Сладкий сон

— Я скучаю по каждой нашей встрече! Ричи произнёс это с таким весёлым задором, что Эдди лишь обречённо закатил глаза. — Мы виделись утром, — напомнил Эдди, в ответ на что Ричи по-детски показал ему язык. — Ну почему ты такой душный? Что же ты будешь делать, когда у тебя девушка появится? — Не говори так, — Эдди брезгливо поморщился, — рано ещё о девчонках думать. — Малыш Эдс боится взрослой жизни? — с издевкой протянул Ричи. Эдди густо покраснел, но тут же нашелся и принялся язвить в ответ. Ричи был вынужден выслушивать его причитания всю дорогу. Когда они, наконец, вышли к озеру, где их уже поджидали остальные, Ричи с облегчением выдохнул. — Бев, ты не представляешь, как Спагетти меня достал! Он весь путь читал мне нотации о морали! Беверли понимающе улыбнулась. — И правильно делает. Должен же ты хоть чему-то научиться, — хмыкнул Стэнли, заставив Ричи обиженно надуть щеки. Эдди же в ответ лишь гордо вскинул голову. — Ну и ну, — Ричи театрально всплеснул руками, усаживаясь на поваленное дерево. — Смотрите на него, истинный джентльмен среди нас, грешников. Может, ты нам еще и лекцию о вреде микробов в озерной воде прочтешь? — Если бы ты хоть раз помыл руки перед едой, тебе бы не пришлось слушать мои «лекции», — парировал Эдди, пристраиваясь рядом и брезгливо рассматривая мутную гладь воды. — Оставьте их, — рассмеялся Билл, наблюдая за привычной перепалкой. — О-они никогда не з-замолчат. — Мы просто обсуждали планы на лето, — буркнул Стэнли, кидая камешек в воду. — Пока кое-кто не решил превратить это в цирк. — Лето создано для веселья, Стэнни-бой, а не для твоих кислых мин! — Ричи толкнул друга плечом. — Бев, скажи им. Мы же собирались построить плот и отправиться в плавание, как настоящие пираты? — Пираты в Барренсе? — Бев скептически приподняла бровь, поправляя выбившуюся прядь волос. — Скорее как искатели приключений в сточной канаве. Но звучит заманчиво. — Это опасно, — тут же вставил Эдди, заставив остальных едва ли не синхронно закатить глаза. — Эдс, Эдс, Эдс... Опасно — это когда у тебя такая сексуальная мамочка, а плот — это так, баловство, — ехидно протянул Ричи. Эдди мгновенно вспыхнул. Друзья поспешили отвернуться, пряча усмешки, но Каспбрака было уже не остановить. — Не смей трогать мою мать, Ричи Тозиер! Сколько раз мне повторять?! — взорвался он, яростно вцепившись в ладонь друга и пытаясь сжать её посильнее, чтобы хоть как-то унять его длинный язык. Но, увы, Ричи лишь заливисто хохотал, намеренно подливая масла в огонь и ничуть не смущаясь праведного гнева «малыша Эдса». Несмотря на все протесты, работа закипела. Ребята принялись стаскивать к воде старые доски и пустые канистры, а Эдди, наотрез отказавшийся прикасаться к «этому рассаднику инфекции», принялся вышагивать по берегу, не умолкая ни на минуту. — Это безумие! Вы хоть знаете, сколько людей ежегодно тонет из-за неисправных плавсредств? — выкрикивал он, загибая пальцы. — А столбняк? Эти гвозди старше моих дедушек! Одно неловкое движение и заражение крови гарантировано! Ричи, пытавшийся связать две скользкие доски, лишь на мгновение поднял голову: — Эдс, если ты не замолчишь, я лично запихну тебе в рот один из этих «древних гвоздей». Чисто в целях дезинфекции. — Ты не понимаешь! — Эдди перешел на фальцет, игнорируя смешки Билла и Беверли. — Грязная вода попадет в открытые поры, начнется абсцесс, врачи не успеют довезти нас до больницы... Мы же просто превратимся в корм для рыб, даже не успев отплыть от берега! Пока остальные потели на солнце, Эдди продолжал зачитывать бесконечный список смертельных опасностей, свято веря, что его нотации единственное, что до сих пор удерживает их от неминуемой гибели. Но, увы и ах, его никто не слушал. Когда же вечер опустился на город, ребята начали прощаться. — Я правда не хочу, чтобы вы в это ввязывались, — произнёс Эдди слегка обиженным голосом, когда они с Ричи возвращались домой. — Мог бы просто признаться, что боишься, — хмыкнул Ричи. Эдди тут же с силой толкнул его в плечо, так что Ричи едва не растянулся на земле. — Рич, тебе не надоело лезть в каждую авантюру? Ты же постоянно получаешь то ссадины, то раны... Ричи взглянул на лицо Эдди и внезапно замолчал. Тот действительно выглядел разбитым и не на шутку встревоженным. В этот момент Ричи невольно подумал, что это даже мило. — Ой, да ладно тебе, Эдс! Если я умру от заражения крови или утону в луже, обещаю — мой призрак будет приходить к тебе каждую ночь и переставлять твои ингаляторы в алфавитном порядке, — Ричи широко усмехнулся, ожидая очередной порции ворчания. Но вместо того чтобы начать спорить или возмущаться, Эдди вдруг шагнул вперед и крепко обнял его. Ричи замер, так и не договорив шутку. Он удивленно моргнул, глядя куда-то поверх плеча друга: Эдди крайне редко позволял себе подобные проявления чувств, обычно ограничиваясь лишь тычками и ворчанием. — Просто... не делай глупостей, ладно? — тихо пробормотал Эдди, уткнувшись носом в плечо его цветастой рубашки. Ричи почувствовал, как к горлу подступил странный комок, а всё его привычное ехидство куда-то испарилось. Ричи застыл на мгновение, словно пораженный громом, но затем медленно и даже как-то несмело опустил руки на спину Эдди, притягивая его к себе. Его движения были лишены привычной развязности, сейчас он обнимал друга почти осторожно, боясь разрушить этот хрупкий момент искренности. — Ладно, Эдс... Обещаю, что постараюсь не скормить себя местным пиявкам, — негромко ответил он, и в его голосе вместо привычного стеба прозвучала непривычная мягкость. — Ты же знаешь, я слишком крут, чтобы так просто исчезнуть. Они простояли так еще несколько секунд, прежде чем Эдди, осознав, что делает, отстранился, поправляя лямку своего рюкзака. — В таком случае, пока... — Эдди вновь нахмурился, пряча за этим жестом своё смущение, и поспешно зашагал прочь. Ричи остался стоять на месте, прислушиваясь к бешеному стуку собственного сердца. Оно колотилось так сильно, словно вот-вот готово было выпрыгнуть из груди. Это странное, непривычное чувство заставило его растерянно замереть. — Об этом нужно обязательно рассказать Бев и Стэнли, — хмыкнул Ричи, пытаясь вернуть себе прежнюю уверенность, хотя ладони всё ещё хранили тепло этого неожиданного объятия. Ричи резко распахнул глаза, жадно хватая ртом холодный больничный воздух. Сердце, только что бешено бившееся от тепла чужих объятий, теперь болезненно сжалось в груди. Вокруг не было залитых солнцем улиц Дерри лишь стерильная белизна палаты, мерное пиканье приборов и запах антисептиков. Всё было сном. Он больше не был подростком. Он был взрослым мужчиной, изломанным и опустошенным. Оно побеждено, древнее зло кануло в небытие, но цена оказалась невыносимой. Эдди мертв. Эта мысль ударила наотмашь, выбивая остатки воздуха. Не было никакой прогулки у озера, не было ворчливых нотаций и того самого редкого, отчаянного объятия на закате. Ричи прикрыл глаза ладонью, чувствуя, как по щекам ползут горячие слезы. Реальность была беспощадна: мир стал чище, но в нем навсегда стало на одного человека меньше. Дверь в палату тихо скрипнула, и на пороге показались Билл и Беверли. Они выглядели изможденными, с темными кругами под глазами — живые памятники их общей победе и общей потере. Заметив, что Ричи не спит, Бев подошла ближе и осторожно коснулась его руки. — Эй, — тихо прошептала она. — Ты как? Ричи сглотнул ком в горле, глядя в потолок. Его голос звучал глухо и надломленно, совсем не похоже на голос «Короля комедии». — Мне снился сон, — произнес он, не поворачивая головы. — Мы были мелкими. Эдс... он снова читал мне нотации. О том, как опасно строить плот, о микробах, о гвоздях со столбняком. Всё было таким настоящим. Билл опустил голову, сжимая кулаки, а Ричи продолжал, и на его губах появилась слабая, болезненная усмешка: — Он обнял меня. Знаете, так, как умел только он — вроде и злится, а сам боится за тебя до чертиков. Я во сне даже пообещал ему не умирать. Ричи замолчал, и в палате воцарилась тяжелая, звенящая тишина. Он наконец посмотрел на друзей, и в его глазах читалась невыносимая пустота. — Почему просыпаться так больно? — едва слышно добавил он. Билл и Беверли переглянулись, и в ту же секунду, не сговариваясь, присели на край его койки, крепко обнимая Ричи. Это было общим безмолвным обещанием не дать друг другу утонуть в этой пустоте. — Стэнли тоже был там, — прерывисто выдохнул Ричи, утыкаясь лицом в плечо Бев. — Он был всё тем же скептиком, хмыкал и подкалывал меня... А Эдс... он просто не давал нам нормально строить этот чертов плот. Ходил кругами, ворчал, читал лекции о смертельных бактериях и не разрешал прикасаться к доскам. Ричи на мгновение зажмурился, словно пытаясь удержать в памяти ускользающий образ. — Он был таким живым, ребят. Злым, гордым и совершенно невыносимым. Я бы всё отдал, чтобы он сейчас зашел в эту палату и наорал на меня . — Мы тоже скучаем по ним... — тихо произнёс Билл, и его голос дрогнул. Ричи, не выдержав, вновь разрыдался, закрыв лицо руками. Стены больничной палаты словно растворились, оставляя его один на один с этой невыносимой потерей. — Я скучаю по каждой нашей встрече, — прошептал он, обращаясь в пустоту, туда, где в его сердце всё ещё жил ворчливый и преданный Эдди Каспбрак. Это было прощание, которое не случилось в туннелях, и признание, которое опоздало на целую жизнь. Конец.