Орион: Свитки Лапласа

Солнце медленно, почти неохотно опускалось за линию горизонта. Тёплый свет растворялся в густеющих сумерках, растекаясь по стеклянным фасадам зданий, дробясь на тысячи отражений, которые постепенно гасли одно за другим. Город, ещё недавно наполненный дневной суетой, начинал переходить в свою ночную жизнь В окнах загорались огни, сливающиеся в единое золотистое полотно. Улицы наполнялись мягким светом фонарей, в котором люди казались тенями самих себя. А над всем этим, освобождённое от яркости дня, небо медленно перекрашивалось в глубокую синеву, усыпанную точками звёзд и едва заметными огнями кораблей, движущимися по орбите. На самом краю крыши одного из высотных зданий сидела девушка. Ветер здесь непрерывно завывая между антеннами и бетонными выступами, цепляясь за одежду, волосы и любые другие выступающие детали, словно пытаясь сдвинуть всё, что ещё держалось на месте. Но она не обращала на него внимания. Откинувшись назад, она опиралась на ладони, затянутые в чёрные перчатки, и держалась так уверенно, будто под ней не была пропасть в сотню другую метров. Её взгляд был устремлён вверх к единственной точке среди бесчисленного множества. Чёрные волосы, в которых проскальзывали редкие тёмно-красные пряди, были собраны в два хвоста, выбивались, путались, хлестали по плечам и спине, создавая ощущение хаоса. — Снова сидишь без дела? Она не вздрогнула. Даже дыхание не сбилось. Только едва заметно нахмурилась, словно сам факт этого вопроса был чем-то усталым, давно знакомым и потому раздражающим. Неспеша обернувшись она увидела мужчину, стоявшему в нескольких шагах позади. На вид, ему было не больше тридцати. Однако вид этот был столь обманчивым, что читался с самого первого взгляда. Его одежда выглядела так, будто была вырвана из другого времени. Классический костюм, пиджак, аккуратно выглаженные брюки, рубашка, ремень, туфли, доведённые до идеального блеска. И шляпа, отбрасывающая тень, в которой полностью терялись его глаза, оставляя лишь ощущение взгляда. Рядом с ним в воздухе висела раскрытая книга. Страницы перелистывались сами, без ветра, без прикосновения. Перо скользило по бумаге с неестественной скоростью, выводя строки, которые исчезали вглубь текста так же быстро, как появлялись. Между ними повисла пауза, которая между ними очень долго не возникала, за все то время что они были свободны. Девушка прищурилась, чуть наклонив голову, не понимая, почему он не говорит, из-за этого ей пришлось нарушить тишину. — Не будешь отвечать на заведомо известный тебе ответ? Он сделал шаг вперёд, приближаясь к краю крыши, и остановился почти на самом краю. Руки он завёл за спину, приняв позу, в которой было слишком много контроля для обычного человека. — Считай, я решил прислушаться к твоей просьбе. Её брови едва заметно поднялись. Это было не просто неожиданно. Это был... неправильно и в корне не в его стиле. Пятьдесят лет. Полвека разговоров где она даже не успевала оформить мысль как получала сразу на неё ответ. И вот только сейчас он «решил прислушаться». Она тихо выдохнула, отворачиваясь обратно к горизонту, словно не желая показывать, что этот ответ всё-таки задел её больше, чем она ожидала. — ... Где мой старый Лаплас, который перебивает меня задолго до того как я хотела бы вставить хоть какую-то фразу? — спросила она вернув к нему взгляд, пытаясь определить он ли это вообще. — Или это просто очередное действие? Чтобы всё снова пошло так, как тебе нужно? — Просто захотел. — спокойно ответил он. Она закатила глаза, но без резкости, скорее по привычке, чем от настоящего раздражения. Затем отодвинулась от края и села, скрестив ноги, подтянув их ближе к себе. Пышное чёрное платье, слишком тяжёлое для ветра и высоты, мягко легло вокруг неё, будто создавая собственное пространство, в котором было легче дышать. — Это… — наконец произнесла она, чуть тише, чем раньше. — ...твой способ не скучать? Вопрос повис в воздухе, в месте с такой же паузой, что была до этого. — Ты задаёшь этот вопрос, исходя из ограничений собственного восприятия, — произнёс он, чуть повернув голову в её сторону. — Ты была смертной. Для тебя время имеет начало и конец. Ты ощущаешь его, проживаешь и в конечном итоге теряешь... но для меня, времени не существует. Есть лишь последовательность состояний. Цепочка событий идущих одна за другой. Она нахмурилась, слегка поджав губы. — Звучит красиво. Даже слишком. Но ты всё ещё не ответил. — Тогда я спрошу иначе, — сразу продолжил он. — Ты хочешь знать, убиваю ли я скуку, используя тебя, когда мне заранее известен исход всевозможных событий? Ветер усилился, с силой ударяя по краю крыши, развевая страницы книги, но ни одна из них не перевернулась случайно. Всё продолжало идти своим, заранее определённым ходом. Девушка медленно повернула к нему голову и так же четко кивнула, ожидая его ответа. — ...Да. — Неожиданно прямой ответ. – округлив глаза от удивления, выдала она. — Скрывать здесь нечего, — сказал он. — Ещё тогда, когда я появился, я уже знал, к чему всё приведёт. Любое событие, любое решение, даже твоё спасение не было случайностью... Но почему-то именно с тобой я получаю удовольствие от общения. Тишина, последовавшая за этим, была тяжелее прежней. Пятьдесят лет назад. Момент, который она старалась не вспоминать, но который никогда по-настоящему не исчезал. Край. Падение. И его рука. Это воспоминание больше не было столь болезненным, как раньше. Но след все равно оставался на душе. Она медленно подтянула ноги ближе, обхватив их руками и уткнувшись подбородком в колени. Взгляд её снова ушёл куда-то вперёд, за линию горизонта. — Может... — она медленно наклонилась вперёд, обхватив ноги чуть сильнее руками, — вместо того, чтобы напоминать мне об этом... ты расскажешь о себе? — Ты уверена, что хочешь это услышать? Она закрыла глаза на секунду, затем снова открыла, глядя на него. — Я слишком долго ждала момента послушать эту историю, чтобы сейчас отказаться. Она усмехнулась, но в этой усмешке не было лёгкости — только усталое принятие. — Я, между прочим, слишком долго ждала, чтобы отказаться сейчас. Небо окончательно потемнело. Город под ними жил своей жизнью, не замечая ни их разговора, ни того, что где-то над ним сейчас решалось нечто куда большее, чем судьба одного вечера. Лаплас спрятал руки в карманы, а после добавил. — Ну. Тогда слушай.