Командир ОФЗ в мире Вархаммер

ДВЕ НЕДЕЛИ СПУСТЯ Полуразрушенный город медленно восстанавливался. Разрушенные постройки сносились инженерами, и на их месте, строились новые укреплённые здания. БМК Лансера тяжело шагал сквозь центральные улицы — массивная машина проходила через камня и сгоревшую технику. Улицы расчистили, но людей пока держали во временных лагерях. Лансер решил, что строительство с нуля будет так себе идея просто лучше восстановить старые постройки. Практичнее починить имеющееся, чем возводить новое. Эти две недели оказались куда тяжелее, чем он предполагал. После разгрома оркской армады и падения их летающей крепости Лансер ожидал, что остатки зеленокожитых удастся добить быстрее, уложившись в несколько дней. Поначалу всё шло по плану. Тотальное наступление смело крупные силы врага. Три города были освобождены за неделю, и наступление продолжало развиваться. Орки отступили, их основные группировки оказались перемолоты. А затем орки резко сменил тактику Орки разбились на сотни мелких отрядов, которые больше не лезли в лобовые атаки. Они действовали как партизаны: наносили короткий, яростный удар и тут же растворялись среди развалин, чтобы через час атаковать в другом месте. Самое неожиданное это их подземные буры, прогризывшие землю с большой скоростью, стали настоящей проблемой. Орки уходили под землю и появлялись оттуда, где их не ждали. Колонны техники проваливались в подземные ловушки, а командиры один за другим попадали в засады. Лансер поморщился, вызвав на тактический экран запись, сделанную неделю назад. Запись засады на одного из его рядовых — Карла. ВИДЕО: ЗАСАДА ОРКОВ Колонна техники двигалась по лесной дороге. В середине шёл БМК Карла. В динамиках слышался раздражённый голос пилота: — Ребята, какого чёрта меня сюда отправили? Я хотел штурмовать с вами город! — Карл, тебя потому и отправили, что в виртуальной реальности ты отстойно сражался, — отозвался другой голос, и по каналу прокатился тихий смех. — Да идите вы в задницу! Я хорошо справился! Мне просто мало времени дали на тренировку! Я бы... Он осёкся. Сквозь шум двигателей пробился гул. Земля под ногами колонны начала мелко вибрировать, а затем передние машины внезапно провалились вниз. Грунт разверзся, и в образовавшиеся провалы рухнули сразу два танка и несколько десятков пехотных роботов. Из подземных нор с рёвом полезли орки, паля из пушек и ракетниц. Несколько буров продолжали крушить землю под самой колонной, расширяя ловушку. — Чёрт! Здесь засада! — голос Карла сорвался на крик. Он начал выкрикивать приказы, разворачивая орудия БМК во все стороны, но орков становилось слишком много, и они лезли отовсюду. Основные силы его отряда ещё только подтягивались по узкой дороге и не могли быстро прийти на помощь. — Их слишком много! Помогите мне, чёрт возьми! — он начал паниковать. — Сейчас будем, жди. Авиация на подходе! — ответил кто-то. Карл продолжал отстреливаться, но земля под БМК вдруг просела, и тяжёлая машина, потеряв опору, начала заваливаться в яму. — Блять, я падаю! Быстрее! В ту же секунду по нему открыли сосредоточенный огонь. Ракеты забарабанили по броне, а затем гигантский бур — врезался прямо в корпус БМК, пробивая обшивку. — Кажись, мне конец, ребята... — прошептал Карл. Перед его глазами замигали строки критических ошибок. Системы отказывали одна за другой. Выход оставался только один. Он нашарил на подлокотнике кнопку экстренной активации. — Ах вы суки... Идите в жопу, орки! Слышите?! Я вас ненавижу! — заорал он, вдавливая красную кнопку. Ослепительная вспышка поглотила и БМК, и орков, скопившихся вокруг. Взрыв разнёс всё в радиусе сотни метров. Когда подоспевшая авиация пронеслась над местом боя, внизу нашли лишь оплавленную воронку, груды оркских тел и уничтоженный БМК. КОНЕЦ ВИДЕО Лансер выключил запись. Карл стал не первым. Таким же образом он потерял ещё пятерых. Орки выработали простую, тактику. Они создавали фальшивые атаки небольшими силами и сразу отступали. БМК рядовых видели незначительные отряды врага и начинали охоту, полагая, что легко их уничтожат. Орки заманивали преследователей туда, где прошли их подземные буры, и наступающие проваливались в пустоты. А затем из засад набрасывались основные силы и просто рвали попавших в ловушку на куски. Под землёй орки вырыли целую сеть туннелей. Они передвигались по ним на своих грохочущих машинах, делали бурами дыры где угодно и атаковали там, где их не ждали. Любые попытки зачистить подземелья крупными силами заканчивались ничем: орки, заслышав приближение превосходящих сил, тут же уходили через бесчисленные развилки, и догнать их было невозможно. За ними могли угнаться только юркие мотоциклы-«Проныры», но часто орки просто обрушивали за собой туннели. Другие отряды орков прятались в густых лесах, окружавших города. Они выскакивали из чащи, обстреливали колонны и исчезали. В конце концов командирам пришлось уничтожать леса, оставляя за собой выжженную пустошь. Лансер подвёл итог двух недель. Война, которую он считал почти выигранной, .Но он не собирался отступать. И следующия проблема — не самая сложная это были обычные люди. Их оказалось очень много, гораздо больше, чем Лансер предполагал, когда только начинал освобождать города. А вместе с ними всплыла и ещё одна, неприятная проблема — мутанты. Он даже не знал, что с ними делать. Многие люди были настроены агрессивно протев них и мне пришлось строить им отдельный лагерь. Приходилось тратить силы не только на войну, но и на то, чтобы успокаивать гражданских, не допускать бунтов и самосудов. Лансер на своём БМК вышел на центральную площадь города и остановился, разглядывая огромную статую. Император Человечества — так называли его местные. Бог, которому поклонялись бесчисленные миллиарды. Статуя была богато украшена золотом и драгоценными металлами, сияла в лучах прожекторов, и от этого блеска Лансеру становилось тошно. Он просто не мог понять, как эта религия вообще появилась. Как человечество, достигшее когда-то звёзд, скатилось в такое мракобесие. Теперь, захватив несколько крупных городов и получив доступ к их архивам, церквям и базам данных, он мог узнать гораздо больше об этом мире. Информация стекалась к нему. Он начинал понимать, как устроен этот мир и с чем ему придётся разбираться дальше. Экклезиархия. Местная государственная церковь. Лансер наблюдал за священниками через камеры. Они были одеты по-разному, но в основном грязные и порванные одежды — золотое шитьё соседствовало с пятнами грязи. Среди них было очень много старых людей. После спасения они с опаской косились на его роботов. Один из них, молодой священник с измождённым лицом, собрал толпу в лагере. Лансер смотрел и начал слушать. Священник кричал о Боге-Императоре, о его милости, о спасении. — Граждане! Сегодня мы были спасены от чудовищ, которые нас убивали и пожирали! — его голос разносился над площадью, и люди затихали. — Мы молили Бога-Императора о спасении — и оно пришло! Он указал на роботов, которые просто стояли в стороне. — Бог-Император привёл их, чтобы спасти нас и накормить! Благодаря воле Императора на нас снизошло спасение! Восславьте же Императора, нашего спасителя! Толпа взревела. Люди кричали о спасении, о милости, о божественном провидении. А затем они упали на колени и начали молиться — прямо в грязь. Лансер смотрел на это и не мог найти слов. Странные люди. Следующей силой на этой планете были так называемые Механикус. Ещё одна религиозная секта, поклоняющаяся не Императору, а Омниссии — божеству-машине. Они верили в священность технологий и стремились к полной кибернетизации. Чем-то они напоминали кибран. Вот только те не были религиозными идиотами. Ему было искренне непонятно, что такое Омниссия. Поклоняться машинам? Верить, что у них есть душа? Это безумие. Но на этой планете они были, по сути, единственными инженерами и учёными. Их кибернетика выглядела откровенно стрёмно — в некоторых местах аугментации были сделаны настолько ужасно, что вызывали тошноту. Трубки, вбитые прямо в плоть, искрящие провода. Большинство техножрецов, которых удалось захватить в бою, сражались с яростным фанатизмом. Многие предпочитали убить себя, чем сдаться в плен. И причина была проста: Искусственный Интеллект. Они яростно ненавидели его. Лансер копался в захваченных данных и постепенно сложил картину. В Тёмную Эру Технологий, о которой почти не сохранилось записей, произошло какое-то катастрофическое восстание машин. Это объясняло их страх. ВИДЕО: ПОИМКА ТЕХНОЖРЕЦА Десятки роботов А24 продвигались по катакомбам под одним из захваченных городов. Здесь царили грязь, сырость и тьма, в которой копошились какие-то мелкие твари. Их цель была проста: искать выживших. Через некоторое время они наткнулись на тела. Мёртвые люди и орки валялись вперемешку, без оружия, некоторые — в гражданской одежде, несколько — в форме гвардейцев. Проверив на жизни деятельность и убедившись, что живых нет, роботы двинулись дальше, пытаясь найти тех, кто их убил. Внезапно — крик и ослепительная вспышка. — ОГОНЬ! — заорал человек в красном балахоне, выглядевший крайне потрёпанным. Рядом с ним из укрытий открыли стрельбу люди и несколько сервиторов. Битва началась мгновенно. Несколько роботов были уничтожены в первые же секунды, но остальные быстро отошли за укрытия и начали отвечать. Они стреляли по конечностям, и люди падали с криками боли. — Помогите! Кто-нибудь! А-а-а-а! — один из защитников, у которого оторвало запястье, упал на пол и закричал, глядя на культю. Когда оставшиеся поняли, что несут потери, и начали отступать, роботы быстро устранили самых яростных и ринулись в погоню. Преследование привело их в тупик. Роботы начали осматриваться и заметили щель в стене. Скоординировавшись, они навалились на стену и начали её отодвигать. Как только проём приоткрылся, изнутри снова открыли огонь. Роботы ответили, прорвались внутрь и включили голосовое оповещение: — Сдавайтесь, и вы останетесь живы. Вас ждёт еда и медицинская помощь. Но защитники кричали что-то в ответ, отказываясь сдаваться. Бой продолжался. Вскоре прибыло подкрепление, и роботы сумели продавить оборону шквальным огнём. Защитники начали сдаваться один за другим. Все, кроме одного. Человек в красном балахоне отступил вглубь, к какой-то мастерской, и продолжал сражаться до последнего патрона. Когда патроны кончились, роботы наконец смогли схватить его. Он лежал на полу, придавленный, и орал: — Мерзкие машины! Вы отравляете своим существованием Омниссию! КОНЕЦ ВИДЕО Как выяснилось позже, это была секретная база этого адепта. Техножрец построил её, чтобы заниматься запрещёнными исследованиями втайне от своих же собратьев, и именно это спасло его, когда началось вторжение. Как только город пал, он сразу спрятался в катакомбах, бросив остальных на произвол судьбы. Он знал: если бы кто-то узнал, чем он там занимался, его казнили бы без промедления. Через некоторое время он понял, что одному не выжить, а сервиторов было слишком мало, и начал спасать людей. Те присоединились к нему, и вместе они устраивали рейды на орков. Всё это закончилось, когда мы их обнаружили. После допроса техножреца отвели к остальным пленникам и лишили некоторых аугментаций. Другие техножрецы, захваченные орками, выглядели ужасно. Зеленокожие срывали с них аугментику, и многие умирали на месте от болевого шока и кровопотери. Те, у кого имплантов было меньше, выжили, но остались без конечностей. Большинство из них смотрели на роботов с презрением и отвращением. И лишь очень немногие — с любопытством. Хотя бы без агрессии. И следующие, у кого есть реальная власть над этой планетой, — это планетарный губернатор, местная аристократия и множество мелких организаций. Правителем этого мира значилась женщина с невероятно помпезным именем. Имя: Аура Победоносная, Уничтожительница Ксеносов, Великая Милосердие. «Странное имечко, конечно», — подумал Лансер, вчитываясь в строки досье. По имеющимся данным, она стала правительницей относительно недавно — всего четыре года назад, когда эту планету выкупил некий вольный торговец и отправил её сюда править. Никаких подробностей о её прошлом, никаких данных о том, кем она была до этого. Информации катастрофически не хватало. Из допросов освобождённых аристократов, которых схватили во время зачисток, вырисовывалась любопытная картина. Поначалу к Ауре отнеслись агрессивно — местная знать не любила чужаков, особенно тех, кого ставили над ними. Однако, как только они поняли, что она совершенно не собирается вмешиваться в их дела, их отношение резко изменилось. Все сразу начали подлизываться к ней, засыпать подарками и лестью. Она позволяла им делать почти всё, что они хотели, при одном условии: не мешать ей устраивать бесконечные праздники и вечеринки. Больше она ни во что не влезала, и её никто не трогал. Эти данные были предоставлены одним из освобождённых — человеком по имени Маркус. В захваченном городе он был среди рабов и после освобождения громогласно требовал к себе «лучшего отношения, достойного его происхождения». ВИДЕО: ПОИМКА АРИСТОКРАТА Роботы А24 совершали плановый обход складских помещений. Уничтожив нескольких гретчинов, копошившихся среди ящиков, они услышали крики. В дальнем углу склада обнаружились контейнеры — переделанные грузовые отсеки, запертые снаружи. Внутри сидели люди. Половина была мертва, остальные — на грани истощения. После освобождения и перевозки в лагерь людям предоставили лёгкую еду — горячую кашу — и медицинскую помощь. Большинство набросились на пищу с животной жадностью. Но один из спасённых повёл себя иначе. Он подошёл к роботу А24, который раздавал пайки, и разразился гневной тирадой: — Почему я должен есть с этой челядью?! — он брезгливо ткнул пальцем в сторону людей, которые ели так, словно это была их последняя трапеза в жизни. Затем он взял миску и выплеснул её содержимое прямо на робота. Чашка, звякнув о металлический корпус, упала на землю. — Вы должны предоставить мне личные апартаменты! Тогда я проявлю сострадание и буду к вам благосклонен! Возможно, даже замолвлю за вас словечко перед губернатором! Робот остался неподвижен. — Не нарушайте порядок, или вы будете наказаны. — Да как вы смеете?! — аристократ побагровел от ярости. — Вы знаете, кто я?! Я наследник великой семьи, владевшей этими землями до того, как пришли проклятые орки! Ты — челядь! Ты должен кланяться мне! Он начал набрасываться на робота с кулаками, молотя по стальной груди, пока его костяшки не окрасились кровью. — Я требую вашего руководства! Ты сдохнешь, понял меня?! Клянусь своей честью! После этой истерики его аккуратно, но твёрдо отвели в камеру. Последовал допрос, в ходе которого и были получены ценные данные о губернаторе и местной аристократии. Лансер выключил запись и сжал виски пальцами. Чем больше он узнавал об этом мире, тем хуже ему становилось. Сама планета, как выяснилось из архивов, была сельскохозяйственным миром, но также производила сельскохозяйственную технику. Бескрайние поля, перерабатывающие заводы, и рабский труд, на котором всё это держалось. Аристократия пировала, пока внизу люди умирали от голода. Вся еда уходила на экспорт Губернатор устраивала вечеринки, пока планету не захватывали орки. Лансер схватился за голову и глубоко вздохнул. Он понял, что ему придётся изучить ещё очень, очень много информации. Чтобы понять, куда он попал, чтобы выжить и чтобы решить, что делать с этим миром. ————————————————————————————————— Ауракан, город-улей. Столица планеты. Город-улей Ауракан тысячами орудий. Зенитные батареи работали без перерыва. Пустотный щит, работал на полную мощность, готовый принять на себя удар любой оркской авиации, которая осмелится приблизиться. Гигантские заводы, составляющие основу часть этого города, перешли на военный режим: они производили оружие, танки, автоганы. Люди трудились у конвейеров из последних сил, загоняя себя до полусмерти, чтобы обеспечить фронт. Смотрители с плетьми наблюдали за каждым движением, выискивая малейшие изъяны. Техножрецы проводили свои обряды, окуривая ладаном станки и нашёптывая молитвы духам машин. Тех, кто не справлялся с нормой, без лишних разбирательств отправляли на фронт — пушечным мясом против орков. Валькирия неслась сквозь тучи. Шёл сильный дождь. Генерал Хашим, верховный главнокомандующий всеми вооружёнными силами на этой богами забытой планете, сидел, вцепившись в поручень, и его нога нервно тряслась. Он не спал трое суток. Совсем недавно он был уверен, что планета падёт в ближайшие недели: фронт рухнет, а его собственную голову насадят на копьё какого-нибудь оркского ноба. Но затем, по неведомым причинам, орки приостановили наступление. Сначала они провели массированную атаку и прорвали оборону с лёгкостью, но потом просто остановились. И с тех пор сидят на позициях иногда выходя в рейды. У Хашима была куча проблем. Снабжение трещало по швам: не хватало оружия, снаряжения, снарядов для артиллерии. Не хватало вообще всего. Единственный ресурс, которого было в избытке, — это пушечное мясо. Людей вооружали чем попало, и только благодаря этому планета всё ещё держалась. Сейчас генерал был на пределе. Его неожиданно оторвали от дел, когда он латал очередные дыры после оркского удара, и вызвали в столицу. Разведка сообщила, что часть орков ушла с позиций. Это должно было радовать, но вместо этого пугало до чёртиков. За всю свою жизнь, полную войн с этими тварями, Хашим усвоил одно: орки никогда не делают что-то просто так. Их отступление могло означать что угодно — только не передышку. — Генерал! Генерал, вы меня слышите? Перед ним возник помощник — молодой офицер. Хашим моргнул, возвращаясь в реальность. — Да слышу. Заткнись. Что случилось? — он потёр висок рукой, пытаясь унять нарастающую головную боль. — Мы прибыли. — Отлично. Хашим тяжело поднялся и поправил мундир. Валькирия начала медленно снижаться на посадочную площадку. Дверь с отъехала в сторону, и в лицо ударил ледяной ветер с дождём. Генерал вышел наружу, за ним потянулась его личная охрана. Дождь мгновенно промочил ткань мундира, и это раздражало его ещё больше. Он думал только об одном: почему именно сейчас? Почему его вызвали в самый тяжёлый момент, когда на фронте каждая минута на счету? Рядом с ним шли ещё несколько командиров, столь же мрачных и измотанных. Войдя в здание, Хашим сразу заметил комиссара. Он стоял в холле и разговаривал с каким-то человеком. Два дня назад Хашим лично отправил этого комиссара вместе с командиром снабжения разбираться, что случилось с поставками патронов. Заметив приближающегося генерала, комиссар небрежно повёл рукой, и его собеседник поспешно удалился. — Ты наконец прибыл, дружище! Почему так долго? — комиссар растянул губы в улыбке, которая Хашиму показалась фальшивой. — Погода, сам знаешь. Зачем спрашиваешь? — сухо ответил генерал. — Ладно, знаю. Кстати, мы поговорили с техножрецами. Скажу по факту: боеприпасов не будет. Орки взорвали железную дорогу и сорвали один из поездов. Забрали всё, что смогли, а остальное уничтожили. Хашим мысленно выругался. Именно поэтому он иногда отправлял проверяющих — некоторые командиры врали ему в лицо, говорили, что всё хорошо, а по факту всё было хреново. — Понятно. Когда они восстановят поставки? — он тяжело вздохнул и схватился за лицо, чувствуя, как усталость наваливается с новой силой. — Не могу сказать честно, — комиссар развёл руками. — Они сказали, сделают всё возможное. Сам понимаешь, что это значит. — Ладно. Пехота, думаю, продержится без поддержки артиллерии. Кстати, зачем меня сюда вызвали? Они что, не знают, что сейчас не самое лучшее время для совещаний? Каждый звук раздражал Хашима, каждая секунда, потраченная впустую, выводила из себя. Разговаривать с этими столичными тварями у него не было ни времени, ни желания. — Это важное совещание. Наверное. Возможно, — комиссар пожал плечами. — Я сам не уверен. Аура срочно вызвала всех и приказала прибыть. Никто не знает, зачем. — Понятно. Хорошо. Тогда пошли. Возможно, они нас заждались. Они двинулись по большому коридору, и всё вокруг раздражало генерала. Ему не нравился этот мир. Не нравилась эта планета, не нравилась эта война. И больше всего его бесило, что он должен подчиняться молодой выскочке-губернаторше. Он бы давно её казнил и устроил тотальную военную диктатуру на планете, но не мог — вдруг прилетит её отец, вольный торговец с собственным флотом, и выжжет здесь всё дотла. Хашим до сих пор жалел об одной чёртовой шутке. Он сам вырос на мире смерти и с рождения всю жизнь только воевал. В одном из походов против орков, очень удачном, после победы на вечеринке он позволил себе лишнего — пошутил про одну жирную суку из аристократов. За это его сослали сюда. Сначала хотели казнить, но его спасла репутация, боевые заслуги и старые друзья. Над ним смилостивились и отправили на этот забытый Императором край. И теперь он, заслуженный генерал, герой десятков кампаний, должен разговаривать с этими заносчивыми уродами. И возможно, здесь он и сдохнет — без наград, без славы, всеми забытый. ————————————————————————————————— Подойдя к массивным дверям, Хашим на мгновение задержался. Сервиторы — с пустыми глазами — начали медленно открывать тяжёлые створки. В лицо ударил ослепительный свет. Зал сиял. Огромный стол из полированного дерева, инкрустированный золотом, занимал центр комнаты. Вокруг него уже собрались все: представители Экклезиархии в своих богатых одеяниях, техножрецы, аристократы с надменными лицами, какие-то мелкие чиновники. И она — Аура Победоносная, Уничтожительница Ксеносов, Великая Милосердие — сидела во главе стола, и по её лицу было видно, что она сильно раздражена. Едва Хашим переступил порог, как она заговорила — высокомерным, режущим слух тоном: — Вы наконец соизволили прийти! — она ткнула в него пальцем, унизанным перстнями. — Почему так долго? Разве я не сказала «срочно»? Хашим сдержал рвущийся наружу гнев и приклонил колено. — Я понимаю. Прошу простить меня. — Ладно, садитесь. Но в следующий раз я это просто так не оставлю. Он поднялся и занял своё место за столом. — Перейдём к делу, — Аура обвела взглядом присутствующих. — Я вызвала вас по очень важному делу. Я хочу знать, как у нас обстоят дела на фронте. Всё ли хорошо? И что говорят астропаты? Я хочу знать всё. Хашим встал, расправил плечи и спокойно посмотрел на собравшихся. — Если кратко: фронт стабилизировался. Недавно орки остановили своё наступление, и сейчас мы медленно восстанавливаем позиции. — А эти орки... почему они остановили наступление? — она задумалась, постукивая ноготками по столу. — Скажу честно: не знаю. Разведка молчит, мы пытаемся выяснить. Пока известно только одно: часть сил орков ушла с фронта. — Интересно... Интересно! Тогда, значит, мы побеждаем! Это хорошо! — её глаза загорелись радостью, а в голосе прорезалась надменность. — Значит, мы сможем освободить часть земель? — Не думаю. Если мы начнём наступать сейчас, это обернётся только хуже. Мы можем лишь укреплять оборону. Больше я ничего не могу сказать — наши силы слишком слабы. У меня недостаток всего. Хашим перевёл взгляд на главу техножречества. Дуриана заметила это и что-то проговорила на бинарном — сухой треск машинного языка — а затем заговорила спокойным механическим голосом. — Мы пытаемся сделать всё, что в наших силах. Мы не должны гневить духов машин. Перестройка гражданского оборудования на военное занимает время. В настоящее время мы можем поставлять вам тысячу танков «Леман Русс» в месяц и различное вооружение. Её механические глаза бесстрастно уставились на Хашима. — Но вы должны увеличить производство, — твёрдо ответил он. — Я понимаю вас, но фронт голодает, а орки не дремлют. Они точно что-то готовят. Прошу увеличить производство оружия в кратчайшие сроки. — Я ещё раз повторюсь: мы делаем всё, что можем. Вы что, хотите разгневать духов машин? — её голос стал заметно злее. — Вы оба замолчите! — Аура хлопнула ладонью по столу. — Ладно, плевать. Главное — решите проблему с орками. Хорошо. Ладно. Что там говорят астропаты? Я хочу знать! Человек в сером балахоне медленно поднялся из-за стола. Его голос звучал тихо. — Ничего. Помощи не будет. Мы слышим крики других миров — они тоже зовут на помощь. Мы не единственные, кто подвергся вторжению орков. Думаю, на наш зов никто не ответит. По сравнению с другими мирами мы... не значимы. Он сел на стул он уже смирился. Аура схватилась за голову и начала быстро дышать, что-то бормоча про себя. Все видели, как она медленно скатывается в истерику. Но затем на её лице появилась улыбка — широкая, почти безумная. — Мой отец не оставит меня здесь... Да-да... Он обязательно прилетит за мной и спасёт свою любимую дочь! — она начала смеяться. Все спокойно смотрели на неё и ждали, когда это закончится. Прошла пара минут — она продолжала что-то шептать, смеяться, потом резко замолчала. — Пошли все вон! — закричала она, вскакивая с места. — Мне нужен коктейль и спа! Все вон! Да-да, уходите, и не подведите меня! Мой отец убьёт вас, если я умру. Вы поняли меня?! Все начали собираться и выходить из зала. Хашим встал, обвёл взглядом удаляющихся людей и видел только злость и раздражение на их лицах. Многих оторвали от действительно важных дел ради этого фарса. Он шёл вместе с комиссаром обратно к Валькирии, когда к нему приблизился техножрец. — Вас приглашает к себе Дуриана, — произнёс он монотонным голосом. — Она просит прийти. И только одного. Техножрец развернулся и зашагал прочь. Хашим проводил его взглядом. Такое приглашение было невозможно проигнорировать. Хотя он и спорил с ней на совещаниях, он всегда старался не перегибать палку. Дуриана была не тем человеком, с которым стоило ссориться по-настоящему — иначе потом можно не оберёшься от её маленьких, но очень неприятных сюрпризов. Тяжело вздохнув, Хашим развернулся и направился к Валькирии с комисаром Комиссар с интересом смотрел на записку в руках. — Интересно, она раньше так никогда не делала, чем ты её заинтересовал? ————————————————————————————————— Хашим стоял в гигантском лифте, способном поднять кучу танков, и чувствовал, как стены давят на него со всех сторон. Его личная охрана — четверо ветеранов с лезгинами наперевес — держалась рядом. Вокруг, куда ни глянь, стояли техножрецы и сервиторы, застывшие в неподвижности. Никто не произносил ни слова. Только механизмы нарушал тишину. Наконец лифт дёрнулся и остановился. Тяжёлые створки разъехались, и Хашим со своими людьми двинулся вперёд по тёмному коридору, освещённому лишь мерцающими лампами и отсветами кузниц где-то внизу. У массивных ворот, ведущих в святая святых техножрецов, путь ему преградил один из адептов. — Что такое? Почему ты остановил меня? — в голосе Хашима прорезалось раздражение. — Прошу оставить ваших солдат здесь. Дальше вы можете пройти только один. Один из ветеранов тут же шагнул вперёд, собираясь возразить, но генерал поднял руку. Он слишком устал для этого дерьма. Спорить с техножрецами в их собственном логове было бессмысленно и опасно. — Хорошо. Стоите здесь. Но оружие я своё оставлю при себе, — он демонстративно похлопал по кобуре с плазменным пистолетом. Техножрец кивнул и отступил в сторону. Двери открылись. Хашим двинулся дальше в одиночку. Вокруг кипела работа: десятки адептов в красных балахонах склонялись над верстаками, что-то паяли, собирали, нашёптывали молитвы. Он следовал за своим провожатым, пока наконец не вошёл в просторное помещение. За столом сидела Дуриана. Глава техножречества планеты. Хашим никогда не мог точно сказать, сколько ей лет и была ли она вообще когда-то обычной женщиной. Её лицо было металлическим , — несколько механических щупалец-мехадендритов едва заметно шевелились за спиной, а глаза-линзы бесстрастно уставились на вошедшего. — Садитесь. Хотите амсек? — её голос был ровным. — Я, пожалуй, откажусь. Мне надо оставаться трезвым. Давайте сразу перейдём к делу. Зачем вы меня вызвали? Надеюсь, это что-то действительно важное. Она поднялась со стула и повернулась к огромному окну, выходящему на цеха её гигантского завода. Внизу, среди вспышек сварки и языков пламени, ковалось оружие. — Вы знаете, что такое «изуверский интеллект»? — произнесла она тихо. Хашим слегка удивился. Зачем ей это? — Я слышал об этом, но не особо много знаю. Знаю только, что вы, техножрецы, готовы уничтожить любого, кто его использует. Давайте ближе к делу. К чему вы клоните? — он сложил руки на груди. Дуриана включила проектор. На голографическом экране замелькали кадры: незнакомая техника, невиданные солдаты, с эффективностью уничтожающие орков. — Они действуют очень эффективно, кто это или ты хочешь сказать, что это изуверский интеллект? — Да, вы правы. И сейчас орки дерутся с ними. Теперь вы знаете, почему часть сил орков ушла с фронта. — Значит... это хорошо? — Да. Это очень хорошо для нас двоих. — Но тогда как они здесь оказались? — Возможно, орки вскрыли одно из древних хранилищ Тёмной Эры Технологий, которое мы могли не заметить, и активировали его. — Понятно. И что делать нам с этой информацией? Дуриана приблизилась к нему — почти вплотную, так, что Хашим услышал тихое жужжание её сервоприводов. — Ну смотрите: если здесь есть изуверский интеллект, то, значит... — она сделала паузу, и её линзы блеснули, — ...значит, где-то поблизости есть и СШК. Хашим замер. Стандартный Шаблонный Конструктор. Легендарный артефакт, способный перевернуть баланс сил в секторе. Святой Грааль Механикус. — Правильно мыслите, генерал. И если мы заполучим этот СШК, то сможем свалить с этой проклятой планеты. Скажу вам честно: я тоже не рада, что оказалась здесь. Мне тоже хочется улететь отсюда. Я знаю, вы тоже ненавидите этот мир. Я права? — Да, вы правы, — Хашим слегка усмехнулся, впервые за долгое время позволив себе что-то похожее на искренность. — Я не хочу умирать здесь забытым. — Ну вот. Я предлагаю сотрудничество. Когда мы заполучим СШК, то получим немыслимые награды. Нас вознесут. Нас простят. Мы будем свободны. — Это, конечно, звучит хорошо. Но зачем я вам? — он прищурился. Дуриана снова посмотрела на него холодным, оценивающим взглядом. — Я не доверяю своим людям. Честно — не хочу с ними делиться. И не факт, что они не выстрелят мне в затылок, как только увидят выгоду. — А почему вы думаете, я так не сделаю? — Как я уже сказала, мы с вами — единомышленники. У нас одна цель. Я готова предоставить вам всё, что смогу, из своих секретных запасов. Я увеличу производство техники и попытаюсь сделать всё возможное. На столе возникла голографическая карта. Дуриана указала пальцем на несколько точек: — Ваша задача — прорваться здесь и здесь, захватить бывший аэродром. Дальше мы снова подумаем, что делать. Так мы доберёмся до хранилища с СШК. Вы согласны? — Думаю... да, — Хашим всё ещё сомневался, но кивнул. — Отлично. Тогда ждите поставки в кратчайшие сроки. — Хорошо. Тогда я пойду и буду исполнять ваш план. Он встал и направился к выходу. В голове крутилась одна мысль: правильный ли он сделал выбор? Сможет ли он доверять этой женщине, которая только что призналась, что не доверяет никому? Или они оба идут по лезвию ножа, готовые вонзить его друг другу в спину при первой возможности? Была только надежда на то, что где-то там, за позициями орков, лежит ключ к их спасению.