Непризнанный Герой

Вывеска «Grey Zone» светилась ярко-зелёным неоном, что совершенно противоречило её названию. Буква «Y» мигала с перебоями, а буква «N» не светилась вообще — это легко можно было бы исправить, если бы хозяин заведения не зажмотил деньги. Изуку стоял чуть в стороне, спрятавшись в тени. Он всё ещё побаивался, что Сотриголова соврал и в бар его не впустят. Но около дверей не стояли охранники, как в фильмах, — только группа курильщиков, что-то бурно обсуждавших. По ним было видно, что они уже пьяны, но не настолько, чтобы мычать и ползать на четвереньках. Выдохнув и проверив, что маска надёжно закреплена на лице, он направился к двери. Пройдя мимо группы, специально не смотря в их сторону, он открыл дверь. Ему в нос сразу ударил сильный запах спиртного. Запах был настолько сильным, что Изуку поморщился и прищурил глаза. Он не имел ничего против алкоголя — он даже однажды напивался, и это было отвратительно. В дебильных подростковых книгах часто романтизируют алкоголь, якобы это лекарство для разбитого сердца и израненной души, но никто не пишет о минусах такого забытья. Да, ты забываешься, забываешь о проблемах, но это в лучшем случае до следующего дня. Заблёванный туалет утром, нескончаемый сушняк и дикая головная боль — всё это напрочь отбивает желание пробовать ещё раз. Изуку после того случая часто думал: «Может, это как с наркотиками и кофе? Надо попробовать несколько раз, и только потом я привыкну». Хоть это и было правдой — организм привык бы, и тошнота прошла бы, — пробовать повторно он не стал. Ему вполне хватало вредных привычек в виде сигарет и сомнительного опыта линчевателя, незачем добавлять ещё одни траты в и так большой список. Раскрыв глаза пошире, он обвёл взглядом небольшое помещение. Оно было меньше, чем он думал. Круглые столы, разбросанные в хаотичном порядке, барная стойка, плавно идущая через всё помещение, а в самом конце — бильярдный стол, чего он вообще не ожидал от этого заведения. За столиками сидели небольшие компании, некоторых людей он даже узнал — что неудивительно, ведь Сотриголова предупреждал, что это нейтральная территория. Несмотря на то, что он не скрываясь пялился на всё и всех, на него никто не смотрел, даже не удостоил взглядом. Это было линчевателю на руку. Изуку подошёл к барной стойке и сел на один из стульев. — Сюда детям нельзя — донёсся хриплый голос. Изуку сразу поднял голову. «Даби» — промелькнуло у него в голове. За барной стойкой, разливая водку по стопкам, стоял высокий парень. Волосы были чёрными, как нефть, на теле — белая рубашка с парой расстёгнутых пуговиц вверху. Изуку не видел его ниже пояса, но предполагал, что там такие же строгие чёрные брюки. Но не за это цеплялся взгляд. Почти всё лицо парня было покрыто ожогами — да такими, что сам собой возникал вопрос: «Как он выжил с такими увечьями?» Уцелевшая кожа была скреплена с обгоревшей скобами. Было непонятно, это решение самого парня или врачей, но Мидория не зацикливался на этом. Осознав, что он так ничего и не ответил бармену, а просто пялился на него, линчеватель взял себя в руки, прокашлялся и выпалил: — Мне нужна информация. Это было откровенно жалко. Вся его попытка выглядеть старше своего возраста медленно умирала. Но сдаваться было рано — если он пришёл за информацией, он без неё не уйдёт. Хотя, смотря на такое же каменное выражение лица парня, Изуку терял свою уверенность. — А мне-то с этого что? — так же спокойно продолжил бармен. — Я знаю, что она у тебя есть. Ты мне её скажешь, взамен на услугу. Голос Изуку только стал более уверенным, как вся его напыщенность сдулась, когда брюнет усмехнулся и наконец поднял на него взгляд. — Во-первых, с чего ты взял, что у меня есть какая-то нужная тебе информация? Во-вторых, что может мне дать какой-то ребёнок? Изуку сглотнул. Он ожидал, что его встретят в штыки, но не настолько. Голос бармена был спокойным, почти ленивым, но в нём чувствовалась сталь. Отступать было нельзя. — Я знаю, кто ты, — сказал Изуку, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Ты знаешь всё, что происходит в этом городе. И ты продаёшь информацию тем, кто готов заплатить. Даби усмехнулся — криво, из-за ожогов, стягивающих кожу на его лице. — Ого, — протянул он, отставляя стопку и опираясь локтями на стойку. — Как много ты обо мне знаешь. И где же мои деньги? — У меня нет денег, — произнёс Изуку. Над этой частью ему пришлось долго думать. Ведь денег у него и вправду не было, а информация была нужна. Единственное, что у него было, — это статус, который он и собирался предъявить как козырь. — Но у меня есть кое-что другое. Я могу отработать эту информацию. Бармен вскинул бровь. — Отработать? И как же ты собираешься это сделать, мальчик? — насмешливо спросил он. — Будешь мыть мои стаканы? Подметать пол? Прости, но уборщик здесь уже есть. Изуку сжал кулаки под стойкой — его это всё уже начало порядком бесить. Скопировав позу бармена, он поставил локти на стойку и наклонился вперёд. — Надеюсь, тебе известно имя «Падший Ангел», — тихо, словно бы поинтересовался линчеватель. Улыбка сползла с лица Даби, взгляд стал более тёмным, а поза — напряжённой. Но отступать тот не планировал. — Даже если известно, сюда приходили люди посерьёзней какого-то мелкого линчевателя. Да, у Изуку могли быть низкие социальные навыки и страх общения с людьми, но когда дело доходило до его, вроде как, профессии, никто не смел отзываться о нём в таком ключе. Жестокий? Возможно. Опасный? Да. Мелкий линчеватель? Ни за что. — Я не мелкий линчеватель, и ты как никто другой должен это знать, — голос Мидории сразу стал серьёзней. Напряжение так и витало между ними, и он решил перейти сразу к делу. — Я могу обеспечить тебе безопасность. Дать защиту. — Мне не нужна защита от ребёнка, — выплюнул Даби, но было видно, как он размышляет. — Хотя... Ты можешь кое-что сделать, — медленно начал он через какое-то время. — Ты можешь кое-что для меня украсть. — У кого и что? — сразу перешёл к главному линчеватель. Это было ожидаемо. Все боялись его имени, но, увидев его в живую, страх уходил, и все считали его просто мелким воришкой. Он уже сталкивался с таким пренебрежением со стороны героев и злодеев, вот только те всегда меняли свою точку зрения, сразившись с ним. В случае же с Даби легче было подыграть, чем настаивать на том, что он стоит гораздо большего. На лице бармена расплылась ухмылка, натягивая скобки. — Ты умный парень и должен знать, что у полиции в архивах есть информация о здешних героях. Да такая, которая никогда бы не уплыла в сеть. Понимаешь, о чём я? — И Изуку понимал. — Тебе нужно, чтобы я выкрал папки о каком-то герое и слил их в сеть? — Всё именно так. Скажи, звучит просто? — продолжал насмехаться бармен. На словах-то да, но на деле... Вот жешь попадёт ему от Сотриголовы, а ведь только отношения вроде наладили. — Я могу это сделать — монотонно проговорил линчеватель. — Но я первый получаю информацию. Изуку видел, как уголки губ Даби дёрнулись, но ухмылка не исчезла. — А если сбежишь? — А если ты ничего не знаешь? Даби сразу ощетинился и свёл брови к переносице. Похоже, ему была отвратительна сама мысль, что он может чего-то не знать. Это как раз то, что и нужно было Мидории — взять его на слабо. Это легко, особенно если знаешь, на какие кнопки жать. — Я знаю всё. Но учти, пацан: у меня есть связи, и немало. Если обманешь, твоя шкура будет украшать стену в этом баре, — прошипел бармен, наклоняясь к линчевателю. Линчеватель смотрел в голубые глаза напротив, не моргая. Он слышал угрозы и похуже, не впервой. — Что именно ты хочешь знать? Губы Изуку под маской расплылись в победной улыбке, но он сразу стёр её, пока бармен не заметил и не передумал что-либо ему рассказывать.