Синнингия

***

Холод был первым, что осознал Санчез. Этот холод был внутри. Он сочился из стен, из пола, из самого воздуха — липкий, влажный, словно больничная палата, где только что умер человек. Санчез моргнул. Бесконечный коридор. Кафельный пол под ногами. Лампы дневного света мерцают с надрывным гулом, будто вот-вот погаснут. Запах — дезинфекция, старость и что-то металлическое. Он не помнил, как сюда попал. Была школа. Коридоры школы. Потом супермаркет — стеллажи, пустые полки, чьи-то шаги за спиной. Потом снова коридоры, только другие. И все заканчивалось выходом: красной дверью, за которой не было конца. А теперь перед ним был хол больницы. Санчез выдохнул. Пар облачком повис в воздухе. Бежать. Ноги гудели. Он не знал, сколько часов уже шёл. Может, день. Может, два. Время здесь текло иначе — вязко растягивая минуты в часы. Позади — шелест. Санчез замер. Не тот шелест, что издают крысы или сквозняк. Этот звук был мокрым. Ткань по кафелю. Что-то тяжёлое, волочащееся следом. Он обернулся. Коридор простирался назад бесконечной перспективой. Лампы мигали — раз, два — и в промежутках между вспышками Санчез успевал рассмотреть нечто. Фигура. Высокая. Слишком высокая для человека. Руки — нет, вместо нее — лезвия. Топор, выросший из локтя, блестел в мертвенном свете. Монстр сделал шаг. Санчез попятился. Тело не слушалось — мышцы затекли от бесконечного напряжения, дыхание сбилось. Он хотел закричать, но горло сжалось, выдавив лишь сиплый выдох. Взмах. Санчез отшатнулся, нога подвернулась. Кафель встретил спину — холодный, твёрдый. Он упал. Топор уже нёсся вниз, и Санчез зажмурился, потому что смотреть на собственную смерть было выше его сил. Удар. Но боли не было. Вместо этого — скрежет. Металл по металлу, визг, от которого закладывает уши, а потом — тишина. Санчез открыл глаза. Над ним стоял кто-то. Высокий. Чёрное одеяние, маска, закрывающая лицо. В руке — катана, лезвие которой всё ещё подрагивало. Рядом, на полу, медленно оседала пыль — всё, что осталось от монстра. Фигура медленно повернулась. Санчез попытался отползти, но руки скользили по кафелю. Он смотрел в чёрную ткань маски и чувствовал, как страх сворачивается в груди тугим узлом. Кто это. Что это. Спаситель или новый кошмар? Незнакомец присел. Одно движение — и маска сползла вниз. Санчез увидел лицо. Обычное лицо. Уставшие глаза, растрёпанные волосы. И улыбка — тёплая, чуть смущённая, совершенно неуместная в этом подземелье холода и смерти. —Эй, не бойся меня. — Голос оказался молодым. Спокойным. — Ты в порядке? Приношу извинения, я задержался. Никто не ранил тебя? Руки— чёрные перчатки — принялись осматривать Санчеза. Трогали запястья, колени, поднимали подбородок. Санчез не сопротивлялся. Он просто не мог — лёгкие работали на последних силах, впуская слишком много воздуха, выпуская слишком мало. Чужая рука коснулась щеки. Санчез оттолкнул её. Сила нашлась откуда-то из последних запасов. Он отполз ровно на метр — недостаточно, чтобы скрыться, но достаточно, чтобы смотреть на незнакомца снизу вверх, со злостью и страхом. —Ты кто такой? — выдавил Санчез. Парень поднялся. Поклонился — неглубоко, скорее привычка, чем формальность. —Мне стоит представиться. Капитан отдела эвакуации и фиксации — Секби. Статик А-ранга. Он выпрямился и протянул руку. —Ты можешь мне доверять. Ну же, как тебя зовут? Санчез смотрел на эту руку. Чёрная перчатка. Уверенный жест. Всё вокруг было безумием — эти коридоры, монстры, человек с катаной. Но выбора не оставалось. —Санчез, — выдохнул он и схватился за предложенную ладонь. Секби быстро и аккуратно поднял пострадавшего с пола, но не отпустил его руку. Повернул голову, заговорил куда-то в сторону — только сейчас Санчез заметил рацию у его уха. —Приём, говорит капитан №1 отдела эвакуации Секби. Объект найден. Сильных повреждений нет — шоковое состояние и упадок сил. Парень около пяти часов непрерывно блуждал по секторам. Запрашиваю информацию от четвертого отдела. Жду ответа. Приём. Санчез слушал и не понимал ни слова. Объект. Сектор. Четвертый отдел. Бред чистой воды. Он выдернул руку. —Эй, Секби, или как там тебя. У тебя нет желания объяснить, где я нахожусь? Что за сектор? Что за статик? — Голос сорвался на крик. — Ты меня спас, этого я не отрицаю. Но кто ты такой, чтобы я оставался здесь, а не рвался к выходу? Секби посмотрел на него. Странная улыбка снова тронула его губы. —Ты не только крепкий, но и сообразительный. — Он натянул маску обратно. — Что ж, дерзай. Иди к выходу. Думаешь, там будет что-то, чего ты не видел до этого? И прежде чем Санчез успел ответить, Секби схватил его под локоть и потащил вперёд. —Эй! — Санчез дёрнулся. — Я не шучу! Куда ты меня тащишь? —К выходу, — спокойно ответил Секби. — Ты же хотел. Оставить тебя я всё равно не могу. Минута — и они остановились у двери. Секби вёл так уверенно, будто коридоры сами складывались в нужную сторону. Дверь открылась. Бесконечные коридоры. Другой дом. Другая планировка. Другие обои. —Что за чёрт? — Санчез схватился за голову. — Объясняй! Секби уже слушал рацию. Глаза его за маской сузились, потом он вдруг повернулся к Санчезу, схватил его за обе руки. —Задержи дыхание, — сказал быстро. — Первый раз тяжело ощущается. Пол под ногами вдруг стал мягким. Санчез не успел испугаться — только сжал зубы, задержал дыхание, как велели. Мир дёрнулся, смазался, развалился на цветные полосы, а потом схлопнулся обратно. Они стояли в холле. Обычный холл. Стойка регистрации, кожаные диваны, люди в форме, снующие туда-сюда. Секби закашлялся. Кровь потекла из носа — тонкая струйка, которую он быстро вытер тыльной стороной перчатки. — Что за... — начал Секби. Его уверенный изучающий взгляд внимательно осмотрел Санчеза, а после стал взволнованным.. Или так показалось. —Да что ж ты за объект такой, — прохрипел Секби, сгибаясь пополам. — Ну-ка, идём за мной.

***

Шли молча. Санчез вертел головой, стараясь запомнить каждую деталь. Офисные коридоры. За стеклянными перегородками — люди. Обычные люди. Кто-то печатает, кто-то пьёт кофе, кто-то устало трёт глаза. Такие же, как он сам ещё некоторое время назад. Секби свернул в дверь без таблички. Потом ещё одну. Потом — лаборатория. Стерильные столы, пробирки, непонятные приборы. Запах спирта и чего-то сладковатого. Последняя дверь. Кабинет. Меньше, чем ожидал Санчез. Заваленный бумагами, анатомическими рисунками, книгами в потрёпанных переплётах. За столом сидел мужчина в медицинском халате — усталый, с глубокими морщинами у глаз и белой сединой в волосах. —Кэп, мне нужна экспертиза этого парня, — сказал Секби с порога. — Сейчас. Мужчина поднял взгляд. Перевёл его на Санчеза. На бейджике значилось: Кэп Ксеноморф. Директор отдела биохимии. —Чего? — Санчез шагнул вперёд, зло глядя на Секби. — Ты меня спросить не хотел? —Командир Секби, — Кэп заговорил спокойно, будто не заметил перебивания. — Умерьте свой пыл. Вы знаете, что должны подать запрос на обследование человека. И — самое главное — с его согласия. Секби нервнодёрнул плечом. —Агх, да знаю я, знаю. Но ситуация правда срочная. Выполни одну мою просьбу. Всего одну. Это важно. —Секби. Тишина повисла в кабинете, тяжёлая и липкая. Кэп выдохнул, откинулся в кресле. Потёр переносицу. —Ладно. — Голос его звучал устало. — Я делаю это, потому что доверяю твоему чутью. Но я должен услышать согласие от него. Оба перевели взгляд на Санчеза. —Вы шутите? — Санчез оглядел их. — Я не знаю, где нахожусь. Этот фрик забрал меня из какого-то странного места и притащил сюда. И вы хотите, чтобы я сдал вам анализы? Да я лучше бы остался с теми тварями! Он говорил зло и громко — так всегда бывало, когда страх становился невыносимым и выходил наружу криком. Секби тяжело вздохнул. —Кэп, дай мне пару минут. Вернёмся с ответом. Он подхватил Санчеза под локоть и вывел в коридор. Протолкнул вперёд, отпустил. А потом резко стянул рашгард. Санчез отшатнулся. На торсе Секби тянулся шрам — широкий, розовый, выпуклый. Он шёл по кругу, поднимался к плечу, уходил вниз, под ремень. —Результат моего перехода, — сказал Секби. — Многого можно было бы избежать, если бы меня сразу отвели на экспертизу. — Он опустил ткань. — Если хочешь умереть — валяй, иди куда глаза глядят. Я просто хочу помочь. Санчез молчал. —Я спас тебя из места, где всё пыталось тебя убить, — продолжил Секби спокойно. — Привел сюда, где явно лучше: никто не причинил тебе вреда. Разве это не значит, что ты можешь довериться мне? Хотя бы раз. Холодный воздух кондиционера дул Санчезу в спину. Он смотрел на парня напротив — на его усталое лицо, на тёмные круги под глазами, на то, как крепко сжаты его руки. У него нет другого выбора. Санчез провёл рукой по волосам. Выдохнул. —Хорошо. — Голос вышел тихим, чужим. — Но обещай, что со мной будет всё в порядке. Секби покачал головой. —Я не могу обещать. Но постараюсь сделать всё, чтобы ты был в порядке. — Помолчал. — Насколько это вообще возможно здесь.

***

Они вернулись. Санчез дал согласие — коротко, сжато, как выплюнул. Кэп провёл его в соседний кабинет. Взяли кровь из вены. Санчез смотрел, как алая жидкость наполняет пробирку, и думал о том, что ещё неделю назад самым страшным в его жизни были зачеты в учебном заведении. —Если просишь так срочно, к завтрашнему утру будут результаты, — сказал Кэп, ставя пробирку в штатив. Секби кивнул, поблагодарил и вывел Санчеза обратно в коридор. Там он потянулся, устало хрустнув позвоночником. —Итак. Завтра получим экспертизу. Санчез скрестил руки. — Может, объяснишь наконец, что это за место? Где я? Кто все эти люди? Секби замешкался. —Ам, да, но.. — Он хлопнул себя по лбу. — Я так торопился, что забыл про регистрацию. —Чего? — Не понимающе переспросил Санчез. —Знаю, ты устал, — затараторил Секби, хватая Санчеза за руку и таща к стойке регистрации. — Я гоняю тебя туда-сюда без объяснений, но это в последний раз. Честно. Санчез не ответил. Он просто шёл, потому что сил на споры уже не осталось. В холле он рухнул на диван, пока Секби о чём-то говорил с девушкой за стойкой. Глаза слипались. Мысли путались. Он пытался вспомнить, как попал в первый коридор — школу? был ли это вообще его мир? — но память обрезалась, как будто специально кем-то. —Зарегистрировал, — голос Секби вырвал его из полудрёмы. — Но из-за того, что я затянул, корпус спасённых закрыт. Расположить тебя сейчас негде. Санчез поднял голову. —И что? —Это моя вина, — Секби потёр затылок, глядя куда-то в сторону. — Возьму ответственность на себя. Тем более мне будет стыдно оставить тебя без ответов до утра. Пойдём.

***

Комната Секби оказалась такой, как он сам — чужой, но на вид безопастной. Кровать в углу, тумбочка, шкаф, вешалка с куртками. Письменный стол, заваленный документами и дневниками. Никаких личных вещей — только книги и какие-то пометки на стенах. —Моя комната, — сказал Секби, пропуская Санчеза внутрь. — Всё, что могу предоставить на сегодня. Еду, душ и прочие привилегии — нет. Но хотя бы место для отдыха. Санчез прошёл внутрь. Кровать выглядела невероятно заманчиво. —Спасибо, — бросил он, падая лицом в подушку. Секби сел на пол, прислонившись спиной к кровати. —Устал? Я тоже. Но я должен ввести тебя в курс дела. Сам понимаю — страшно и непонятно в первый день. —Валяй, — буркнул Санчез в подушку. —Мы находимся в Зоне. — Голос Секби стал серьёзным, почти официальным. — Другое пространство. Как сюда попадают — никто не знает. Ходят слухи, что это Ад. Или обратная сторона нашего мира. Точного ответа нет. Он замолчал, проверяя, слушает ли Санчез. — Дальше — про устройство. У нас есть 5 отделов. — Он загнул первый палец. — Первый отдел—отдел эвакуации и фиксации, в обществе называемые "статики", по совместительству мой отдел. Мы занимаемся спасением людей, попавших в зону. "Статиками" нас называют не просто так: при попадании в зону в нас появляется энергия равная энергии этого места. Поэтому нам легче всего сопровождать подобных тебе через местную фауну. второй отдел—отдел утилизации и биологической защиты. Они занимаются уничтожением Зоны, так же с вылазок приносят материалы для исследований отдела биохимии. Третий отдел—отдел логистики и инженерии. Это люди сумевшие создать благоприятные условия в Зоне. Одна из частей отдела поддерживает стабильность электроэнергии и водоснабжения. Вторая часть помогает первому и второму отделам ориентироваться в секторах. Четвертый отдел—отдел спасения или просто "динамики". Самый нераспространённый отдел. Туда направляют людей, получивших энергию обратную энергии Зоны, способную изменять ее пространство. Они напрямую связаны с моим отделом. Наши внутренние импульсы составляют синергию. Трудно описать как это работает.. Санчез перевернулся на спину. Смотрел в потолок. —Мм, это я если что расскажу завтра.. — Неуверенно пробубнил Секби— Хотя надеюсь не придется. Пятый отдел—отдел биохимии. Туда идут люди способные изучать местную флору и фауну. Секби запнулся. —И шестой. Рабочий персонал. Те, кому удалось получить спокойную жизнь. Тишина. Санчез разглядывал лампы на потолке. —И всё? — спросил он. —Всё, что важно для начала, — ответил Секби. Он поднялся. — Мне нужно идти по делам. Утром разбужу тебя, пойдём в биохимию. Отдыхай. Он прошёл к двери. —Спокойной ночи. Дверь закрылась. Комната погрузилась в темноту. Санчез лежал, глядя в стену. Зона. Отделы. Статики. Динамики. Слова крутились в голове, не желая складываться в картину. Можно ли вернуться домой? Он не знал. Он вообще ничего не знал. Тело выжали до последней капли. Когда Санчез закрыл глаза, сознание отключилось мгновенно — будто кто-то выдернул блок питания из розетки.

***

Утро пришло с прикосновением. Горячая рука легла на щеку. Санчез почувствовал тепло, улыбнулся во сне — «Барси, не смешно» — а потом проснулся. Секби стоял над ним, вскинув руки в примирительном жесте. В глазах — тревога. —Это я, тише. — Голос Секби звучал мягко, но настороженно. — Первый день был тяжёлым. Ты спал так крепко, что я испугался. Извини, что коснулся без спроса. Нам нужно идти. Помнишь? Санчез сел. Прислонился к стене. —Помню, — сказал он хрипло.

***

Коридоры сейчас были полны людей. Вчера они казались пустыми — наверное, потому что был поздний час. А сейчас везде кто-то шёл, говорил в рации, нёс папки с бумагами. Санчез ловил на себе быстрые взгляды. Провожали. Оценивали. В кабинете Кэпа пахло тем же спиртом и сладостью. Директор протянул Секби бумаги. —Как и просил. Секби читал. С каждой строчкой его лицо становилось всё жёстче. Санчез видел, как сжимаются челюсти напарника, как напрягаются плечи. —Ты должен будешь отправить это главам, я прав? — спросил Секби. Кэп откинулся в кресле. —Да. Здесь у меня нет выбора. Секби взял паузу. Санчез чувствовал, как воздух в комнате становится плотнее. —Я отнесу сам, — сказал наконец Секби. — У меня есть на это право, верно? Кэп смотрел на него долго, пристально. Потом кивнул: —Ты прав. Но послушай мой совет — не заигрывайся с этим. Секби поклонился и вытащил Санчеза в коридор. —Слушай, — начал Санчез, как только дверь закрылась. — Может, хватит меня таскать? Что за бумаги? Ты забыл, что это результаты обследования моего организма? —Думаешь, прочитаешь и все сразу поймёшь? — Секби двигался быстро. — Ладно. Скажу прямо. Ты динамик. Я понял это при перемещении, поэтому и отвел прямиком сюда. Но ты не просто динамик, как выявили результаты, ты А-ранговый. —И что это должно значить для меня? Я даже не в курсе, что это такое. Секби выдохнул. Замедлил шаг. —Как только я отправлю твои результаты, тебя безоговорочно присоединят к четвёртому отделу. А это... — он подбирал слова, — не самый благодарный отдел. Я хочу помочь. Возможно ты забыл, но я статик А-ранга. В синергию со мной другие динамики входят с трудом. Если я сам подам запрос на присоединение тебя ко мне... —Это просто ебучий бред, — перебил Санчез. Он засмеялся — истерично, на грани. Нервно дернул руками. —Я попал в это странное место, стал каким-то динамиком, а почти незнакомый мне парень пытается помочь. И с чего я должен снова верить? Секби остановился. —Хорошо, — сказал он. — Идём. Он затащил Санчеза в пустой кабинет. Снял перчатку с правой руки. Схватил ладонь Санчеза — крепко, до жара между ладонями. —Не дёргайся. —Ты вообще неадекват?!. Секби приложил свою левую руку к горячей комфорке, на которой грелся неизвестный химический компонент. А потом Санчез почувствовал боль. Острую, жгучую, такую, будто кто-то ошпарил его свободную кисть. Он отдёрнул руку, но боль не уходила — пульсировала, растекалась по пальцам, пока Секби не убрал свою руку от горячего металла. —Теперь понимаешь? — спросил Секби спокойно. Санчез сжимал только что болевшую руку. Кожу не прожгло — даже следа не осталось, только память о боли. —Тебя направят к чужим, — продолжал Секби. — Не все из них лояльны к таким, как ты. Учитывая твой ранг, тебя не дадут одному статику — тебе назначат несколько низкоранговых. Он продержал длительную паузу. —Кого выбираешь тогда? Меня — того кто спас тебя и кто хоть как-то тебе знаком? Или группу незнакомцев, которые могут сделать с тобой что угодно? Санчез сполз по стене, падая на пол. Уткнулся лицом в колени. Перед глазами всё плыло. Слишком много. Слишком быстро. Секби опустился рядом. Аккуратно, почти невесомо перехватил руку Санчеза. Сплёл их пальцы. Санчез дёрнулся — и замер. Тепло разливалось от ладони по запястью, по предплечью, выше. Приятное, успокаивающее. Глупое, ненужное. —Сейчас мы связаны, — тихо сказал Секби. — Поэтому я могу не только калечить, но и помогать справляться с болью Он положил голову на свое плечо, заглядывая при этом в чужие глаза. Устало, расслабленно, будто они были знакомы сотню лет, а не сутк. Санчез смотрел на их сплетённые пальцы. Минута. Вторая. В кабинете пахло пылью и старыми бумагами. —Я согласен, — нарушил тишину Санчез.

***

Кабинет директора отдела спасения оказался больше, чем у Кэпа. И чище. И светлее. Мужчина в строгом костюме сидел за столом. Пугод — гласила табличка. Санчез не запомнил должность. Секби протянул бумаги. —Благодарю, что приняли меня. Это экспертиза зарегистрированного вчера в 22:13 прибывшего. Я запросил срочное обследование, так как почувствовал его энергию при эвакуации. — Он выдержал паузу. — Поскольку этот объект был моим заданием, я хочу попросить прикрепить его ко мне как статика. Это повысит эффективность моей работы. Я могу взять его обучение на себя. Пугод читал. Молча, не торопясь. Потом поднял взгляд. — Я услышал твоё предложение. — Голос его был заинтересованным. — Что на счёт вас, Санчез? Что думаете? Санчез скосил взгляд на напарника. Секби стоял напряжённо — спина струна, кулаки сжаты. Сейчас решится. — Я думаю, Секби тот, с кем я хотел бы продолжить... работу? — Санчез не был уверен, что это правильное слово. Пугод улыбнулся. И эта улыбка удивила Санчеза: слишком игривая и несерьезная она была. —Что ж. Я поговорю с директором отдела эвакуации. Постараемся побыстрее отправить документы о регистрации новой пары А-ранга. — Он кивнул в сторону двери. — Можете идти. До свидания. Секби поклонился. Санчез повторил жест — неуклюже, с задержкой. В коридоре Секби выдохнул. Так, будто задерживал дыхание весь разговор. —Самое тяжёлое позади, — сказал он. — Думаю, нам стоит отдохнуть и поесть. При слове «поесть» Санчез почувствовал, как желудок скручивается пустотой. Он не ел... сколько? День? Два? В столовой было оживлённо. Санчез вертел головой, рассматривая людей, столы, очереди за едой. Всё выглядело так нормально, так по-человечески, что на мгновение ему показалось — весь этот кошмар ему приснился. Взяли еду — какую-то кашу с подливой, хлеб, чай. Сели за свободный столик. —Расскажи про статиков и динамиков, — попросил Санчез. — Я понял, кто это. Но что их связывает? Секби ковырял еду вилкой. — Я статик. Моей энергией можно воздействовать на фауну и флору Зоны. Поэтому спасение проходит легче. Ты динамик — твоя энергия противоположна моей. Ты можешь изменять пространство в секторе. Если нас связать, ты сможешь находить меня и изменять пространство вокруг — отправлять сюда, на базу. — Он поднял глаза. — Так ты сюда и попал. —А в тот день... у тебя была кровь. Секби поморщился. —Моими напарниками были динамики В-ранга и ниже. Чтобы стабильнее возвращаться, я научился направлять свою энергию динамику — для лучшей связи. Но в тот день... ты сделал выброс энергии. Сам того не зная. Я получил слишком большой импульс, поэтому организм не выдержал. — Он пожал плечами. — Но теперь всё должно быть в порядке. Санчез молчал. Всё это звучало невероятно. И одновременно — пугающе логично для места, которое было полным безумием. Он поднял глаза на Секби. Странно, Санчез смотрел на него второй день подряд, но только сейчас увидел, насколько он уставший. Под глазами — тёмные круги. Плечи опущены. Но держится прямо. Санчез доел молча. Секби тоже не начинал разговор. Когда они подошли к стойке регистрации, Санчез протянул карту. Девушка сверила данные, что-то набрала на компьютере и протянула карту обратно хозяину. —Корпус динамиков, комната 427, — сухо сказала она. Секби повёл его прочь. Они шли молча, пока не оказались перед дверью с чёрной табличкой. Секби остановился на пороге. —Ну, вообще, я бы с радостью проводил тебя до койки, — сказал он, почесав затылок. — Но я не могу заходить в ваш корпус. —Что? — Санчез подозрительно прищурился. — А раньше ты мог? —Я-капитан, — объяснил Секби. — У меня есть пропуск почти везде. Но в корпуса статиков, динамиков и утилизации пускают только их сотрудников и директоров. —Но я был в нескольких отделах, ещё даже не зарегистрировавшись. И никто ничего не сказал. Секби потупил взгляд. —Ну... это не то чтобы кто-то проверяет. Но я стараюсь поддерживать дисциплину. Санчез фыркнул. Это был первый раз за всё время — первая секунда, когда он не чувствовал напряжения. Просто смешно. Секби смутился. Похлопал Санчеза по плечу. —Всё, хватит болтать. Иди обживайся. Если понадоблюсь — зайди ко мне. —Но мне же нельзя в твой... — начал Санчез, издевательски растягивая слова. —Тебе можно, — быстро сказал Секби. — Тем более ко мне. И ушёл.

***

Комната 427. Санчез толкнул дверь — она открылась без карты, с глухим щелчком. Две кровати. В разных углах. Пустые тумбочки. Пустые стены. Чужое пространство, которое он должен был называть «своим». Он прошёл внутрь, приложил карту к тумбочке — ящик открылся. Пара сменной одежды. Чёрные штаны, серая футболка. Ничего личного. Ничего живого. Переоделся и лёг в кровать, которую наконец-то можно было назвать "своей". Сон пришёл не сразу — только когда Санчез перестал вслушиваться в тишину и поверил, что она не скрывает нечто страшное. А потом пришла боль, выдернувшая из сна. Жжение в груди — резкое, как удар током. Санчез подскочил, закашлялся, хватая ртом воздух. Лёгкие горели, сердце колотилось где-то в горле. —Воды? Санчез обернулся. На соседней кровати сидел парень. Шрам через левый глаз — глубокий, давний. И зрачок под ним — белый, мёртвый. Парень встал, протянул бутылку. Санчез выпил жадно, расплескав половину на футболку. Жжение отступило — не сразу, но отпустило. —Спасибо, — выдохнул он, вытирая лицо. —Пилигрим, — сказал парень. — Надеюсь, поладим. —Санчез. Извини за неудобства. Пилигрим махнул рукой и снова сел на кровать. Тишина повисла между ними — не враждебная, но тяжёлая. Санчез встал. Надо идти к Секби. —Жгло в груди? — спросил Пилигрим. Санчез замер, не успев отойти от своей кровати. —К Секби собрался? Боюсь он тебе не поможет. — В голосе Пилигрима прозвучало что-то вроде усмешки. — Впервые вижу, чтобы кто-то ему так доверял. Можешь сесть. Санчез не сел. Продолжил стоять, прожигая нового знакомого взглядом. Ему нужны были ответы —Твоё состояние — реакция на большой объём энергии. — Пилигрим говорил спокойно, безразлично. — Ничего страшного в этом нет. Может повториться ещё пару раз, главное — перетерпеть. Он замолчал, будто сказал всё. Но Санчез смотрел не отрываясь. —Зря я про него сказал, — вздохнул наконец Пилигрим, недовольно цокнув. — Твой глупый напарник — мой друг. К сожалению. Эта зараза без предупреждения заселила ко мне новичка. — Он покачал головой. — Ноль претензий к тебе. Просто... удивительно было услышать про ещё одного А-ранга. Я на него сначала подулся, над ним поднасмехался, ну потом простил. Одному тут сидеть на самом деле тоскливо. Санчез сел на свое место. Он живёт с другом Секби. —Можно было без подробностей, — сказал он. — Не то чтобы я интересовался им настолько. Пилигрим хмыкнул — не обиженно, скорее понимающе. Санчез лёг обратно. Глаза закрылись сами. И перед сном, в последней светлой полоске сознания, он подумал о человеке с катаной — о его поступках и искренности намерений. Может он тот, кому стоит безоговорочно доверять?