I Only Like Your Face\ Мне нравится только твоё лицо

Значит, это настоящее расставание? Этот когда-то теплый взгляд стал холодным, и это больше не было мимолетным мгновением, теперь это было обычным выражением лица Мо Мина каждый раз, когда он смотрел на него. Хань Шаочжоу почувствовал себя машиной, которая внезапно отключилась, застыв на пассажирском сиденье. Он смотрел на Мо Мина, казалось, целую вечность, прежде чем наконец выдавить из себя одну-единственную, неестественную фразу: — Тогда… тогда почему ты купил мне подарок? — Подарок? — озадаченно спросил Мо Мин. — Какой подарок? Увидев замешательство в глазах Мо Мина, Хань Шаочжоу почувствовал, как у него упало сердце: — Подарок на день рождения… Он намеренно взглянул на заднее сиденье, но там не было и следа чайного сервиза, который он ожидал увидеть. Может быть, он в багажнике? Мо Мин слегка нахмурился: — Сегодня твой день рождения? Все тело Хань Шаочжоу напряглось, и он медленно перевел взгляд обратно на лицо Мо Мина: — Ты… не знал? Мо Мин не ответил прямо. Вместо этого он мягко сказал: — С днем рождения, господин Хань. Хань Шаочжоу продолжал смотреть на Мо Мина, выдавливая слова одно за другим: — Я спрашиваю тебя, ты знал, что сегодня мой день рождения? Мо Мин отвел взгляд от лица Хань Шаочжоу: — Я приехал сюда, чтобы забрать кое-что у твоего водителя. Я не ожидал столкнуться с тобой, поэтому не мог бы ты, пожалуйста, сказать водителю, что мне больше не нужны эти вещи… Прежде чем Мо Мин успел договорить, Хань Шаочжоу схватил его за воротник, притянув к себе. Его взгляд был напряженным, почти пронзительным. — Я спрошу тебя еще раз. Ты знал, что сегодня мой день рождения? Мо Мин попытался вырваться из хватки Хань Шаочжоу, но не смог. Его глаза постепенно становились все холоднее: — Господин Хань, мы уже расстались. — Ты не знал, не так ли? Ты правда не знал, что сегодня мой день рождения… — глаза Хань Шаочжоу дрожали от недоверия. — Как ты мог не знать… В последние несколько лет он был слишком занят, чтобы уделять много внимания собственному дню рождения, обычно просто просматривая онлайн-поздравления от друзей и семьи. Но теперь он понял, что Мо Мин, несмотря на то, что так сильно его любил, ни разу не вспомнил о его дне рождения за те три года, что они были вместе. Дело было не в словах «С днем рождения» или каком-то подарке, важно было то, что дата рождения того, кого любишь, должна была укорениться в сердце. — Господин Хань, — тихо сказал Мо Мин, — пожалуйста, отпустите. — Этот подарок был не для меня? Тот, что ты купил вчера… — Хань Шаочжоу не отпускал, но его голос смягчился. — Мне вообще-то нравятся чайные сервизы… — Это для моего учителя, — прямо ответил Мо Мин. — Твоего учителя… — губы Хань Шаочжоу дрогнули. — Чжоу Исяна? Выражение лица Мо Мина оставалось холодным: — Да, у него завтра день рождения. Хань Шаочжоу медленно разжал хватку, его лицо лишилось всякого выражения, когда он откинулся на спинку пассажирского сиденья. Мо Мин не помнил о его дне рождения. Он не собирался мириться с ним сегодня. Расставание… было настоящим. Мо Мин поправил воротник: — Что-нибудь еще? Хань Шаочжоу закрыл глаза: — Поезжай в бар Чжао Чэна сейчас же. Я могу притвориться, что ничего не было. Я знаю, что быть моим любовником так долго было тяжело для тебя, поэтому сегодня вечером я планировал… — Я не чувствую себя ущемленным, — спокойно прервал его Мо Мин. — У меня не было никаких жалоб за эти три года, но эти отношения теперь в прошлом. В машине воцарилась долгая тишина, прежде чем Хань Шаочжоу сухо рассмеялся: — Да, все кончено. Я понял… — Если больше ничего нет, пожалуйста, выйдите из машины, господин Хань. Грудь Хань Шаочжоу вздымалась от сдерживаемого дыхания, напряжение в его голосе выдавало бурю, бушующую внутри. Тем не менее он заставил себя улыбнуться, даже отстегивая ремень безопасности: — Хорошо. Хорошо. Расставание так расставание. Не то чтобы меня это волновало… Он вышел из машины, но прежде чем закрыть дверь, наклонился и посмотрел на Мо Мина: — Я не просто пытаюсь напугать тебя. Отныне не надейся когда-либо увидеть меня снова… Руки Мо Мина спокойно лежали на руле. Он посмотрел на Хань Шаочжоу глазами, такими же холодными и ясными, как черный обсидиан, погруженный в воду: — Я понимаю. Бах! Хань Шаочжоу захлопнул дверь, его отражение в стекле машины показало лицо, искаженное разочарованием. Машина завелась, отъехала и скрылась вниз по улице… Хань Шаочжоу сунул руки в карманы пальто и повернулся, чтобы пойти обратно к бару. Яркие огни шумного города казались простыми иллюзиями, придавая ему сюрреалистическое, сказочное чувство отстраненности. Он смотрел на людей, движение машин, освещенные неоном небоскребы, пребывая в оцепенении, прежде чем мысль наконец дошла до него: они с Мо Мином расстались… Они действительно расстались. Он больше никогда его не увидит. Это казалось сном, как будто у него даже не было времени осознать свои эмоции. Холодный ветер пронизывал его пальто, пробирая до костей, оставляя внутри пустое чувство. Он не ушел далеко, когда обнаружил, что сидит у маленькой клумбы. Достав сигарету, он закурил и начал молча курить. Он вдруг вспомнил ту ночь в городе Т, когда Мо Мин залез в картонную коробку, просто чтобы сделать ему сюрприз. В каскаде разноцветных конфетти улыбающееся лицо Мо Мина заставило его сердце биться чаще. Этот радостный Мо Мин так разительно контрастировал с тем холодным, отстраненным человеком, который только что ушел. Ему позвонил Чжао Чэн. — Эй, Хань, ты где? Ты гвоздь программы, ты не можешь просто исчезнуть. Хань Шаочжоу затянулся сигаретой, наблюдая за проезжающими мимо машинами: — Я скоро вернусь. — Мо Мин с тобой? Вам двоим нужно вернуться сюда. Я сказал персоналу, что когда вы двое появитесь, все прожекторы будут направлены на вас. Хочешь ли ты представить Мо Мина или даже сделать предложение, я создам нужную атмосферу. Хань Шаочжоу положил руку на лоб, закрыв глаза. — Эй, Хань? Ты меня слышишь? Услышав слабые гудки машин на заднем фоне, Чжао Чэн чуть не подумал, что связь прервалась. После долгой паузы он наконец услышал низкий, хриплый голос Хань Шаочжоу: — Мы с Мо Мином… расстались. — Расстались? — Чжао Чэн был ошеломлен. — Ты шутишь? Ты только что сказал, что собираешься представить Мо Мина сегодня вечером. Как вы могли внезапно расстаться? Это только что произошло? Почему? Шквал вопросов Чжао Чэна только добавил Хань Шаочжоу раздражения. Он глубоко затянулся сигаретой: — Мы расстались. Нет никаких «почему». Я просто так решил. Разве этого недостаточно? Чжао Чэн на мгновение замолчал: — Хань, ты в порядке? Хань Шаочжоу: — А почему бы и нет? Я в порядке. На самом деле я чувствую себя прекрасно. Я мог бы пробежать пятикилометровый спринт прямо сейчас, без проблем. Чжао Чэн: — … Когда Хань Шаочжоу наконец вернулся в бар, Чжао Чэн мог почувствовать, что с его настроением что-то не так: — Хань, ты уверен, что в порядке? Хань Шаочжоу похлопал Чжао Чэна по плечу и улыбнулся: — Разве я выгляжу так, будто я не в порядке? — … Именно так ты и выглядишь. Во время той части вечера, когда Хань Шаочжоу должен был публично объявить о своих отношениях, он вместо этого произнес проникновенную благодарственную речь. Он казался более энергичным, чем в начале вечеринки, как будто только что начал по-настоящему погружаться в праздничную атмосферу. После того как разрезали торт, Чжао Чэн наблюдал, как Хань Шаочжоу с энтузиазмом болтает с несколькими мелкими инфлюенсерами, которые к нему подошли. Их шутки заставляли его смеяться так сильно, что он чуть ли не сгибался пополам, и в конце концов он даже снял свои механические часы и отдал их одной из девушек-инфлюенсеров, которая была в таком экстазе, что чуть ли не визжала. Хань Шаочжоу был в таком приподнятом настроении, что выпивал каждый предложенный ему напиток, поддерживая веселье далеко за полночь. К тому времени он отключился пьяным на диване. Чжао Чэн вмешался, чтобы разогнать последних тусовщиков, и с помощью другого друга поднял Хань Шаочжоу, чтобы вывести его из бара. — Сяо Ян, захвати пальто Ханя с дивана, — распорядился Чжао Чэн. — О, хорошо. Ян Гуань схватил черное пальто с дивана и побежал за Чжао Чэном. Плетясь позади, Шэнь Сиси заметила маленькую квадратную красную кожаную коробочку, которая выпала из кармана пальто. Ян Гуань был уже впереди, поэтому Шэнь Сиси из любопытства подобрала коробочку. Когда она осторожно приподняла крышку, то ахнула… Там был огромный бриллиант.