Издёвка судьбы

Я проснулся, но это было не то пробуждение, к которому привык. Обычно меня будил веселый и заливистый смех Габриэлы, грохот кастрюль на кухне, где орудовали Сильвия с Фанни. Или, на крайняк, звук разбивающейся вазы, которую Гедеон в порыве гнева кинул об стену. Сегодня же кто-то настойчиво тыкал мне в бок, что-то приговаривая под нос. Когда я, наконец, смог разлепить глаза, увидел… Джерома? Чего блять? — Скэриэл, тебя Адам вызывает! — воскликнул парень. Я же, в свою очередь, непонимающе отшатнулся. — Сказал, это срочно, — он смягчил тон. Мне показалось, будто напрягшись. А точно ли я уверен, что ночевал вчера дома? Может напился и остался у Скэра? Но как же абсурдно это звучит. — Всё хорошо? В голову никак не приходил ответ. А какой он вообще должен быть, когда до тебя буквально не доходит смысл реплик. Повисла неловкая пауза, ну, точнее неловкая неловкая для меня. Джером вообще практически не излучал никаких эмоций. Словно я каждый день просыпаюсь здесь, а он каждый день меня будит. — Скэр? Скэр? Когда это я успел стать им? Ситуация безумно усложнялась в голове, как бы десятки маленьких ниточек путались в огромный шарик, становящийся всё больше и больше с каждой секундой. Я попытался правильно сформулировать вопрос. — Ты кто? Вау, Готье Хитклиф, поздравляю ты прям мозг. Это точно поможет тебе! Вот что-что, а критического мышления хоть отбавляй! — Чего? — теперь в заблуждение был и Батлер. Как ловко я с одного вопроса, выбил его из калии. — Ты принял вчера что-то? — Я имею ввиду, почему я Скэр? —снова промах. Я опять спросил не то. — Ты снова экспериментируешь? — парень произнёс неожиданно резко и с укором. — Экспериментирую? — Видимо, на в этот раз «забыться» удалось окончательно, — он закатил глаза. — Ты о чём? — Ты правда ничего не помнишь? — упрёк сменился досадой. — Да, — без сомнений выдал я. — Твою мать! Наконец, хватило ума и я обернулся, рассматривая обстановку вокруг. Всё: кровать, застеленная покоцанным бордовым бельём, ваза, с давно завявшими красными розами, огромный незапертый шкаф, — выглядело совсем незнакомым и чужим. Даже на редких посиделках в доме семьи Лоу такого интерьера не видел. Ремонт вряд ли, слишком много денег бы потребовалось, каких у Скэра и Эдварда нет. — Хорошо, с какого момента начинается провал? — Джером нервно вздохнул. Вечером я ещё сидел дома, читал какой-то скучный учебник по латыни, пытаясь запомнить хоть слово. Потом сделал что-то наподобие силовой тренировки. Ключевое слово «наподобие». Особо в комнате не позаниматься, так как у меня даже коврика для йоги не было. Дальше вечерняя рутина и сон. И тут меня настигло пугающее осознание. Если я потерял память, как сказал Джером, моё вчера могло быть и три дня, и пять, и одиннадцать дней назад. — Какая сегодня дата? — я молниеносно встал с кровати, напрягшись всеми мышцами тела. — Тринадцатое июля. Может тебе воды? Я облегчённо выдохнул. Господи, никогда так ни радовался обычному числу. Моё вчера — это вчера. Хоть что-то на месте. — Да, пожалуй, стоит воды, — неуверенно попросил я. — Сделаю чай. Сходи, может умойся пока, — Джером ещё нервничал, но увидев моё облегчение немного расслабился. Странно было ходить по незнакомым комнатам. Я старался изучать каждый уголок. В целом, маленькая и ничем не примечательная квартира. Обои, как и мебель, практически ничем не отличаются друг от друга. Владельцы живут по принципу преобладания удобства над красотой. Конечно, я знал, что полукровки и низшие, в целом, живут по такому принципу. У Скэриэла дома интерьер тоже прост, но куда интереснее и разнообразнее, чем этот. Не успев пересечь порог ванной комнаты, я остолбенел. Там, внутри точно в угол обзора попадало лицо человека. Безумно чёткие и острые черты, красота которых немного терялась из-за синяков под глазами и отёков. Знаете, так непривычно видеть их не вживую, а через зеркало. В голове била мысли о неправильности. Правда понять, что имеется ввиду не удавалось. Подойдя ближе, руки невольно потянулись к коже, затем к волосам. Личность в зазеркалье идентично повторяла движения. Я, как под гипнозом, всё смотрел и смотрел в её чёрные глаза. У меня физически не хватало сил оторваться от них. Такие недосягаемые, но в тоже время мои.