Номер 34

Виктор припарковал машину перед облезлой кирпичной пятиэтажкой. Район ему сразу не понравился: для патруля он всегда старался выбирать зоны, которые были ближе к центру. Однако сегодня он приехал сюда не из-за работы. Выйдя из машины, Виктор случайно наступил в гниющие отходы еды: – Ну и свалка. В Низинах Антерии грязь была везде, однако на центральных дорогах мусор старались убирать раз в неделю. Полицейский сплюнул себе под ноги и зашагал к подъезду. Хотел было позвонить в домофон, но вовремя дернул дверь – она была размагничена. В нос ему тут же ударил едкий аммиачный запах, из-за которого к глазам подступили слезы. Переборов отвращение он зашел в подъезд, достал из кармана джинсов бумажку с записанным адресом: – Седьмая квартира, значит… Он поднялся на второй этаж, нужная ему дверь находилась слева. Подойдя ближе, он прислушался: в квартире раздавалось бубнение, а значит, Виктор пришел как раз вовремя. Закрыв рукой глазок, он постучал. Голоса в квартире стихли. Если здесь действительно живет хакер или группа людей, копающих под Академию, то для своих они наверняка придумали какой-то шифр, а значит уже поняли, что в квартиру наведался чужак. За дверью снова послышалась возня и Виктор не выдержал: постучал снова, на этот раз настойчивее. Через несколько секунд ему открыл молодой парень, лет 20 на вид. Чёрные, взлохмаченные волосы до подбородка подчеркивали темные глаза. Взгляд у него был внимательный и ясный, хоть на лице и прослеживались следы усталости и долгой бессонницы. – Чем я могу помочь? – начал он разговор. – Добрый день. Здесь проживает Ризо Маноль? Виктор скользнул глазами по квартире за спиной парня. На пуфах сидело трое человек, а на полу разбросаны карты: они пытались создать атмосферу бурной игры, но полицейский не купился. – А кто спрашивает? «Уходит от вопроса. Значит я пришел куда надо» – Виктор Поладо, патрульно-постовая служба полиции. У меня есть к нему пара вопросов. Темноволосый паренек без стеснения обшарил полицейского липким взглядом, а пара ребят за его спиной судорожно переглянулись. – Вы ошиблись квартирой. – Парень качнул головой вверх. – Пройдите на этаж выше. Он уже собирался закрыть дверь, но взбешенный такой дерзостью Виктор успел вставить ногу в дверной проём: – Либо ты даешь мне пройти, либо я вызываю подкрепление, и мы все вместе узнаем, какой херней вы здесь занимаетесь. Парень оглянулся назад, потом снова посмотрел на полицейского и медленно открыл ему дверь. Виктор вошёл в небольшую квартирку-студию, осмотрелся. Она выглядела обжитой, но количество вещей наводило на мысль, что здесь живет только один человек, а все остальные являлись гостями. Внимание Виктора сразу привлекла криво стоящая ширма, однако заглядывать за неё он пока не спешил. Полицейский решил начать издалека. – Как тебя зовут? – обратился он к темноволосому парню. Тот немного помолчал, но всё же ответил: – Кодрин. – Знаешь, Кодрин, – протянул Виктор, – именно так я себе представлял квартиру какого-нибудь хакера. Вся такая мрачная и маленькая. Мент начал медленный обход комнаты, заглядывая каждому из присутствующих в лицо. Когда-то давно на службе его научили: «При опасности мать первым делом ищет глазами своё дитя – самое важное, что есть в её жизни». Забавно, что это правило всегда работало безотказно. Например, сейчас парни смотрели то на толстяка, сидящего напротив кровати, то на ту самую ширму. Виктор продолжил: – Меня всегда удивляло бесстрашие хакеров. За кражу личных данных у нас срок дают. А они, хакеры это, такие самоуверенные, что порой теряют бдительность. – Виктор стал медленно идти в сторону толстяка, глаза того наполнились первобытным ужасом, он не отводил взгляда от полицейского. – Мы знаем законы нашей страны. – чуть ли не шепотом сказал Кодрин. Виктор проигнорировал его реплику и присел на корточки перед толстяком. Полицейский уже догадался, что это тот самый вор, который ему нужен: – А знаешь ли ты, Ризо, что происходит с хакерами, которые решаются своровать данные полиции об Академии? Ризо побледнел. Виктор побоялся, что он сейчас свалится в обморок, а потому решил немного поумерить пыл. Всё-таки он не понаслышке знал желание накопать что-то, что могло бы разрушить Академию. Он поднялся и начал идти в сторону ширмы. – Ирония в том, что даже полиция не знает, что происходит с этими людьми. Они просто… растворяются, будто их никогда и не было. Виктор вплотную подошел к ширме и, прежде чем её отодвинуть, решил послушать версии парней. Он повернулся лицом к черноволосому пареньку: – Я спрошу только один раз. Что вы имеете против Академии? Виктор услышал до боли знакомый щелчок лезвия, вставшего на замок. «У кого-то из них складной нож.» – С чего вы взяли, что мы имеем что-то против Академии? Виктор постарался сдержать нарастающее раздражение. – Если ты еще раз вместо прямого ответа начнешь увиливать, я перестану быть сговорчивым. – предупредил он. Полицейский специально сказал именно «сговорчивым». Он подозревал, что Кодрин наверняка достаточно умен, чтобы зацепиться за это слово. Виктор не ошибся. Сделав короткую паузу, парень ответил на его вопрос: – Если сейчас вы сговорчивы, то скажу правду. Мы готовим налет на Академию. В этот момент Виктор ухватился за ширму и рывком отодвинул её. Его взгляду открылась стена, извешанная всевозможной информацией об Академии. Слева висела целая дюжина объявлений о безвести пропавших детях в Низинах Антерии, справа располагались фотографии людей в белых костюмах, а в самом центре висело фото с изображением светловолосого пацана лет шестнадцати с татуировкой «35» на шее. Везде были расклеены вырезки из статей, стикеры с пометками и короткими записями, вырванные из блокнотов листы. «Какого черта…» Даже невооруженным глазом было заметно, что работа проделана огромная. «Они действительно копают под Академию. Сколько времени у них ушло, чтобы добыть столько информации?». Но Виктор задал себе неправильный вопрос. Его не столько интересовал вопрос сколько. Он не понимал откуда эти молокососы достали такое количество информации про Академию. Все данные о ней находились в папках TOP SECRET, а любые новости и статьи были купированные. Однако в тот же момент в голову Виктора пришла безумная мысль. Чего бы эти парни могли достичь, если бы кто-то из них имел доступ к тем самым секретным данным? Нет, не кто-то из них. Это должен быть сам Виктор. От одной только идеи у полицейского пробежали мурашки по спине. Он подозревал о том, что вся эта история с Академией была до жути подозрительной, но его руки были связаны, а в голову даже не приходило то, что среди обычных жителей Антерии может быть человек, готовый пойти против Академии. А тут – целая группа. За спиной Виктора послышались приближающиеся шаги, а значит решать надо быстро. Кодрин вооружен, следовательно интересы своей группы он будет защищать до конца, тем более, если им будет мешать полицейский. «Просто вот так взять и предать Антерию?» Хотя, он решил всё ещё тогда, когда выбрал в одиночку поехать искать хакера, взломавшего его компьютер. Ну уж если говорить совсем прямо, Виктор определился уже тогда, когда не сказал Шефу о том, что кто-то пытался своровать данные об Академии через него. Виктор сделал глубокий вдох и, словно сдирая пластырь, выпалил: – Не лучше ли будет иметь своего человека среди полиции, когда готовишь такое знаменательное событие? *** Кодрин посмотрел на стену с информацией об Академии. С тех пор, как к «квартире» присоединился Виктор, она пополнилась огромным количеством данных, хоть он и приносил их нечасто. Тем не менее, за четыре месяца Виктор смог добыть основную часть нужной информации. Например, Кодрину теперь было известно количество работников в Академии и в каких конкретно отделах и частях они работают. В полицию Низин также регулярно приходили письма. Они включали в себя дату, точное время, а также место, в котором Академия будет «искать» себе новых учеников. Это делалось, чтобы стражи не околачивались в районах поиска детей, а также для того, чтобы полиция заранее проследила за тем, чтобы вокруг не оказалось свидетелей, когда люди в белых костюмах будут забирать ребенка. По словам Луки, каждое лето на билбордах в Низинах Антерии резко увеличивается количество объявлений о пропавших детях от 5 до 7 лет. Вначале Кодрин не воспринимал информацию в серьез, и собирал все объявление, просто чтобы успокоить наконец Луку, который каждую встречу жужжал ему над ухом о том, насколько это подозрительно. Однако в один день Виктор принес целую стопку писем от Академии, где говорились детали о поиске нового ученика. А позже Виктор выяснил, что полиция сама регулярно отправляла письма с информацией о неблагополучных семьях с детьми, в которых явно не следили за тем, где проводит свободное время их чадо. Кодрин не помнил, как он стал учеником Академии, но мысль о том, что он был одним из этих похищенных детей вызывала смешанные чувства. С одной стороны Коди злился: у него отняли нормальное детство и семью, но с другой понимал, что детство любого ребенка в Низинах с огромной натяжкой можно назвать нормальным. Воспитываться в качестве наемного убийцы без права голоса, но в тепле, сытости и роскоши, или с младенчества не жить, а выживать, собирая еду по углам, но быть свободным? От раздумий Кодрина отвлек звук уведомления, но доносился он не из его кармана. Коди пошарил глазами по комнате и обнаружил рабочий телефон Акари на кухонном островке. «Опять забыл, – понял Коди» Он открыл сообщение, на экране высветился незнакомый номер: «8 мг крыльев» Время было начало шестого, а значит Акари уже спал, придется ехать на заказ самому. Просчитав, сколько времени потребуется, чтобы заехать за товаром, а потом и до точки, он ответил: «6:30, Руговский переулок» Взял запасные ключи от гаража и вышел из квартиры. На улице было по-утреннему свежо, по углам то и дело валялись пьяные тела. Вообще Кодрин не любил ходить на заказы сам, этим в основном занимался Акари, тем более что контакты дилеров были только у него. Кодрин терпеть не мог торчков, тем более тех, кто сидел на крыльях. Дурь это была не слабая, а если еще и делать долгие паузы между дозами, то можно словить серьезные галлюцинации. Кодрин был как-то на такой сделке, наблюдал из машины, как Акари передавал товар. Хмырь дергался, говорил что-то голосам из своей головы, а когда Акари подошел к нему со спины, то и вовсе чуть не полез в драку. Своей машины у Коди не было, хоть фальшивые права на фальшивое имя имелись. Благо, идти было не далеко. Коди специально подыскал квартиру поближе к дому Акари, чтобы, в случае чего, было место, где можно спрятаться. На полпути Кодрину пришлось изменить маршрут, и идти по более долгой дороге, так как на встречу к нему шагали двое полицейских. Докапываться до обычных прохожих они, конечно, вряд ли станут, работы в Низинах у них и так хватает, но перестраховаться ему не помешало бы. В тишине дорога казалась невероятно долгой. Прошло будто не десять минут, а целый час, пока он наконец не вставил ключ в ржавый замок. В доме было тихо и темно, а травянистый запах, казалось, заменяет в нем кислород. Кодрин подошел к столику в гостиной, подобрал какую-то бумажку с пола, и начеркал короткое сообщение: «Ты забыл. Был заказ, я его отнес. Кодрин» и положил сверху телефон.             Товар Акари держал в гараже. Забавно, что зип-пакеты он держал как раз в том металлическом болоне с надписью «Codrin». Акари никогда не говорил об этом, но он наверняка догадался, где Коди взял имя. Взяв пару пакетиков, Кодрин вышел на улицу. До Руговского переулка пешком не дойти, потребуется часа два, если не больше, так что Коди решил сесть на автобус. Они с Акари давно обговорили, что заказы будут отдавать вдалеке от «квартиры», а возвращаться нужно было обязательно петлями, чтобы не вывести торчков на свое место жительства. По дороге на место, Кодрину на телефон пришло несколько сообщений от Лауры: «Живет в 2 кварталах от квартиры. Меня не видел. Напиши мне перед тем, как вызовешь его. Кстати, перед его домом стояла дорогая тачка. Темно-синий седан с матовой отделкой и серебряной эмблемой на решётке радиатора. Не знаю его ли она, но раньше такой машины я не видела.» Он ответил: «Ок, проверим.» Наконец выйдя из полуразвалившегося автобуса, Коди потребовалось немного времени чтобы привыкнуть к устойчивости. Тряска была такая, что из него чуть не вывалились все органы. На остановочной лавке лежал какой-то мужик. По длинной бороде стекала какая-то жидкость, образовывая лужицу на пыльном асфальте. – Дядь! – позвали где-то сзади. Коди обернулся. Возле мусорки стоял пацан лет 11. Одежда вся порвана, в руках дырявый пакет. Скорее всего, он достал его из мусорного бака, чтобы найти немного еды. – Чего тебе? – Сигаретки не найдётся? – А бычков не нашел что-ли? – Да походу этот бомж все скурил! – пацан зло зыркнул на спящего. Коди ударил по карманам, в одном из них нашёл почти полную пачку. Передал одну сигарету мальцу. Вообще, курить он не особо любил. Делал это только за компанию или чтобы не казаться подозрительным, когда следил за кем-то. Пацан кивнул Кодрину и достал из кармана помятую коробку спичек, а Коди пошёл дальше. Покупатель стоял между домами, и, только подойдя ближе, Коди почувствовал ужасно сильный запах аммиака. «Это не на долго, просто потерпи. – старался уговорить он себя» Он кашлянул, чтобы обозначить свое присутствие, парень судорожно обернулся. Лицо осунувшееся и бледное, глаза красные, будто облитые спиртом, вся одежда грязная и порванная. Коди еле сдержался, чтобы не скривить лицо. Самым тяжелым после Академии было привыкать к грязи. – Оплата вперед. – предупредил Кодрин. – Да, да… – залепетал парень. – Я знаю, я уже это… Вот. – в трясущихся, будто наэлектризованных, руках было несколько смятых купюр. Коди хотел протянуть товар, но задумался. В компаниях таких людей обычно часто ходит информация. – Так, где товар? – недоуменно спросил покупатель. – У тебя глаза красные, значит травой перебивался, потерпишь. Новости есть? Парень обтер руки об шорты, и уставил взгляд на карман Кодрина. Продавец намек понял и, закатив глаза, всё-таки протянул зип-пакет, а парень выхватил его с таким озверением, что Коди вздрогнул. Пакетик открылся в ту же секунду, торчок окунул палец в синий порошок и растер его под губой. Кодрину захотелось сплюнуть от отвращения. – Ну? – Да это, не особо. Хотя не, есть кое-что. – парень судорожно тряхнул головой. – К нам тут типок новый на район пришел. Так он зеленый был совсем, хотя и видно, что из Вышек. Весь такой «Добрый день», «Позвольте спросить». – Зачем зеленому в этом районе закупаться? – Так вот и я об этом. Но не суть дела. Я это к чему. Он спрашивал, где в Низинах можно товаром закупиться, все дела. Мы у него спрашиваем, мол, зачем в Низинах закупаться, если в Вышках есть дурь нормальная. Он сказал, что на какое-то время к нам перебирается. – Ну и что? Какая мне разница кому что продавать? – Так я тоже сначала подумал, что всё норм, но я у него в кошельке нехеровую пачку бабла подметил. За такие деньги можно лучшую дурь в Вышке найти, так зачем ему тут закупаться. Кодрин задумался. Стал размышлять вслух. – Ну да, учитывая, что он границу без проблем может переходить. – Во-во! – Куда вы его отправили? – В Крышу, конечно, куда же еще. Сказали у бармена спросить. – Стоп, в Крышу?! – Кодрин стал сопоставлять факты. За последнее время в крыше он видел только одного нового человека. – Когда это было? – Да вот, пару дней назад. – Понятно. Спасибо за информацию. – Да обращайся, че уж там. Поглощённый размышлениями об этом зеленом парне Кодрин развернулся, и побрел прочь. – Эй! – окрикнул его тот парень. – Поговори с Акари, может до него еще что-то донесли. Кодрин не стал оборачиваться. Ему не хотелось проводить ни секунды больше в этом месте. Но просьбу он услышал, а потому сразу достал телефон и набрал текст: «Есть разговор. Как проснешься, приходи.» и отправился на остановку. *** Услышав пароль в дверь, Кодрин по привычке обернулся проверить, закрыты ли шторы. В дверях стоял Акари. С чернильных волос падали капли воды. – Там же не было дождя. – то ли вопросительно, то ли утвердительно сказал Кодрин. – Я не сушил волосы после душа. Что за новости? – Мне сказали, что в районе новые люди. Слышал что-нибудь? Акари, кинув телефон и ключи на один из пуфиков, сразу подошел к холодильнику. – Не-а. А что такого? Новые и новые. – Говорят, он из Вышки. – Ого, – удивился Акари, – что он тут забыл? Он достал из холодильника йогурт, проверил срок годности. – Ты съел вишневый? – Нет. Я подозреваю, что этот человек и есть Раду. Акари застыл у шкафчика со столовыми приборами, впялив глаза в Кодрина. – Чего? – Этого «нового» человека встретили пару дней назад, а Раду объявился в баре вчера ночью. – Совпадение? – предположил Акари. – Я видел у него в кошельке огромную кучу денег, покупатель тоже упомянул об этом. Плюс они направили его в крышу, чтобы товар купить. Акари уселся на пуф, и, размешивая йогурт, стал размышлять. – Он же говорил, что у него родителей Академия убила. Зачем Академии Высших убивать? Кодрин не нашелся с ответом. Конечно, секреты тут есть у всех, а Раду они вообще планировали использовать, как приманку, скрывая от него почти все подробности их работы. Мог ли он соврать Кодрину, чтобы спасти свою жизнь? – А когда он ушёл ночью, за ним кто-то проследил? – Я дал задание Лауре, она узнала, где он живет. – Будешь с него спрашивать? Кодрин задумался. Из Вышки он или нет – особо значения не имело. Его больше волновал тот факт, что он это скрыл. Хотя, в целом, это было ожидаемо. Не на своей территории Вышки не будут распространяться о своём происхождении, то же самое сделал бы и Низший, окажись он в такой же ситуации в Высшем свете. – Нет, не сейчас. – наконец ответил Кодрин. – Сначала нужно его проверить. Посмотреть, как он себя ведет, что говорит. – Как скажешь. – Акари немного подумал, после чего добавил, – Может стоить его как-нибудь подловить? Ну, заставить сказать что-то не то, или типа того. Коди кивнул: – Ты прав. Тогда нам нужно прокопать под него, чтобы понимать, что он вообще из себя представляет, и о чем конкретно он врет. – Думаешь, стоить дать это задание Лауре? – Акари с хрипом поднялся с пуфа. – Да, с информацией она работать умеет. Но для начала просто поговорим с ним. Посмотрим на язык тела. Акари показал большой палец и, доев йогурт, выкинул упаковку в мусорку. – Ты работаешь сегодня? – спросил он, поставив чайник. – Да. Сейчас посплю, а потом на работу. – Кодрин встал, потянулся к шкафчику с кружками. – Думал вечером отпроситься пораньше и снова собрать всех. Пора бы нам уже на ту сторону перебираться. – Да, кстати об этом. С чего мы начнем? – Изначально я хотел изучить всю Вышку. Посмотреть ближайшие полицейские участки, пути отходов, есть ли способ вернуться в Низины не через КПП. – И ещё. – добавил Акари, – Надо бы поискать заброшки, в которых пересидеть можно будет. Вдруг на нас охоту объявят. – Хорошая идея. – Слушай, говоря о Раду. Ты не думал, что иметь знакомого из Вышек будет даже полезно? Мало ли какой информацией он может поделиться? – Не знаю, – признался Кодрин. – я ему ещё не доверяю. Да, по его словам, Академия убила его родителей, но сам он из Вышек. Думаешь кто-то из Низин стал бы идти против своих? – Не сравнивай нас с Вышками. – Акари сказал это серьезно, будто эта фраза могла его действительно обидеть. – Я не сравниваю, но ты подумай сам. Даже если не говорить о преданности, в Вышках и слава, и деньги, и еда. Тот, кто вырос в таком обществе, никогда бы не променял его на грязь. – Но ты же променял. Их диалог прервал раздражающий писк чайника. Акари сразу снял его с плиты. Кодрин понял, что сейчас они оба ходят по тонкой грани. У каждого из них свои травмы и пусть их связывает ненависть к Академии, но у них абсолютно разное прошлое и друг друга понять им будет сложно. Так что, чтобы не наговорить друг другу лишнего, Коди решил вернуться к прошлой теме: – Давай опять к планам. Сколько людей стоит на охране во вход в Академию я знаю, но надо бы убедиться, что после моего побега их количество не выросло. – Ты же хотел еще Ризо отправить, чтобы он… В дверь постучали. Кодрин никого не ждал, но стук был кодовым, а значит кто-то с утра пораньше решил прийти в квартиру. В следующую секунду прозвучал звук открывающегося замка. – Лаура? – Акари недоверчиво посмотрел на настенные часы. – Что-то ты рано. – У меня нечем завтракать. – прохрипела она сонным голосом и сразу побрела к холодильнику. – Есть яйца и колбаса. – Коди повернулся к Акари и продолжил прерванный диалог. – Да, я хотел отправить Ризо, чтобы он подключился к вайфаю Академии, но это будет чуть позже. Сначала нужно убедиться, что он научился заметать свои следы. В Академии наверняка не обрадуются, если узнают, что к их вайфаю подключено лишнее устройство. Акари кивнул и отпил немного чая. Лаура к этому времени уже успела оккупировать кухню, так что парням пришлось перебраться на пуфики, чтобы не мешать ей готовить. – Натуральная домохозяйка, – отшутился Акари. – так и не скажешь, что карманница. Лаура повернулась, держа в руке чайную ложку, и, улыбаясь лишь губами, язвительно ответила: – Возможно, мне пришлось бы воровать меньше, если бы кое-кто не выкидывал ложки вместе с йогуртом каждый грёбанный раз. – она с силой кинула ложку в раковину. – Нет, ну серьезно, у нас половина бюджета на это уходит. Акари промолчал, и Лаура вышла с этой перепалки победителем. Лауру Кодрин подметил ещё в «крыше». Каждые субботу и воскресенье он слышал жалобы клиентов о пропавшем кошельке, или, что было более удивительно, о пропавших прямо с руки часах. Кодрин бы и не обратил на это внимание, если бы не подметил, что именно в эти, и только в эти дни в бар приходила молодая девушка. Она никогда ничего не покупала, а лишь околачивалась то там, то тут около часа, после чего уходила. В один из таких дней он просто поймал её за руку, но, к удивлению самой Лауры, отчитывать её не стал. Он предложил ей работу. – У нас для тебя новое задание. – начал Коди. Поставив тарелку с яичницей на кухонный островок, Лаура рухнула на стул и протянула замученным голосом: – Да я догадалась уже. Надо за этим парнем проследить. – она скучающим видом повозила еду по тарелке. – Как там его звали? – Раду. – Точно, Раду. – Лаура щелкнула пальцами. – А причина слежки? – Он врет нам о своей личности. – только успел произнести Акари, как подпрыгнул от смешка Лауры, звук которого, казалось, отразился от стен соседнего дома. – Да что ты, правда? – хохотала она. – Чья бы корова мычала! – Мы ему еще даже врать не начали! – стал спорить Акари. – Ты с ним и парой слов еще перекинуться не успел. Всему своё время. Акари промолчал. Отрицать этого не было смысла. – Тем не менее, – вклинился Коди, – нам нужно понимать, о чем конкретно он нам врет, так что слежка за ним обязательна в любом случае. Эта задача ясна? – Да, ясна. – ответила Лаура и вернулась к своему завтраку. Кодрин взглянул на часы. Время уже подходило к обеду, а значит ему стоило ложиться спать, чтобы продержаться всю рабочую смену, а потом ещё и собрание в квартире. Он достал телефон и написал в общий групповой чат. «Сегодня закупаемся продуктами» Лаура и Акари прочитали сообщение сразу, а остальные за это время подтянутся. Кодрин встал и, поставив чашку в раковину, стал по очереди проверять, что все электроприборы в доме отключены. Он делал это каждый раз, когда выходил из дома или шёл спать. Лишних денег у него нет, так что приходилось считать каждую монету. Лаура и Акари даже не обратили на это внимание. Удостоверившись, что всё отключено, Кодрин предупредил ребят:   – Я пойду спать, так что ведите себя тише. Лаура вытянула большой палец в знак одобрения, а Акари еле заметно качнул головой. Кровать была жесткой, из подушки торчали перья и пахла она сигаретным дымом. Кодрин очень долго привыкал к такому образу жизни после белоснежной воздушной кровати в Академии, но приспособиться ему помогла мысль о том, что он согласился бы спать даже на улице, лишь бы не в Академии. Из-под подушки он достал снотворное и проглотил, не запивая, сразу три таблетки. Без них уснуть он просто не мог, а достать их было проще всего – сильнодействующие через Акари, а слабые он воровал в аптеке. Тугой сон медленно обволакивал его сознание. Кодрину показалось, будто вокруг его головы стягивают пакет, ограничивая доступ к воздуху. Однако снотворные действовали слишком сильно. Смирившись с чувством удушения, он провалился в тяжелый сон.