Цена Учихи

Хирургическая перестройка Мрачная операционная наполнилась ритмичным, гипнотизирующим писком приборов. Когда за Саске с глухим лязгом захлопнулась тяжелая стальная дверь, Орочимару проводил его взглядом, полным холодной расчетливости. Ему не нужно было, чтобы взрывной темперамент Учихи и его жажда контроля мешали Кабуто проводить ювелирную работу. В этом зале чувствам места не было — только фактам и биологии. Подготовка к невозможному Кабуто, почувствовав, что удушающая аура Саске наконец исчезла, заметно расслабил плечи. Он выдохнул и методично закончил закреплять датчики на груди Наруто. Экраны мониторов отозвались ровными линиями пульса. — Орочимару-сама, — негромко позвал он, вглядываясь в показатели и внимательно осматривая пациента. — Вы заметили? Его костная структура и область малого таза... Они несколько изящнее, чем у среднестатистического юноши его возраста. В его анатомии есть некая... природная пластичность, если абстрагироваться от общей мускулатуры шиноби. Орочимару подошел ближе. Его глаза за стеклами лабораторных очков блеснули холодным научным интересом. Он коснулся бледного живота Наруто — там, под тонкой кожей, едва заметно пульсировала багровая чакра Девятихвостого, скованная печатями. — Ку-ку-ку... Именно поэтому он — единственный подходящий сосуд, Кабуто. Природа наградила Наруто-куна удивительной гибкостью не только в плане чакры, но и на уровне физиологии. Его «нестандартность» — наш главный козырь. Это значительно снизит риск того, что новый орган вступит в конфликт с жизненно важными системами. С этими словами Саннин ввел в катетер густой состав анестезии. Наруто, до этого тихо и обрывисто бредивший, окончательно затих. Его сознание провалилось в глубокий, искусственно созданный вакуум. Начало операции Работа закипела. Кабуто и Орочимару действовали как детали единого механизма, обмениваясь короткими командами и инструментами. Когда пришло время освобождать пространство под выращенный орган, Кабуто с хирургической точностью сделал первый глубокий надрез. — Готовлю ложе для импланта, — доложил Кабуто, умело работая скальпелем и зажимами. — Согласно расчетам, нам следовало удалить часть кишечника, чтобы матка встала правильно и получила адекватное кровоснабжение. Однако, углубившись в брюшную полость, Кабуто замер на секунду, удивленно вскинув брови под маской. — Посмотрите. Объем, который требуется освободить, гораздо меньше, чем мы предполагали в теории. Его внутреннее строение на удивление компактно... словно там изначально было предусмотрено место. Нам не придется проводить радикальную резекцию. — Это удача, — прошипел Орочимару, принимая из рук ассистента зажим. Его пальцы двигались быстро и уверенно. — Чем больше родных тканей мы сохраним, тем быстрее пройдет реабилитация. Кровь Узумаки уже начинает реагировать на вмешательство, регенерация Лиса пытается включиться, несмотря на подавители... Кабуто, еще одну дозу ингибитора, быстро! Мы должны завершить установку до того, как его тело начнет «исцеляться» от нашего вмешательства. В центре операционной, под безжалостным светом бестеневых ламп, началась самая ответственная фаза: соединение биологии Наруто с амбициями Саске. Искусственно выращенный орган, мерцающий в свете ламп, был извлечен из капсулы и готов был занять свое место в теле джинчурики, навсегда меняя его судьбу.