Синие Метеоры и Красные Вымпелы (перезапуск)

Солнечные лучи пробивались сквозь шторы, освещая комнату. Стены были обвешаны плакатами, на столе — бардак; где‑то лежит давно забытая футболка, у шкафа валялась сумка, из которой выпали коньки. Середина июля. Иван Барашкин лежал в кровати, в который раз отключая звеневший будильник с тихим ругательством, пока в окно дома что‑то не ударило — да так, что окно разбилось, и предмет влетел в комнату на пол с грохотом. С улицы донёсся смех, а сам Иван поднялся, потирая глаза, и посмотрел на пол: там лежали камень и осколки стекла. «Да… Мама увидела бы — по голове не погладила», — подумал он. — Ваня! — донёсся знакомый голос. Барашкин подошёл к окну и выглянул, сразу заметив два силуэта: Гена и Гоша. Те держали спортивные сумки на плече и махали Ване. Тот, поняв, что от него хотят, поплелся в коридор и открыл входную дверь, откуда на него сразу влетели друзья. — Ты на тренировку не идёшь, что ли? — приподнял бровь Ёлкин, осматривая сонного и хмурого Ваню. — Не собирался, — пробормотал капитан, потирая глаза. После чего вмешался Гена: — Сегодня пробный матч, схули ты не идёшь? От таких слов Ваня удивлённо вскинул брови, давая понять, что он и не помнил. Время было 8:26 — у него ещё был час, чтобы собраться и доехать до арены. Иван собирался на ходу, поэтому ел уже в транспорте. Гена и Гоша усердно спорили между собой, держась за поручень троллейбуса и игнорируя косые взгляды бабушек. Как только транспорт остановился на остановке, друзья вылетели из него, направляясь к арене. Там у входа уже стоял Степа, хмуро держа свою клюшку и глядя в телефон. Парни подошли к младшему, поздоровавшись. — Вы почему так долго? Сейчас от Бориса втык получим из‑за вас, — ругал вратарь, входя за остальными в здание, проходя по коридору к своей раздевалке — мимо раздевалки «Метеоров», ненавистных врагов «Красных Вымпилов», для которых «Синие Метеоры» были слишком правильные и назойливые. Ваня сидел на лавке перед катком. У бортиков стояла его команда и снова ругалась. Руки машинально завязывали шнурки на коньках. Иван совсем не выспался и нормально не поел, так ещё и лица «синих» придётся терпеть. В этот момент, конечно же, на зло самому Барашкину, бутылка воды упала со скамьи на кафель. Сам русый не собирался её так быстро поднимать, если бы ему не помогли. Ваня поднял голову, когда услышал знакомый голос и увидел протянутую руку с водой. Роман Сиякин — хоккеист, которого ставили Ване в пример, — идеальный и правильный — стоял перед ним. Чёрная чёлка виднелась из‑под шлема, синяя форма, клюшка в руке и эта дружеская улыбка раздражали Ваню до белого каления. Красный лишь фыркнул и забрал свою бутылку, бросив на «метеора» раздражённый взгляд. На что тот, даже не удивившись, вышел на лёд, а за ним, как по линейке, его команда: Тарас, Петя и Лёва Вымпел поднялся и прошёл на лёд.