Приключения Карандаша и Самоделкина в Волшебной Стране

В Фиолетовом дворце, Железный Дровосек велел подготовить для гостей комнату. Неизвестно же, сколько им придётся прожить в Волшебной стране. Карандаш и Самоделкин сняли поводки с щенков, взяв с них обещание вести себя прилично в гостях. Гайка сказала, что будет присматривать за Ластиком, чтобы он не натворил чего. Надо ли говорить, что разноцветный щенок, был слегка недоволен этим. Дровосек отвёл гостей к себе в кабинет. Первым, что бросилось в глаза, стали явно детские рисунки, развешанные на стенах, в красивых рамочках с резными узорами. —А откуда эти рисунки?—поинтересовался Карандаш, уже предполагая, каким будет ответ. —Замечательные, правда?—ответил Дровосек, улыбнувшись—Мне их дарят дети. А я делаю для их рисунков рамки и вешаю на стену. Рисунки и вправду были замечательные, с этим спорить никто не стал. Но после, внимание Карандаша привлекли рисунки, повешенные над рабочим столом, сделанные явно кем-то старше детей. —Эти тоже замечательные.—сказал волшебник, указывая на них—Их тоже дети нарисовали? Улыбка Дровосека стала чуть смущённой и он ответил: —Нет. Эти рисунки уже мои. Я рисовал портреты своих друзей и пейзажи. Маленького волшебника охватило восхищение Железным Дровосеком. Ну разве же он не чудесен? Ценит физический труд и при этом имеет тягу к искусству Неудивительно, что его подданные души в нём не чают. Кроме рисунков, к стенам были прибиты полки, уставленные резными фигурками из дерева. —А эти фигурки тоже вы сделали?—спросил Самоделкин. Дровосек кивнул в ответ. Самые старые из фигурок выглядели немного неказисто, видимо, были сделаны во времена, когда правитель Мигунов только учился резьбе, а самые новые были очень красивыми. —А зачем вы и этих уродцев неказистых на полках держите?—спросил Ластик, указывая лапой на старые фигурки. —По наказу резчика из Изумрудного города, который учил меня.—ответил Дровосек, в очередной раз поразив гостей своим терпением—В первое время, у меня не очень хорошо получалось вырезать, но он велел мне не выбрасывать неудачные фигурки, а хранить, чтобы в будущем, по ним можно было увидеть, как улучшалось моё умение. —Как Самоделкин.—подметила Гайка—Он тоже не выбрасывает неудавшиеся изобретения, какими бы страшными они ни были. Он их называет "пробниками шедевров". —А когда же вы успеваете заниматься творчеством, если днём вы всё время чем-то заняты?—спросил Самоделкин. —Ночью времени предостаточно.—ответил Дровосек—Тихо и не беспокоит никто. Или в дождливые дни, когда я не могу выйти на улицу. —Ночью?—переспросил железный мастер—А вы разве не нуждаетесь во сне? Дровосека этот вопрос слегка удивил. —Не нуждаюсь.—ответил он—Перестал, с тех пор как стал железным. —Стали?!—удивился Карандаш—Вы не всегда были железным? Правитель Фиолетовой страны горько вздохнул и ответил: —Не всегда. Это долгая история. Долгая и грустная. Не желая до поры, до времени вдаваться в подробности, он перевёл разговор: —А ты?—обратился он к Самоделкину—Разве ты нуждаешься во сне? —Ну, да.—ответил железный человечек—Нуждаюсь. "В последнее время особенно"—добавил он уже про себя. —А в еде ты тоже нуждаешься?—спросил Дровосек. —Ну, я могу иногда поесть чего-то, но только ради для удовольствия.—ответил железный человечек—В целом, я могу легко обходиться без пищи. —Удивительно.—пробормотал правитель Фиолетовой страны. Чудо-щенки, тем временем, внимательно принюхивались к воздуху. В кабинете Дровосека приятно пахло древесными стружками, что понравилось Гайке. Такой же запах был в мастерской Самоделкина. Железная собачка любила иногда туда заходить, лежать под столом, думать о чём-то своём, щенячьем, или просто дремать. Или достать из ящика с инструментами гаечный ключ, чтобы немного погрызть его. Ластику здесь тоже понравилось, когда он почувствовал запах краски. Так же пахло и в студии Карандаша. Разноцветный щенок любил там бывать. В студии всегда можно было поесть карандашных стружек, обломков грифеля, попить разведённой в воде краски или покатать по полу скомканные листы бумаги, с неудавшимися рисунками. Это было одним из любимых занятий Ластика. И плюсом к этому, пёсик любил рассматривать рисунки. И прямо сейчас, он решил рассмотреть портреты и пейзажи, висящие над столом. —А кто это такой...—он немного осёкся, глянув на Гайку. Нужно слово подобрать а то опять отчитывать начнёт—...такой, необычный? На указанном портрете, был изображён кто-то действительно необычный, напоминающий огородное пугало. У него была широкая улыбка, про которую можно было бы сказать "рот до ушей, хоть завязочки пришей" и оказаться правым, огромные голубые глаза и какой-то квадратик, вместо носа. Из-под зелёной шляпы торчали волосы, больше похожие на солому. И цвет лица у нарисованного субъекта был какой-то необычный. —Это Страшила.—ответил Дровосек—Мой близкий друг. Правитель Изумрудного города. А выглядит так необычно, потому что он пугало, набитое соломой. Эти слова сразу объяснили и странный цвет лица и квадратный нос. Скорее всего, голова Страшилы была сделана из мешковины, а нос из заплатки. —А это Смелый Лев.—указал на следующий портрет Дровосек—Тоже мой близкий друг. В своё время нам вместе с ними пришлось пройти столько испытаний, вы бы знали. —Так может, расскажете, через что вы прошли?—предложила Гайка. —Не могу.—ответил правитель—Пока не придут мои друзья. Уверен, они тоже захотят вспомнить прошлое. Спорить с ним никто не стал. Вместо этого, чудесные человечки продолжили рассматривать портреты. И теперь их внимание привлекли детские портреты. На одном из них была изображена девочка с двумя косичками, в красном жилете, белом платье в красный горошек и необычайной красоты туфельках с золотыми пряжками. У ног девочки сидел маленький чёрный пёсик. На другом портрете была та же девочка (по крайней мере, так казалось на первый взгляд), но теперь платье на ней было другого цвета и косичка всего одна. У её ног всё так же сидел чёрный пёсик, но серебряных туфелек на ней не было, за то на голове красовался серебряный обруч с красной звездой. И рядом с ней стоял мальчик, с виду чуть постарше её. На голове у него была шляпа американских пастухов, именуемых ковбоями. А одет он был в жёлтую клетчатую рубашку, штаны с широким ремнём и сапоги. На шее у него красовался платок, а на левой руке темнел ремешок наручных часов. —А кто эти дети?—спросил Карандаш. Дровосек посмотрел на портреты и его взгляд стал грустным. Волшебник даже испугался, что задел какую-то больную для него тему. Правитель Мигунов ответил: —Это Элли и её пёс Тотошка. Пятнадцать лет злая колдунья Гингема, правительница Голубой страны, выжила из ума и решила отправить за горы ураган, который прошёлся бы по всему миру и погубил бы всех людей. Но к счастью, добрая фея Виллина узнала об этом и заставила ураган вернуться обратно, захватив из Большого мира один единственный домик, чтобы сбросить его на голову Гингеме. И так вышло, что в момент, когда ураган поднял его в воздух, Элли сТотошкой были там. Карандаш ахнул, Самоделкин еле слышно пробормотал "Во, дела", чудо-щенки тоже заметно напряглись. —К счастью, во время перелёта с ними ничего не случилось. Элли рассказывала, что большую часть полёта они с Тотошкой проспали, а когда проснулись, оказались в Голубой стране, где их встретила Виллина и всё объяснила. Дровосек тихо усмехнулся и продолжил: —Что забавно, жители голубой страны Жевуны не поверили объяснению Виллины и решили, что Элли—могучая фея. Она пыталась им объяснить, что она обычная девочка, но те стояли на своём и до сих пор уверены, что она фея Убивающего домика, потому что "Обычные девочки не прилетают в Убивающем домике и не садятся—крак! крак!—на голову злым волшебницам". Ещё раз усмехнувшись, Дровосек снова взглянул на портрет и закончил: —В то время, она была просто потерянным ребёнком, которого оторвало от семьи и унесло неведомо куда. Она очень хотела вернуться домой, к своим родителям... Тут Правитель Фиолетовой страны спохватился и повернулся к своим гостям. —А вы ведь, тоже потеряны, как и она.—сказал он, с сочувствием— и вас тоже кто-то ждёт дома. Карандаш и Самоделкин словно опомнились от этих слов. —А ведь правда.—маленький волшебник схватился за голову—Наши ученики ведь остались без присмотра. —Они ребята умные, наверняка догадаются позвонить профессору, он присмотрит за ними.—принялся рассуждать Самоделкин—И не стоит забывать, что у Настеньки и Тимы есть родители. Но нас, скорее всего, уже на следующий день будут искать с милицией,так что возвращаться надо и какмодно скорее. —Мама тоже волноваться будет.—сказала Гайка. —Или злиться.—согласился Ластик. —Злиться вряд ли.—возразила железная собачка—Мы же не специально потерялись. —Не волнуйтесь.—Дровосек ободряюще улыбнулся, положив тяжёлую ладонь наплечо Самоделкина—Уже скоро придёт Страшила. Я уверен, он поможет. Настал вечер. Чудесные человечки и их щенки находились в гостевой комнате, что им отвёл Дровосек. Карандаш сидел на кровати, держась за голову. Его терзало беспокойство за оставленных в Дивогорске учеников. Самоделкин ходил по комнате взад-вперёд и думал. Ластик был на балконе и приводил себя в порядок, вылизываясь и вытряхивая пыль из пушистых ушек. Покончив с этим, он посмотрел на Гайку. Железная собачка тоже была на балконе и лёжа на животе, безучастным взглядом смотрела сквозь перила в сад, окружавший Фиолетовый дворец. Разноцветный щенок высунул язык и лизнул её мордочку. —Ты чего?—спросила Гайка, отстраняясь от него. —Тебя умыть надо, ты вся пыльная.—ответил её друг. —Я не пыльная.—возразила собачка, поднимаясь на лапки. —Нет, пыльная.—заявил Ластик, подходя ближе—И я от тебя не отстану, пока не умою. Гайка, по-видимому, вообще не хотела умываться и стала убегать от приятеля. —Да отстань ты, не пыльная я!—кричала Гайка. —Пыльная!—отвечал Ластик догоняя подругу—Самоделкин, между прочим, собирал собаку, а не поросёнка! Вот вернёмся домой, я маме расскажу, какая ты грязнуля! —Ну и рассказывай, доносчик—кошачий извозчик!—огрызнулась железная собачка. —Тише вы!—прикрикнул на них Самоделкин. Гайка резко остановилась и Ластик запрыгнул ей на спину, прижав её к полу. Теперь-то ей пришлось сдаться и позволить разноцветному пёсику умыть себя. —Как же мы попали.—горестно протянул Карандаш. —Не переживай, разберёмся.—ответил железный мастер—И не в таких передрягах побывали, придумаем что-нибудь. Весёлый человечек старался казаться бодрым и уверенным, чтобы подбодрить друга, но его голова ломилась от вопросов, принесённых сегодняшним днём. Как они тут оказались? Далеко ли родной Дивогорск? Смогут ли они... Нет, этот вопрос задавать не стоит. Конечно смогут! По-другому и быть не может. Ластик, тем временем, закончил "мучать" Гайку и слез с неё. Придирчиво оглядев её, он изрёк: —Ну вот, теперь не стыдно на глаза самому царю зверей показаться. —Видели мы уже этих царей.—недовольно проворчала Гайка, поднимаясь на лапки—В зоопарке, в клетке. —Кстати!—Самоделкин услышал их слова—Я думаю, Царю зверей о зоопарках лучше не рассказывать. Неизвестно какой будет его реакция, если он узнает, что его сородичей держат в клетках. Спорить с этим никто не стал. Действительно, не стоит навлекать на свой родной город гнев Царя зверей. Скоро в дверь раздался деликатный стук. Это был Дровосек, приглашал гостей на торжественную встречу с его друзьями. Встреча состоялась на площади, перед Фиолетовым дворцом. Дровосек вышел вперёд, встречать своих давних друзей. Гости из-за гор стояли чуть позади, мысленно подготавливая себя к новым знакомствам. На площади собрались Мигуны и Мигуньи, они с заметным нетерпением ожидали прихода дорогих гостей. И вот гости явились. Страшила Трижды Премудрый прибыл в нарядном паланкине, который несли четыре дуболома. Пугало широко улыбался и кланялся во все стороны, приподнимая широкополую шляпу, сшитую из зелёного бархата, с пришитыми к её полям золотыми бубенчиками. Рядом с паланкином, горделивой походкой шёл Смелый Лев. Он был немолод, но это совсем не портило его внешний образ. Серебристые пряди в косматой гриве, в сочетании с золотым ошейником придавали ему величественности. Перед самым дворцом, дуболомы остановились и опустили паланкин. Страшила вышел и опираясь о трость подошёл поближе к Дровосеку. Лев сделал тоже самое. —Безумно рад встрече, друг Дровосек.—весело сказал Страшила. —Я тоже очень рад видеть тебя, старый приятель.—вторил ему Лев. —И я рад нашей встрече, мои дорогие друзья.—улыбнулся им правитель Мигунов—Особенно рад, что ты, Лев, несмотря на немалый возраст, всё же находишь в себе силы навещать нас. Царь зверей усмехнулся и ответил: —Как бы ни была сильна старость, желание навестить друзей всегда будет сильнее. Решив, что на этом приветствие можно считать законченным, Дровосек указал на своих гостей: —Позвольте представить вам моих новых друзей. Они прибыли из-за гор. Карандаш, Самоделкин и чудо-щенята, всё это время стоявшие с изумлением на лицах и мордах, тут же очнулись. Чудесные человечки поспешили поклониться правящим особам Волшебной страны. Щенки вторили хозяевам, как можно ниже склонив головы к земле. —Рад приветствовать вас в Волшебной стране.—Страшила снял шляпу и шаркнул ножкой, кланяясь новым знакомым—Я Страшила Трижды Премудрый, правитель Изумрудного города, столицы нашей славной страны.—выпрямившись, он дружелюбно подмигнул чудесным человечкам—Друзья могут звать меня просто Страшилой. Лев кивнул и произнёс: —Я Смелый Лев, Царь зверей. Друзья Железного Дровосека—мои друзья. Рад встрече. —Очень приятно.—улыбнулся им Карандаш—Меня зовут Карандаш. Я волшебный художник. —Рад встрече.—Самоделкин выпрямился, как солдатик—Я Самоделкин, железный мастер. —Рад познакомиться!—хвостик Ластика завилял, подтверждая его слова—Я Ластик, верный друг Карандаша. —Добрый вечер.—Гайка была немного смущена—Моё имя Гайка и мой хозяин, как нетрудно догадаться, Самоделкин. После обмена приветствиями, и правители, и гости направились в Фиолетовый дворец, чтобы продолжить знакомство в кабинете Железного Дровосека.