Вне камер

      Дверь не поддавалась. Руслан дёрнул ручку один раз, другой — закрыто.              — Странно, — сказал Руслан, — ещё не очень поздно, зачем запираться? А, может быть, она куда-то вышла? Попробую открыть своим ключом.              Найдя в кармане чёрного пальто ключ, Руслан попробовал открыть дверь. На этот раз получилось и он смог войти в квартиру.              Уже на пороге Руслану показалось, что что-то не так. Осмотревшись, он понял — стильные лакированные ботинки, аккуратно поставленные в угол, принадлежат явно не ему. И уж точно — не Вере.              Подозрения усилил и тот факт, что в квартире стояла гробовая тишина. Вера не вышла, как это было обычно, его встречать. Но она точно была дома — об этом говорила висящая на вешалке её куртка.              Руслан прошёл по коридору, остановился уже у их спальни. Дверь была закрыта. Странно — Руслан и Вера жили вдвоём и необходимости прятаться у них не было.              За дверью слышалась непонятная возня и тихий шёпот. Руслан, успевший придумать кучу неприятных сценариев, с силой толкнул дверь — и разозлился ещё сильнее.              На огромной кровати, застеленной новым постельным бельём, его жена, Вера, обнималась с каким-то смазливым мальчиком. Мальчик ни разу не смущался, шептал Вере на ухо всякие пошлости, а Вера, чтобы не быть слишком громкой, закусила губу.              — Вот это сюрприз! — крикнул Руслан, заставляя смазливого мальчика обернуться в его сторону. Вера, упав на мягкую подушку, пыталась отдышаться и ещё не до конца понимала, что произошло.              — Правильно говорят: муж в дверь, жена в Тверь! Ну, спасибо, любимая, встретила так встретила!              Смазливый мальчик попытался проскользнуть мимо Руслана. Не получилось — Руслан схватил его за руку и почти прижал к стене.              — Это не то, о чём ты подумал, дорогой... — растерянно произнесла Вера.              — А что я мог подумать? Что ты, устав сидеть дома, возьмёшься обучать английскому школьников? По своей новой методике?              — Мне двадцать три, — сдавленно произнёс мальчик.              — Каши, значит, мало ел. И кто же вас, малолеток, учит, что спать с женщинами на десять лет старше, к тому же замужними — хорошо?              — Никто нас не учит! Любовь — это такое чувство: никогда не знаешь, где она тебя встретит! Меня вот встретила, и никакие преграды не помешают нам быть вместе!              — Ну да, любви-то у Верочки на всех хватит. Я подаю на развод.              — Нет! — заорала Вера.              — Наконец-то, — ответил мальчик.              — А ты, — Руслан грозно посмотрел на прижатого к стене ловеласа, — можешь убираться отсюда. Да-да, прямо так, в чём мать родила. Накинь свою курточку и ботинки и шуруй давай, пока не получил.              — Я не уйду.              — Русский язык не понимаешь, что ли? Ну так я и по-другому скажу, — и Руслан повторил то же самое на английском, а потом ещё и на испанском.              Мальчик стоял, прижимаясь голой спиной к блестящим обоям, и злобно смотрел на Руслана. На кровати, стыдливо прикрываясь одеялом, всхлипывала Вера.              — Если хочешь, — сказал ей Руслан, — можешь уходить вместе со своим кавалером. Потом в ЗАГСе встретимся, когда разводиться будем.              — А развод я тебе не дам, даже не думай! Трудоголик чёртов, с утра до ночи на работе, а о жене и не вспоминает! Что мне оставалось делать?              Любовник Веры попытался укусить Руслана за руку. Руслан увернулся, другой рукой случайно попав парню по носу.              — Стоп, снято! — послышался голос с другой стороны площадки.       

***

      — Игорёш, забери меня, пожалуйста. Да, на сегодня всё, режиссер доволен. Когда покажут? Не знаю, потом сообщат. Через двадцать минут у студии, да. Поняла, спасибо.              Вера отключила звонок, подошла к своим напарникам по новому фильму. Вадим стирал с лица остатки бутафорской крови, Руслан ему помогал.              — Так, мальчики, — сказала Вера, — сегодня были шикарны. Я сама чуть не поверила, так правдоподобно! Русик, ревнивый муж из тебя — огонь! А ты, Вадик, хорошо сохранился!              — Ещё бы, — ответил Вадим, — в тридцать четыре двадцатилетних играть. В следующий раз, наверное, вообще экзамены сдавать отправят. Там, кстати, Вика пишет сценарий для нового сериала. Как раз про школу. Чувствую, играть нам с вами детей.              — Загримируют — мы не то что детей: инопланетян сыграем, — ответила Вера и, посмотрев на время, добавила: — Ладно, мальчики, я пойду, Игорь сейчас подъедет. До завтра.              Распрощавшись с Верой, Руслан и Вадим остались вдвоём.       

***

      Когда Руслан был маленьким, мама привела его в школу кино — обучаться актёрскому мастерству. Руслан не хотел: все его знакомые мальчики ходили на футбол или на бокс, в крайнем случае сидели дома, но ни танцоров, ни актёров, ни певцов среди них не было. Руслан своего занятия стеснялся, в школе о нём не говорил, но любопытные одноклассники прознали обо всём сами и с тех пор жизнь Руслана ухудшилась.              Его обзывали «девочкой» и другими, более обидными словами. С Русланом никто не хотел сидеть за одной партой, друзей в школе у него почти не осталось. Руслан жаловался маме — та поговорила с классным руководителем и травля утихла, но холод между Русланом и одноклассниками остался.              В киношколе было гораздо веселее — уже у входа посетителей встречал огромный яркий стенд с жизнеутверждающим лозунгом «Живи как в кино!». За стойкой администратора сидела милая девушка с доброй улыбкой, любезно отвечала на все вопросы и дарила ребятам, собирающимся домой после занятий, наклейки.              На самих занятиях тоже было весело. За несколько лет Руслан умудрился побыть и Бабой-ягой, и вороной, и зайчиком — и кого он только не играл. Тут, в киношколе, у него и появились первые друзья.              А потом Руслан вырос, уехал из родного города, и связь с друзьями оборвалась. На новом месте было неуютно, Руслан всё не мог обжиться, а потом вдруг привык. Просто привык — но лучше ему не стало. Руслан окончил местный колледж по специальности, далёкой от актёрского мастерства, а работать и вовсе пошёл в супермаркет — больше его никуда не взяли.              Белая полоса в жизни началась тогда, когда, сидя на кассе, Руслан подслушал разговор двух людей. Среднего роста мужчина в берете беседовал с женщиной, гораздо моложе него. Жаловался, что не может найти актёра на эпизодическую роль. Руслан решился:              — Простите, подслушал. Вам нужен актёр? Может быть, я могу попробовать?              Мужчина нахмурился, недоверчиво осмотрел Руслана. Ответил:              — Нет, — и тут вмешалась женщина.              — Да ладно тебе, — сказала она, — пусть попробует. Попытка не пытка. Да и потом, там роль-то такая — сложно испортить.              Мужчина сдался:              — Ладно. Приходите на пробы, — и назвал время и место.              Остаток смены Руслан провёл в приподнятом настроении. Придя домой, обдумал всё ещё раз. Ему крупно повезло.              Это произошло около десяти лет назад, а сейчас Руслан снимался в фильмах уже в качестве не случайного прохожего, а исполнителя главных ролей. Чаще всего он сотрудничал с компанией, которая занималась производством фильмов для женской аудитории. Такие фильмы не показывали в кинотеатрах — им было отведено место в эфире нескольких специальных каналов.              Руслан даже амплуа своё нашёл — ему, как правило, доставались роли успешных, влиятельных мужчин, которые пользовались большим успехом у дам.              Вместе с Русланом часто снимались Вера и Вадим. Веру Руслан помнил ещё с тех самых первых проб, когда, краснея и запинаясь от волнения, пришёл в студию. Вера снималась в том же фильме, только играла одну из главных ролей — студентку-отличницу.              В тот день Вера очень ему помогла — объяснила, как перебороть волнение. Руслан с удивлением вспомнил, что всему этому его учили в киношколе, да только он за много лет всё забыл. А Вера своим участием помогла вспомнить забытые навыки, успокоила, и на роль Руслана в итоге утвердили.              Вадим появился несколькими годами позже. Поначалу, увидев его, Руслан подумал, что кто-то из сотрудников привёл с собой сына — внешне парню нельзя было дать больше двадцати лет. И как же Руслан удивился, узнав, что Вадим младше него всего-то на два года.              Поначалу отношения в их троице были сугубо рабочими, но потом, чем больше приходилось играть вместе, тем ближе Руслан, Вера и Вадим становились друг другу. Впервые со дня переезда Руслан обрёл товарищей.              Несмотря на то, что фильмы были рассчитаны на узкую аудиторию, своих фанатов Руслан обрёл. Точнее, обрёл не он сам, а их дуэт с Верой — часто им приходилось изображать пару. Зрители подумали, что и в жизни Руслан и Вера вместе.              Но за пределами съёмочной площадки всё было по-другому. Вера долго состояла в браке (с её мужем Игорем Руслан лично был знаком) и воспитывала дочь.              Что касается Руслана — в его личной жизни был штиль. Не сумев построить отношения в молодости, со временем Руслан оставил попытки обзавестись семьёй и сейчас просто жил, иногда жалея о том, чего не свершилось.              Сейчас они своим небольшим коллективом работали над созданием новой мелодрамы. Сюжет был стар как мир: муж, вечно занятый работой; жена, сутками сидящая дома и оттого заскучавшая; наконец, молодой обаятельный любовник, истинные намерения которого известны только ему.              Согласно сценарию, между мужем и любовником должна была развернуться страстная борьба за сердце дамы; сама же дама металась от одного мужчины к другому, не зная, что ей выбрать: надёжность или непредсказуемость; спокойствие или спонтанность; семью или интрижку? И вот за этой борьбой, за душевными терзаниями героини должны были наблюдать вечерами тысячи женщин, а, может быть, и мужчин. Что привлекало их в таком заезженном сюжете? Неужели его жизненность? Неужели многие из тех, кто будет рыдать перед экраном, сочувствуя бедной Лизе (героиню Веры звали так), сами пережили нечто подобное?       

***

      — По чашечке чая? — предложил Руслан, когда Вера уехала домой.              — Это всегда пожалуйста.              Сидя за маленьким столом в уютном кафе, расположенном недалеко от студии, Руслан задумался о том, как хорошо иногда просто отдохнуть, забыв обо всём. Вадим пытался убрать в свой кожаный портфель исписанные листы — сценарий.              — Что у нас там дальше? — спросил Руслан? — Мы же только начало сняли.              — А дальше ты десять серий меня ненавидишь. Я пытаюсь увести у тебя жену, и она совсем не против, но ты не хочешь с этим мириться, потому что любишь её. Мы с тобой часто ругаемся, а в конце случается драка и...              — Нам нужно будет подраться прямо на площадке?              — Да. Только, пожалуйста, не переусердствуй. Помни о том, что комплекция у нас несравнимая.              — Лена в этот раз превзошла саму себя. Не припомню конфликтов в прошлых её сценариях.              — Она тот ещё мастер драмы. Просто раньше её заставляли писать комедии, а теперь, когда Вика занята другим проектом, Лена осталась единственным сценаристом, кто способен устроить слёзодавилку. Ты же знаешь, как зритель любит, если персонажи страдают.              — Людям так проще. Многие и сами переживают не лучшие времена, поэтому, когда видят, что их проблемы переносятся на экран, начинают сочувствовать героям. Сценаристы и режиссёры об этом знают, потому-то у нас и засилье драм. Травмированное общество.              — К сожалению, так и есть.       

***

      — Вы по сценарию друг друга ненавидите! Вадик, ну изобрази ты злость на лице! Вот этот человек пытается разлучить тебя с любимой женщиной, а ты не хочешь с этим мириться.              Прислушавшись к ремарке режиссёра, Вадим разозлился. Вспомнил о вещах, которые его раздражают, и разозлился. Срывающимся голосом прокричал свой монолог — монолог отчаявшегося человека.              — Молодец! Можешь же.              Вадим и в самом деле мог. Мог ещё как, но в жизни он давно перестал показывать свои эмоции. Только здесь, перед камерой, Вадим мог дать себе волю. Позволить вспомнить. Вспомнить то, о чём вспоминать не хотелось бы никогда.              — Ты, мелкий гадёныш, совсем не понимаешь по-хорошему? — рычал Руслан, наступая на стоящего перед ним Вадима.              — А по-моему, это ты не понимаешь, — с иронией в голосе отвечал Вадим, — она не любит тебя.              — Она говорила тебе об этом?              — Необязательно говорить, чтобы показать, что ты чувствуешь.              — Необязательно? Необязательно? Ты влез в чужую семью, почти её разрушил! Даже если она тебя любит — ты не любишь её!              — Откуда...              — Ты же сам сказал — необязательно говорить.              — Она не узнает об этом!              — Узнает, я тебе обещаю. От меня и узнает. И будет разочарована своим незадачливым кавалером. Представь: ты превратишься для неё в пустое место...              — Хватит, — и в лицо Руслана прилетел кулак.              — Ах, вот так ты решаешь проблемы? Заметь: не я начал.              Завязалась драка. Точнее, это в фильме между героями была драка, а здесь — её имитация.              — Какая же ты, оказывается, сволочь, — сказал Руслан, прижимая перепачканного кровью Вадима рукой к стене. — Гадёныш, беспринципная тварь. Ну, чего молчишь? Куда пропала твоя уверенность?              Руслан смотрел на оппонента полным ненависти взглядом, в то время как Вадим разглядывал что-то под ногами. Наконец Вадим решился ответить, поднял голову и посмотрел прямо на Руслана. Руслан почувствовал, что рука слабеет — ещё чуть-чуть, и Вадима он отпустит совсем. Но в сценарии этого не было, а самодеятельности режиссёр не терпел.              Вадим открыл рот — хотел что-то сказать, но не сказал, а лишь вздохнул. Со другой стороны донёсся вопрос:              — Вадик, ты чего?              — Текст забыл, — честно признался Вадим.       

***

      Через несколько дублей сцена наконец была снята. Освободившись, Вадим поспешил домой — не задержался, как делал обычно, чтобы поболтать с коллегами, а, торопливо распрощавшись, сбежал.              — Вадик сегодня сам не свой, — сказала Вера.              — Может быть, перенервничал, — ответил Руслан.              Обычно по возвращении домой Руслана одолевала усталость и зачастую он, умывшись и переодевшись, ложился спать. Но сегодня сон не шёл — только закрыв глаза, Руслан видел Вадима. Вспомнил его взгляд — тот самый, почти заставивший забыть о том, что по сценарию фильма их герои — враги.              Следующие дни проходили как в тумане — Руслан даже не заметил, что съёмки окончены. Совместные с Вадимом сцены отчего-то стали тяжелее. Сам Вадим помимо того, что сбегал раньше, ещё и разговаривать почти перестал — ограничивался простым «привет» и «пока». А когда фильм наконец досняли, и вовсе объявил о перерыве.              — Устал, — объяснял он причину своего решения, — хочется отдохнуть.              Позже Руслан узнал, что Вадим уехал в другой город, к брату.       

***

      Без Вадима стало грустнее. Их компания, и без того небольшая, потеряла важного человека.              У Руслана остался номер Вадима и в один из дней, придя домой, он решился написать.              «Привет. Как ты?»              Вадим ответил не сразу. Через несколько дней, посреди ночи, Руслану пришло сообщение.              «Привет. терпимо, но могло быть и лучше».              Проснувшись утром и увидев входящее, Руслан сначала обрадовался — друг не стал его игнорировать. Потом, вчитавшись, запереживал — что сейчас происходит с Вадимом?              «Если нужно выговориться — пиши или звони».              Вадим ответил коротким «спасибо» и на несколько дней переписка остановилась. А потом, всё так же ночью, пришло очередное сообщение.              «привет. не хотел беспокоить, но ты единственный, с кем я могу поддерживать связь. помнишь, ты писал, что я могу обратиться к тебе, если понадобится выговориться?              так вот, я уехал потому, что у моего брата проблемы в семье. он разводится с женой и очень из-за этого переживает. ему нужна была поддержка.              я думал, что побуду с ним немного, а потом вернусь. но сейчас дело принимает такой оборот, что я уже ни в чём не уверен.              пока хочу сказать только одно — скучаю».              По мере прочтения Руслану казалось, что Вадим что-то недоговаривает. Но требовать от него объяснений не стал — если захочет, расскажет сам.              «Скучаю». Руслан тоже скучал по той дружбе, которая у них была. Много лет они работали бок о бок с Вадимом, стали почти родными людьми. А теперь Вадима нет и оказалось, что Руслану больше и поговорить-то не с кем.              Вера отдалилась. Руслан вспомнил, что всё это время именно Вадим был связующим звеном между ними. Первый заводил разговор, всегда знал, где находится Вера и чем она занята. А у Руслана и Веры особого интереса друг к другу никогда и не было. Но тем не менее, на экране они часто изображали пару, чем вводили поклонников в заблуждение.              Премьера фильма состоялась — на профильном канале, в прайм-тайм. Интереса ради Руслан поискал отзывы на фильм — наткнулся на любопытную дискуссию.              Пользователь с любопытным ником «киноман3000» агрессивно доказывал что-то своему оппоненту — «Попкорновой фее». Руслан почему-то решил почитать.              киноман3000: Прекрасный фильм! Какая любовь! Как хорошо, что в конце Лиза осталась с мужем!              попкорновая фея: она не любила мужа. концовка жизненная, но не совсем счастливая.              киноман3000: А кого по твоему она любила? этого смазливого студентика? самый бесячий персонаж. да и актёр вообще неприятный.              попкорновая фея: вы его знаете лично?              киноман3000: необязательно знать лично, чтобы понять что человек плохой.              киноман3000: он всегда играет такие роли, что нетрудно догадаться что человек так себе. был бы нормальный — не согласился.              киноман3000: к тому же слухов про него много ходит.              Тут Руслану стало интересно. Если какие-то слухи и ходили — то явно мимо Руслана.              В профиле «киномана» было почти две тысячи написанных комментариев, и это — за относительно недолгий срок регистрации. Руслан удивился, но значения цифре не придал — мало ли какой фанатик обитает на сайте.       

***

      С обеда лил дождь. К вечеру дороги превратились в лужи. Думая, как добраться домой, Руслан попробовал заказать такси — не получилось. На остановке городского транспорта, чуть ли не по колено в воде, толпился народ. Остановка и остановкой-то была весьма условной — маршрутки останавливались у фонарного столба. Вокруг него сейчас и собирались люди.              Судя по количеству пассажиров, транспорта не было давно. Как только Руслан подошёл, стену дождя прорезал свет фар и появилась долгожданная маршрутка. Появилась — но даже не сбавила скорость, пролетела мимо, попутно окатив толпу грязной водой.              Руслан вздохнул. Если бы он сразу решил идти домой пешком, был бы чистый. А теперь он всё равно пойдёт, только в мокрой одежде, на которой появились пятна.              Пока дошёл до подъезда, Руслан собрал все маты, причём не только на русском языке. Во дворе было темно — электричество отключили. Пришлось воспользоваться фонариком телефона.              Когда Руслан оказался у двери подъезда, от стены отделилась тёмная фигура. Даже в свете фонарика Руслан не смог понять, кто это был, заметил только тусклый огонёк сигареты.              — Привет, — сказала фигура.              Голос был уставшим, чуть хриплым, но что-то знакомое в нём угадывалось. Ещё бы — столько лет рабоче-дружеских отношений.              Только сейчас Руслан понял, что скучал гораздо сильнее, чем ему казалось.              — Вадик? — полушёпотом уточнил он. — Привет. Ты как здесь?              — Да так... соскучился, решил приехать. Там пока всё более-менее.              — Ну тогда пойдём ко мне. Света нет, полный комфорт не обещаю, но постараюсь.              — Да мы не гордые, можно по-простому.              Подниматься по лестнице на пятый этаж, в темноте, разрезаемой лишь слабым светом фонарика и промокшей насквозь одежде было тяжело. Войдя в квартиру, Руслан думал, что здесь, у порога, и свалится.              Экран замигал, сообщая, что заряда надолго не хватит. Пока ещё телефон мог работать, Руслан решил найти свечи.              Через двадцать минут на кухонном столе стояли зажжённые свечи. На плите грелся чайник. Руслан уже переоделся и теперь ждал, когда вода вскипит.              В воздухе повисло неловкое молчание. Вадим сидел на стуле, напряжённо стиснув кулаки. Руслан не решался заговорить — не знал, что и как спросить.              Чай пили всё в той же тишине. Так же молча разошлись по комнатам — Вадима определили в гостиную.              Разместившись на маленьком диване, Вадим вдруг попросил:              — Посиди со мной. Пожалуйста.              Руслан осторожно присел на край дивана. Вадим несколько минут лежал, смотря в потолок, а потом, не переводя взгляда, начал:              — Я устал. Не конкретно сегодня — в общем и целом устал. За всю жизнь столько накопилось.              Две минуты тишины — и снова напряжённый голос, будто Вадим вот-вот сорвётся на крик.              — Я ничего не хочу. Ни продолжать карьеру, ни возвращаться к брату. Понимаешь, мне нет там места! И смысла тоже нет.              Вадим тяжело вздохнул. Продолжил:              — Я от нечего делать читал отзывы на новый фильм. Ну и на старые тоже. Почему они ничего не понимают? Не понимают, что мы — тоже люди?              Руслан вспомнил ту перепалку на форуме. А вдруг Вадим наткнулся на неё?              — Я знаю, что есть и другая жизнь — спокойная, где ты на своём месте. У тебя всё хорошо и ты даже не думаешь, что у кого-то не так. А потом ты разом всё теряешь. Это страшно. У Кира так было. Двенадцать лет он жил с ней, и вдруг — развод. Двенадцать лет. Двое детей. Всем страшно и никто ничего не понимает. А у меня не то что двенадцати — и года спокойствия не было. И что страшнее — быть счастливым человеком и потом всего лишиться, или за всю жизнь так и не суметь найти своё место?              Руслан молчал — вопрос оказался сложным. Вадим ответил сам.              — Вот и я не знаю. Но в итоге несчастливы все, что в первом случае, что во втором. Кир её очень любил, правда, это было видно, и она его, а потом что-то пошло не так. Я тоже люблю, но мне от этого не легче.              Внутри что-то кольнуло. Руслан, чувствуя, что Вадиму нужна поддержка, коснулся его руки. А Вадим продолжал:              — Но знаешь — сейчас мне впервые за много лет наконец-то спокойно.       Отчего-то Руслан вспомнил фразу своего киношного соперника — «Необязательно говорить, чтобы показать, что ты чувствуешь». Ни Вадим, ни Руслан всей правды друг другу не сказали, но всё было понятно и без слов.