Stray Kids: Минсоны. Начало

Я влюбился в Хани с первого взгляда. Просто сразу понял, что он мой, что с этим человеком я хочу прожить свою жизнь и хочу детей от него. Омега доверился мне,он давался в руки, но к сожалению дальше поцелуев дело не заходило из-за запретов компании и постоянного надзора. - Сони-и..., - целую его нежно, наконец зажав ночью в ванной комнате, предварительно выпроводив оттуда последнего помывшегося Чанбина. Руки омеги привычно обнимают мою шею и он доверчиво прижимается ко мне. - Люблю, - отвечает тихо в поцелуй. Мягкие губы, подрагивающие реснички с полуприкрытыми глазами и любимый запах карамели. И чем дольше мы целуемся, тем насыщеннее становится его запах. - Не хочу отпускать тебя..., - разрываю наконец поцелуй и прижимаюсь к его запаховой железе губами. Слегка посасываю, вырывая из груди омеги тихий всхлип. - Минхо... - Мой..., - слегка кусаю, не выпуская клыков, хоть они и ужасно зудятся. Джисон впивается короткими ноготками в мои плечи, тяжело дыша. Времени катастрофически мало. Если задержимся больше чем на пять минут вне видимости камер вдвоём, то свет включится везде и всех поднимут громкой музыкой на репетицию. Идеальная дрессировка молодёжи, чтоб не зажимались по углам, зная, что наказание за двоих понесут все поголовно. Наказание всегда одно и тоже - прогон танца, а наказанием оно считается из-за того что мы итак отдаём хореографии в среднем часов восемь в сутки, плюс на остальное большая часть времени, ну и на сон если повезёт остаётся хотя бы четыре часа. И это при том, что компания сама разрешила набрать в группу и альф и омег (хотя официально для прессы все конечно же альфы). Нас уже поднимали среди ночи на прогон танцев толпой за Хёнджина с Ликсом, за Чанбина с Сынмином, а потом и за Чана с ещё не раскрывшим свою суть милашкой Чонином. Мы с Сони учимся на чужих ошибках. Но отпускать своего ненаглядного омегу в комнату к трём альфам всё же нет никакого желания. И пусть Крис, Чанбин и Хёнджин сколько угодно уверяют меня в том, что они не заинтересованы в Хане, я не могу перестать ревновать. И потому после распределения компанией нас по комнатам в общаге, сразу предупредил альф в нашей курилке. - Вы же помните, что я сплю в одной комнате с вашими парнями? - Моего там нет, - безразлично вставил Чанбин, в то время как Бан Чан и Хван недобро на меня зыркнули затягиваясь. - Только посмей, - предупреждающе рыкнул Джинни, но я в ответ лишь усмехнулся. - Я говорю это к тому, чтоб вы запомнили и лишний раз не оставляли запах на моём временами через чур тактильном Джисоне. Я понимаю, что 3Racha должна работать, но постарайтесь без рук. - То же касается и тебя, - предупредил Крис. - Йену... - Я буду присматривать за всеми ними, но не позволю себе ничего того, что не хочу чтоб вы делали с Ханом. Мы друг друга поняли? - Да, - хором ответили Джинни с Чаном. - Чанбин?, - вот он временами меня прямо злит своим упрямством. Сынмину ахринеть как повезло иметь красивый и при должных практиках сильный голос, но пиздец как не повезло с альфой, не считающего его - бету своим. Как позажиматься и хоть как-то сбросить напряжение, так Сынмин-а, иди ко мне, а как принять за него ответственность как это делаем мы со своими омегами, так он не мой. И вообще вокруг ещё так много нетраханного Чанбином. СвинОта. - Кроме как по-приколу я его тискать не буду, даже пьяным не скажу что люблю, сам не поцелую и буду уворачиваться от твоего любвеобильного. Доволен?, - Со протянул мне ладонь, предварительно перехватив наполовину выкуренную сигарету в левую руку. - Более чем, - довольно улыбнулся я, запрепляя обещание нашим рукопожатием. - Далеко не уходи на перерыве, ладно?, - промурлыкал мне Сони во время очередной репетиции хореографии, едва оказавшись на своей точке рядом со мной. Хан знает, как я сосредоточен на выверке движений мемберов будучи ведущим танцором, но в предтечку ему откровенно на это плевать и он лишний раз трётся об меня, если у нас не запланировано в этот день выступление. Я молча подмигнул ему, и дождавшись его довольную улыбку, снова перевёл взгляд на Йени с Сынмином, которым уже следовало на три выйти одновременно вперёд, но они пока не успевали. - Когда-нибудь нас перестанут так выжимать эти повторы, но не сегодня, - я рухнул в ноги своего возлюбленного расположившегося возле уже занятого другими мемберами дивана и протянул руку, чтобы перехватить у него бутылку воды. Пить хочется безумно и мы все мокрые, хоть отжимай. - Зато на сцене будет выглядеть бомбезно, - омега приподнял мою голову со своих ног, помогая сделать несколько жадных глотков, после чего уложил обратно. Запах карамели обволакивает и успокаивает бешено колотящееся сердце, и я довольно прикрыл глаза. А ещё Хани зарылся пальцами в мои волосы и массажирует кожу головы. Идеально. - Кто-нибудь знает, какие будут костюмы?, - бас Феликса сложно с чем-то перепутать. - Ближе к Хэллоуину точно будут зомби, - ответил ему наш лидер, валяющийся так же на полу рядом с макнэ. - А на постоянку что-то дерзкое и с кожей вроде. - Будем дружно скрипеть, - хохотнул Сынмин. - Хани, - я отвлёкся от общего разговора открывая глаза и любуясь своим омегой. - М? - Тебе нужно в туалет?, - наш негласный стандартный предлог для уединения. - Ага. Приподнявшись жду пока Хани поднимется с места и иду следом, ведомый сладким запахом. Хоть я устал безумно, но потискать омегу мне сейчас жизненно необходимо. Он - мой личный антистресс и успокоительное. - Ты провоцируешь не только меня, любимый, - выдыхаю ему в губы, прижав к двери спиной, едва закрыл на нами дверь туалета. - Чем же?, - невинно хлопает своими карими глазками и я почти поверил, если бы его губки не растянулись в слишком уж хитрой улыбке. Нежные ладони забрались под мою футболку, наглаживая и слегка царапая пресс, и эта нехитрая ласка срывает крышку моего терпения. Накидываюсь на эти сладкие губы, сминая их сразу под своим напором. Если сначала я хотел лишь нежно дотронуться до них несколько раз и отступить, то теперь просто не мог заставить себя остановиться. Я лизал эту сладость, посасывал, прикусывал, втягивал в рот, ласкал языком. Пальцы зарылись Джисону в волосы, притягивая его ещё ближе, направляя, слегка поворачивая голову. Любимый выдохнул стон удовольствия, когда я толкнулся в его рот языком. Поцелуй стал глубже. Хани поднял руки, уложив свои ладони на мою шею. Он совсем не пытался перехватить инициативу, прижимаясь ко мне всем телом, и даже закинул одну ногу мне на бедро. Он тоже будто никак не мог насытиться. Наши языки играли друг с другом, скользя по губам, толкаясь и сплетаясь в медленном танце. - Люблю тебя, - прошептал я, еле разорвав поцелуй. - Сдерживай запах пожалуйста столько сколько сможешь, ладно? Ночевать обязательно уходи в "блядюшник", - наш внутренний корпоративный бордель, где альфы проводят гон с заказанными шлюхами-омегами, а наши омеги либо довольствуются игрушками в гордом одиночестве, либо также вызывают слабый пол или бет, от которых им невозможно забеременеть. Касаюсь пальцами правой руки пухлой щёчки Сони, подмечая, что он охотно подставляется нежась под моими прикосновениями, - не хочу думать, что наши альфы могут приставать к тебе, когда ты будешь уязвим. - Ты правда придёшь?, - спрашивает несмело, будто не верит, что я наконец смог уломать Криса проводить течки Джисона вместе с ним не выходя из здания и не попадаясь под чужие камеры. Ценой этого договора было обещание предохраняться в любой непонятной ситуации, не вестись на уговоры несоображающей в течку омеги его пометить, и проводить свой гон отдельно от Сони. Будучи альфой и не дураком Чан прекрасно понимает, что ни у одного омеги не хватит силы сопротивляться альфе в самом разгаре гона, и если он решит повязать омегу и пометить, то у слабого пола нет шансов отбиться. - Позвони когда начнётся и я приду. Обещаю. Но с тебя обязательно противозачаточные с собой взять. - Наш первый раз будет в "блядюшнике" , - оттопыривает нижнюю губу будто обидевшись. - Не всё ли равно где, если мы вместе?, - я целую его в кончик носа, вызывая улыбку. - Всё равно, - соглашается любимая мышка нежно мне улыбаясь. Я хлопаю его по бедру, намекая на то, что нам нужно расходиться. Время. Не хочу выпускать его из рук, но сейчас будет конец перерыва и нужно продолжать репетицию. Вечером в общаге мы также по традиции нацеловались в ванной и я отправил омегу спать. Не хочу расставаться с любимым даже на ночь, но и желания подставлять остальную группу под наказание из-за нас нет. Хани быстро касается моих губ и без перепирательств идёт из ванной в сторону своей комнаты, чтобы захватить свою подушку с телефоном и уйти спать в безопасное место. Знаю, что там он упадёт в кровать и уткнется носом в подушку, которую притащил мне сразу едва мы зашли в общагу после тренировки. И заставил лежать на ней пока не подошла моя очередь принимать душ. Сейчас, когда она хоть немного напиталась моим запахом, ему будет легче заснуть хотя бы на несколько часов перед началом течки и набраться сил в "блядюшнике". Я поморщился от дурацкого слова, отправляясь сначала попить на кухню, а потом в свою комнату. Мемберы уже сопели в своих кроватях и видели первые сны. Я невольно умилился поправляя наполовину скинутое с кровати одеяло у Феликса, и накидывая плед на раскрывшегося Йени. Сынмин обнимал во сне подушку и я решил его не беспокоить, возвращая её на место ему под голову. То, что мне досталась комната с "жаворонками" это конечно бинго, намного лучше чем засыпать под бубнеж и клацанье клавиатуры 3Rachi или обсуждать домашку ещё доучивающегося Хёнджина. Йени же будучи умницей закрывает учёбу самостоятельно, почти не прося по ней помощи. Забравшись в свою "берлогу" скрытую чёрными покрывалами со всех сторон, я достал спрятанный телефон из-под подушки и увидел написанное любимым сообщение. - Я уже скучааааааю - Хани, детка, я тоже. - Подушка так приятно пахнет тобой... - Я лежал на ней потный. - Эй! Мой альфа даже потный пахнет потрясающе! Тестостерон с него так и прёт во время тренировки, ты не знал? Он очень красивый... И мужественный! - Познакомишь нас?, - я улыбнулся, зная, что точно рассмешил Хани. - Ни в коем случае. Мои мужчины никогда не должны пересекаться в одном пространстве. - *звуки обиды* - Это была шутка, хён! Ты единственный и неповторимый! - Поспи, Хани. Тебе необходимо отдохнуть. - Интересно, я всегда-всегда буду тебя слушаться? - Пока не передумаешь быть моим. - Значит всегда. - Засыпай, дорогой. - Я позвоню как накроет. Оставь вибро-режим. На самом деле тело ужасно устало, но вот мозг начинал закипать, стоило представить что я наконец-то сегодня дорвусь до своего омеги. Альфа внутри меня урчал и предвкушающе облизывался. Но поспать и правда стоит хотя бы недолго, иначе есть риск что я попросту разочарую доверившегося мне Джисона, если выбьюсь из сил раньше него. Поспать, да, точно. Проснулся я спустя три часа от вибрации звучащей под самым ухом. - Альфа..., - тихий всхлип в трубку от которого сжалось сердце. - Комната?, - я протёр глаза, садясь на кровати. - Восемьсот четырнадцать. - Принимай таблетки. Сейчас буду, - я уже выполз из своей "берлоги", бегло окидывая взглядом спящих ребят вокруг. Снова накинул плед на смешно сопящего носом Йену, который тот умудрился скинуть со второго этажа нашей двухъярусной кровати. Феликс ногами-руками обнимал свое одеяло во сне, а Сынмин до сих пор не отпустил подушку из рук. Я никого не разбудил и это радует. Быстро умывшись, я накинул на плечи толстовку и всунул ноги в шлёпки и уже после этого наконец вышел из нашей общаги на третьем этаже и быстро добрался до лифта. Внутри меня слегка потряхивало. Кнопки ещё эти бесячие немного расплывались перед глазами от недосыпа. Очнись, альфа, тебя ждёт твой хрупкий маленький омежка, которому сейчас больно. Соберись. Я быстро поднялся на восьмой этаж и нашёл восемьсот четырнадцатую комнату. Дёрнул ручку, но она предсказуемо оказалась закрыта. Умница Сони закрылся, чтоб никакой левый придурок не вломился и не воспользовался беспомощностью несоображающего омеги. Я громко постучался. - Альфа?, - родной голос за дверью. - Да, мой хороший, открой, - сердце стучит так громко, что кажется его может услышать весь этаж. Слышу как щёлкает замок, и дверь наконец открывается. Джисони вспотевший, будто после жесточайшей тренировки в зале, стоит в одних трусах, взгляд просящий, губки моего омеги приоткрыты и он тяжело дышит еле удерживаясь на ногах. Если б запах был чем-то более плотным, то его сладкий аромат карамели снёс бы меня дальше по коридору. - Аль..., - но договорить я любимому не даю, резко врываясь в комнату и захлопывая за собой дверь. Руки сами подхватывают аппетитную задницу, прижимая пискнувшего мышонка к стене, а губы уже впились поцелуем в этот сладкий "бантик". Чувствую, как Хани зарылся пальцами в мои волосы, углубляя поцелуй и хныкая. - Хо... - Да, малыш?, - мурлычу в ответ и прикусываю несильно нижнюю губу. - Нужен..., - отвечает хрипло и толкается мне навстречу бёдрами. Быстро же омега перехватила контроль, если мой любитель поболтать не может связать и двух слов от накрывшего желания. - Ты подготовился, мой хороший?, - он так правильно ощущается в моих руках, такой лёгкий, и потому я без каких бы то усилий отношу его к двуспальной кровати, занимающей значительную часть этой небольшой комнаты. Краем глаза замечаю, что в комнатах омег нет сковывающих цепей по разные стороны кровати, как у нас, альф, для тех кто предпочитает проводить гон в одиночестве, нежели пользоваться услугами проституток. Вместо этого на тумбе слева от кровати лежат в контейнере множество самых разных вибраторов и дилдо. И также пара больших флаконов с лубрикантом. Зачем он омеге в течке? Кажется я этого никогда не узнаю. - Нет, - признался Хани и помотал головой, когда я уложил его аккуратно на спину. Сразу стянул с него промокшие насквозь трусы и кинул их возле кровати, любуясь видом полностью обнаженного омеги. Своего омеги. - Возьми..., - ноги приглашающе разведены в стороны и согнуты в коленях и его пальцы неспешно водят вдоль напряженного аккуратного омежьего члена. Но мой взгляд всё равно опускается вниз на блестящую дырочку, из которой толчками выделяется прозрачная смазка. Рот автоматически наполняется слюной. – Садись мне на лицо. – Ммм? – омега растерялся. – Тебя нужно подготовить чтобы не навредить. На лицо, Хани, – строго приказываю я, ложась рядом с ним почти вплотную. Сейчас он в моей власти, и ему от этого никуда не деться, потому Джисон слушается. Он встаёт, придвигается ближе, располагаясь надо мной и расставляет ноги так, что я оказываюсь головой между ними. Сначала руками растягиваю в стороны обе половинки ягодиц, осматривая, как пульсирует самая сладкая точка омеги. Природная смазка настолько обильно выделяется, и стоит потянуть чуть больше в стороны, как прозрачная струйка стекает вниз. Я охотно хватаю её языком, пробуя на вкус Хана. – Сладкий, – хрипло хвалю, заставляя омегу тихо ахнуть. И сразу резко перехватываю мягкие бёдра с внутренней стороны и давлю так, что Сони моментально до конца опускается на моё лицо. Громкий стон звучит на всю комнату, как только брюнет чувствует мой язык в себе. Тот входит сразу глубоко и свободно. Я играю, вылизывая каждый сладкий миллиметр, заставляя омегу трястись. – Альфаааа… – тянет любимый, упираясь руками в мой торс. А я двигаю и двигаю языком, трахая податливое сладкое колечко мышц. Упиваюсь и плотным сладким запахом, и вкусом, и довольными стонами омеги сверху. Он невозможно вкусный и я бы жил в этой позе, если бы не необходимость в кислороде. Чуть отстраняюсь, чтобы вдохнуть, а затем, вновь возвращаюсь к своему делу, добавляя к языку сразу два пальца до самого упора. Жадная дырочка всасывает пальцы как родные и я не могу сдержать собственный восторженный скулёж, едва приходит мысль о том, что тоже самое будет и с моим членом. - Мало... Альфа... Пожалуйста..., - умоляет любимый и я сжалился, с неохотой отстраняясь от зада омеги. Он ведь и правда разрывается между ноющей болью и удовольствием от моих действий. Пальцев и языка для омеги в течку никогда не будет достаточно. Я довольно осматриваю свою работу: блестящее колечко мышц пульсирует и готово принимать в себя что-то большее. – На колени, омега. Хани слушается и быстро слазит с меня, встав рядом в коленно-локтевую. Устраиваюсь позади брюнета, несколько раз членом провожу по чужим ягодицам, а затем приставляю его ко входу, легонько толкаясь вглубь. Головка тут же свободно проскальзывает внутрь, заставляя омегу передо мной сорваться на стон. – Я войду резко, – предупреждаю, хватаясь за чужую талию. И вхожу. Рывком до самого конца, по яйца. Мы оба стонем громко и хрипло. Узкий до искр из глаз, но такой мокрый и податливый. Он, блять, создан для меня. Для меня, моего члена и моего носа, чтобы я упивался его карамельным запахом до одури бесконечно. Сони трясёт, он не удерживается на руках и прижимается грудью к постели. И я сразу набираю темп, не жалея чужой зад. Грязные звуки хлюпанья слюны и смазки смешиваются со звуком ударов паха о задницу брюнета, и бонусом - стоны довольного омеги подо мной. А уж, блядь, как меня дыхание замерло, стоило лишь опустить взгляд вниз и увидеть как мой член целиком исчезает в Джисоне. Его жадная до члена дырка громко хлюпает смазкой при каждом моем толчке. Мои движения были резкими и глубокими, я вдалбливал себя в его горячую тесноту, получая от Хани отдачу при каждом движении и слушая его сладкие стоны. Альфа внутри меня завыл от восторга, когда я увидел, что плохосоображающий Джисони наконец задвигался со мной в едином темпе, насаживаясь на член. Комната наполняется теперь уже нашими ароматами, что смешиваются в одно целое. Жарко, очень жарко, и омега будто весь горит, но я здесь как раз за тем, чтобы помочь ему не сгореть. В какой-то момент меняю позу, и Сони оказывается на боку. Я, закинув его ногу к себе на плечо, продолжаю вбиваться в его зад, и попадаю прямо по простате, судя по тому, что стоны перешли в тоненький скулёж и омега вцепился руками в простыню. Удары о бёдра резче, жёстче и Хани не выдерживает, он начинает дрожать и кончает. Первый раз, но точно не последний за эту ночь. Он сжимает меня, но я продолжаю вбиваться в омегу, доводя и себя до экстаза, со стоном кончая в него и не дав узлу связать нас. После чего падаю рядом с ним на бок на кровать, притянув сразу к себе за талию. Первые минуты две-три я целовал-вылизывал его спину, шею и затылок, тыкался носом в мокрую кожу, так приятно пахнущую наконец нашим общим запахом карамели и кофе, но постепенно затих, прислушиваясь к успокоившемуся дыханию любимого. - Сони?, - спрашиваю тихо в надежде, что удовлетворенная омега уже временно затихла и отдала бразды правления мозгом моему бесконечно талантливому парню. Но Хан обескураженно заныл и повернулся кидая на меня взгляд полный слёз, и я понял, что он ещё не соображает. Омега ведь не получил свой узел и единственное, что он знает – он не желает останавливаться. Поэтому в следующую секунду брюнет оказывается на мне. Он резко опускается на мой член до самого конца, простонав ещё громче чем прежде из-за угла проникновения. Сони спиной ко мне, поэтому разводит руками две половинки ягодиц так, чтобы его альфа точно всё увидел. И я вижу. Вижу, как мой член исчезает в чужой заднице, а затем появляется и снова исчезает. Смотрю, как смазка вперемешку со спермой хлещет между нашими телами. Это грязно и это сводит с ума, вынуждая едва успокоившийся член снова до боли напрячься. Я оглаживаю чужие ладошки своими руками и сжимаю омежьи ягодицы. – Ты, блядь, напросился, – рычу и с силой начинаю насаживать брюнета на свой член. Он вскрикивает, но не сопротивляется, прогнувшись в спине. По ней стекают капельки пота и я делаю в голове пометку при возможности слизать их. Возбуждение буквально бурлит в крови. Безумно хочется пометить эту спину, бока и шею своими укусами и засосами, чтобы все знали кому принадлежит этот омега. - Альфа... Ещё... Ещё..., - просит Джисон, начиная двигаться мне навстречу. Внутри него так горячо и узко, что кажется, сколько его не растягивай, он всегда будет ощущаться до невозможности тугим и жарким. И это, блять, прекрасно. Даже если омега будет из-за своей узости раз за разом вынуждать кончать и меня тоже, то выносливости мне не занимать, не зря же я всю жизнь занимаюсь спортом и танцами. Синхронные движения приносят чистое удовольствие, которое растекается по телу, растворяясь где-то в кончиках пальцев. Омегу ведёт от точных ударов по простате и спустя несколько минут таких интенсивных толчков он снова кончает сжимая меня в себе слишком сильно, вынуждая излиться внутри него. - Омега, перевернись на мне и дай уложить тебя, так будет удобней, - отпускаю тонкую талию из своего захвата, пока не успела произойти сцепка. - Получишь узел. Сони смешно поджав бровки и губы неловко ворочается, но выполняет мою просьбу не слазя при этом с набухающего узла, который так сильно хотел. Когда его ладошки обхватывают мою шею, улёгшийся на моей груди омежка начинает громко мурчать, получив очередную порцию спермы. В сцепке мы будем около получаса, и этого времени Хану должно хватить чтобы перевести дыхание перед следующей "волной" когда его накроет, а пока я могу вдоволь налюбоваться им. - Люблю тебя, - не удержавшись целую сладкие губы Сони, оглаживая тонкую талию любимого. - Мммм..., - мычит омега удовлетворённо в поцелуй, прикрыв глаза и снова получая порцию спермы вместе с коротким оргазмом, охватившим нас обоих. - Мышка моя уставшая... Отдыхай, - окутываю его своими успокаивающими феромонами, которые в кои-то могу не сдерживать, и укладываю его поудобней на свою шею пухленькой щекой, поворачивая свою голову вправо. Ласково оглаживаю всё тело Хани до чего могу дотянуться, слушая его довольное мурчание, и понимаю, что счастлив. Любимый царапкал короткими ноготками мои плечи ещё минут десять пока не пришёл в себя. - Минхо..., - совсем тихо шепчет. - Да, дорогой? - Спасибо. - Легче стало? - Да.. Ты так приятно меня заполняешь... - Ты настаивал на узле. - Это рефлексы омеги, извини. - Разве я сказал, что мне что-то не нравится? - Тебе наверно неудобно, ведь я тебя придавил. - Глупости не говори. Ты - пушинка. - Телефон мой видишь на тумбочке? Я перевёл взгляд с небольшой абстрактной картины на стене на высокий комод. Вероятно он лежит на ней, но с этого ракурса мне его не видно. - Допустим. - Он прямо сверху лежит рядом с таблетками. Противозачаточных хватит часов на шесть. За десять минут и потом сразу за две до каждого следующего приёма я поставил будильники. Он сработает, и если мы будем в этот момент заняты, то ты будешь в курсе, что скоро нужно будет дать мне таблетку. Открытая пачка рядом с телефоном. Если не захочу принимать, скажи моему омеге, что это витамины. - Понял. Ты душ принять хочешь? - Да. - Как узел спадёт, я обязательно тебе помогу. - А я..., - Хани резко замолчал прерываясь и утыкаясь в мою шею лицом громко сопя. - Чаги-я, - я мягко огладил его макушку поддерживая. - Скажи, что хотел. Тут же никого кроме нас нет. - Тебе понравилось? Ну... со мной?, - брюнет не спешит поднимать голову чтобы посмотреть в глаза. Ясно, смущающая тема. - Очень, Хани, мне очень понравилось. И я бы хотел успеть сделать всё ещё раз, когда мы оба будем в ясном сознании, чтоб ты тоже всё запомнил. Ты не против? - Я доверил себя тебе и ты прямо сейчас накачиваешь меня своей спермой. Конечно, я не против. - И ещё... Ома, это важно, - повернув голову я легко поцеловал его в висок. - Не стесняйся. Ты вымотан нашим графиком. Я помогу в любом случае, но когда будет всё спокойно, лучше лишние минуты поспи, я всё понимаю. Если меня вырубит следом за тобой, а ты проснёшься из-за того что хочется секса, сразу буди. Не жалей меня. Я здесь ради тебя. Ты меня понял? - Да, - мышонок поцеловал меня в шею мурлыкнув. - Минхо-я... - М? - Мне впервые настолько спокойно и хорошо с альфой в течку. - Сони... - Нет, дай договорить, - он приподнялся на моей груди, чтобы заглянуть в глаза. - С момента раскрытия сущности у меня были разовые партнёры пока я не попал в JYP, но я ни разу не смог расслабиться, Хо. Мне с тобой хорошо, спокойно. И теперь я тебя никуда не отпущу. Серьёзно. - Из-за секса, который даже не помнишь?, - хохотнул я не удержавшись за что тут же получил щелчок по носу. - Я наконец чувствую себя целым, и это так..., - омега завис ненадолго, подбирая слова. - Правильно? Благодаря тебе, дурная ты альфья голова, - его глаза начали наполняться слезами из-за избытка чувств и я поспешил поскорее прижать его к своим губам, стремясь передать через поцелуй всю нежность и любовь что я испытываю к этому мышонку. - Я настолько сильно люблю тебя, чаги... И буду рядом. - Хо..., - омега как и я почувствовал, что мой узел наконец спал и член расслабившись выскользнул из его дырочки. - Попить и помыться, ага?