдя в раздевалку, Миллер наконец-то осталась одна. На телефон посыпались сообщения с похожими поздравлениями. Чтобы не отвечать, она выключила телефон. Она сидела в тишине, убивая саму себя мыслями. Вроде бы одна ошибка, все равно выиграла, но все равно винила. Спустя полчаса Миллер вышла из раздевалки. Оставались только программы парней, поэтому девушка направилась к сборной. Она не видела Илью после своего проката, но и перед его прокатом не видела. «Он наверно разочарован во мне» - закапывала себя Аня. Вдруг рядом появилась веселая Эмбер, которая всем своим видом показывала, что она только что общалась с Ильей. Гленн прошла мимо фигуристки, даже не смотря на нее. «Конечно он выберет ее, она видимо лучше меня» - девушка уже загонялась по полной. Почти все программы девушка сидела в таком состоянии. Даже Левито ничего не спросила. На лед вышел Илья: собран, готов катать на все сто. Прозвучала музыка. Миллер вышла из своих мыслей и наблюдала за парнем. Сейчас она почти не переживала за него - была уверена, что сделает чистый прокат. Все движения шли уверено, он не нервничал, верил в себя. Парень откатал чисто. Зал кричал, сборная радовалась, потому что теперь они были уверены в своей победе. Илья был рад и доволен собой. Но было то, что его все равно тревожило - парень заметил, что сразу после его проката Изабо с Аней ушли, точнее было видно, что Миллер стало плохо и Левито помогала подруге скрыться. - Пап, что с ней? - спрашивал Илья, когда они сидели в зоне КиКа, ожидая свои оценки. Он переживал, готов был сам сорваться и побежать к ней, чтобы узнать о состоянии подруги. - Давай не сейчас. Тут полно камер, - прошептал Скорняков. Им не нужны были лишние слухи. - Мне наплевать на это. Просто скажи, что с ней, - чувствовалось раздражение в его голосе. Роман хотел что-то сказать, но начали оглашать результаты - 200,03 балла. В сумме 298,03 балла и Илья занимал итоговое первое место. Это личный рекорд фигуриста, но единственное, что было на уме так это Аня. - Ты молодец, - радовался отец, обнимая своего сына. Малинин пытался радоваться, пытался скрыть истинные эмоции. После Ильи еще выступал японец, поэтому нельзя еще поздравлять с победой. Сборная США с предвкушением ждала итоговых результатов. - Ты так и не сказал, что с Аней, - говорил Илья, когда начался другой прокат. - Она потеряла сознание, - произнес Роман. Дальше Илья ничего не слышал, в голове только крутились различные мысли. Он был в шоке. - Мне нужно к ней, - вымолвил парень, умоляющее смотря на отца. - Не сейчас. Сейчас будут финальные результаты и награждение, - строго произнес Скорняков. - С ней рядом есть врачи, ей если что помогут. Парень послушался отца, но все равно переживал. Илья даже не заметил, когда огласили результаты японца. Малинин занял первое место. Они выиграли. Фигуристы из США радовались, поздравляли Илью, кто-то даже плакал от счастья. Дальше было все как в тумане - журналисты, подготовка к награждению, само награждение. Только когда на парня повесили золотую медаль, он очнулся. Илья стоял на пьедестале со всеми фигуристами, рядом стояла Аня, которая пыталась делать вид, что ничего не произошло. Теперь Малинин Олимпийский чемпион. Остался только личный турнир. - Тебе лучше? - тихо спросил парень. - Вроде бы, - отвечала Аня. Илья на всякий случай подошел к не ближе - вдруг придется помочь. Заиграл гимн США. Сборная стояла и пела, улыбаясь. Все было рады друг за друга. Остаток дня прошел также в тумане: в автобусе стоял шум, все праздновали. Аня сидела с Ильей, он не отходил ни на шаг от нее. По дороге «домой» Миллер клонило сон. Девушка не заметила, как уснула на плече парня. Малинин же боялся пошевелится, чтобы не помешать ей. Сердце бешено билось, а в голове были фейерверки от этого. Все-таки Илья влюбился по уши. Автобус остановился - они приехали. Все спортсмены не спеша выходили на улицу. - Вы выходить собираетесь? - спрашивала Татьяна, подходя к друзьям и на секунду остановилась. Перед глазами женщина увидела, как Аня дремлет на плаче Ильи, а сам парень спит, слегка облокотившись на нее. Татьяна улыбнулась. Она догадывалась о неких чувствах между ними, а после рассказа мужа о том, как Илья переживал за девушку, убедилась в этом еще сильнее. Малинина не хотела их тревожить, но нужно было идти. - Кхм, - специально громко прокашлялась женщина. Илья неохотно открыл глаза, а когда увидел Аню рядом с собой, то на удивление быстро пришел в себя. - Мы приехали, - говорил Малинин, будя фигуристку. Когда Татьяна увидела, что они проснулись, то вышла из автобуса. - Ну где они там? - спрашивал Роман, когда жена подошла к нему. - Сейчас выйдут. Они просто уснули. Как же Илюша быстро вырос. - Ты о чем? - не понимал мужчина. - Он уже выиграл Олимпиаду, девушка появилась, - перечисляла Татьяна. - Думаешь они встречаются? Я просто у него спрашивал недавно, но он все отрицал. - Захочет - сам расскажет. Не надо у него спрашивать. Друзья подошли к своим номерам. Их соседи по комнатам уже давным-давно разошлись. - Спасибо, что ты рядом, - благодарила Миллер, улыбаясь. - Да мне не сложно. Если тебе вдруг станет хуже, либо еще что-нибудь, то пиши, звони. Я помогу, - отвечал Малинин. Он подошел к девушке ближе. В мыслях было много разных идей, что можно сейчас сделать, но он просто обнял. - Добрых снов, - произнес парень, отстраняясь. - Спокойной ночи, - отвечала девушка, заходя в комнату. Она улыбалась. Сердце трепетало. Все-таки Аня влюбилась по уши.