Сделка на краю крыши

Вечерний воздух был пропитан запахом сосновой смолы и приближающейся грозы. Диппер сидел на покатой крыше Хижины Чудес, скрестив ноги, и с напряжением смотрел на светящийся экран старого ноутбука. Курсор в поле для пароля равнодушно мигал, словно насмехаясь над ним. Он перепробовал всё: дни рождения, имена, даже зашифрованные коды из дневников. Ничего не подходило. Внезапный порыв ледяного ветра пронёсся по крыше, взъерошив ему волосы. Бело-голубая кепка с ёлкой, не выдержав напора, сорвалась с головы и покатилась по черепице. Диппер вздрогнул и вскочил на ноги, пытаясь ухватить её, но пальцы схватили лишь воздух. Кепка, словно подхваченная невидимой силой, спикировала за край крыши и исчезла в сгущающихся сумерках. — Ну нет! Только не это... — простонал он, глядя вниз. Разочарование накатило с новой силой. Лезть в темноте в колючие кусты не было никакого желания. Он уже почти перекинул ногу через конёк крыши, чтобы спускаться, как вдруг тишину разрезал звук, от которого кровь застыла в жилах. Знакомый, до скрежета зубовного, неестественно высокий смех. — Привет, Сосенка! Голос раздался прямо за его спиной. Диппер резко обернулся. В воздухе, среди взметнувшихся сухих листьев, материализовался Билл Шифр. Жёлтый треугольник парил, лениво покачиваясь в такт завываниям ветра, его единственный глаз сиял, как раскалённый уголёк. Он элегантно опустился и уселся на самом краю крыши, свесив короткие чёрные ножки в пустоту. Выглядел он при этом до жути довольным. — Потерял что-то, или просто пароль подводит? — промурлыкал демон, растягивая слова. — Не нужна ли тебе... помощь? Диппер инстинктивно отшатнулся, но Билл лишь щёлкнул пальцами. Пространство вокруг мальчика исказилось, и неведомая сила, мягкая, но неумолимая, как течение реки, подтянула его по шершавой черепице прямо к демону. Теперь они сидели почти вплотную. Билл наклонился, разглядывая застывшего Диппера с видом коллекционера, оценивающего редкий экспонат. — Такой умный мальчик, как ты, — заговорил он, и в его голосе сквозил приторный, ядовитый мёд, — и не может решить до ужаса простую задачку? Не дело это. Но я могу подсобить... за одну кро-охотную сделку. Внутри у Диппера всё сжалось в тугой, холодный комок. Страх боролся с отвращением, и на мгновение страх проиграл. — Ты нечестный демон, Билл, и я не буду тебе доверять! — выпалил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. — Я знаю, что ты за существо! Улыбка на лице Билла на долю секунды превратилась в оскал, но он тут же вернул маску шутливого дружелюбия. — Ну что ты, Сосенка, — проворковал он, паря в опасной близости. — Ты же мне нравишься. Ты, возможно, самый умный из всех, кого я встречал! Диппер горько усмехнулся. Страх отступил, оставив после себя лишь холодную ясность. — Ты живёшь не один век, Билл. Ты знаешь моего дядю Стэнфорда. Он умнее меня в сотни раз. Ты лжёшь мне даже сейчас. Маска треснула. Глаз демона вспыхнул багровым. Он перестал сдерживать свою природу. В один неуловимый миг он метнулся к мальчику и с силой толкнул его в грудь. Диппер, вскрикнув от неожиданности, рухнул на спину. Лопатки пронзила острая боль от удара о твёрдую черепицу. Билл навис над ним, заполняя собой всё поле зрения. Его тень поглотила последние отблески заката. Чёрная рука метнулась вперёд и сомкнулась на горле мальчика. Это не было удушьем — лишь демонстрацией силы. Холодные пальцы держали крепко, предупреждая любое сопротивление. — Ах, Пайнс, Пайнс... — Билл снова засмеялся, но теперь в его смехе звучала угроза. Он успокоился так же внезапно, как и рассердился. Он разжал пальцы и отпустил горло, но стоило Дипперу сделать судорожный вдох и попытаться приподняться, как демон грузно и нагло уселся прямо на него сверху, прижимая к крыше. — С чего ты взял, что я правда не могу тебя любить? — с наигранной обидой спросил Билл, наклоняясь так близко, что Диппер почувствовал запах, похожий на озон и горящие спички. — Просто поверь, Сосенка... сделка со мной тебе понравится. Она будет... приятна для нас обоих. Демон медленно, почти лениво, провёл кончиком пальца по груди мальчика, сквозь ткань жилетки и футболки. Прикосновение было обжигающе-холодным. Палец скользнул вниз, к животу, и остановился, игриво подцепив резинку шорт. Билл чуть приподнял её и тут же отпустил, издав тихий, довольный смешок. Убрав руку, он смотрел на Диппера в ожидании. Диппер лежал, тяжело дыша и не в силах пошевелиться. Сердце колотилось где-то в горле. Он не понимал, что происходит, смысл жеста ускользал, но щёки предательски залила краска стыда и смущения. Это было неправильно, чужеродно, страшно — но и необъяснимо волнительно. Билл заметил этот предательский румянец, расползающийся от скул к шее, и улыбнулся — медленно, довольно, как сытый кот, поймавший в лапы что-то хрупкое и беззащитное. Он наклонился ниже, почти касаясь щеки Диппера, и зашептал. Голос его стал вкрадчивым, мягким, словно шорох шёлка, но в нём звенел опасный, гипнотический подтекст. Свободной рукой он легко коснулся кончиками пальцев подбородка Диппера, чуть приподнимая его голову, заставляя смотреть в этот пугающий, но почему-то притягательный глаз. — Неужели ты думаешь, что я стал бы тратить время на кого попало? Ты — особенный. В тебе есть искра. Ты гений, запертый в теле ребёнка, и я единственный, кто это ценит. Единственный, кто может дать тебе то, чего ты жаждешь: уважение, силу, знания... и плечо, на которое можно опереться. Даже если это плечо немного... острое? — он тихо усмехнулся собственной шутке. Затем Билл вздохнул, и этот вздох был полон фальшивой, болезненной нежности. — Я знаю, ты мне не доверяешь. Думаешь, я чудовище. Думаешь, я тебя обману. Но посмотри на себя. Ты дрожишь, ты краснеешь, и твоё сердечко колотится не только от страха. Тебе... любопытно. Тебе нравится, что кто-то настолько могущественный обращает на тебя внимание. Это не стыдно, Сосенка. Это естественно. И я могу дать тебе гораздо больше, чем просто внимание. Я могу дать тебе целый мир. Просто... протяни руку. Он ещё ближе придвинулся, так что его шёпот стал почти неслышным, но прожигал насквозь: — Я не буду тебя обманывать, нет. Я просто покажу тебе, что значит быть по-настоящему живым. Что значит не бояться ничего. Я буду тебя... оберегать. По-своему. Как ценную вещь. Как любимую игрушку. Ты даже не представляешь, сколько удовольствия может принести наша маленькая сделка. Для нас обоих. Позволь себе просто поверить. Хотя бы на миг. Я сделаю всё, чтобы этот миг стоил целой вечности. Он слегка отстранился, чтобы поймать взгляд Диппера, и завершил свою тираду, и голос его вновь стал обычным, насмешливым, но с остатками той интимной липкой ласки: — Ну что, Сосенка? Мы договорились? Моральные силы Диппера иссякли. Он чувствовал себя раздавленным и загнанным в угол. Сопротивляться этому напору, этой чужеродной, пугающей близости больше не было сил. Он устал. — Да... — еле слышно выдохнул он. — Я согласен. Глаз Билла торжествующе сверкнул. Он грациозно поднялся с груди мальчика, давая тому сесть, и по-джентльменски протянул руку. В его ладони заплясало призрачное синее пламя. Диппер, чувствуя, как в висках стучит кровь, вложил свою дрожащую ладонь в этот холодный огонь. Сделка была скреплена. Как только их руки разжались, Билл, даже не глядя, повёл пальцем. Ноутбук телепортировался с дальнего края крыши прямо в его руки. Он застучал по клавиатуре с нечеловеческой скоростью. Меньше чем за секунду экран сменился с запроса пароля на рабочий стол. — Готово! — объявил он и перевёл взгляд на Диппера. Ухмылка растянулась до самых краёв его треугольного лица. — А теперь, Сосенка... твоя часть сделки. Диппер сидел, обхватив себя руками, всё ещё красный и взъерошенный, но в его глазах читалась настороженность. — Ну и... какая же? — спросил он, боясь услышать ответ. Демон сделал вид, что глубоко задумался, театрально подперев уголок рукой. Затем наклонился к самому уху мальчика и прошептал, обдавая его дыханием, горячим, как адское пламя, и холодным, как пустота между звёзд: — А вот сейчас и узнаешь...