(Не) герой

      Питер лежит на койке неподвижно. Лампы в палате светят мерцающим, абсолютно белым светом, обращая его лицо в восковую маску. Тишину нарушает лишь медицинское оборудования, его мерный писк отсчитывает пульс, отмеряет дыхание.       Доктор Чо вышла, сказав, что состояние стабильно и он скоро очнётся. Регенеративный фактор, чтоб его. Тони всё равно страшно. У него перед глазами улицы города, покрытые воронками от выстрелов, и подросток в красном, спасающий гражданских. Мальчик, рисующий яркими красками мишень на себе. И пуля всё же его нашла.       Операция длинной в пять часов. Пробитое лёгкое, осколки, с которыми ткани, стремясь исцелиться, буквально срастались. Их приходилось вырезать по-отдельности, заново вскрывая уже затянувшиеся раны. Несколько раз Питер просыпался. Доктор Чо, только вышедшая из операционной, говорила об этом дрожащим голосом. Приходя в себя, он не кричал, только хватал кого-нибудь из хирургов за халат, привлекая внимание.       Тони с трудом заставляет себя встать. Ножки стула противно скрежещут по полу. Нужно ещё многое сделать. Коридоры за пределами больничного сектора оживлённые даже поздним вечером. По ним снуют учёные и работники, спеша по своим делами. Шум вокруг позволяет отвлечься и заглушить беспокойство, даёт сделать вдох полной грудью.       Личный этаж Мстителей встречает его ослепительно ярким светом и гомоном. Обсуждение миссии идёт полным ходом. После воссоединения это стало обязательным действом. Старк останавливается в дверях, молча смотрит на всех. Его не замечают.       - Как Паук? – голос Клинта заставляет мужчину вздрогнуть. – В какой он палате?       Резко обернувшись, Тони замирает. Бартон выглядит удивительно обеспокоенным, однако пара пакетов с китайской едой из доставки у него в руках портит впечатление.       - Стабильно, Робин Гуд, но зачем тебе столько лапши? Решил сделать запасы?       - Мальцу, он всегда голодный как волк после ранений. – Клинт поднимает пакеты, показательно игнорирую язвительный комментарий. – Ну так какая палата? Или мне идти к мисс Чо?       - 405.       Лучник разворачивается и уходит, насвистывая какой-то прилипчивый мотивчик. Тони провожает его взглядом, но решает оставить вопросы на потом. Узнать о том, как Питер познакомился с Клинтом и, скорее всего, раскрыл ему свою личность, будет проще у самого подростка. С бывшего агента ЩИТа станется молчать просто из принципа.       В зале Кэп занудно перечисляет ошибки Сэма, когда тот неожиданно вклинивается.       - Стоп-стоп-стоп! Я уже всё понял, не надо говорить одно и тоже по шесть раз. – Сокол усмехается. – И вообще почему все шишки на меня? Если кто и провалился сегодня, так это Паучок. Зачем мы его вообще позвали? Он же абсолютно не участвовал в драке, только и летал на этой своей паутинке по округе.       У Тони перехватывает дыхание. Его словно ударили в живот. В разуме царит гулкая пустота, в которой один за другим рождаются вопросы. Не сражался? Просто летал по округе? А кто по мнению Сокола вытащил как минимум двадцать гражданских из-под огня и разрушенных зданий? Кто получил чертову пулю, прикрыв собой незнакомца?       - Следи за словами, я вызвал Человека-паука для помощи в эвакуации. – Стив говорит уверенно, но все слышат осуждение в его словах. И направленно оно не на Сэма – И он выполнял свои обязанности без нареканий.       - Но мог бы и помочь, не так ли? Быстрее бы устранили угрозу и проблем у гражданских было бы меньше. – Сокол откидывается на спинку дивана и обводит всех собравшихся взглядом. Заметив Тони улыбается и указывает на него. – Старк, скажи, разве я не прав?       Старк молчит, вглядывается в лица людей, которым прежде доверял. Брюс сидит, уткнувшись в бумаги, что-то из нового исследования о вибраниуме; Наташа смотрит на него в ответ из-под ресниц, слишком уставшая для ссор; Стив возвышается упрекающей громадой, пытается играть роль справедливого лидера, выслушивающего все мнения; Барнс стоит за его спиной молчаливой тенью.       Никто из них не высказывается против.       - Ну так, что? Или ты язык проглотил? – Сэм посмеивается. – Неужели Тони Старка заменил клон, а мы и не заметили!       - К твоему сожалению, Птичка, ты не прав. – Тони остается в дверях. – Человек-паук сделал сегодня всё, что было в его силах.       Стив собирается разразиться очередной тирадой, но его перебивают.       — Вот это новость! Оказывается, и Железный Человек не чужд фаворитизму. – Сокол изображает шок. Получается у него откровенно паршиво. – Безымянный герой с улиц завоевывал сердце миллиардера, настоящая драма, вот только почему этот «герой» не выполняет своих обязанностей? Его пригласили работать вместе с нами, с Мстителями, и всё что он делает это шляется вокруг, пока мы выполняем всю грязную работу? Пауку лучше быть более ответственным, всё же не мороженное продаем, а жизни спасаем. Он же взрослый, должен понимать.       - Ему пятнадцать.       Тони понимает, что сказал только, когда конференцзал погружается в абсолютную тишину. Злобное веселье разливается у него в груди, стоит пониманию начать проступать на лицах присутствующих.       Брюс, оторвавшись от бумаг, вскидывается оглядывается так, будто впервые здесь оказался, ищет поддержки и разъяснений. Все молчат. Наташа наклоняется, следит за людьми, словно за зверьми в зоопарке, но Тони то видит, как у неё побледнели губы и сжались кулаки. Даже всем известная Чёрная Вдова такого не ожидала. Барнс, вообще, как будто отключился стоя, скорее всего пытаясь понять сколько же было Пауку в Германии, и выводы его не радуют.       Старк не может удержаться, от того, чтобы добить их. Возможно, потом он пожалеет, но это проблемы будущего Тони Старка.       - И в отличие от тебя, Сэмми, пацан честно отработал, получив пулю в легкое, закрыв собой гражданского. Ну и там по немножко, вывел несколько десятков раненых из-под пуль, ещё парочку достал из завалов, но это неважно, да? – Старк тянет слова, смотрит Сэму в глаза не моргая. – Он же не поучаствовал в драке, значит никого не спас. Полетал на паутинке вокруг, а ранение получил, потому что неумёха. Всё просто.       Сокол сидит на диване бледный и прямой как палка. Тяжело сглатывает, его взгляд мечется из стороны в сторону. Сказать ему нечего. Реакция Роджерса удивляет. Он стоит памятником самому себе, никак не вмешиваясь. Видимо Германия вспоминается не только Барнсу.       Тони собирается уходить, когда Сэм внезапно оживает, вскидывается как пес, почуявший кровь.       - Как ты допустил?! Он же совсем ребёнок… - на секунду замолкнув, продолжает. – Ты должен его остановить! Ему не место на улицах, а тем более в бою! Несовершеннолетний не может быть героем.       Старк уже готовится язвительно ответить, но не успевает плюнуть ядом. Мимо его лица проноситься, тихо свистнув, нож и вонзается в обивку дивана всего миллиметре от руки Сэма.       - Осторожней со словами, Сокол, это не тебе решать. – Клинт появляется как тень. Пакетов в руках у него нет, вместо них он крутит между пальцами наконечник стрелы, словно готовясь бросить уже его. – Паук сам решает, где и когда ему охотиться.       Наташа не может удержать лицо, и замешательство проступает на нем. Тони отмечает это краем сознания, слишком удивленный. Соколиный Глаз и Человек-паук так хорошо ладят?       - А ты то зачем лезешь, Бартон? Своих детей мало? – Сэм вырывает нож из обивки и отбрасывает его в сторону. – Откуда ты вообще его знаешь?       Клинт щурится, раздумывает отвечать или нет. Держа паузу, проверяет телефон, вознамерившись, станцевать настоящий канкан на нервах окружающих. Старк похлопал бы такому мастерству, если бы не был его жертвой. Напряжение достигает наивысшей точки, когда бывшей шпион всё же заговаривает.       - Да так, встретились однажды на миссии. На базе рабовладельческого картеля. – Соколиный Глаз растягивает губы в улыбке, больше напоминающий оскал. – Детская проституция, обычное дело, а вот усиленный ребёнок в спандексе с гребанным Дьяволом в виде арьергарда был неожиданностью. Особенно, когда Рогатый решил по-тихому меня вырубить. Как только заметил?       - Сорвиголова работает с кем-то? – Наташа хмуро смотрит на Клинта, вновь спокойная и сосредоточенная. – Он не известен своим дружелюбием.       - Не сверли меня взглядом, Нат, как это произошло я не знаю. – Бартон шутливо поднимает руки. Его веселье не касается глаз. – Единственное, что могу добавить, так это участие во всём это Дэдпула. Видел его пару раз вместе с ними. Престранное зрелище, скажу вам.       Сердце Тони пропускает удар. Если Сорвиголова был для него странной пугалкой для детей, городской легендой, в чьё существование он и не верил до этого вечера, то говорливый наёмник реален и знаменит. Безумный убийца, готовый выполнить любой заказ за достаточное вознаграждение. Абсолютный псих, как заявляли его выжившие наниматели. И такой человек крутился рядом с Питером.       - Ты уверен? – Сэм бледнеет ещё сильнее, хотя кажется куда уже. Капелька пота катиться по его виску. – На инструктажах предупреждали о нём, но разве слухи правдивы? Мне всегда казалось, что человек не способен на то, что ему приписывают.       - Ты прав, однако и Дэдпул не человек.       Клинт подмигивает ошеломлённому Соколу и уходит, ловко утаскивая Тони за собой. Стоит им зайти в лифт, лицо лучника каменеет. Ни намека на улыбку, только ледяное спокойствие.       - Я, конечно, сместил фокус внимания, но рано или поздно они вспомнят с чего всё началось. – Соколиный глаз смотрит на Старка оценивающе, взвешивает все за и против. – Тебе придётся разбираться с этим самому. После Германии никто из наших помогать не станет, повезёт, если решат не добивать.       - Как скажешь, Робин Гуд, как скажешь.       Тони решает оставить вопрос о том, кто эти «наши» при себе. Наличие в этом списке Питера, заодно с Клинтом, Дэдпулом и Сорвиголовой, намекает, что ответ мужчине не понравиться от слова совсем.       Палата встречает их всё тем же раздражающе белым светом, однако приборы уже не пищат. Питер сидит на кушетки без маски, скрестив ноги, и уплетает доставку за обе щеки. Он приветствует вошедших взмахом руки, но от лапши не отрывается.       Тони улыбается устало и устраивается на уже знакомом стуле. Клинт бесцеремонно садиться рядом с Питером и, стащив одну из коробочек, начинает ловко орудовать палочками. Они выглядят удивительно гармонично, будто это устоявшаяся традиция. И впервые Старку плевать на истории, стоящие за этим.       Усталость, накопившаяся за день, накрывает с головой, и Железный Человек позволяет себе расслабиться. Молчание в палате удивительно уютное, обнимает, словно одеяло. Не заметно для самого себя миллиардер проваливается в дрёму. На плечи опускается что-то теплое и мягкое.       - Спокойной ночи, мистер Старк.       Последнее, что он слышит это смешок Бартона и шиканье Питера.