Семья не по крови 3 том

Лия Беннет не планировала становиться матерью. У неё была карьера, которая только начинала восстанавливаться после провалов. У неё был Марк Дэвис — бывший враг, который каким-то чудом стал чем-то большим. И у неё была съёмка через три часа, на которую она уже опаздывала. — Где кофе? — спросила она, врываясь в свой трейлер. — Кофе у меня, — сказал Марк, сидя на диване. — Но сначала посмотри на это. Он кивнул в сторону кресла. Там сидел мальчик. Лет семи, в грязной футболке с Человеком-пауком и с видом человека, который только что сбежал из цирка. — А это кто? — спросила Лия, застыв на месте. — Это Лео, — сказал Марк. — Сын осветителя Тома. Тома неожиданно вызвали в город на два дня. Он оставил сына здесь и попросил присмотреть. — На два дня? — Лия перевела взгляд с Марка на ребёнка. — Ты вообще умеешь обращаться с детьми? — Я умею обращаться с людьми, — обиделся Марк. — Это почти одно и то же. — Ты вчера чуть не залил кофе свой ноутбук. — Это был не кофе, а творческий кризис. Лео молчал. Он переводил глаза с Марка на Лию и обратно. А потом выдал: — Вы дерётесь как мои родители. Только они теперь не дерутся. Они развелись. Наступила тишина. Лия опустилась на корточки перед мальчиком. — Прости, мы не хотели ссориться при тебе. Как тебя зовут, мы уже знаем. А что ты любишь? — Пиццу, — сказал Лео. — И когда меня не спрашивают про родителей. Марк бросил на Лию быстрый взгляд. Она кивнула. — Хорошо, — сказала Лия. — Тогда мы сейчас найдём тебе пиццу. Идёт? Лео кивнул. Пиццу нашли в буфете съёмочной площадки. Она была холодной, но Лео съел два куска и даже не поморщился. — Ты голодный, — заметил Марк. — Тебя не кормили? — Папа сказал, что покормит в городе, — пожал плечами мальчик. — А его увезли быстро. Я не успел. Марк и Лия переглянулись. — Ладно, боец, — сказал Марк, хлопнув Лео по плечу. — Сегодня ты с нами. Лия взяла ключи от трейлера отца Лео и пошла проверить. Внутри было пусто. Только спальный мешок, две банки тушёнки и стопка детских раскрасок. — Марк, — позвала она, выходя. — У него даже кровати нет. — Вижу. — Ему семь лет, Марк. — Я знаю. Что предлагаешь? — Оставить у нас. До приезда отца. — Ты уверена? — Нет. Но другого варианта нет. Лео стоял в стороне, ковыряя носком кроссовка землю. Лия подошла к нему. — Лео, ты останешься с нами на два дня. Поживёшь в нашем трейлере. Там есть диван. Идёт? — А вы не будете ссориться? — Постараемся, — сказал Марк. — Не обещаю, — честно ответила Лия. Лео посмотрел на них, подумал и кивнул.

***

Первый день был хаосом. Лео отказался есть кашу на завтрак. Сказал, что каша «для маленьких», а он уже большой. Марк попытался изобразить фокус с монеткой, чтобы отвлечь его, но монетка упала в тарелку с супом. — Ты специально? — спросила Лия. — Нет, — виновато ответил Марк. — У меня руки не из того места растут. Лео засмеялся. Впервые за всё время — звонко, по-детски. — Вы смешные, — сказал он. — Вы как клоуны, только страшные. — Спасибо, — сказал Марк. — Лучший комплимент. Лия фыркнула. Но внутри у неё что-то оттаяло. На второй день они купили Лео новые раскраски и фломастеры. Мальчик рисовал всё подряд: кинокамеру, трейлер, Питера Паркера и почему-то лося из отеля «Уютный приют». — А это кто? — спросил Марк, показывая на фигурку с крыльями. — Это ты, — сказал Лео. — Ты супергерой. Только без плаща. — А почему без плаща? — Потому что ты забыл его в трейлере. Лия рассмеялась. — А я? — спросила она. — Меня ты нарисовал? — Да. Ты ангел. — Лео показал рисунок. — Ты злая, но красивая. — Я не злая. — Злая. Но мне нравится. Марк тихо сказал: — Он тебя раскусил за два дня. А у меня ушли годы. — Заткнись. — Видишь, злая. Лео засмеялся. В тот вечер они втроём смотрели мультфильмы. Лео заснул на коленях у Марка через полчаса. Марк не шевелился три часа — боялся разбудить. Лия сфотографировала их и поставила на заставку телефона. — Ты меня удалишь, — предупредил Марк. — Ни за что, — ответила она.

***

Третий день начался с дождя. Лия проснулась от того, что кто-то трогал её за нос. Лео стоял рядом и улыбался. — Ты храпишь, — сказал он. — Храпит Марк, — поправила Лия. — Нет, это ты. Я слышал. Марк, который уже проснулся, тихо засмеялся в подушку. — Предатель, — сказала Лия. — Я с ребёнком заодно, — ответил Марк. — У нас пакт. — Какой? — Не говорить тебе, что ты красивая по утрам. В тот день у Лии была сложная сцена. Она плакала по-настоящему — роль требовала слёз. После дубля она ушла за трейлер и села на мокрую траву. Марк нашёл её через пять минут. — Ты как? — Нормально. — Лео хочет тебя обнять. — Что? Из-за угла выглянул мальчик. — Я видел, как ты плакала, — сказал он. — Ты плачешь как моя мама. Когда она думала, что никто не видит. — Лео… — Можно, я тебя обниму? Мама говорила, что объятия лечат. У Лии подкосились ноги. — Да, — прошептала она. — Можно. Лео обнял её. Крепко, по-детски, всем телом. У него пахло фломастерами и мармеладом. — Ты хорошая, — сказал он. — Даже когда злая. Лия не выдержала. Она заплакала снова. Но на этот раз не по роли. Марк стоял в стороне. Потом подошёл, сел рядом и обнял их обоих. — Семья? — спросил Лео, уткнувшись носом в Лиино плечо. — Семья, — сказал Марк. — Временная, — поправила Лия, но голос её дрогнул. — Ничего временного не бывает, — сказал Лео. — Моя мама так говорила. А потом она ушла навсегда. Тишина. Дождь стучал по крыше трейлера. — Как ушла? — спросил Марк тихо. — Она заболела. Папа сказал, она в больнице. А потом сказал, что она не вернётся. Я не понял тогда. А теперь понял. Лия прижала его крепче. — Ты не один, Лео. — Знаю. Папа есть. Но он всё время работает. — Теперь ещё и мы есть, — сказал Марк.

***

Отец Лео приехал в семь вечера. Он был не осветителем, как они думали, а водителем грузовика. Усталый, небритый, с покрасневшими глазами. — Спасибо, что присмотрели, — сказал он, не глядя на Марка. — Лео, собирай вещи. — Пап, а можно они завтра придут? — спросил мальчик. — Некогда. Мы уезжаем в восемь. — Куда? — В другой город. Я нашёл работу. Лия почувствовала, как к горлу подступает ком. — Том, — начала она. — А где будет жить Лео? В машине? — Это не ваше дело. — Становится, — сказал Марк, делая шаг вперёд. — Ваш сын спал в спальном мешке на голых досках. Том опустил глаза. — Я работаю. Я не могу снять квартиру. У меня нет денег. — А мать? — спросила Лия. — Умерла. Два года назад. — Он рисует нас с крыльями, — сказал Марк. — Он называет меня супергероем, а Лию — ангелом. Он хочет семью. — У него есть я. — Вы — отец. Это не одно и то же. Том молчал долго. — У меня нет выхода, — наконец сказал он. — Я не умею быть добрым. Не умею разговаривать. Я только работаю. — Тогда научитесь, — сказала Лия. — Ради него. — Вы правда думаете, что я не пытался? — Думаем, что вы можете попробовать ещё раз. Лео стоял между ними, сжимая в руке рисунок. — Пап, — сказал он тихо. — Они хорошие. Можно я буду с ними иногда? — Мы не против, — быстро сказала Лия. — Если Том не против. Том посмотрел на сына. Потом на Марка и Лию. — Иногда — можно. Лео улыбнулся.

***

Прошёл месяц. Лео приезжал каждые выходные. Отец оставлял его на субботу и воскресенье, а забирал в воскресенье вечером. Однажды он сказал: — Он вас любит. Я это вижу. — Мы его тоже, — ответил Марк. — Вы не обязаны были. — Мы не обязаны. Но мы выбрали. В то воскресенье Лео нарисовал новый рисунок. На нём были три фигурки под солнцем — большая, чуть поменьше и маленькая. Он написал внизу: «Моя семья» Лия повесила рисунок на стену в трейлере. — Это лучше любой награды, — сказала она. Марк обнял её. — Знаешь, — сказал он. — Я думал, что семья — это кровные узы. — А теперь? — А теперь я знаю, что семья — это те, кто остаётся. Даже когда не обязан. — Даже когда с тобой сложно. — Даже когда ты злая по утрам. — Я не злая. — Злая. Но Лео прав — красивая. Она чокнулась с ним чашкой кофе. За окном шумела съёмочная площадка. Где-то кричал режиссёр, бегали ассистенты. А у них в трейлере было тихо и спокойно. Потому что они нашли семью там, где не искали. В грязной футболке с Человеком-пауком. В рисунке с крыльями. В мальчике, который назвал их мамой и папой. И это было важнее любых слов.

***

Ещё через месяц Лео приехал не в субботу, а в пятницу. Том позвонил Марку и сказал: — У меня рейс на три дня. Справитесь? — Справимся, — ответил Марк. — Только… — Том замолчал. — Лео просил передать вам подарок. Он сам сделал. Не смейтесь. — Не будем. Лео вошёл в трейлер с большим свёртком в руках. Он был похож на муравья, который тащит ветку. — Это вам! — выпалил он, протягивая свёрток Лие. Она развернула. Это была рамка. Самодельная — из картона и клея, с блёстками и кусочками цветной бумаги. А внутри — новый рисунок. На этот раз на рисунке было четыре фигуры. Марк, Лия, Лео. И четвёртая. — Это… папа? — удивился Марк. — Да, — кивнул Лео. — Я хотел, чтобы мы все были вместе. Лия почувствовала, как горло сдавило. — Лео, это прекрасно. — Я ещё не закончил. — Он полез в карман и достал маленький листочек, сложенный вчетверо. — А это тебе, Марк. Марк развернул. На листочке был нарисован супергерой в плаще. — А плащ? — спросил Марк. — В прошлый раз я был без плаща. — Ты теперь с плащом, — важно сказал Лео. — Потому что ты настоящий супергерой. Не как в кино. А по-настоящему. Марк не нашёлся, что ответить. Он просто притянул мальчика к себе и обнял. — Спасибо, боец, — прошептал он. — Не за что, — ответил Лео и спрятал лицо у него на плече. Лия смотрела на них и улыбалась. Ей казалось, что ещё немного — и она расплачется. Но она сдержалась. — А мне? — спросила она. — Мне что-нибудь привёз? Лео отстранился от Марка и хитро посмотрел на Лию. — Тебе я привёз… — Он покопался в кармане. — Вот! Это был камушек. Обычный серый камушек, гладкий, как будто его долго облизывала река. — Зачем? — спросила Лия. — Чтобы ты не плакала, — сказал Лео. — Я нашёл его на берегу. Он тёплый. Потрогай. Лия взяла камушек. Он и правда был тёплым. Возможно, от рук мальчика. — Спасибо, — сказала она. — Я буду хранить его всегда. — И будешь вспоминать меня? — Каждый день. Лео довольно кивнул и побежал смотреть мультики. Марк подошёл к Лие. — Ты в порядке? — Да. Просто… — Она посмотрела на камушек. — Он такой маленький, а столько в него вложил. — Дети умеют. Они вкладывают сердце в каждую мелочь. — Ты стал сентиментальным, Дэвис. — Это ты на меня так действуешь. Она улыбнулась и спрятала камушек в карман.

***

За эти два дня Лео показал им, что значит быть семьёй. Он научил их завтракать вместе — даже когда все опаздывают. Он научил их ссориться тише — чтобы он не слышал. И он научил их мириться быстрее — потому что его рисунки с крыльями стоили дороже любых обид. В воскресенье вечером Том приехал за ним. Он выглядел отдохнувшим и даже улыбнулся. — Как он? — спросил он. — Лучше, чем мы, — ответил Марк. — Спасибо вам. Я не знаю, как отблагодарить. — Привозите его почаще. Это лучшая благодарность. Том кивнул. Лео подбежал к Лие и обнял её за ноги. — Ты будешь скучать? — Очень, — сказала Лия, гладя его по голове. — Я тоже. Приезжайте к нам. — Обязательно. Марк протянул Лео кулак для fist bump. Лео ударил своим маленьким кулачком. — Ты супергерой, — сказал он. — А ты — мой главный фанат, — ответил Марк. — Нет, — серьёзно сказал Лео. — Я твой сын. Можно? Марк замер. Лия замерла. Том замер. — Лео… — начал Том. — Пап, я знаю, что они не настоящие. Но можно я буду называть их так? Только иногда? Том посмотрел на Марка и Лию. Они не знали, что сказать. Но глаза у обоих были влажными. — Можно, — сказал Том. — Если они не против. — Мы не против, — выдохнула Лия. Лео улыбнулся и побежал к машине. — Мам! Пап! Пока! — крикнул он, махая рукой из окна. Лия не выдержала. Слеза скатилась по щеке. — Ты плачешь? — спросил Марк. — Нет. — Врёшь. — Да. Плачу. — Я тоже. Они стояли на дороге, смотрели вслед уезжающей машине и плакали. Два актёра, которые играли любовь. Два взрослых человека, которые нашли семью в семилетнем мальчике в футболке с Человеком-пауком.

***

Через три месяца Лия и Марк купили дом. Не большой. Не пафосный. Просто дом, где была комната для Лео. — Ты серьёзно? — спросил Марк, когда она показала ему объявление. — Серьёзно. Он должен знать, что у него есть место. Даже если он приезжает раз в неделю. — А если его отец переедет? — Значит, будем ездить мы. Марк посмотрел на неё долгим взглядом. — Ты изменилась. — Это ты изменился. — Может, мы оба. Они купили дом через две недели. Комната Лео была самой светлой — с большим окном, с кроватью в виде машины и с полкой для его рисунков. Когда Лео впервые её увидел, он не сказал ни слова. Он замер на пороге и просто смотрел. — Это… моя? — спросил он. — Твоя, — сказала Лия. — Насовсем? — Насовсем. Он бросился ей на шею. — Ты самая лучшая! Самая-самая! — А я? — спросил Марк. — Ты тоже. Но она лучше. Потому что она догадалась первая. Марк сделал вид, что обиделся, но Лео подбежал и обнял его. — Ты тоже лучший. Просто второй. — Я запомню. — Запомни. И купи мне мороженого. — Сначала обед. — Мам, — Лео повернулся к Лие. — Скажи ему. — Он прав, — сказала Лия. — Сначала обед. — Вы заговорщики, — заявил Лео, но улыбался при этом. Они пообедали втроём за большим столом. Лео рассказывал про школу, про друзей, про то, как нарисовал новую картину. — Какую? — спросила Лия. — Сейчас! Он убежал и вернулся с листом бумаги. На нём был нарисован дом. Большой, разноцветный, с тремя фигурками и солнцем. — Это мы, — сказал Лео. — Наша семья. Лия не выдержала и расплакалась. — Мам, ты опять плачешь, — вздохнул Лео. — Это от счастья. — Тогда плачь. Но потом будем смотреть мультики. Марк протянул ей салфетку. — Ты слышала? Потом мультики. А пока иди сюда. Он обнял её. Лео обнял их обоих. Так они сидели долго. Втроём. В новом доме. С рисунком на стене. Потому что иногда семья рождается не из крови. Иногда её создают рисунки с крыльями, камушки из кармана и слова «можно я буду называть вас мамой и папой?». И это было важнее любых сценариев.

***

Дом постепенно наполнялся Лео. Не вещами — нет, вещей у мальчика почти не было. Он наполнял дом звуками. Его смех разлетался по коридорам, когда он играл в супергероя с Марком. Его шаги стучали по лестнице, когда он бежал за Лией на кухню. Его голос — тихий, серьёзный — звучал по вечерам, когда он рассказывал про маму. — Она любила печь пироги, — говорил Лео, глядя в потолок. — А ты помнишь, какие? — спрашивала Лия. — Яблочные. Я не люблю яблоки, но её пироги я любил. — Хочешь, я попробую испечь? — Ты умеешь? — Нет. Но могу научиться. — Тогда пеки. А я буду пробовать. Лия училась печь пироги. Первый получился углём. Второй — углём с начинкой. Третий — почти пирогом. — Съедобно, — сказал Лео, жуя. — Но мамины лучше. — Спасибо, — сказала Лия. — Я старалась. — Старайся дальше. Марк сидел в дверях и слушал этот диалог. Он улыбался. Ему казалось, что ничего смешнее и трогательнее он в жизни не слышал. — Ты чего улыбаешься? — спросил Лео, заметив его. — Так просто. — Просто так не улыбаются. — А как надо? — Когда счастлив. Ты счастлив? — Да, боец. Я счастлив. — Тогда ладно. Иди сюда. Марк подошёл. Лео протянул ему кусок пирога. — Ешь. Ты должен набираться сил. — Зачем? — Ты супергерой. Супергерои должны много есть. — А что, если я наемся и лопну? — Тогда не будешь супергероем. Марк засмеялся и съел пирог. Он был ужасным. Но лучшим в его жизни. *** Том приезжал всё чаще. Не только забирать Лео — просто поговорить. Однажды он сказал Лие: — Спасибо, что вы его не бросили. — Мы не бросаем своих, — ответила Лия. — А он стал вашим. Я вижу. — И вашим тоже, Том. Мы не собираемся его забирать. Мы просто рядом. — Знаю. Поэтому я и спокоен. Он помолчал и добавил: — Раньше я боялся, что он будет меня стесняться. Что вы крутые актёры, а я водитель грузовика. — Он вас не стесняется. Он вас любит. — Думаете? — Знаем. Том кивнул и ушёл. А через неделю приехал с новым комбинезоном. Лео просил костюм супергероя на день рождения. Костюм был сшит руками отца — криво, нелепо, но со всей душой. — Пап, ты лучший! — закричал Лео, надевая его. — Выше нас? — спросил Марк. — Вы все лучшие. Но папа — самый лучший сегодня. — Это справедливо, — сказала Лия. В тот вечер они праздновали втроём. Плюс Том, который остался на ужин. Пирог на этот раз получился почти съедобным. — Прогресс, — сказала Лия. — Ещё три года — и будет как у мамы, — подколол Марк. — Два, — ответила она. — Спорим? — Спорим. Лео вздохнул. — Опять ссоритесь? — Это они любят, — объяснил Том. — Так у них бывает. — Странные они. — Зато твои. — Мои, — согласился Лео. — Мои странные, не ваши. Том покачал головой и улыбнулся.

***

Через полгода случилось то, чего никто не ждал. Том попал в аварию. Не сильно — сломал руку и пару рёбер. Но на месяц выбыл из строя. — Лео поживёт у вас, — сказал он из больничной палаты. — Если не сложно. — Не сложно, — сказали Марк и Лия хором. Лео приехал с одним рюкзаком. В рюкзаке были раскраски, фломастеры и тот самый камушек. — Ты его хранишь? — удивилась Лия. — Это твой камушек. Я просто привёз, чтобы ты не плакала. — А если заплачу? — Тогда отдам. — Он серьёзно посмотрел на неё. — Но ты постарайся не плакать. — Постараюсь. Месяц с Лео был самым сложным и самым лучшим в их жизни. Они узнали, что по утрам он не разговаривает, пока не выпьет какао. Что он боится грозы и в такие ночи приходит к ним в спальню. Что он любит, когда ему читают перед сном, и засыпает ровно на третьей странице. — Мам, — сказал он однажды ночью, когда гроза гремела за окном. — Да? — А у тебя есть мама? — Была. Она умерла. — И ты поэтому плачешь иногда? — Наверное. — А у Марка? — У него умер папа. — Значит, мы все сироты, — сделал вывод Лео. — Выходит, что так. — Но теперь у нас есть друзья. — И семья, — добавил Марк, который пришёл на шум. — И семья, — согласился Лео. — Можно я посплю с вами? — Можно. Он забрался между ними и заснул через минуту. Лия и Марк лежали в темноте и слушали его дыхание. — Знаешь, — прошептал Марк. — Я не думал, что буду кем-то, кроме актёра. — А теперь? — Теперь я папа. По совместительству. — Как тебе роль? — Лучшая в жизни. Она улыбнулась и закрыла глаза. Через месяц Том выписался. Он забрал Лео, но через три дня привёз обратно. — Он по вам скучает, — сказал он. — Я не могу его забирать каждый раз. — А давайте сделаем так, — предложила Лия. — Лео живёт у нас по будням, а выходные с вами. Или наоборот. — А школа? — Переведём. Здесь хорошая школа рядом. Том долго молчал. Потом кивнул. — Если вы не против… — Мы уже давно не против, — сказал Марк. — Тогда… договорились. Лео бегал по двору и не слышал этого разговора. Но когда ему сказали, он обнял всех троих по очереди. — У меня теперь две семьи, — сказал он. — Нет, Лео, — поправила Лия. — У тебя одна семья. Просто большая. Он улыбнулся. И побежал докрашивать рисунок. На этот раз на нём было пять фигурок. Марк, Лия, Лео, Том и собака, которой у них пока не было. — А это кто? — спросил Марк. — Это наш будущий пёс, — сказал Лео. — Его зовут Твиттер. — Твиттер? — переспросил Марк. — Да. В честь вашей первой ссоры. Лия засмеялась. — Я согласна. — Я нет, — сказал Марк. — Тебя не спросили, — отрезал Лео. Марк вздохнул. — Везёт же мне с этими двоими. — Ты нас любишь, — сказала Лия. — Люблю, — вздохнул он. — Чёрт возьми, люблю.

***

В день премьеры фильма «Ненависть со второго взгляда» Лео сидел в первом ряду. Рядом с ним сидел Том. Через два кресла — вся съёмочная группа. На экране Марк и Лия ссорились, мирились и целовались под дождём. — Они что, правда так делали? — спросил Лео. — Правда, — сказал Том. — Круто. А я думал, только в кино. — В жизни иногда круче. Когда зажёгся свет, Лео побежал к сцене. Марк и Лия уже вышли на поклон. — Мама! Папа! — закричал Лео. Толпа замерла. Журналисты защёлкали камерами. Кто-то прошептал: «У них есть сын?» Лия спустилась со сцены, взяла Лео за руку и поднялась обратно. — Это наш сын, — сказала она в микрофон. — Не по крови. Но по сердцу. Марк обнял их обоих. — Семья, — сказал он. — У нас теперь есть семья. Зал аплодировал. Кто-то плакал. Кто-то улыбался. А Лео просто стоял между ними и чувствовал, как сильно его любят. Потому что семья — это не те, кто дал тебе жизнь. Семья — это те, кто остаётся. Кто выбирает тебя каждый день. Кто не боится быть смешным ради твоей улыбки. И у Лео была такая семья. Даже если она началась с грязной футболки с Человеком-пауком и двух актёров, которые не умели любить — но научились. Ради него. И это было важнее любых слов.