Оборотни

      Я застыл. Я до сих пор помню ту Самую Длинную Ночь, когда выпил бурду Стервятника в его сказочной палатке. Я снова чувствовал себя бесспомощным котом. Это мерзкое чувство я никогда не забуду. И никогда бы не захотел почувствовать вновь.       Слепой глядел на меня со смесью любви и счастья, еще чуть-чуть и замашет хвостом сновно псина! Хотя чем волки отличаются от собак? Я зашипел и выгнулся дугой, когда он подошёл поближе и улыбнулся мне, если то, что изобразила его пасть можно назвать улыбкой.       — Вот он — твой дом, от которого ты так старательно пытался отречься! — Волк чуть согнулся в лапах и припал животом к земле. Теперь наши... морды находились друг на против друга. — Только Сфинкс смог проделать такой фокус, хотя он Дому нравился, но его все же пришлось отпустить. Теперь Наружность его дом. Там у него работа, семья, жизнь. А у тебя же там только твое "хобби", даже с родным отцом необщаешься. Ты плохо выставляешься, страдаешь в пустом доме, забываешь есть и не можешь спать. Тебе не жить в Наружности! Ты сдохнешь спустя месяц, может два. Тут же я позабочусь от тебе. Ты подружишься с Рыжей, по-крайней мере я на это надеюсь. Не будешь думать о деньгах, счетах и аренде. Ты будешь хорошо питаться и спать. Ты сможешь ходить. Разве тебе не нравиться здесь? — Он поднялся и поманил меня за собой, я помотал головой и вцепился всеми когтями в землю. Мне было хорошо в моем мире! Я понимал правила "игры" Наружности. И семья у меня была хорошая, и зарплата. Я картины продавал в конце то концов! Мне не нравился этот мир. И Слепой приносит только страх. Как адекватный человек может быть таким? Адекватный человек не будет красть свою любовь без ее ведома. Адекватный человек смирянтся с тем, что его не любят, но Слепой не адекватный.       Он приходит не спрашивая, принося с собой боль, смерть, страх и бесконечный поток мыслей. Рядом с ним я всегда переживал о чем-то, в преддверии выпуска он мне покоя не давал, ходил по пятам, ночами звал куда-то, прижимался крепче обычного, заставляя от нервов обкусывать ногти и кутикулы. Когда сон ко мне не шел: он сидел рядом. Когда я все де спал: он спал рядом. Я рисовал: рядом был он. Я стал подозревать у себя паранойю, он напрягал постоянным присутствием.       — Почему же? - Слепой продолжил свой допрос — Ты всегда боялся всех и вся. Боялся но не признавал этого даже себе. Ты думал, что это просто глупые переживания на пустом месте. Ты много чего не понимал, но ты – живой. Живым был когда-то и Сфинкс, но это в нем угасло. В тебе не угаснет это никогда. Ты мог плакать, злится и грустить, а я постепенно начал понимать, что эти эмоции передаются и мне. Ты научил меня тому, что умеешь ты. Ты сделал меня живым! Ты отдал часть себя. Теперь я учу тебя, делаю живым, отдаю свою часть!       Он подхватил меня пастью за шиворот и оторвал от земли. Мне пришлось быстро втягивать свои когти, иначе он бы их оторвал. Слепой нес меня, пока постепенно мы вновь не стали людьми и он поставил меня на землю. Это было так непривычно. Я стоял... Сейчас уже не было дела ни до кого, Слепой тоже отошёл на второй план, хотя я держался за него. Было так странно ощущать то, о чем я даже перестал мечтать! Мне говорили, что я больше никогда не буду стоять, а сейчас я стою в свой полный рост и гляжу на Слепого сверху вниз. Я неверя своим ощущениям подвигал ногой , она слушалась, разве это не прекрасно? У меня появилось резкое желание убежать, убежать и бегать пока не упаду от усталости. А когда это случится я вероятно проснусь и пойму, что просто уснул в очередной раз за холстом. Конечно я сначал разочаруюсь горькой реальности, но буду рад ей, ведь там больше не будет этих серых глаз. Глаз этого отбитого на голову оборотня.       Я оглянулся за мной был лес и передо мной был лес, везде был густая и темная чаща. Я медленно прошёлся и, кинув взгляд на Слепого, рванул обратно. Я не всматривался в тропинку, но знал, что он нас меня прямо. Было такое лёгкое ощущение, но оно быстро сменилось отдышкой и усталостью, это и понятно, я не бегал с 15 лет. Прыгать было сложно, но я перепрыгивал корни и уже не бежал, а просто шел, шел как можно быстрее. Когда я понял, что больше не могу идти, я остановился. Попытался отдышаться и вновь начать попытки выбраться.       — Набегался? Неплохо бегаешь кстати, с твоим то отсутствием всяких тренировок. Страх преследует тебя, а ты убегаешь. — Я обернулся, там стоял Бледный. Его медленный шаг и настороженная поза прямо кричала: "Попытаешься убежать - ничего не выйдет. Ты только мой" Они заставили меня застыть на месте и не двигатся. Меня пробила дрожь. — Ну же, беги дальше. Но знай, у тебя ничего не выйдет, сколько бы ты не бегал, солнышко. Стоит быть готовым ко всему, а ты не готов даже к лёгкой пробежке. Ты боишься слишком многого и слишком сильно. Не стоит так нервничать, ты не заслужил смерти. В ту ночь ты очень походил на котенка, сейчас ты больше подходишь на взрослого перепуганного кота.       Его лапы, когтистые и мохнатые, обхватили мое лицо. Его поцелуи были кусающими и болючими. Я пытался отвернутся или оттолкнуть его, но его руки переместились на мой затылок и талию, не давая освободится. Когда Слепой все же оторвался от меня, он начал вести меня обратно.       Постепенно лес стал редеть и мы оказались на опушке. На ней стоял небольшой дом. Его терраса была во всю стену и на ней распологалась, как я понял, летняя кухня. Столик и два стула стояли в другой стороне террасы и вид оттуда выходил на другую сторону опушки.       — Вот это твой дом — сказал Слепой — здесь и нигде иначе. Кстати, первое время ты будешь выходить на прогулки только вместе со мной и сбежать у тебя не получится. Лес не выпустит. Ещё стекла и двери бронированные, но не переживай, это не проти тебя, против других. Ты ведь понимаешь риски побега, если в доме такие окна, да?       Я спешно кивнул. Мне даже не хотелось ничего говорить, я хотел лишь домой и обсудить этот странный день со Сфинксом. Но я понял, что не смогу сбежать. Слепой знает это место и он понимает его опасность. Раз он поставил здесь броннированые окна, то опасности здесь много.       — Говори — Приказал Слепой.       — Да...       — Вот и славно. — Он улыбнулся жуткой улыбочкой и разувшись пробурчал о том, что пойдет на кухню. Он выглядел счастливым, а вот я нет. Лучше бы в тот день я и правда снял эти чёртовы кроссовки.